Статья 8 Уголовного кодекса Российской Федерации устанавливает: «основанием уголовной ответственности является совершение деяния, содержащего все признаки состава преступления». Таким образом, каждый состав преступления, предусмотренного Особенной частью УК РФ, включает в себя определенные признаки, необходимые для основания уголовной ответственности. Законодатель не даёт определения признаков состава преступления, однако в науке уголовного права сформировался фундаментальный четырехэлементный подход. Основанием данного подхода принято считать научный труд советского ученого-правоведа Трайнина А. Н. под названием «Учение о составе преступления». [1] Именно в этой работе происходит выделение таких признаков состава преступления, как:

— Объект;

— Объективная сторона;

— Субъект;

— Субъективная сторона.

Раскрывая особенности субъективной стороны, стоит отметить, что по общему правилу выделяют обязательные и факультативные элементы данного признака состава преступления. Обязательным элементом субъективной стороны является форма вины. Согласно статье 24 УК РФ, законодатель устанавливает две формы вины: умысел и неосторожность. Преступление, предусмотренное частью 1 статьи 108 УК РФ, именуется, как «убийство, совершенное при превышении пределов необходимой обороны». Исходя из формулировок Особенной части УК РФ «убийство — это умышленное причинение смерти другому человеку». [2] Следовательно, субъективная сторона рассматриваемого преступления представляется умышленной формой вины. Об этом также свидетельствует пункт 11 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 27.09.2012 N 19 «О применении судами законодательства о необходимой обороне и причинении вреда при задержании лица, совершившего преступление», в котором определяется, что «ответственность за превышение пределов необходимой обороны для обороняющегося лица наступает только в случаях, когда без необходимости умышленно был причинен посягавшему лицу тяжкий вред здоровью или смерть». [3] Положения статьи 25 Уголовного кодекса Российской Федерации закрепляют, что при умышленной форме вины лицо осознает общественную опасность своих деяний. Умысел субъекта убийства, совершенного при превышении пределов необходимой обороны заключается, согласно Постановлению Пленума Верховного Суда РФ от 27.09.2012 N 19, в том, что «оборонявшийся осознавал, что причиняет вред, который не был необходим для предотвращения или пресечения конкретного общественно опасного посягательства». Касаемо природы возникновения умысла, справедливо отмечал Акимочкин В. И.: «Убийство, предусмотренное ч. 1 ст. 108, характеризуется, как правило, внезапно возникшим умыслом, поскольку обстановка нападения вынуждает обороняющегося, который, находясь в возбужденном состоянии, не всегда в состоянии адекватно воспринять поведение посягающего действовать безотлагательно». [4] Однако вопрос относительно вида умышленной формы вины остается дискуссионным. Например, Савинов А. В. и Кабурнеев Э. В. являются сторонниками исключительно формы косвенного умысла, обосновывая это тем, что «основная цель у виновного — защита, а не лишение нападавшего жизни. [5;6] Причинение смерти является вынужденным шагом обороняющегося, хотя он и сознает опасность превышения пределов необходимой обороны, но причинение посягающему лицу смерти лишь допускается либо субъект обороны относится к таким последствиям безразлично». Представителями позиции о том, что вина в преступлении, предусмотренного ч.1 ст.108 УК РФ, может быть как в форме прямого, так и косвенного умысла, являются Вольдимарова Н. Г. и Побегайло Э. Ф. [7;8] Так, Побегайло Э. Ф. в своей работе исходит из того, что «в конкретной ситуации обороняющийся может осознавать неизбежность наступления смерти посягающего лица и желать ее как единственного способа пресечь посягательство». На мой взгляд, признание вины в форме прямого и косвенного умысла является наиболее универсальным подходом. Уголовный кодекс Российской Федерации для субъективной стороны убийства, совершенного при превышении пределов необходимой обороны, говорит только об умышленной форме вины, а значит, субъективную сторону данного преступления будет составлять как деяния с прямым, так и с косвенным умыслом. Такой подход помогает охватывать больше ситуаций на практике.

К факультативным элементам субъективной стороны в науке уголовного права принято относить мотив и цель. Принято считать, что цель отвечает на вопрос «зачем?», а мотив — «почему?». По мнению Кудрявцева В. Н. «цель — это представление о желаемом результате, к достижению которого стремится виновный». [9] В свою очередь Беляев В. Г. акцентируется на объекте преступления: «цель преступления — это общественно опасные изменения в объекте данного преступления, которых стремится достичь виновный». [10] Справедливо заметить, что цель непосредственно представляет собой такой результат, ради которого субъект совершает общественно опасное деяние. В термин «мотив» ряд научных исследователей, таких как Здравомыслов Б. В. и Князьков А. А., вкладывают «обусловленные определенными потребностями и интересами внутренние побуждения, которые вызывают у лица решимость совершить преступление и которыми оно руководствовалось при его совершении». [11;12] Можно сказать, что мотив — это собственно то, что побудило лицо совершить общественно опасное деяние. Однако, в рамках убийства, совершенного при превышении пределов необходимой обороны, научным сообществом ставится вопрос насчет обязательности цели и мотива. Так, Акимочкин В. И. считает, что «целью обороняющегося является не смерть посягающего, а защита тех или иных правоохраняемых благ, и при достижении этой цели обороняющееся лицо допускает наступление такого последствия». Мотивом убийства, совершенного пре превышении пределов необходимой обороны, по мнению Ткаченко В. И. является «потребность в устранении возникшей в результате посягательства опасности определенным общественным отношениям при наличии сознания о вредном способе ее удовлетворения». [13] Проанализировав нормы Уголовного кодекса Российской Федерации, можно справедливо согласиться с приведенными взглядами ученых. О том, что цель и мотив в данном преступлении будут обязательными элементами, свидетельствует разграничение с преступлением, предусмотренным статьей 105 УК РФ. При превышении пределов необходимой обороны, обороняющийся изначально преследовал благую цель, а именно предотвратить либо пресечь посягательство, и пользовался своим правом, но превысил пределы, установленные законом, и тем самым совершил преступление. При простом же убийстве у лица не было права причинять вообще какой бы то ни было вред потерпевшему — это, во-первых, а, во-вторых, законодатель в данном случае не указывает какую-либо связь между общественно полезной целью и убийством.

Резюмируя, можно сказать, что субъективная сторона убийства, совершенного при превышении пределов необходимой обороны характеризуется умышленной формы вины. Однако вопрос вида умышленной формы вины в научном сообществе остается дискуссионным. Существует тенденция изменения статуса цели и мотива из факультативных в основные элементы субъективной стороны в рамках рассматриваемого преступления.

Литература:

1. Трайнин, А. Н. Учение о составе преступления / А. Н. Трайнин. — М.: Юридическое издательство, 1946. — 183 с. — Текст: непосредственный.
2. Уголовный кодекс Российской Федерации: федер. закон от 13.06.1996г. N 63-ФЗ. — Текст: электронный // КонсультантПлюс: [сайт]. — URL: https://www.consultant.ru/document/cons_doc_LAW_10699/ (дата обращения: 07.04.2026).
3. Пленум, Верховного Суда РФ О применении судами законодательства о необходимой обороне и причинении вреда при задержании лица, совершившего преступление / Верховного Суда РФ Пленум. — Текст: электронный // КонсультантПлюс: [сайт]. — URL: https://www.consultant.ru/document/cons_doc_LAW_135861/ (дата обращения: 07.04.2026).
4. Акимочкин, В. И. Убийство при превышении пределов необходимой обороны: анализ субъективной стороны / В. И. Акимочкин. — Текст: непосредственный // Вестник Московского государственного лингвистического университета. Образование и педагогические науки. — 2020. — № 1 (834).
5. Савинов, А. В. Механизм установления пределов правомерности причинения вреда при необходимой обороне / А. В. Савинов. — Текст: непосредственный // Известия ТулГУ. Экономические и юридические науки. — 2010. — № 1–1.
6. Кабурнеев, Э. В. Ответственность за убийство при превышении пределов необходимой обороны: специальность 12.00.08: диссертация на соискание ученой степени кандидата юридических наук / Кабурнеев Э. В.. — М., 2002.
7. Вольдимарова, Н. Г. Уголовная ответственность за убийство при превышении пределов необходимой обороны: специальность 12.00.08: диссертация на соискание ученой степени кандидата юридических наук / Вольдимарова Н. Г. — М., 2003.
8. Побегайло, Э. Ф. Уголовное право. Превышены ли пределы необходимой обороны / Э. Ф. Побегайло. — М.: Норма, 2007. — 231 с. — Текст: непосредственный.
9. Кудрявцев, В. Н. Борьба мотивов в преступном поведении / В. Н. Кудрявцев. — М.: Норма, 2022. — 128 с. — Текст: непосредственный.
10. Беляев, В. Г. Вопросы квалификации убийств / В. Г. Беляев, Н. М. Свидлов. — Волгоград: ВСШМВД СССР, 1984. — 60 с. — Текст: непосредственный.
11. Афиногенов, С. В. Уголовное право Российской Федерации. Общая часть / С. В. Афиногенов, Л. Д. Ермакова, Б. В. Здравомыслов. — М.: Юрист, 1996. — 509 с. — Текст: непосредственный.
12. Князьков, А. А. Теория и практика квалификации преступлений / А. А. Князьков. — учебное пособие. — Ярославль: ЯрГУ, 2018. — 99 с. — Текст: непосредственный.
13. Ткаченко, В. И. Необходимая оборона по уголовному праву / В. И. Ткаченко. — М.: Юридическая литература, 1979. — 119 с. — Текст: непосредственный.