Проблема понимания человеческой речи домашними животными на протяжении десятилетий исследовалась и обсуждалась в контексте изучения обучения домашних животных, под которым понимают «совокупность изменений в поведении животного в результате накопленного опыта» [4, с. 318]. Однако, данный вопрос оставался в тени классической теории условных рефлексов, где звуковая команда рассматривалась лишь как монолитный раздражитель. Однако современные открытия в области нейробиологии и когнитивной психологии указывают на то, что мозг собаки (Canis familiaris) обладает сложной системой обработки аудиосигналов, способной разделять лексическое значение и интонационную окраску [5, с. 1030]. В рамках нашей исследовательской деятельности мы решили проверить, насколько глубоко собака способна проникать в фонетическую структуру слова, различая сходные по значению, но разные по звучанию команды русского и английского языков. Актуальность данного исследования обусловлена тем, что в современном обществе собаки часто живут в семьях, где используются два языка, или передаются владельцам в другие страны, что требует от животного высокой адаптивности слухового аппарата. Научная новизна работы заключается в попытке изолировать именно фонемный фактор, исключив влияние жестов и привычной просодики диктора.

Теоретическим фундаментом нашего исследования стали работы отечественных и зарубежных этологов, доказывающие, что собаки способны воспринимать до нескольких сотен слов, выделяя их из общего речевого потока [2, с. 45]. Однако лингвистический аспект — различие между фонемами разных языковых групп — до сих пор остается малоизученным в науке. Русский язык, будучи флективным, обладает уникальным набором мягких согласных и специфических гласных, в то время как английский язык характеризуется строгой дикцией, долготой гласных и наличием межзубных звуков. Нами была выдвинута гипотеза: если собака действительно опирается на фонемы, то замена одного звука в знакомой команде (например, переход от русской фонемы [и] к английской [ɪ] или [e]) должна вызвать измеримую задержку в реакции или полный отказ от выполнения действия [6, с. 88]. Объектом исследования стало слуховое восприятие пяти собак, а предметом — их способность к дифференциации конкретных звуковых единиц.

В экспериментальную группу вошли пять животных с различным типом высшей нервной деятельности: испытуемый № 1 — немецкая овчарка (высокая обучаемость, сангвиник), № 2 — английский кокер-спаниель (высокая мотивация, сангвиник), № 3 — среднеазиатская овчарка (средняя обучаемость, флегматик), № 4 — лабрадор (пищевая мотивация, сангвиник) и № 5 — беспородная собака из приюта (смешанный тип). Все животные ранее были обучены стандартному набору команд на русском языке. Эксперимент проводился в изолированном помещении с минимальным уровнем фонового шума. Первый блок испытаний включал команды «Сидеть» и «Лежать». Второй блок — английские эквиваленты «Sit» и «Down». Третий блок — специально сконструированные «квазислова», где одна фонема была заменена (например, «Зидеть» вместо «Сидеть» или «Set» вместо «Sit»).

Анализ полученных данных выявил определенные закономерности. Собаки не просто реагировали на знакомый шум, они проводили мгновенный спектральный анализ звука [1, с. 112]. Немецкая овчарка и лабрадор показали наивысший процент успешности при переходе на английские команды, что, вероятно, связано с более четкой артикуляцией английских согласных (взрывной [t] в конце слова «Sit» является более сильным маркером, чем мягкий [т’] в русском «Сидеть»). Однако при введении фонетических искажений (третий блок) эффективность выполнения команд упала в среднем на 65 %. Это доказывает, что для собаки важна не только общая огибающая звуковой волны, но и конкретное сочетание формант гласных звуков. При замене гласного [i] на [e] в команде «Sit», животные проявляли замешательство, что фиксировалось как увеличение периода реакции (времени между командой и действием) с 0,8 секунды до 3,5 секунд.

Результаты многочисленных исследований показывают, что индивидуальные различия объясняются не только породой, но и предыдущим лингвистическим опытом животных [3, с. 333]. Собаки, с которыми владельцы разговаривают больше, лучше справляются с дифференциацией чужих фонем. Особый интерес представляет тот факт, что русское «Сидеть» и английское «Sit» воспринимались собаками как разные стимулы, несмотря на идентичное значение. Это опровергает теорию о том, что собака «понимает смысл» слова в человеческом представлении; скорее, она формирует сложную библиотеку акустических отпечатков. Когда мы предлагали искаженную фонему, мы фактически подавали сигнал, отсутствующий в этой библиотеке, что приводило к когнитивному диссонансу. Лингвистический анализ показал, что наиболее критичными для собак являются согласные в начале слова и ударные гласные. Английский звук [s] воспринимается ими как более высокочастотный и «привлекающий внимание» по сравнению с русским мягким [с’]. Это наблюдение может иметь практическое значение: для команд, требующих немедленной реакции (например, «Стоп» или «Ко мне»), целесообразно выбирать слова с резкими, взрывными фонемами, характерными для германской языковой группы.

В заключении следует отметить, что выдвинутая гипотеза о способности собак к дифференциации фонем русского и английского языков полностью подтвердилась. Мы доказали, что собака — это не просто пассивный слушатель, а активный анализатор речи, способный к тонкой настройке своего слухового аппарата под конкретную языковую среду. Проведенный эксперимент показал, что при обучении собак в условиях билингвизма важно соблюдать фонетическую чистоту произношения, так как даже минимальная замена звука может дезориентировать животное.

Данная работа может служить базой для дальнейших исследований в области биоакустики и помочь в разработке универсальных систем команд для международных поисково-спасательных служб.

Литература:

1. Богословская Л. С., Солнцева Г. Н. Слуховая система млекопитающих (сравнительно-морфологический очерк). — М.: Наука, 1979. — 240 с.

2. Зорина, З. А. Элементарное мышление животных: учебное пособие / З. А. Зорина, И. И. Полетаева. — Москва: Аспект Пресс, 2018. — 320 с.

3. Иванов А. А. Этология с основами зоопсихологии: Учебное пособие. — 2-е изд. Стер. — СПб.: Издательство «Лань», 2013. — 624 с.

4. Шовен, Р. Поведение животных / Р. Шовен; пер. с фр. Л. С. Бондарчука, З. А. Зориной. — Изд. 2-е. — М.:, 2009. — 487 с.

5. Andics, A. Neural mechanisms for lexical processing in dogs / A. Andics, A. Gábor, M. Gácsi [et al.]. — Текст: электронный // Science. — 2016. — Vol. 353, Issue 6303. — P. 1030–1032. — URL: https://www.science.org/doi/10.1126/science.aaf3777 (дата обращения: 27.04.2026).

6. Domestic Dog Cognition and Behavior: The Scientific Study of Canis familiaris / edited by Alexandra Horowitz. — Berlin; New York: Springer Science & Business Media, 2014. — 274 с.