В конце августа 1826 г. в Иркутск прибыли первые группы декабристов, осужденных на каторгу: Н. Заикин, А. Муравьев, В. Давыдов, Е. Оболенский, А. Якубович, С. Трубецкой, С. Волконский, братья Андрей и Петр Борисовы, А. Веденяпин, С. Краснокутский, Н. Чижов, В. Голицын, М. Назимов. Преступники (в официальной терминологии того времени) препровождались туда большей частью в повозках скованными в сопровождении фельдъегерей. В 1832–1836 гг. декабристов, отбывших каторгу, стали отправлять из Петровского завода на поселение в разные места Сибири. До 1845 года им запрещалось постоянно жить в Иркутске, но те, кто находился в ближайших к нему селениях, часто бывали в городе и подолгу гостили у иркутян. Разбросанные по деревням и селам декабристы не теряли связи друг с другом, образовывая поселенческие колонии или содружества.

Одним из просветительских направлений ссыльных декабристов в Иркутске стала педагогическая деятельность, а именно частное обучение. Несмотря на официальный запрет для ссыльных заниматься преподавательской деятельностью, декабристы почти все им занимались, а местные жители охотно приглашали их в качестве учителей и наставников для своих детей. Самым ярким примером служит история Николая Андреевича Белоголового, будущего известного врача. В 1842 году его первыми учителями стали декабристы Алексей Юшневский и Петр Борисов.

Как вспоминал Н. А. Белоголовый: «Юшневский, кроме того, был хороший музыкант и слыл чуть ли не лучшим учителем для фортепиано в Иркутске... На свои городские уроки Алексей Павлович уезжал раза три в неделю утром и возвращался часу в первом к обеду; в отсутствие его для занятий с нами математикою являлся Петр Иванович Борисов» [8, с. 23]. Декабристы Юшневский, Борисов, Поджио имели не только платных учеников, приезжавших к ним из Иркутска, но обучали грамоте крестьянских детей, не беря за это никакой платы.

Влияние декабристов на становление женского образования в Иркутске было минимальным, хотя имело характер к изменению. Во второй четверти XIX века в Сибири появилось несколько женских учебных заведений: Сиропитательный дом Медведниковой и Институт для «девиц благородного и духовного звания» в Иркутске. У декабристов были хорошие отношения с начальницами женских заведений, которые приводили своих лучших учениц на литературные и музыкальные вечера. И. Д. Якушкин внедрял в образование новые методы обучения, основанные на формировании у детей осознанного и заинтересованного отношения к знаниям.

Благодаря тому, что декабристы были очень сплочёнными, они смогли сильно повлиять на иркутское общество и поднять его нравственный и культурный уровень. Не случайно декабрист М. С. Лунин писал: «Настоящее житейское поприще наше началось со вступлением нашим в Сибирь, где мы призваны словом и примером служить делу, которому мы себя посвятили» [4, с. 90].

За счет того, что в Иркутске уже была часть купечества (Баснины, Медведниковы, Белоголовые) и чиновников, которые сами стремились к образованию и культуре, декабристы смогли найти в них не пассивных подражателей, а равноправных собеседников. Генерал-губернатор С. Броневский называл их «Иркутскими мудрецами».

Во второй половине 40-х годов некоторые декабристы стали перебираться на постоянное жительство в Иркутск. Центрами, вокруг которых группировались они и приезжавшие в город декабристы, стали дома Волконского и Трубецкого. Мария Николаевна Волконская сумела превратить свой дом в один из очагов общественной жизни Иркутска. Городская молодежь постоянно вращалась в семье Волконских и Трубецких, находя у них не только радушное гостеприимство, но и очаг культуры и просвещения. В доме Волконского устраивались балы, маскарады, любительские спектакли. По свидетельству Н. А. Белоголового: «Уже одна открытая жизнь в доме Волконских прямо вела к сближению общества и зарождению в нем более смягченных нравов и вкусов» [8, с. 87]. Декабристы ввели в моду чтение, подписку на газеты и журналы, что способствовало росту образовательного уровня и культурных запросов иркутского общества.

Врачебная деятельность была одной из форм сближения декабристов с простым народом. Большинство сибирских врачей, находившихся на государственной службе, оценивалось негативно. Как писал Свистунов: «…хорошие врачи редки везде, а в Сибири их вообще не найдешь» [9, с. 307]. Широкую известность получила врачебная деятельность декабриста Ф. Б. Вольфа, врача по профессии. У него лечились многие иркутяне. Помощь местным жителям оказывали А. З. Муравьев, жены декабристов М. Юшневская, Е. Трубецкая, М. Волконская. Декабристы пользовались большим уважением у местных крестьян, оказывали им помощь советами, материальными средствами.

Когда политических ссыльных отправляли в Сибирь, они привозили с собой не только знания и культуру, но и революционные идеи. Декабристы считали своим долгом служить общественному благу даже в ссылке. Михаил Лунин, даже в тяжелых условиях не сдаваясь, боролся с самодержавием и крепостничеством. Он писал письма и рукописи, которые переписывали от руки и распространяли в Иркутске и других городах Восточной Сибири. Лунин создал политические сочинения: «Разбор Донесения Тайной Следственной Комиссии»..., «Общественное движение в России в нынешнее царствование» и «Взгляд на русское тайное общество с 1816 по 1826 год». Позже эти материалы опубликовал Александр Герцен в «Полярной Звезде». В Иркутске и Кяхте читали вольную русскую прессу, выпускаемую за границей Герценом и Огаревым. Из Кяхты эти издания пересылали дальше: декабристам Торсону и Бестужеву в Селенгинск, а также Горбачевскому в Петровский Завод.

Таким образом, влияние декабристов на социально-культурное развитие Иркутска было заметным, но реализовалось благодаря наличию местной образованной интеллигенции и дворянства, которые стали восприимчивой средой. При этом декабристы не изменили своей идеологии: в ссылке они продолжали борьбу с самодержавием, просвещали народ и одновременно занимались благотворительностью — бесплатно учили крестьянских детей, лечили и поддерживали простых людей. Тем самым они подняли культурный и нравственный уровень общества, сохранив верность убеждениям через конкретную помощь сибирякам. Следовательно, деятельность декабристов действительно оказала значительное влияние на социальный и культурный рост Иркутска.

Литература:

1. Кудрявцев, Ф. А. Иркутск: очерки по истории города / Ф. А. Кудрявцев, Г. А. Вендрих. — Иркутск: Восточно-Сибирское книжное издательство, 1971. — 435 с.

2. Косых, А. П. История Иркутской области: учебное пособие по краеведению для учащихся 7–10-х классов средней школы / А. П. Косых, В. Н. Панов, В. Г. Тюкавкин. — Иркутск: Восточно-Сибирское книжное издательство, 1983. — 188 с.: ил. — Текст: непосредственный.

3. Полунина, Н. М. Декабристы в Иркутске (1845–1856 годы) / Н. М. Полунина. // Памяти декабристов: (к 150-летию со дня восстания) / Министерство высшего и среднего специального образования РСФСР, Иркутский государственный университет имени А. А. Жданова; ответственные редакторы: Ф. А. Кудрявцев, С. Ф. Коваль; ответственный за выпуск Л. М. Дамешек. — Иркутск: Иркутский государственный университет, 1975. — С. 7–20.

4. Старая Сибирь в воспоминаниях современников / составитель Б. И. Жеребцов. — Иркутск \: Иркут. обл. изд., 1939. — 194 с.

5. Белоголовый, Н. А. Из воспоминаний сибиряка о декабристах / Н. А. Белоголовый // Воспоминания сибиряка / Н. А. Белоголовый. — Иркутск: Восточно-Сибирское книжное издательство, 1988. — C.170.

6. Свистунов П. Н. Сочинения и письма. Т. 1: Сочинения. Письма (1825–1840) / сост. В. А. Федоровым. Иркутск: Мемор. музей декабристов, 2002. 416 с

7. Якушкин, И. Д. Записки, статьи, письма декабриста И. Д. Якушкина / под редакцией и с комментариями С. Я. Штрайха; ответственный редактор М. В. Нечкина. — Москва: Издательство Академии наук СССР, 1951. — 739 с.