Введение

Статья 172.4, устанавливающая ответственность за незаконный возврат просроченной задолженности физических лиц, включена в Уголовный кодекс Российской Федерации (далее — УК РФ) в 2023 году. [1] Ее принятие обусловлено значительной закредитованностью граждан и ростом частных организаций, чьи сотрудники нередко используют незаконные методы взыскания. Разделяя позицию В. А. Попенкова, отметим, что прежняя нормативная база не позволяла в полной мере пресекать преступные посягательства со стороны коллекторских агентств, в связи с чем принятые изменения видятся своевременными и обоснованными [5, с. 117].

Однако в доктрине и правоприменении существует исследовательский разрыв. Формулировка «лицо, действующее в интересах кредитора» порождает неопределенность. На практике это приводит к сложностям при доказывании связи исполнителя с банком и отграничении от смежных преступлений. Мы выдвигаем гипотезу о том, что введение нормативного примечания к ст. 172.4 УК РФ, закрепляющего статус лица через трудовой или гражданско-правовой договор, устранит риски неоднозначного толкования нормы. Цель исследования — выработка комплексного представления об особенностях субъекта, предусмотренного ст. 172.4 УК РФ.

Методы. В основу исследования легли формально-юридический (анализ текста уголовного законодательства) и сравнительный методы, а также методы правового моделирования гипотетических ситуаций и разработки авторского законодательного примечания.

Результаты и обсуждение. Систематизируем подходы ученых к определению круга лиц, охватываемых рассматриваемой нормой. В рамках ст. 172.4 УК РФ законодатель включает в круг субъектов преступления кредиторов, работников банковских и микрофинансовых структур, а также лиц, осуществляющих профессиональную коллекторскую деятельность или действующих в их интересах [1].

Исполнитель обязательно должен обладать особым правовым статусом в сфере финансово-кредитных отношений или деятельности по возврату долгов. В данном контексте субъект рассматриваемого преступления полностью подпадает под классическое определение, согласно которому «специальный субъект преступления — это лицо, которое помимо общих признаков, определяющих его как физическое, вменяемое и достигшее определенного возраста, обладает еще и специальными (дополнительными) признаками, предусмотренными в диспозиции уголовно-правовой нормы (или вытекающими из нее), с использованием или в силу наличия которых лицо и совершило данное преступление» [6, с. 25]. Логика рассуждений В. А. Попенкова наглядно демонстрирует, что лицо, принимающее на себя функции по взысканию долга, становится полноценным участником этих отношений, и, следовательно, приобретает статус специального субъекта уголовной ответственности [5, с. 119].

Установить этот статус правоприменителю непросто, так как рассматриваемая норма является бланкетной: необходимо обращаться к документам из смежных отраслей права. Однако возникают сложности при доказывании зависимости виновного лица от кредитора. Например, если звонки поступают с неофициальных или скрытых сим-карт, крайне трудно подтвердить, что субъект действовал в интересах конкретного банка, а не по личной инициативе. Как справедливо отмечают в своем исследовании В. А. Осипов и А. С. Туманов, полноценная судебная практика в данной сфере формируется с трудом, а уголовные дела часто приостанавливаются из-за невозможности установить конкретное лицо, подлежащее привлечению в качестве обвиняемого [4, с. 44].

Мы солидарны с мнением А. А. Коренной о том, что диспозиция ст. 172.4 УК РФ излишне казуистична (в частности, из-за оборота «в том числе»), что может заметно усложнять квалификацию на практике [3, с. 123]. Однако предложение автора изменить признаки субъекта по аналогии с нормами административного законодательства, сведя их к формулировке «кредитор или лицо, действующее в его интересах», видится нам дискуссионным. Подобные общие конструкции традиционно используются в охранительных правоотношениях некриминального характера. На наш взгляд, ст. 172.4 УК РФ действительно нуждается в разгрузке от лишних словесных конструкций, но сокращать ее до административно-правовых рамок нельзя — формулировка специального субъекта должна оставаться развернутой и конкретной, чтобы следствие и суд точно понимали, кого именно привлекать к строгой ответственности.

Вместе с тем, при анализе диспозиции нормы обнаруживается логическое противоречие, связанное с использованием оборота «лицо, действующее в интересах кредитора». На наш взгляд, здесь кроется неопределенность, поскольку ни в самом УК РФ, ни в профильном Федеральном законе № 230-ФЗ не приводится четкого толкования данного понятия.

Буквальное прочтение формулировки «в интересах кредитора» неоправданно размывает границы специального субъекта, а следовательно, нарушает принцип правовой определенности. Из-за такой абстрактности сложно провести грань с вымогательством (ст. 163 УК РФ), где у виновного нет прав на имущество, и самоуправством (ст. 330 УК РФ), при котором право требования есть, но нарушается законный порядок его возврата. В конечном счете, общественная опасность по ст. 172.4 УК РФ заключается именно в криминальных способах воздействия — угрозах насилия, уничтожением имущества или распространением порочащих сведений.

Чтобы проиллюстрировать эту проблему, приведем гипотетическую ситуацию: «Гражданин имеет просроченную задолженность перед микрофинансовой организацией. Брат руководителя организации случайно узнает о долге и по личной инициативе направляет должнику сообщения с угрозами насилия, не имея поручений или доверенности». Формально такое лицо действует ради извлечения выгоды в интересах кредитора. Но по факту это посторонний гражданин, полностью оторванный от легального рынка взыскания. Логично, что привлекать его к ответственности нужно как общего субъекта — за вымогательство. Однако размытые формулировки статьи 172.4 УК РФ создают риск ошибочного вменения этого специального состава лицу, которое не обладает официальным статусом коллектора или кредитора.

Для устранения указанной двусмысленности дополним ст. 172.4 УК РФ примечанием следующего содержания:

«Примечание. Под лицом, действующим в интересах кредитора (взыскателя) в настоящей статье, понимается физическое лицо, уполномоченное на совершение действий, направленных на возврат просроченной задолженности, трудовым или гражданско-правовым договором, доверенностью либо иным законным представительством».

Такое изменение позволит провести четкую грань между специальным субъектом ст. 172.4 УК РФ и общим субъектом смежных составов преступлений, что исключит риски неоднозначного толкования нормы.

Заключение. Таким образом, субъект данного преступления является специальным и относится к категории сложно-доказуемых в силу бланкетного характера нормы, требующей отсылки к смежным отраслям права. Анализ показывает, что понимание субъекта ст. 172.4 УК РФ как лица с исключительными полномочиями в сфере взыскания противоречит размытой формулировке «в интересах кредитора». Предложенное примечание устранит этот разрыв и обеспечит защиту прав граждан.

Литература:

1. Уголовный кодекс Российской Федерации от 13.06.1996 № 63-ФЗ (ред. от 10.06.2026) // Собрание законодательства РФ. — 1996. — № 25. — Ст. 2954.
2. Федеральный закон «О защите прав и законных интересов физических лиц при осуществлении деятельности по возврату просроченной задолженности и о внесении изменений в Федеральный закон «О микрофинансовой деятельности и микрофинансовых организациях»» от 03.07.2016 № 230-ФЗ (ред. от 31.07.2025) // Собрание законодательства РФ. — 2016. — № 27 (часть I). — Ст. 4163.
3. Коренная, А. А. Дискуссионные вопросы уголовной ответственности за незаконное осуществление деятельности по возврату просроченной задолженности (Статья 172.4 УК РФ) / А. А. Коренная // Вестник Уфимского юридического института МВД России. — 2024. — № 4(106). — С. 119–126. — EDN ITFCHL.
4. Осипов, В. А. Незаконное осуществление деятельности по возврату просроченной задолженности физических лиц: основание уголовной ответственности и вопросы правоприменения / В. А. Осипов, А. С. Туманов // Научные исследования преступления и наказания. — 2025. — № 4(4). — С. 39–46. — EDN PWSKHA.
5. Попенков, А. В. Специальный субъект незаконного осуществления деятельности по возврату просроченной задолженности физических лиц. Понятие и признаки / А. В. Попенков // Судебная экспертиза и исследования. — 2025. — № 2. — С. 115–120. — EDN UDKOFN.
6. Сенцов, А. С. Субъект преступления в российском уголовном праве: учебное пособие / А. С. Сенцов, В. А. Волколупова, В. Г. Волколупов. — Волгоград: РАНХиГС, 2024. — 58 с. — EDN AJHKVT.