Криптографическая валюта является разновидностью цифровой валюты, которая пригодна к обороту в неадминистрируемой обособленной платежной системе, функционирующей в автономном режиме. Она является исключительно цифровой формой денежного выражения и не может быть выражена ни в электронном, ни в материальном формате. На наш взгляд, по своей сути криптовалюта является обычным числовым выражением, которое соответствует количеству данных расчётных единиц, фиксируемых в соответствующей позиции информационного пакета протокола передачи данных и зачастую даже не подвергается шифрованию. Также отсутствует единый ценз хранения информации о сделках, осуществляемых посредством криптографических платежей. Если простым языком охарактеризовать криптовалюту, то она является неким виртуальным средством платежа для использования частными организациями в качестве оплаты товаров, работ или услуг.
Особый интерес представляет вопрос о законности режима оборота криптовалюты, возможные аспекты для его ограничения. Так как в самом названии исследуемого понятия присутствует слово «валюта», то его можно рассматривать с позиции денежного средства. Однако, как указано в ст. 27 Федерального закона «О Центральном банке Российской Федерации (Банке России)» [2], единственно возможной к обороту на территории Российской Федерации денежной единицей признается российский рубль, иные денежные суррогаты запрещены.
Криптовалюта выступает особым объектом уголовно-правого воздействия, несмотря на то, что Уголовный кодекс РФ (далее –УК РФ) [1] не содержит в своей структуре данного термина. В УК РФ отсутствуют такие термины, как «криптовалюта», «цифровая валюта»; объектом уголовно-правой охраны выступают валютные операции, а также объекты имущественных прав, к которым также относится криптовалюта.
Пожалуй, самой болезненной темой, в которой фигурирует криптовалюта, для юрисдикции действия уголовного законодательства выступает отмывание денежных средств, или как более мягко регламентирует УК РФ — легализация денежных средств, которая предполагает незаконное осуществление фиктивных финансовых операций, с целью обналичивания или вывода денежных средств в «безопасное» место, и сокрытия действительного источника их получения.
В УК РФ закреплены два состава преступления, которые направлены на противодействие легализации (отмывание) денежных средств, которые в том числе могут быть представлены в виде цифровой валюты. Криптовалюта, являясь с одной стороны видом цифровой валюты, а, с другой — имуществом, безусловно может выступать предметом преступления. Однако, в научной литературе по этому поводу высказывается позиция, что не во всех случаях следует приравнивать криптовалюту к фиатным деньгам и признавать ее имуществом [4]. Автор поддерживает необходимость охраны криптовалюты как предмета преступления, однако указывает на то, что практика его применения далеко не единообразна по этому вопросу. Что касается использования криптовалюты как средства (не предмета) совершения преступления, то здесь у правоприменителя сложностей не возникает, так как вопрос о имущественном характере криптовалюты не рассматривается, важен сам механизм (форма) движения денежных средств.
Специфика правового режима криптовалюты предопределила необходимость судебных разъяснений, связанных с квалификацией преступных деяний по легализации денежных средств посредством участия в данной схеме криптографической валюты. На данный момент единственный Пленум Верховного Суда РФ, в котором даются разъяснения относительно криптовалюты — ППВС от 26.02.2019 [3] (далее — ППВС № 32).
Суд дает разъяснение, что предметом преступного посягательства при отмывании денежных средств (ст. 174, ст. 174.1 УК РФ) наравне с фиатными деньгами могут выступать «денежные средства, преобразованные из виртуальных активов (криптовалюты), приобретенных в результате совершения преступления».
Следует сделать акцент на том, что в ППВС № 32 используется формулировка «преобразованные из виртуальных активов», что, на наш взгляд, существенно сужает рамки правоприменения соответствующих статей УК РФ, так как, например, преступная схема, в которой нелегальные транзакции с участием криптовалюты не завершаются выделением из криптовалюты фиатных денежных знаков, не могут попадать в сферу применения УК РФ. Пленум ВС РФ четко говорит, что для квалификации по исследуемым составам необходимо «преобразование». Одновременно с этим, легализация криптовалюты может происходить и без преобразования, то есть имущественная ценность предмета преступления будет оставаться в форме криптовалюты.
Такой подход Верховного Суда РФ указывает на то, что криптовалюта не может являться предметом преступлений, предусмотренных ст.ст. 174, 174.1 УК РФ), а является лишь средством (способом) совершения указанных преступных деяний.
Считаем, что выводы высшей судебной инстанции по уголовным делам были сформированы с учетом неопределенности действующего (на тот момент) законодательства, которое не давало четкого ответа о юридической природе криптовалюты и возможности отнесения ее к имуществу. Поэтому в ППВС № 32 криптовалюта рассматривается как средство отмывания. Учитывая изменения, которые произошли в налоговом законодательстве в декабре 2024 года, считаем, что ППВС РФ № 32 также нуждается в корректировке, которая должна быть направлена на возможность привлечения к уголовной ответственности за легализацию (отмывание) денежных средств в преступных финансовых схемах с исключительным участием криптовалюты, а не только в тех случаях, когда она преобразуются в фиатные деньги. Иными словами, криптовалюта должна быть признана предметом преступления. Для этого предлагаем следующую редакцию п.1 ППВС № 32 «…могут выступать виртуальные активы (криптовалюта), в том числе и денежные средства, преобразованные из виртуальных активов (криптовалюты)…».
Литература:
- Уголовный кодекс Российской Федерации от 13.06.1996 № 63-ФЗ (ред. от 20.02.2026) // Собрание законодательства РФ, 17.06.1996, N 25, ст. 2954.
- Федеральный закон от 10.07.2002 № 86-ФЗ (ред. от 29.12.2025) «О Центральном банке Российской Федерации (Банке России)» // Собрание законодательства РФ, 15.07.2002, № 28, ст. 2790.
- Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 07.07.2015 N 32 (ред. от 26.02.2019) «О судебной практике по делам о легализации (отмывании) денежных средств или иного имущества, приобретенных преступным путем, и о приобретении или сбыте имущества, заведомо добытого преступным путем» // Российская газета, N 151, 13.07.2015.
- Филатова М. А. Проблемы квалификации легализации (отмывания) цифровой валюты // Уголовное право. 2024. № 5. С. 22.
