The article deals with the concept of evidence in the administrative process. The definitions established in Article 59 of the Code of Administrative Procedure and Article 26.2 of the Code of Administrative Offences are compared, doctrinal approaches to the features of evidence are analysed, and the thesis that the legal basis of proof is contained exclusively in the Code of Administrative Offences is critically assessed. The author proposes a system of five features of evidence and an original definition of evidence in administrative proceedings that takes into account the public law nature of the dispute and the active role of the court.
Keywords: evidence, proof, administrative process, administrative proceedings, relevance, admissibility, burden of proof, active role of the court.
Понятие доказательства в административном процессе остается дискуссионным, и первая причина этого — многозначность самого термина «административный процесс». Широкий, управленческий подход охватывает всю процедурную деятельность органов исполнительной власти. Юрисдикционный сводит административный процесс к разрешению индивидуальных дел и применению мер принуждения, прежде всего к производству по делам об административных правонарушениях. Судебный отождествляет его с административным судопроизводством, названным в ч. 2 ст. 118 Конституции Российской Федерации среди форм осуществления судебной власти [1]. От выбора подхода зависит круг источников, в которых нужно искать нормы о доказательствах.
С. С. Маилян полагает, что «правовая основа доказывания в административном процессе закреплена исключительно в Кодексе Российской Федерации об административных правонарушениях», а принятие Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации (далее — КАС РФ) «не корреспондирует части 2 статьи 118 Конституции РФ» [4, с. 151]. Согласиться с этим трудно. Дела об административных правонарушениях рассматривают, помимо судей, органы и должностные лица исполнительной власти, поэтому значительная часть норм Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (далее — КоАП РФ) регулирует внесудебную юрисдикционную деятельность [3]. В ст. 1 КАС РФ законодатель прямо вывел производство по делам об административных правонарушениях из сферы действия этого Кодекса [2]. Вернее считать, что нормы о доказательствах сосредоточены в двух кодифицированных актах с разным предметом регулирования. Разброс мнений объясним молодостью науки: по словам С. Н. Махиной, административное судопроизводство «пока не имеет собственной хорошо развитой и непротиворечивой доктрины, что отнюдь не означает допустимости ее отсутствия» [5, с. 4–9; цит. по: 4, с. 150].
Часть 1 ст. 59 КАС РФ признает доказательствами «полученные в предусмотренном настоящим Кодексом и другими федеральными законами порядке сведения о фактах, на основании которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения административного дела» [2]. Формулировка почти дословно совпадает с ч. 1 ст. 55 ГПК РФ и ч. 1 ст. 64 АПК РФ. Часть 1 ст. 26.2 КоАП РФ говорит о «любых фактических данных», на основании которых судья, орган или должностное лицо устанавливают событие правонарушения, виновность лица и иные обстоятельства дела [3]. Различия сводятся к терминологии, субъекту доказывания, предмету доказывания и месту требования о законном порядке получения сведений, которое КАС РФ включает в определение, а КоАП РФ выносит в ч. 3 ст. 26.2.
Терминологическое расхождение отражает спор о природе доказательства: понимать ли под ним сами факты или сведения о них в установленной законом форме. Процессуальные кодексы восприняли информационный подход, тогда как формула «любые фактические данные» допускает двоякое прочтение, и доктрина снимает двусмысленность через идею единства содержания и формы. Н. Г. Канунникова характеризует виды доказательств как совокупность источников сосредоточения информации, «представляющей собой единство фактического содержания и процессуальной формы, выражающей достоверные сведения о фактах» [8, с. 41–44; цит. по: 4, с. 150]. Попытку систематизировать признаки доказательства предприняли авторы монографии под редакцией В. Н. Галузо: анализ ч. 1 ст. 26.2 КоАП РФ позволил им выделить пять признаков — любые фактические данные; сведения, имеющие значение для дел об административных правонарушениях; сведения, полученные из предусмотренных федеральным законом источников; сведения, полученные в установленном порядке; сведения, имеющие «определенный процессуальный носитель» [9; цит. по: 4, с. 150]. Метод продуктивен, результат вызывает замечания: перечень привязан к делам об административных правонарушениях, «фактические данные» и «сведения» употреблены как синонимы, признаки «источник» и «процессуальный носитель» дублируют друг друга, а связь доказательства с предметом доказывания не раскрыта.
Анализ ст. 59–61 КАС РФ и ст. 26.1, 26.2 КоАП РФ позволяет предложить систему из пяти признаков. Первый: доказательство состоит из сведений о фактах, круг которых задан предметом доказывания (ч. 9 ст. 226 КАС РФ, ст. 26.1 КоАП РФ). Второй: «суд принимает только те доказательства, которые имеют значение для правильного разрешения административного дела» (ст. 60 КАС РФ). Третий: сведения получены в установленном законом порядке; доказательства, добытые с нарушением федерального закона, юридической силы не имеют (ч. 3 ст. 59 КАС РФ, ч. 3 ст. 26.2 КоАП РФ). Д. А. Сильченко и Е. Н. Приймак подчеркивают: «если доказательства были получены с нарушением закона, их использование может стать основанием для отмены решения» [7, с. 609]. Четвертый: сведения облечены в предусмотренную законом процессуальную форму, разнообразие которой показывает классификация Т. М. Куценко, охватывающая более десятка видов доказательств — от протокола до поручений и запросов [10, с. 43–46; цит. по: 4, с. 150].
Пятым признаком нередко называют достоверность, и такой подход спорен. Статья 84 КАС РФ и ст. 26.11 КоАП РФ относят достоверность к результатам оценки доказательств, а ст. 180 КАС РФ обязывает суд приводить доводы, по которым те или иные доказательства отвергнуты. Признание доказательствами лишь достоверных сведений лишало бы суд возможности мотивированно отклонить остальные. Пятым признаком поэтому предлагается считать адресованность сведений субъекту, уполномоченному их оценивать: доказательство обращено к суду, а в производстве по делам об административных правонарушениях — также к органу или должностному лицу. Относимость, допустимость и форма решают вопрос о допуске сведений в процесс, достоверность и достаточность выявляются позднее.
Специфику доказательств в административном процессе определяют условия реализации этих признаков. Р. А. Хисамутдинов пишет: «Участники юридического конфликта по отношению друг к другу находятся в неравноправном положении, поскольку одной стороной конфликта всегда выступает публичный, властный субъект» [11]. Неравенство проявляется и в доступе к доказательствам, поэтому ч. 2 ст. 62 КАС РФ возлагает обязанность доказывания законности оспариваемых актов, решений, действий (бездействия) на орган, организацию и должностное лицо. В производстве по делам об административных правонарушениях действует презумпция невиновности (ч. 3 ст. 1.5 КоАП РФ). А. В. Тлупова подчеркивает, что бремя доказывания лежит на юрисдикционных субъектах, «тогда как для лица, в отношении которого ведется производство, — это право» [6, с. 266]. Исключение составляют правонарушения, зафиксированные работающими в автоматическом режиме техническими средствами: здесь «наличие фото- или видеоматериалов, зачастую являющихся неоспоримыми доказательствами, перекладывает значительную часть обязанности доказывания на лицо, привлеченное к ответственности» [7, с. 613].
Второе условие — активная роль суда (п. 7 ст. 6, ст. 14 КАС РФ). Суд вправе истребовать доказательства по своей инициативе (ч. 1 ст. 63 КАС РФ) и не связан основаниями и доводами административного искового заявления (ч. 8 ст. 226 КАС РФ), поэтому доказательственный материал формируется совместными усилиями сторон и суда. Третье условие — цель доказывания: в административных делах говорят об установлении объективной истины [7, с. 609], тогда как гражданский процесс с 2002 г. ориентирован на формальную истину [12, с. 26; цит. по: 13, с. 79].
Изложенное позволяет предложить определение. Доказательства в административном судопроизводстве — это полученные в порядке, установленном КАС РФ и другими федеральными законами, и облеченные в предусмотренную законом процессуальную форму сведения о фактах, на основании которых суд, в том числе собирая их по собственной инициативе, устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, включая обстоятельства законности оспариваемых актов, решений, действий (бездействия) субъектов публичной власти, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного разрешения административного дела. Определение развивает ч. 1 ст. 59 КАС РФ, дополняя ее указанием на процессуальную форму сведений и публично-правовую специфику предмета доказывания.
Литература:
- Конституция Российской Федерации: принята всенародным голосованием 12.12.1993 с изменениями, одобренными в ходе общероссийского голосования 01.07.2020 // Российская газета. 1993. 25 дек.; 2020. 4 июля.
- Кодекс административного судопроизводства Российской Федерации: Федеральный закон от 08.03.2015 № 21-ФЗ // Собрание законодательства РФ. 2015. № 10. Ст. 1391.
- Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях: Федеральный закон от 30.12.2001 № 195-ФЗ // Собрание законодательства РФ. 2002. № 1 (ч. 1). Ст. 1.
- Маилян С. С. О доказательствах в административном процессе в Российской Федерации // Вестник экономической безопасности. 2021. № 5. С. 149–151.
- Махина С. Н. Теория доказывания и доказательств в административном судопроизводстве: становление и развитие // Административное право и процесс. 2016. № 2. С. 4–9.
- Тлупова А. В. Особенности доказывания в административном процессе // Право и управление. 2024. № 3. С. 265–267.
- Сильченко Д. А., Приймак Е. Н. Доказательства в производстве по делам об административных правонарушениях // Вестник науки. 2024. № 11 (80), т. 4. С. 608–616.
- Канунникова Н. Г. Теоретические аспекты видов доказательств в производстве по делам об административных правонарушениях // Административное право и процесс. 2018. № 5. С. 41–44.
- Доказывание при правоприменении посредством правосудия в Российской Федерации: монография / под ред. В. Н. Галузо. 5-е изд., испр. и доп. М.: ТЕИС, 2021.
- Куценко Т. М. Классификация доказательств в производстве по делам об административных правонарушениях // Административное право и процесс. 2015. № 7. С. 43–46.
- Хисамутдинов Р. А. Административное судопроизводство как метод осуществления правосудия // Отечественная юриспруденция. 2026. № 1 (57). URL: https://cyberleninka.ru/article/n/administrativnoe-sudoproizvodstvo-kak-metod-osuschestvleniya-pravosudiya (дата обращения: 18.11.2026).
- Бернам У., Решетникова И. В., Ярков В. В. Судебная реформа: проблемы гражданской юрисдикции. Екатеринбург, 1996. 150 с.
- Козлов М. А. Стандарты доказывания в арбитражном процессе: дис. … канд. юрид. наук. Екатеринбург, 2025.

