Благодарю за помощь, поддержку и мудрые советы мою бабушку Елену Трофимовну Бруско.

Данная статья — это подведение итога двухлетнего труда, создания двух научно-практических работ. Последней работе предшествовал проект на тему «Числа Фибоначчи».

В статье я рассматриваю конкретные примеры произведений изобразительного искусства и литературы с целью подтверждения своей гипотезы : числа Фибоначчи и «золотое сечение» подчиняются единым законам природы и создают сущность и гармонию всего окружающего мира в разных его проявлениях: в искусстве, науке, флоре и фауне. Вот почему они вызывают большой практический и теоретический интерес в различных видах искусств и многих науках:

— в развитии фундаментальной и прикладной математики, информатики и смежных с ними наук;

— в компьютерной графике;

— в криптографии;

— в программировании;

— в имитационном моделировании различных естественных, социальных, экономических процессов, например, в кристаллографии;

— в биологии и биоинформатике.

Актуальность темы статьи заключается в том, что с помощью закона «золотого сечения» и ряда чисел Фибоначчи мы открываем в произведениях русской и японской живописи и литературы, в частности А. С. Пушкина и Харуки Мураками, слагаемые прекрасного, начинаем глубже понимать взгляды писателей, художественное своеобразие и идейное содержание их произведений.

Суть указанного закона

С античных времен философы и ученые, прежде всего математики, ищут «формулы красоты» — принципы, воплощающие гармонию идеала. Исследователям удалось найти такую пропорцию, «божественную», «золотую», или закон «золотого сечения».

Бо́льшая часть целого так относится к меньшей его части, как целое — к большей. Учёные установили, что величина «золотой пропорции» ( F ) является иррациональным числом и близка к 1,618.

История развития закона «золотого сечения».

Впервые на указанную пропорцию обратили внимание древнегреческие мыслители.

Фибоначчи, 1180–1240 гг., математик из Италии. Открыл ряд чисел, связанных с законом «золотого сечения»

Интерес к закону «золотого сечения» вновь проявился в эпоху Возрождения.

Философы, учёные России о «золотом сечении»

Николай Александрович Васютинский. Проявление «золотой пропорции» в науке и искусстве

Николай Александрович Васютинский написал книгу о золотой пропорции, лежащей в основе гармонии природы и произведений искусства. В его книге [3] рассказано о сути этого замечательного соотношения, истории его открытия и исследований; описано проявление закономерностей золотой пропорции в архитектуре, музыке, поэзии, а также в химии, биологии, ботанике, геологии, астрономии и технике.

Интерпретация картин русских и японских художников

В сравнении с вечностью наша жизнь слишком коротка, слишком мала и хрупка… Но в этой естественности и недолговечности — источник красоты и гармонии. Эта мысль близка и русскому, и японскому изобразительному искусству. Она выражена в этих двух картинах и подчёркивается символикой чисел Фибоначчи, как и в японских гравюрах: одинокий Везувий, одинокая луна, одинокая часовенка, одинокая фигура женщины на картине Айвазовского; одинокая церквушка, одинокое забытое кладбище, одинокая тропинка, спиралевидные облака на картине Левитана.

Наслаждаться искусством для японцев — это вслушиваться в несказанное, любоваться невидимым. Таковы гравюры японского художника Хокусая.

Гравюра «Победный ветер. Ясный день. Белая Фудзи» свидетельствует о том, что пустота вокруг горы Фудзи может обладать разным наполнением

Символическое значение чисел Фибоначчи в японских гравюрах

Предметы, изображённые на гравюрах, имеют форму спирали Фибоначчи: дерево, волна, гора Фудзи. В искусстве японцев большую роль играет символическое значение чисел. Единица и нечётные числа обозначали Небо и мужское начало мира. Единица является божественным числом.

«Золотое сечение» в японской поэзии

Наслаждаться искусством для японцев — это вслушиваться в несказанное, любоваться невидимым. Таковы хайку (или хокку) — стихотворения из единственной фразы, из одного поэтического образа. Эта предельно сжатая форма способна нести в себе поистине бездонный подтекст [6].

* * *

Наша жизнь — росинка,

Пусть лишь капелька

росы

Наша жизнь — и всё же. (Мацуо Басё)

С помощью числа F убеждаемся, что «золотое сечение» в этом трёхстишии выделяет слово «роса». Образ росы символизирует быстротечность жизни. Поэт размышляет о том, что в сравнении с вечностью наша жизнь слишком коротка, слишком мала, как капелька росы, поэтому её надо ценить.

Таков сад камней Рёандзи в Киото, именуемый философским садом

Десятки имён у главной достопримечательности японского города Киото, и десятки толкований сути, которую вложил столетия назад мудрый монах Соами в пятнадцать чёрных необработанных и разных по величине камней, разбросанных по белому песку. Камней 15. Но на самом деле замечаешь только 14. Пятнадцатого камня перед глазами нет. Его загораживают соседние. Делаешь шаг по деревянной галерее, протянувшейся вдоль края песчаного прямоугольника, — и снова четырнадцать камней. Пятнадцатый, тот, что до сих пор прятался, теперь оказался в их числе, а исчез другой камень.

В чём же смысл загадки сада камней? [14]

Возможно, это наглядная модель познания, метафора науки. Обязательно остаётся что-то неизвестное, неучтённое.

Может быть, Соами хотел сказать, что дело не в камнях, а в людях, которые приходят в сад. Люди воспринимают одно и то же по-разному.

Один из посетителей этого сада выразил такую мысль: в саду монастыря Рёандзи человеку доступно охватить взором лишь 14 камней, но находящиеся там люди видят сад целиком.

Так и мы все вместе составили более полное представление о японском искусстве, приблизились к истинному пониманию его особенностей и пониманию закона «золотого сечения». Как было бы хорошо, если бы люди научились видеть проблемы целиком!

«Золотая пропорция» и числа Фибоначчи в творчестве Пушкина и Мураками. Сравнительный анализ их произведений.

Общее в произведениях Пушкина и Мураками — это, прежде всего, поиски себя в обществе, в мире, желание полнее раскрыть свой внутренний мир, понять смысл жизни.

Проявление «золотой пропорции» в творчестве А. С. Пушкина

Проводя аналогию между математикой и литературой, можно прийти к следующему выводу: в строении стихотворений должна проявляться закономерность музыкальной гармонии, следовательно, и золотая пропорция. Четкий ритм, закономерное чередование ударных и безударных слогов, упорядоченная размерность стихотворений, их эмоциональная насыщенность делают поэзию родной сестрой музыкальных произведений. Каждый стих обладает своей музыкальной формой — своей ритмикой и мелодией. Характерно, что наиболее выдающиеся произведения А. С. Пушкина, шедевры его творчества явно тяготеют к размерам из 8, 13, 21 и 34 строк. К ним относятся стихи «В крови горит огонь желаний…», «Я вас любил, любовь еще, быть может…», «Пора, мой друг, пора! Покоя сердце просит…», — все они состоят из восьми строк. Числа Фибоначчи не только доминируют в размерах стихотворений А. С. Пушкина, они определяют во многих случаях и внутреннюю композицию стихотворений: число стихов и число строк в них.

Так, в стихотворениях «Моя родословная» — 8 восьмистиший, «Друзьям» и «Дорожные жалобы» — 8 четверостиший. Конечно, число 8 удобно для стихосложения еще и потому, что оно чётное. Но ведь чётными являются и числа 6 и 10, но они встречаются в произведениях поэта крайне редко. Нечётные числа этого ряда 3, 13, 15, 21 затрудняют стихосложение, рифмование строк. Но поэт пользуется этими размерами, так как они отвечают требованиям художественной формы, формы новой, оригинальной и в то же время отвечающей критериям гармонии. В коротких стихотворениях размером в 4–8 строк, как правило, выражена одна мысль или одно эмоциональное состояние поэта. Но стихотворения более значимые по размеру, содержащие 12–14 или 20–22 строки, очень часто включают в себя две мысли, два эмоциональных состояния. Поэтому такие стихотворения можно поделить на две части. Такое деление стихов на две части бывает симметричным — произведение делится на две равные части. Но значительно чаще части стихотворения не равны по размеру, ассиметричны. В таких произведениях отношение большей части к меньшей очень часто соответствует ряду чисел Фибоначчи (или бывает очень близко к ним) и, следовательно, близко к золотой пропорции. Некоторые стихотворения

А. С. Пушкина очень чётко отвечают этой закономерности внутренней композиции. Рассмотрим, например, стихотворение-притчу А. С. Пушкина.

Сапожник

Картину раз высматривал сапожник

И в обуви ошибку указал;

Взяв тотчас кисть, исправился художник,

Вот, подбочась, сапожник продолжал:

«Мне кажется, лицо немного криво...

А эта грудь, не слишком ли нага?

Тут Апеллес прервал нетерпеливо:

«Суди, дружок, не свыше сапога!»

Есть у меня приятель на примете:

Не ведаю, в каком бы он предмете

Был знатоком, хоть строг он на словах,

Но черт его несет судить о свете:

Попробуй он судить о сапогах!

Проведем анализ притчи «Сапожник». Притча — произведение в иносказательной форме, заключающее религиозное или моральное поучение. Стихотворение Пушкина состоит из 13 строк. В нем выделяется две смысловые части: первая из 8 строк и вторая, в которой отражена мораль притчи, из 5 строк. Число F в этой притче помогает нам найти эмоциональный центр, кульминационный момент в этом стихотворении: «Суди, дружок, не свыше сапога!» Во второй части стихотворения, состоящей из 5 строк, эта мысль развивается и обобщается: эпизод с сапожником подводит поэта к размышлению о его «приятеле» и о «знатоках» в целом. Выразительная художественная деталь-образ («сапоги») завершает это стихотворение и подчёркивает основную мысль притчи: «Попробуй он судить о сапогах!».

Так поэт возвращает нас к восьмой, кульминационной, строке: «Суди, дружок, не свыше сапога!» Я думаю, что этой фразой поэт в аллегорической форме (с помощью художественной детали — «сапоги») выражает следующую мысль: «Каждый человек имеет право судить только о том, в чём он компетентен: светский человек о свете, художник о произведениях изобразительного искусства, сапожник о сапогах!» И как часто люди дают оценку тому, о чём не имеют никакого представления!

Анализ романа в стихах «Евгений Онегин».

Роман в стихах «Евгений Онегин» — моё любимое произведение А. С. Пушкина. Он состоит из 8 глав, в каждой из них в среднем около 50 стихов, а в каждом стихе 14 строчек. Наиболее совершенной и эмоциональной является восьмая глава. В ней 51 стих.

Вместе с письмом Евгения к Татьяне, это соответствует числу Фибоначчи — 55. Основная схема построения «Евгения Онегина» основана на близости к числам 8, 13, 55, и это не случайно. Кульминацией произведения является объяснение Евгения в любви к Татьяне — строка «Бледнеть и гаснуть … вот блаженство!». Эта строка делит всю восьмую главу на две части — в первой 477 строк, а во второй — 295. Их отношение равно 1,618 , то есть числу F. Похоже, что основная схема построения «Евгения Онегина» основана на близости к числам ряда Фибоначчи: 5, 8, 13, 21, 34, 55 . Тяготение Пушкина к этим числам не случайно. Сон Татьяны в 5 главе, безусловно, вещий: в нём содержится намёк на развитие будущих событий. В 21 строфе сон заканчивается тем, что «Евгений / Хватает длинный нож и вмиг / Повержен Ленский». В 34 строфе Онегин невольно проявляет своё истинное отношение к Татьяне: «взор его очей был чудно нежен», «взор сей нежность изъявил».

Я думаю, что в этой главе поэт намекает на чувство любви, которое уже испытывает Онегин к Татьяне, но ещё не догадывается о нём. 5 глава является кульминационной в развитии сюжета: в ней автор намекнул на то, как будут развиваться и сюжетная, и эмоциональная линии. Тяготение к определенным стихотворным формам характерно для каждого поэта, оно и определяет его индивидуальность. Для А. С. Пушкина характерно большое разнообразие таких форм, но есть у него и наиболее излюбленные.

По-видимому, сюда относится и интуитивное тяготение к числам 5, 8, 13, 21, 34, 55. Ведь интуиция в творчестве А. С. Пушкина была необычайно сильной и плодотворной, во многом она и определила гениальность его произведений.

Проявление «золотой пропорции» в творчестве Харуки Мураками.

Мой интерес к Япония как стране, её традициям, философии, культуре, моде, языку, начался давно, с увлечения анимацией и графическим рисованием.

К серьёзной литературе я пришла постепенно. Желание рассмотреть произведения Харуки Мураками с точки зрения проявления закона «золотого сечения» может показаться необоснованным и даже дерзким.

Но я думаю, что общего между произведениями Пушкина и Мураками гораздо больше, чем мы думаем, и оно гораздо существеннее, чем различия: в широком смысле, это поиски себя в обществе, в мире, желание полнее раскрыть свой внутренний мир, понять смысл жизни. Современники называют Харуки Мураками гениальным писателем. Если это так, то закон «золотого сечения» он должен чувствовать интуитивно. Нравственные принципы, традиции, культура, философия, условия жизни, исторические события любого народа формируют основные принципы и особенности его искусства. И в японском, и в русском искусстве есть то, что нас сближает, есть нечто общее, есть признаки (возможно, интуитивного) соблюдения закона «золотого сечения».

«Я просто хотел писать о себе и своем мире». Харуки Мураками

Харуки Мураками — японский писатель и переводчик. Родился 12 января 1949 года в Киото. Его работы переведены более, чем на 50 языков, и стали бестселлерами как в Японии, так и в других странах. Имеет многие литературные награды. Писатель был очень увлечён музыкой. Переводчик первых книг писателя на русский язык Дмитрий Коваленин назвал прозу автора «джазовым дзэном», подчеркнув этим не только ее музыкальность, но и принадлежность сразу к двум культурам: восточной и западной [15]. Мураками пишет о японцах, но вдохновение часто черпает у западных авторов.

В его произведениях появляются цитаты из текстов Достоевского, Толстого, Флобера и Бальзака. Его рассказы и романы сравнивают с произведениями Воннегута и Кафки, а его герои читают приключенческие книги Джека Лондона, детективы Агаты Кристи, вспоминают изречения Канта. Писатель переводит на японский произведения известных писателей. На родине писателя обвиняют в том, что он «неяпонский автор». Мураками много лет прожил за пределами страны, изучал и преподавал западную литературу и сумел взглянуть на культуру и народ своей страны другими глазами: «Легче писать о своей стране, когда ты далеко. На расстоянии можно увидеть свою страну такой, какая она есть».

First Person Singular (short story collection)

«От первого лица» [10]

Это сборник из восьми рассказов Харуки Мураками. Впервые он был опубликован 18 июля 2020 года. Все восемь историй в книге рассказаны от первого лица. Книга даёт возможность погрузиться в реальную жизнь и атмосферу Японии, познакомиться с внутренней философией японцев разных возрастов. Харуки Мураками раскрылся для меня не только как писатель, но и как яркая и разносторонняя личность. Книга помогает взглянуть на свою жизнь и происходящие в ней события под другим углом.

Анализ рассказа Харуки Мураками «Крем».

Мне было рекомендовано прочитать рассказ «Крем». Повествование ведётся от лица участника происходивших когда-то, когда герою было восемнадцать лет, весьма странных событий. Евгению Онегину в начале романа тоже было восемнадцать, в середине романа, когда он оказался «в глуши, в деревне», — примерно 23, в конце — 26. Вот и герой рассказа «Крем» делится своими воспоминаниями со своим младшим собеседником, будучи же значительно старше. А в 18 лет и герой Мураками, и Евгений Онегин были довольно легкомысленными, не задумывающимися о смысле жизни юноша.

Герой рассказывает о том, как одна девочка, с которой шестнадцатилетний юноша вместе посещал занятия музыки и с которой не виделся уже два года, отправила ему приглашение на её фортепианный концерт, указав точно место и время. Герой рассказа из любопытства согласился. Но он не понимал, почему эта девочка, с которой он так недолго вместе занимался игрой на фортепиано и с 16 лет больше не виделся, пригласила его на свой концерт! Концертный зал находился на вершине горы в Кобе. Виток за витком преодолевает он эту гору, и, когда оказывается наверху, обнаруживает полное отсутствие людей, глухое здание, в котором нет признаков жизни. Герой рассказа не понимает, что всё это значит.

Почему он должен был проделать этот путь впустую? У героя рассказа начались серьезные проблемы с дыханием. Он свернул в небольшой парк и сел на скамейку в беседке, закрыл глаза. Когда он их открыл, увидел пожилого человека, сидевшего напротив. «Прошло время, и тут вдруг старик сказал: «Круг с множеством центров». Затем он пояснил: «Есть несколько центров — нет, иногда их бесчисленное множество — и это круг без окружности. Можете ли вы представить себе такой круг в уме?» Но так как юноша ничего не мог ему ответить, старик продолжал: «В этом мире нет ничего стоящего, что можно легко получить. Но, если вы потратите немного времени и усилий, если вы достигнете этой трудной цели, это станет кремом вашей жизни». «Во французском языке есть выражение «crème de la crème», — продолжал он. — Крем из сливок. Это означает лучшее из лучшего. Самая главная сущность жизни — это crème de la crème. Остальное просто скучно и бесполезно». «Поразмышляйте об этом», — сказал старик. — Снова закройте глаза и продумайте все до мельчайших деталей… Вы не можете быть ленивым или небрежным. Прямо сейчас самое подходящее время, потому что это период, когда ваш мозг и ваше сердце формируются и укрепляются».

Когда я читала этот рассказ, меня поразило то, что в нём тоже соблюдается числовой ряд Фибоначчи: одна гора в Кобе, одна загадочная машина с громкоговорителем, одинокое здание концертного зала, два человека в автобусе на конечной остановке (главный герой и водитель), два собеседника, два разговора (молодого героя со стариком и повзрослевшего главного героя с его младшим товарищем). Всё содержание рассказа соответствует пяти темам: разговор с младшим товарищем, воспоминания о девочке, восхождение на гору, разговор с пожилым человеком в беседке, заключительные размышления главного героя.

Оба произведения, рассказ «Крем» и роман в стихах «Евгений Онегин», имеют композиционное сходство, состоят из восьми глав. В рассказе Мураками границы глав обозначены автором с помощью отступов и красной строки. С помощью «золотого сечения», числа F , мы находим кульминационный момент в произведениях — это пятая глава : у Мураками в этой главе появляется символический образ круга со множеством центров , круга без окружности; у Пушкина 5 глава — сон Татьяны , в котором она видит всё то, что произойдёт в дальнейшем с главными героями произведения. В рассказе «Крем» несколько символических образов: это письмо-приглашение на концерт, возвращающее героя в прошлое; загадочная машина , которую герой так и не увидел, с громкоговорителем, вещающим христианскую проповедь о покаянии за содеянные грехи и призывающую уверовать в Бога, чтобы получить посмертное спасение и вечную жизнь; заброшенное здание концертного зала на вершине горы и, наконец, сама гора , трудное восхождение на которую совершает главный герой, подчиняясь сложившимся обстоятельствам.

Гора — это символ жизненного пути человека, спираль жизни.

В романе «Евгений Онегин» таким символом препятствия на жизненном пути является «кипучий, тёмный и седой поток» из сна Татьяны.

Есть и другие символические образы, помогающие раскрыть внутреннее содержание произведения: «шалаш убогой» «пустынным снегом занесён», чудовища в шалаше, «кругом всё глушь», две жёрдочки, один мосток через ручей.

Результаты сравнительного анализа романа в стихах «Евгений Онегин» А. С. Пушкина и рассказа «Крем» Харуки Мураками

С образом горы тесно связан другой символический образ — образ круга .

Что же такое круг с множеством центров и без окружности?

Если представить его, мы увидим ту же спираль Фибоначчи .

Я думаю, что автор имел в виду поиски смысла жизни, или истины, которая у каждого своя. А развивается наша жизнь по спирали, виток за витком приближая каждого из нас к истинному пониманию смысла своей жизни. Понимание истины делает жизнь человека гармоничнее. И в понимании этого нелёгкого пути развития спирали жизни нам, безусловно, помогли древние мыслители, в том числе Фибоначчи. Понимание того, что надо найти смысл жизни, пришло и к Евгению Онегину, и к герою рассказа Мураками, который, кстати, в конце произведения очень напоминает самого писателя, даже своим внешним видом. А это говорит о том, что устами своего героя говорит сам Мураками: «Временами мне начинало казаться, будто я в общих чертах понимаю, что́ это за круг, но стоило задуматься глубже — и я опять терялся. И так — по кольцу, снова и снова. Но, вероятно, круг этот не есть нечто ощутимое, он существует лишь в сознании человека. Вот что я думаю. Например, когда мы любим от всего сердца, глубоко сострадаем кому-то, идеалистически представляем, каким должен быть этот мир, открываем для себя веру (или нечто схожее), — разве не начинаем мы понимать и принимать тот круг как данность? Разумеется, это всего лишь мой смутный вывод».

И роман «Евгений Онегин», и рассказ «Крем» не случайно имеют кольцевую композицию. В романе «Евгений Онегин» кольцевая композиция связана с символическим образом письма Татьяны Лариной, в котором она признаётся в любви молодому Евгению; через несколько лет сам Евгений, вторично встретившись с Татьяной, в свою очередь, пишет ей письмо с признанием в любви. В истории любви Евгения и Татьяны это уже был следующий круг, который преодолевает герой по спирали своей жизни. Он его преодолевает, чтобы понять, что же такое любовь.

В рассказе «Крем» разговор с товарищем, в начале и в конце произведения, обрамляет сам рассказ главного героя. В конце произведения автор делает своеобразный вывод, кратко даёт свою интерпретацию того, что с ним произошло много лет назад. Повествование от первого лица помогает нам лучше понять вывод автора.

Письмо-приглашение на концерт от когда-то знакомой девочки для героя Мураками стало предупреждением, что надо остановиться и осмыслить своё прошлое, чтобы двинуться дальше по спирали жизни. Оба героя этих двух произведений, проходя через определённые трудности и испытания, начинают осознавать необходимость понимания смысла жизни, поисков истины.

Я думаю, что круг с множеством центров — это путь, который проходит каждый человек, чтобы, наконец, получить крем.

Так что же тогда «крем»?

Крем, crème de la crème, — это есть истина, то есть то, что является самым главным в жизни человека.

Заключение

«Золотая пропорция» — понятие математическое, её изучение — это прежде всего задача науки. Но она же является критерием гармонии и красоты, а это уже категория искусства. Поэтому я сосредоточила своё внимание на произведениях изобразительного искусства и литературы. Но я хотела подвергнуть сравнительному анализу произведения таких авторов, между которыми, казалось бы, нет ничего общего. Но почему-то меня тронули, восхитили и роман в стихах «Евгений Онегин» Пушкина, и рассказ «Крем» Мураками. Мне кажется, я подтвердила свою гипотезу.

Между приведёнными мною авторами есть много общего.

Эта общность возникает тогда, когда художник, творец начинает поиски красоты и гармонии в жизни, т. е. поиски «золотой пропорции», когда он так же, как профессор Александр Александрович Любищев, смотрит в окно на морозные узоры и задаёт себе всё тот же назойливый вопрос: «Почему морозные узоры так похожи на листья растений? Что общего между мёртвой и живой природой?» На протяжении многих столетий человек в своём творчестве учился у природы, постигая её гармонию, её красоту. Он жил в духовном единстве с гармонией природы, и это создавало благодатную почву для его творчества.

«Закономерности золотой пропорции и чисел Фибоначчи так широко распространены в природе, проявляются на самых различных уровнях — от атомных сочетаний до строения тел высших животных. В золотой пропорции и в спирали Фибоначчи — ключ к гармонии систем, волшебный золотой ключик, открывающий дверь в страну гармонии и красоты… Как здесь не вспомнить пифагорейцев, увидевших в числах сущность вещей, строение Вселенной».

Эту сущность чисел видят и представители японского искусства. Всё это, безусловно, относится и к Харуки Мураками. Гора в рассказе «Крем» — воплощение спирали Фибоначчи. А произведения А. С. Пушкина — образец наиболее выдающихся творений русской культуры, образец высочайшего уровня гармонии. С поэзии А. С. Пушкина начинаются поиски «золотой пропорции» — мерила гармонии и красоты.

Литература:

1. Абрамов М. А., Волошинов А. В. Пушкин и законы симметрии. // Человек. 1999. № 3;
2. Акопян С. А. Закон золотого сечения и его проявление в литературе. — Исследования молодых учёных. //МГПУ. Москва. № 10. — 2020. — 205–206 с.
3. Васютинский Н. А. Золотая пропорция. Эврика, 2006.
4. Доберштейн В. Ю. «Золотое сечение» в поэзии // Вестник Костромского государственного университета им. Н. А. Некрасова. — 2008. — Т.14, п. 2. — с.205–206.
5. Евклид. Начала. М., Л.: 1948. — 448 с.
6. Классическая японская поэзия / состав., предисл. и коммент. Мещерякова А. Н. — М.: Мир энциклопедий Аванта+, Астрель, — 2007. — 447 с.
7. Лосев А. Ф. Музыка как предмет логики // Лосев А. Ф. Из ранних произведений. М.: 1990. 388 с.
8. Лоскутникова М. Б. Отечественное литературоведение XX века: Вопросы теории и методологии. М.: 2014. — 148 с.
9. Медкова Е. С. Ключи к символике японского изобразительного искусства. — Искусство//2008.
10. Мураками Харуки. От первого лица: сборник рассказов. — М: Эксмо, 2022. — 192 с.
11. Овчинников В. В. Ветка сакуры. Рассказ о том, что за люди японцы. — Издательство Аст. — 2005.
12. Пачоли Лука. О Божественной пропорции. М.: 2007. — 252 с.
13. Платон. Собрание сочинений в 4-х тт. Т.3. М., 1994. — 421–501 с.
14. Цветов В. Я. Пятнадцатый камень сада Рёандзи. — 3-е издание, дораб. и доп. — М.: Политиздат. — 1991. — 414 с.
15. Коваленин Д. В. Суси-нуар. Занимательное муракамиведение. Серия: Мураками Мания. Эксмо, 2011. 432 с.