Платформа-посредник собирает прежде разрозненные у участников оборота сведения, включая условия заключённых договоров, суммы взаиморасчётов, особенности исполнения обязательств и данные о продавцах. Есть и обратная сторона. Сосредоточение информации создаёт предпосылки для выявления неучтённых доходов, но повышает и риск использования сведений о частной деятельности вне целей налогового администрирования. Предмет исследования — правовые пределы обмена данными между операторами платформ и налоговыми органами; главный вопрос состоит в том, какие гарантии позволят повысить результативность контроля, не превращая его в несоразмерное вмешательство в права пользователей.
Конституция РФ задаёт эту рамку несколькими положениями, статья 57 закрепляет обязанность платить законно установленные налоги и сборы, статья 23 защищает частную жизнь, а статья 24 гарантирует защиту сведений о ней. Статья 46 гарантирует судебную защиту. Публичный интерес в полном сборе налогов не отменяет необходимости иметь конкретное законное основание для получения данных. Конституционные положения требуют различать сведения, по которым проверяют исполнение налоговой обязанности, и данные о поведении человека на площадке, если они напрямую не влияют на расчёт налога [1].
Статья 82 задаёт формы налогового контроля. Налоговый кодекс РФ в статье 93.1 предусматривает истребование документов и информации о налогоплательщике либо конкретных сделках, а статья 102 закрепляет режим налоговой тайны [2]. Эти положения задают налоговым органам общую правовую основу. Но такая основа не означает, что налоговые органы получают постоянный и ничем не ограниченный доступ к пользовательским данным платформы. Запрос информации по предусмотренной процедуре и регулярный технологический обмен — разные способы взаимодействия, которые различаются основанием, предметом и интенсивностью, а также гарантиями, позволяющими проверить действия государственного органа.
Особый правовой режим начал действовать 1 октября 2026 года, когда вступил в силу Федеральный закон от 31 июля 2025 года № 289-ФЗ. Статья 20 этого закона предусматривает информационное взаимодействие операторов посреднических цифровых платформ с налоговыми органами, а порядок взаимодействия устанавливается Правительством РФ [3]. Самого факта, что лицо пользуется интернет-сервисом, недостаточно, чтобы установить обязанность или возможность передать конкретные сведения. Поэтому нужно проверить, распространяется ли специальный закон на сервис и является ли лицо партнёром соответствующей платформы. Кроме того, следует установить основание для передачи именно этой категории данных.
Правительство РФ постановлением от 20 июня 2026 года № 766 утвердило Правила осуществления указанного взаимодействия. Пункт 3 предусматривает электронный обмен через информационные системы оператора, доступные налоговому органу, либо через электронные сервисы и протоколы ФНС, то есть закрепляет два предусмотренных канала. Пункт 4 ставит направление перечисленных в нём сведений в зависимость от согласия партнёра платформы [4]. Это существенное юридическое ограничение. Само наличие технического канала связи не означает самостоятельного права произвольно извлекать все сведения, накопленные платформой.
Правила предусматривают сведения о договоре оператора с партнёром и данные, позволяющие его идентифицировать; в состав также входят волеизъявление относительно снижения цены товара за счёт партнёра, акт сверки взаиморасчётов и документы, связанные с его формированием [4]. Главным образом речь идёт о коммерции и расчётах партнёра. Сведения о покупателях автоматически к перечню не относят — это касается их поисковых запросов, переписки, геолокации и истории просмотров; сам факт наличия таких данных не делает их частью предусмотренного состава. Чтобы получить эти сведения, необходимо отдельно оценить законное основание и требуемый объём.
Первое противоречие касается согласия партнёра. Правила № 766 применяют эту конструкцию к отдельным сведениям, но зависимость продавца от площадки может влиять на то, насколько свободно он выражает свою волю. Согласие требует ясности. Оно должно охватывать определённый перечень данных и конкретную цель, а отказ нельзя автоматически превращать в презумпцию недобросовестности. Специальное согласие нельзя переносить на любой случай обработки персональных данных. Федеральное законодательство допускает обработку и по другим прямо установленным основаниям [4; 6].
Второе противоречие связано с тем, как квалифицируют транзакционные данные. Платформа может учитывать стоимость заказа, фактическую выплату партнёру, комиссию и возврат, однако эти суммы не всегда образуют налоговую базу лица. Само расхождение — ещё не доказательство налогового правонарушения. Ошибочный контрольный сигнал может возникнуть из-за разного правового режима доходов, особенностей агентских отношений и временного разрыва между заказом и расчётом. Поэтому для юридически значимого вывода требуется проверить первичные документы, учесть применяемый режим налогообложения и дать лицу возможность представить объяснения [2].
В налоговом контроле разумнее судить об эффективности по тому, удаётся ли проверить обоснованные риски, а не по объёму собранных данных. Хранить их дороже. К тому же избыточные массивы повышают риск ошибочно сопоставить сведения. Работу лучше выстраивать поэтапно, сначала использовать ограниченные структурированные показатели, затем разбирать конкретные расхождения и лишь после этого, в пределах процессуальных полномочий, запрашивать необходимые документы. Такой порядок сохраняет возможность выявлять нарушения. Обычное пользование сервисом не превращается в непрерывное наблюдение.
Вторым направлением может стать проверка данных. Партнёру нужен ясный доступ к переданным о нём сведениям, возможность сообщить о расхождениях в расчётах и представить документы по возвратам, комиссиям и корректировкам операций. Оператору платформы целесообразно определить порядок, при котором он фиксирует исправление исходной записи и передаёт уточнённые сведения по тому же защищённому каналу, что использовался для передачи исходных данных. Такая процедура не мешает контрольной деятельности и снижает вероятность того, что техническую ошибку платформы оценят в налогово-правовом отношении без достаточных оснований.
Российское законодательство уже задаёт для обмена специальное нормативное основание. Техническая инфраструктура тоже есть. Но правомерность каждой передачи определяется тем, какие сведения передают, каков статус участника и по какой процедуре получают данные. Наиболее устойчивой выглядит модель, в которой ограниченный стандартизированный обмен дополняют адресным истребованием дополнительной информации для конкретной контрольной задачи, а конфиденциальность обеспечивают действующие гарантии. Такой механизм позволяет налоговым органам проверять сведения о налогооблагаемых операциях, а пользователям — понимать основания передачи данных, исправлять ошибки и защищать свои права.
Литература:
- Конституция Российской Федерации (принята всенародным голосованием 12.12.1993, с изменениями, одобренными 01.07.2020) // Официальный интернет-портал правовой информации. URL: https://pravo.gov.ru/ (дата обращения: 29.10.2026).
- Налоговый кодекс Российской Федерации (часть первая) от 31.07.1998 № 146-ФЗ (действующая редакция) // ФНС России. URL: https://www.nalog.gov.ru/html/nk.htm (дата обращения: 29.10.2026).
- Федеральный закон от 31.07.2025 № 289-ФЗ «Об отдельных вопросах регулирования платформенной экономики в Российской Федерации» // Официальный интернет-портал правовой информации. URL: https://publication.pravo.gov.ru/document/0001202507310020 (дата обращения: 29.10.2026).
- Постановление Правительства РФ от 20.06.2026 № 766 «Об утверждении Правил осуществления информационного взаимодействия операторов посреднических цифровых платформ с налоговыми органами» // Официальный интернет-портал правовой информации. URL: https://publication.pravo.gov.ru/document/0001202606260092 (дата обращения: 29.10.2026).
- ФНС России. Информационное взаимодействие с цифровыми платформами // Официальный сайт ФНС России. URL: https://www.nalog.gov.ru/rn77/taxation/reference_work/digital_platforms/ (дата обращения: 29.10.2026).
- Федеральный закон от 27.07.2006 № 152-ФЗ «О персональных данных» (действующая редакция) // Министерство труда и социальной защиты РФ. URL: https://mintrud.gov.ru/docs/laws/130 (дата обращения: 29.10.2026).

