Деятельность органов предварительного расследования по обеспечению права на возмещение морального вреда по делам о пожарах | Статья в журнале «Молодой ученый»

Отправьте статью сегодня! Журнал выйдет 13 марта, печатный экземпляр отправим 17 марта.

Опубликовать статью в журнале

Автор:

Рубрика: Юриспруденция

Опубликовано в Молодой учёный №48 (338) ноябрь 2020 г.

Дата публикации: 26.11.2020

Статья просмотрена: 6 раз

Библиографическое описание:

Черепанов, А. В. Деятельность органов предварительного расследования по обеспечению права на возмещение морального вреда по делам о пожарах / А. В. Черепанов. — Текст : непосредственный // Молодой ученый. — 2020. — № 48 (338). — С. 364-366. — URL: https://moluch.ru/archive/338/75589/ (дата обращения: 27.02.2021).



В данной статье проведен анализ основных проблем, возникающих в ходе деятельности следователей и дознавателей по обеспечению права потерпевшего на возмещение морального вреда, причиненного пожарами, произошедшими при криминальных обстоятельствах. Выделены основные проблемы и предложены пути их решения.

Ключевые слова: моральный вред, компенсация морального вреда, размер компенсации морального вреда, обеспечение права на компенсацию морального вреда.

This article analyzes the main problems that arise in the course of the activities of investigators and interrogators to ensure the right of the victim to compensation for moral damage caused by fires that occurred in criminal circumstances. The main problems are highlighted and the ways of their solution are suggested.

Keywords: moral harm, compensation for moral harm, amount of compensation for moral harm, ensuring the right to compensation for moral harm.

Обязанность предпринимать какие-либо действия по обеспечению права на возмещение морального вреда возникают у органов предварительного расследования в том случае, когда потерпевший заявляет гражданский иск в рамках предварительного расследования. Здесь следует обратить внимание на тот факт, что в последние годы потерпевшие активно используют данное право, поскольку это позволяет избежать им необходимости обращаться за возмещением вреда в рамках отдельного производства, платить государственную пошлину, приводить доказательства причиненного им вреда. Последняя обязанность, в таком случае, возлагается на орган расследования. И здесь возникает одна существенная проблема, которая уже неоднократно поднималась различными исследователями и крайне негативно сказывается на правоприменительной практике — проблемы в установлении размера причиненного вреда.

В том случае, когда речь идет о причинении материального ущерба, данная проблема так остро не стоит, стоимость имущества, поврежденного либо уничтоженного в ходе пожара, может быть определена документами, подтверждающими стоимость имущества (чеками, договорами купли — продажи), заключением товароведческой судебной экспертизы. Моральный же вред таким образом оценить нельзя.

Кроме того, отсутствуют не только методики исчисления морального вреда, причиненного преступлением, но и единообразный подход к решению данного вопроса в судебной практике. Те же разъяснения по вопросам определения размера компенсации морального вреда, которые имеются на настоящее время, не только не способствуют четкому пониманию, в каком случае в каком размере должна быть удовлетворена компенсация, но создают еще большее количество проблем и предпосылок к субъективизму.

Так, разъясняется, что размер компенсации морального вреда суд определяет в зависимости от:

– характера физических и нравственных страданий, причиненных потерпевшему;

– степени вины причинителя вреда;

– с учетом требований разумности и справедливости [2].

Очевидно, что возникает вопрос, какой размер компенсации морального вреда будет разумным и справедливым, например, если причинен тяжкий вред здоровью, если погибли близкие родственники, если сгорело единственное жилье? Четкого ответа на данный вопрос нет.

Также отмечается, что характер физических и нравственных страданий суд оценивает по фактическим обстоятельствам причинения вреда и индивидуальным особенностям потерпевшего [2]. Здесь также нет никакой ясности.

Фактически, потерпевший заявляет желаемую сумму компенсации морального вреда, ничем ее не подтверждая, а суд, принимая решение о том, в каком объеме удовлетворить исковые требования потерпевшего, также руководствуется субъективным мнением.

Так, например, по уголовному делу по факту пожара, в результате которого погибло два человека, были удовлетворены исковые требования о компенсации морального вреда в сумме 1, 5 млн рублей, в полном объеме [3]. По другому уголовному делу, где потерпевшему был причинен тяжкий вред здоровью по признаку значительной стойкой утраты трудоспособности не менее чем на 1/3, потерпевший просил взыскать компенсацию морального вреда в размере 1,5 млн рублей, суд их удовлетворил частично, на сумму 500 тыс. рублей [4].

Таким образом, пожалуй, самый проблемный вопрос — это обоснование размера денежной компенсации, порожденной отсутствием нормативной базы, содержащей объективные критерии его установления. А «разумность» и «справедливость» разрешить данную проблему никак не помогают. При этом, как отмечают исследователи, на примере анализа судебной практике по вопросам денежной компенсации за страдания реабилитируемым лицам, содержащимся под стражей, «разумность» варьируется от 1 тыс. и до 1 млн. рублей [5].

В науке предприняты многочисленные попытки выработать четкий алгоритм определения компенсации морального вреда. Рассмотрим сущность основных предложений:

– учет количества тех благ, которые были нарушены (например, если нарушено только право на труд — компенсация производится в одной сумме, когда право на труд, на честь и достоинство и на тайну личной жизни — существенно больше), но анализ судебной практики свидетельствует о том, что суды не учитывают число нарушенных прав. Данный подход можно условно рассматривать как количественный;

– установление четких нормативов расчета размера денежной компенсации, в соответствии со шкалой, в которой предусмотрен отдельный размер компенсации за каждое правонарушение. Данный подход можно рассматривать как нормативный;

– проведение психологических, медицинских исследований, с целью определения степени нравственных и физических страданий. Для каждой из степеней должен быть установлен четкий размер компенсации. Данный подход можно рассматривать как психолого-физиологический [1].

На настоящий момент ни один из приведенных подходов не нашел своего признания ни у законодателя, ни у правоприменителей, в связи с чем, можно говорить о том, что в настоящий момент расчет размера компенсации морального вреда происходит следующим образом:

– потерпевший заявляет иск на определенную сумму, приводя в качестве аргументов достаточно расплывчатые обоснования: «испытывал нравственные страдания в силу того, что…», «вынужден был испытывать физические страдания, поскольку»;

– следователь, дознаватель, признают потерпевшего истцом на указанную сумму, а подозреваемого (обвиняемого) гражданским ответчиком, никоим образом не стремясь принять меры к обоснованию размера требуемой компенсации;

– суд, как правило, удовлетворяет данное требование частично, существенно занижая присуждаемую сумму компенсации по сравнению с заявленной, приводя достаточно расплывчатые обоснования.

С нашей точки зрения, необходимо разрешать данную проблему, при этом, взяв за основу два из вышеизложенных подходов и соединив их:

– назначать в каждом случае заявления потерпевшим о том, что ему причинены физические или нравственные страдания, психолого — психиатрическую или медицинскую судебную экспертизу, либо комплексную экспертизу, с целью установления степени перенесенных страданий;

– на законодательном уровне предусмотреть конкретный размер (или его нижний и верхний порог) компенсации, которая должна быть присуждена при каждой из таких степеней.

В любом случае, когда заявлено исковое требование, вне зависимости от того, какой вред требует компенсировать потерпевший, лицо, проводящее расследование, должно принять обеспечительные меры по иску, которые, в основном, сводятся, к установлению имеющегося у виновного имущества, наложения на него ареста. Немаловажным является и проведение бесед с подозреваемым, обвиняемым, о том, что добровольное возмещение вреда может иметь для него положительное значение, поскольку, во — первых, всегда выступает в качестве обстоятельства, смягчающего наказание, а, во — вторых, может позволить примириться с потерпевшим и быть освобожденным от уголовной ответственности, если имеются основания и условия такого освобождения.

К сожалению, следует обратить внимание на тот факт, что нередко следователи и дознаватели игнорируют данную обязанность, не обеспечивают должным образом гражданский иск о компенсации морального вреда, зачастую право на заявление гражданского иска в ходе предварительного расследования либо вообще не разъясняется потерпевшему, либо разъясняется в самом конце расследования, когда уже виновный успел избавиться от всего имущества, на которое мог быть наложен арест. Не принимаются и должные меры по установлению имущества: не всегда направляются запросы в соответствующие органы, учреждения и организации о наличии у виновного определенного имущества, а также вкладов, следователи и дознаватели ограничиваются лишь отметкой в допросе подозреваемого, обвиняемого, об отсутствии у него имущества. Таким образом, должным образом не обеспечиваются права потерпевших на компенсацию морального вреда. Несомненно, что такой подход не допустим, и в случае выявления подобных фактов надлежит привлекать лиц, производящих расследование, к дисциплинарной ответственности.

Подводя итог, можно сделать вывод о том, что основной проблемой в сфере обеспечения права на возмещение морального вреда выступает отсутствие четкой определенности о том, каким образом следует исчислять размер возможной компенсации. С нашей точки зрения, данная проблема должна быть разрешена исключительно законодательным путем.

Еще одной проблемой является непринятие следователями и дознавателями необходимых мер по обеспечению заявленного иска о компенсации морального вреда, в связи с чем, необходимо повышать их личную ответственность за данную деятельность.

Литература:

  1. Писарева М. А., Глазкова Л. В. Некоторые вопросы компенсации морального вреда в уголовном процессе // Nauka-rastudent.ru. 2015. №. 05 (17).
  2. Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 20 декабря 1994 г. N 10 (в ред. от 06.02.2007) «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» // Бюллетень Верховного Суда Российской Федерации. 2007. № 6.
  3. Кассационное определение Белгородского областного суда от 29.02.2012 года http://daywork.ru/fas2/5F01985AF33FB76244257BEB0065ED55.html
  4. Приговор Свердловского районного суда г. Красноярска от 18 января 2019 года по делу № 1- 69/ 2019 // https://sudact.ru/regular/doc/lzDmBxWcrw1N/
  5. Справка по результатам обобщения судебной практики рассмотрения судами Самарской области в 2019 году гражданских дел, связанных с компенсацией морального вреда при реабилитации // http://oblsud.sam.sudrf.ru/
Основные термины (генерируются автоматически): моральный вред, потерпевший, компенсация, гражданский иск, денежная компенсация, предварительное расследование, проблема, размер компенсации, страдание, судебная практика.


Ключевые слова

моральный вред, компенсация морального вреда, размер компенсации морального вреда, обеспечение права на компенсацию морального вреда
Задать вопрос