На современном этапе появляется тип терроризма нового класса сложности. «Борьба развертывается не просто в политике или экономике, сфере финансовых операций и технологических решений — происходит столкновение интеллектов, мировоззрений, стилей жизни и кодексов поведения, ассиметрично сопрягаемых в системе координат надвигающейся культуры» [1]. В современном мире, где концепции экстремизма и радикализма экстраполируют рассмотрение серьезной угрозы, исследования конструктивных методов противодействия оказываются делом первостепенной важности. Аллопатические подходы, часто сконцентрированные на силовых действиях и правовом преследовании, могут оказаться малоубедительными для нивелирования глубинных причин радикализации. Именно здесь на сцене появляется искусство, и, в частности, музыка, характеризующаяся оригинальной способностью проникать в сердца и умы людей, представляя альтернативный путь решения многих назревших проблем.
Если радикализация означает процесс, предполагающий форсированное, определенное развитие какой-либо деятельности, события, то дерадикализация — изменение когнитивного сдвига отдельных лиц или групп от радикальной, экстремистской или криминальной принадлежности к большей степени приемлемым или лояльным взглядам.
Дерадикализация может протекать в разных формах: открытых или скрытных, где открытая — представляет собой отход от установок террористической группировки, детерминированный неудовлетворенностью её идеологии, а скрытая — способность реализации фрустрированной потребности без вступления в конфликт или взаимоотношения с нетрадиционной организацией.
В этом контексте музыкальные проекты, ориентированные на дерадикализацию, являются своего рода инновационными и универсальными методами, оперирующими средствами звука и творчества для уничтожения сложившихся мнений, генерирования критического мышления и утверждения ассертивных вариантов экстремистских идеологий.
Эффективность музыки в этих условиях проявляется в эмоциональном воздействии, в универсальности своего языка, в способности участвовать в формировании идентичности, в развитии критического мышления и предоставления альтернативы.
Что касается эмоционального воздействия , то функция музыки пробуждать сопереживание, сочувствие, жизнерадостность, печаль позволяет уловить гуманистические ценности, осмыслить боль жертв насилия и проникнуться силой единства.
Ее универсальный язык содействует преодолению культурных, языковых, а также социальных проблем, объясняя необыкновенные, порой казусные идеи каждого, отдельно и в сообществе, изолированного в собственных идеологических воззрениях человека.
Музыка участвует в формировании идентичности, способствуя рекомендации деятельности в музыкальных проектах, в сфере которых позитивные ролевые модели помогают осознанию принадлежности к определенной группе, идеологической составляющей коей является взаимоуважение, творчество, а не насилие и ненависть.
Критическое мышление развивается благодаря вовлеченности в мероприятия, требующие интеллектуального подхода, искусства воспринимать и анализировать, умения демонстрировать свои мысли и идеи.
Предоставление альтернативы целям и силе экстремистских групп, помогающей ощутить сопричастность с творческим коллективом, эвентуальность самовыражения и реализации целей через искусство.
Говоря о формах музыкальных проектов в дерадикализации, можно отметить создание песен и музыкальных произведений, побуждающих к выражению мирных, толерантных отношений, чувств, эмоций и осуждению насилия. Совместное проведение мастер-классов, воркшопов, объединяющих людей разных национальностей, принципов, интересов. Организация и проведения разного рода культурных мероприятий, как например, концертов, фестивалей, встреч, где музыка становится платформой для диалогов, интеракции мнениями и экспонирования солидарности в борьбе против экстремизма; внедрение онлайн-ресурсов для иррадации антиэкстремистской деятельности средствами музыки, онлайн-сообществ — безопасного выражения своих идей.
В свою очередь, онлайн-платформы делают возможным охват гораздо более широкой аудитории, имеющей стремление к образовательным ресурсам, организации виртуальных мастер-классов и учреждения глобальных сообществ, объединенных общей целью. Популяризация антиэкстремистской музыки через социальные сети, организация онлайн-фестивалей мира и разработка интерактивных образовательных программ способствуют расширению потенциальных возможностей борьбы музыкальных проектов против радикализма.
Проблему вызывают уязвимые группы, находящиеся под воздействием радикализации бывших боевиков или пострадавших от экстремистского насилия. Для них музыка может стать исцеляющим инструментом освобождения и рекупирации.
Следует отметить, что музыкальные проекты, используемые в дерадикализации, соприкасаются с рядом вызовов. Необходимым становится профессиональное проектирование программ, аттракция квалифицированных специалистов, среди которых музыканты, психологи, социологи, и поддержание продолжительного финансирования и содействия. Важным моментом является вопрос проведения неподготовленных, неубедительных разработок, которые могут быть легко дискредитированы.
И, вместе с тем, музыкальные проекты представляют прогрессивную траекторию в области борьбы с радикализмом, способствовавшую регенерации, интеграции и созданию в большей степени фундаментального и гармоничного общества. Это вложение в гуманитарные перспективы, в возможность искусства модифицировать жизненные представления, реформируя пагубные идеологии.
Музыкальные проекты, как инструмент дерадикализации, позволяют проявить интерес к новым, более цивилизованным, либеральным стратегиям. Вместо обособленности и критики, они призывают к диалогу, способствующему реализации собственных позиций под воздействием гармонии и созидания. Например, в регионах, где наблюдается высокий уровень социальной возбужденности, организация инклюзивных музыкальных ансамблей, состоящих из представителей разных слоев общества, работающих над одним творческим проектом, может оказаться значительным катализатором интеграции. Это позволяет в процессе совместных репетиций больше узнавать об участниках проекта, преодолевать барьеры и организовывать общее культурное пространство, не зависимого от вражды.
Среди проектов, ориентированных на применение музыки в рамках противодействия терроризму, можно привести следующие мероприятия:
– «Музыка против террора» — благотворительный концерт в Государственном кремлёвском дворце в 2017 году, посвящённый памяти дипломата Андрея Карлова;
– Акция-концерт «Музыка против террора», осуществленная силами Государственного Кизлярского терского ансамбля казачьей песни в 2023 году, памяти героев Отечества, погибших в ходе специальной военной операции;
– Литературно-музыкальная композиция «Мы против террора!», подготовленная учителем музыки и учащимися 6 класса.
Что касается научных исследований, то проводимые эксперименты — это свидетельство потенциала внедрения музыки, способной координировать работоспособность организма и улучшать его умственные функции.
«Но самое главное состоит в том, что современный терроризм — феномен многогранный, сшитый из многих начал, в заглавном числе которых — духовный компонент, религиозное чувство…. Для борьбы с терроризмом нового типа нужна новая Концепция, включающая в себя не только силовые, но и культурные, нравственные интеллектуальные составляющие, способные «выкорчевать» кадмиевы зерна, укорененные в пространстве сознания людей. Концепция, направленная не только на купирование явлений терроризма и борьбу с проявлениями — следствиями террористических актов, сколько на принятие превентивных мер, создание контрпопуляций, то есть поколения «инфицированного пыльцой» духовности» [2, с. 29–30].
Литература:
- Неклесса А. И. Цивилизация смерти // Независимая газета. — 2014. — 29 окт.
- Юсупов Р. Р., Тагиров Э. Р. Культура — «Инструмент» преодоления терроризма. — Казань: Вестник Казанского государственного университета культуры и искусств, 2017. — № 2. — С. 27–30.
