Сегодня мы проживаем тот период истории человечества, который характеризуется масштабной цифровизацией, когда цифровые технологии проникают во все сферы нашей жизнедеятельности. Как известно, появление новых объектов гражданского оборота всегда влечет за собой определенные изменения. Внедрение цифрового рубля не стало исключением и теперь перед законодателем стоит непростая задача по урегулированию нового финансового инструмента.

В современном гражданском обороте существуют следующие формы национальной валюты: наличная форма национальной валюты — банкноты и монеты; безналичная форма — деньги на счетах в банках; а в дополнение к ним появляется ещё и цифровая. Исходя из сказанного, перед нами закономерно встаёт первый вопрос: «какова правовая природа цифрового рубля как объекта гражданского права?». По этому поводу существует множество точек зрения.

В своей концепции Центральный Банк Российской Федерации представляет, что цифровой рубль будет использоваться наравне с наличными и безналичными рублями и содержать в себе лучшие качества этих двух форм национальной валюты. Так, по аналогии с наличными рублями, которые имеют серию и номер, цифровой рубль будет иметь свой уникальный цифровой код, а в перспективе также будет разрабатываться возможность использовании цифрового рубля без доступа к сети Интернет и мобильной связи. Связь с безналичной формой прослеживается в отсутствии физического носителя, а также возможности осуществления таких дистанционных операций, как платежи или расчеты. Следует сразу упомянуть, что в данном случаем нам предлагают посмотреть на сущность цифрового рубля с экономической точки зрения.

Тем не менее подобный подход подвергается критике. Так, Василевская Л. Ю. не разделяет приведенную выше позицию, поскольку считает, что такой подход не позволяет в должной мере раскрыть правовую природу цифрового рубля.

Рассмотрим же иные доктринальные подходы. Например, Андрюшин С. А., полагает, что цифровой рубль — это третья форма или цифровая форма государственной валюты, или электронное обязательство Центрального банка, номинированное в национальной денежной единице и служащее единицей платежа, мерой стоимости. Иного взгляда придерживается Трубанов А. В. Его позиция формируется на том, что цифровой рубль следует относить к безналичным деньгам, поскольку они не имеют материальной или же говоря иначе овеществленной формы. Не могу не упомянуть взгляд Ситник А. А. по данной теме. В своих исследования он пришел к тому, что несмотря на то, что цифровой рубль существует в форме записи на счете или вкладе, и по своим характеристикам похож на безналичные денежные средства, правовая природа у этих двух категорий отличающаяся. Цифровой рубль более походит на дополнительную форму денег, поскольку переход на его использование не обязателен и как уже упоминалось выше, по механизму своей реализации он скорее напоминает безналичную форму денег.

Подытожив, мы можем прийти к выводу о том, что среди ученых нет единой позиции к определению правовой природы цифрового рубля и дискуссия разворачивается вокруг двух ключевых позиций: первая — цифровой рубль является самостоятельной, а иначе говоря третей формой денег; вторая — цифровой рубль является разновидностью безналичных денежных средств. Таким образом, возникшие дискуссии ещё раз доказывают всю сложность категоризации цифрового рубля.

Рассмотрев некоторые научные подходы к пониманию природы цифрового рубля, целесообразно перейти к рассмотрению его положения в контексте действующего законодательства. Необходимо отметить, что современная эпоха характеризуется интенсивным развитием процессов цифровизации и в данных условиях нередко наблюдается ситуация, при которой темпы создания и внедрения новых технологий существенно опережают разработку надлежащего правового регулирования. Следствием этого становится формирование пробелов в отечественном законодательстве.

На сегодняшний день, ни в одном нормативно-правовом акте нет легального определения понятия «цифровой рубль» и перед нами он предстает как: «цифровая форма российской национальной валюты, которую Банк России планирует выпускать в дополнение к существующим формам денег». По моему мнению, ныне существующие нормы, регулирующие положение цифрового рубля, носят технический характер, поскольку скорее направлены на организацию процесса внедрения и обращения цифрового рубля, нежели на раскрытие его правовой природы и сущностных характеристик. Однако, законодатель все же выделил некоторые из них. Так, в статье 128 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее ГК РФ), можно выделить следующее положение: «К объектам гражданских прав относятся вещи (включая наличные деньги и документарные ценные бумаги), иное имущество, в том числе имущественные права (включая безналичные денежные средства, в том числе цифровые рубли, бездокументарные ценные бумаги, цифровые права); …». В статье 140 ГК РФ говорится следующее: «Платежи на территории Российской Федерации осуществляются путем наличных и безналичных расчетов, включая расчеты цифровыми рублями».

Продолжая развивать мысль, можно отметить, что, несмотря на упоминание цифрового рубля в ГК РФ, правовая природа данного явления все ещё остается недостаточно раскрытой. Хотя нормы статей 128 и 140 ГК РФ включают цифровой рубль в систему объектов гражданского права и способов расчета, они не отвечают на ряд ключевых вопросов. Приведем некоторые из них: как соотносится цифровой рубль с другими формами денег? каковы его специфические правовые свойства и отличия от других видов денежных средств? каким образом будут защищаться права участников отношений, связанных с использованием цифрового рубля?

Согласно п.4 ст.861 ГК РФ расчеты цифровыми рублями осуществляются путем перевода цифровых рублей Банком России в рамках платформы цифрового рубля в соответствии с законодательством Российской Федерации о национальной платежной системе. Соответствующее положение о платформе цифрового рубля введены Федеральным законом «О национальной платежной системе» от 27.06.2011 N 161-ФЗ. По мимо этого, данный федеральный закон содержит положения об операторе, участниках, пользователях и правилах платформы цифрового рубля.

Помимо вышеупомянутых актов, существуют и ряд других, в которых содержатся положения, касающиеся исследуемой темы. Так, например, Федеральный закон о от 23 мая 2025 года № 105-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» распространил на цифровой рубль действие Федерального закона № 115-ФЗ «О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путём, и финансированию терроризма», определив тем самым, что операции с цифровым рублем будут контролироваться в целях борьбы с преступными доходами. В качестве другого примера можно привести Положение Банка России от 03.08.2023 N 820-П «О платформе цифрового рубля». Данный нормативный правовой акт закрепляет: требования к участникам и пользователям платформы цифрового рубля; виды счетов цифрового рубля и порядок их открытия, ведения и закрытия; порядок предоставления доступа к платформе, приостановления, возобновления и прекращения доступа; виды операций с цифровыми рублями и порядок их совершения; порядок контроля за соблюдением правил платформы и взаимодействия с платёжной системой Банка России.

Необходимость определения правовой природы цифрового рубля обусловлена практическим значением, и ныне существующие признаки, сформированные законодателем, дают нам основу для размышления о правовой природе цифрового рубля, но пока не позволяют сделать однозначный вывод. На основе же приведенных мной примеров нормативных актов я делаю вывод о том, что существующие нормы носят преимущественно технический характер и направлены на организацию процесса внедрения и обращения цифрового рубля. Таким образом, хотя законодатель и создает основу для внедрения цифрового рубля, его правовая природа все ещё требует более глубокого изучения и нормативного закрепления.

Перейдём к рассмотрению проблем внедрения цифрового рубля в гражданский оборот. Итак, первой проблемой является отсутствие легального определения понятия «цифровой рубль», что порождает проблему несовершенства терминологического аппарата. Рассмотрим соотношение следующих понятий: на первый взгляд, термин «цифровой рубль» и «цифровая валюта» кажутся тождественными, но проанализировав действующее законодательство мы можем убедится в обратном. Согласно ст.1 ч.3 Федерального закона от 31.07.2020 N 259-ФЗ «О цифровых финансовых активах, цифровой валюте и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» цифровой валютой признается совокупность электронных данных (цифрового кода или обозначения), содержащихся в информационной системе, которые предлагаются и (или) могут быть приняты в качестве средства платежа, не являющегося денежной единицей Российской Федерации. Таким образом, мы видим ключевое отличие этих двух понятий, а именно то, что в отличии от цифровой валюты цифровой рубль выполняет роль официального средства платежа на территории нашей страны. К уже сказанному мне бы хотелось добавить, что по данным всероссийского центра изучения общественного мнения (ВЦИОМ) в ходе опроса жителей нашей страны касательно их отношения к цифровому рублю, 43 % опрошенных ответили, что слышали этот термин, но не понимают, что это значит, а по результатам иного опроса 40 % респондентов не видят преимуществ в использовании цифрового рубля в сравнении с наличными или безналичными деньгами.

Можно сделать вывод, что слабая разработка терминологического аппарата привела к недостаточной информированности и отсутствию доверия граждан к новому объекту гражданских прав.

Следующей существенной проблемой внедрения цифрового рубля, на мой взгляд, является недостаточно проработанное правовое регулирование данного аспекта. Так, перед нами возникают ряд вопросов, на которые законодатель пока не дал ясных ответов. Например, на сегодняшний день отсутствует конкретный механизм защиты прав участников и пользователей платформы цифрового рубля. В соответствии с положениями действующего законодательства цифровые рубли храниться на электронных кошельках, однако, при хищении, несанкционированному доступу или при техническом сбое они могут быть утеряны, и в отличие от системы страхования банковских вкладов, которая обеспечивает защиту средств, институт страхования цифровых рублей еще не разработан, а это создает неопределенность и вызывает вопросы о том, как будут защищены права участников цифровой платформы.

Из вышеозвученного вытекает следующая проблема. Кто будет нести ответственность за утрату цифровых рублей в вышеперечисленных случаях? То есть необходимо системно подойти к разработке эффективной правовой базы, которая в должной мере смогла бы разрешить подобные ситуации.

Таким образом мы приходим к выводу о том, что несмотря на то, что в настоящее время отсутствует единый подход к пониманию правовой природы цифрового рубля, его внедрение является потенциалом для модернизации гражданского оборота нашей странны. Реализация же этого зависит от многих факторов, включая разработку качественной нормативной базы и надлежащее техническое обеспечение, и если это трудности будут преодолены, то это несомненно приведет к повышению значимости рубля на рынке валют и возрастанию конкурентоспособности России и отечественных юридический лиц на мировом рынке.

Литература:

1. Банк России, Концепция цифрового рубля / России Банк. — Текст: электронный // cbr.ru: [сайт]. — URL: https://cbr.ru/Content/Document/File/120075/concept_08042021.pdf (дата обращения: 27.03.2026).
2. Недров А. А. Правовая природа цифрового рубля // Вестник Московского университета. Серия 21. Управление (государство и общество). 2025. № 1. URL: https://cyberleninka.ru/article/n/pravovaya-priroda-tsifrovogo-rublya-1 (дата обращения: 28.02.2026).
3. Турбанов А. В. Цифровой рубль как новая форма денег // Актуальные проблемы российского права. 2022. № 5 (138). URL: https://cyberleninka.ru/article/n/tsifrovoy-rubl-kak-novaya-forma-deneg (дата обращения: 28.02.2026).
4. Ситник А. А. Цифровой рубль как объект финансово-правового регулирования // Актуальные проблемы российского права. 2023. № 8 (153). URL: https://cyberleninka.ru/article/n/tsifrovoy-rubl-kak-obekt-finansovo-pravovogo-regulirovaniya (дата обращения: 28.02.2026).
5. Положение Банка России от 03.08.2023 N 820-П «О платформе цифрового рубля». // https://www.consultant.ru/ URL: https://www.consultant.ru/document/cons_doc_LAW_454540/ (дата обращения: 28.02.2026).
6. Положение Банка России от 03.08.2023 N 820-П «О платформе цифрового рубля». // https://www.consultant.ru/ URL: https://www.consultant.ru/document/cons_doc_LAW_454540/ (дата обращения: 28.02.2026).