Отправьте статью сегодня! Журнал выйдет ..., печатный экземпляр отправим ...
Опубликовать статью

Молодой учёный

Трансформация правового режима предупреждений о вреде здоровью при осознанном риске

12.11.2026
Поделиться
Аннотация
Трансформация правового режима предупреждений о вреде здоровью при осознанном риске представляет обширную категорию. В целях обеспечения глубины анализа автор фокусируется на обороте табачной и алкогольной продукции. Предметная область демонстрирует наиболее рельефную динамику. В работе проведен сравнительный анализ текстовых и графических предупреждений. Автор показывает разницу в влиянии на рациональное и эмоциональное восприятие субъекта. Исследована эволюция государственного подхода. От информирования к модели административного и экономического контроля. Установлено, что внедрение новых ограничительных механизмов провоцируют ответную адаптацию населения. Сформулирована авторская гипотеза о причинах уязвимости современного потребителя. Историко-правовое сопоставление советского и современного российского периодов показывает, что формальные нормы и доступность продукции не претерпели радикальных изменений. Сдвиг заключается в фактической утрате института общественного порицания. Ликвидация внешнего морального контроля повышает его подверженность.
Библиографическое описание
Белоусова, А. Ш. Трансформация правового режима предупреждений о вреде здоровью при осознанном риске / А. Ш. Белоусова. — Текст : непосредственный // Молодой ученый. — 2026. — № 46 (649). — С. 388-393. — URL: https://moluch.ru/archive/649/142138.


The transformation of the legal regime governing health warnings in the context of conscious risk constitutes a broad conceptual category. To ensure analytical depth, the author focuses specifically on the circulation of tobacco and alcohol products. This subject area demonstrates the most pronounced evolutionary dynamics. The study conducts a comparative analysis of textual and graphic warnings. The author highlights the divergent impacts these formats have on the rational and emotional perception of the subject. The research traces the evolution of the state approach from basic information disclosure to a model of strict administrative and economic control. The analysis establishes that the introduction of new restrictive mechanisms provokes a responsive adaptation among the population. The author formulates a hypothesis regarding the underlying causes of the modern consumer's vulnerability. A historical and legal comparison of the Soviet and modern Russian periods reveals that formal norms and product availability have not undergone radical transformations. The fundamental shift lies in the actual disappearance of the institution of public censure. The elimination of this external moral control significantly increases individual susceptibility to harmful habits.

Keywords: conscious risk, health warning, public censure, tobacco and alcohol products.

Предупреждение о вреде здоровью — сложный конструкт. Рассматриваемый институт информирует человека о потенциальных рисках для здоровья, связанных с определённым действием, товаром, услугой или условием среды. Прямая цель — дать субъекту возможность принять осознанное решение или снизить вероятность негативных последствий. Само по себе наличие предупреждения далеко не всегда снимает ответственность с лица, предоставляющего риск. Априори — информация, формально доведенная до сведения потребителя [1].

Юридическая презумпция осознанности не гарантирует рационального поведения. С точки зрения поведенческой экономики, психологии и теории принятия решений, человек оценивает риск через призму субъективных фильтров. К ним относятся эмоции, когнитивные искажения и социальный контекст. Осознанный риск выступает здесь не столько как объективная правовая оценка, сколько как субъективный выбор.

Возникает закономерный вопрос. Если риск очевиден и документально подтверждён, почему государство не запрещает оборот подобной продукции полностью, как это практиковалось в исторической ретроспективе. Ответ кроется в сложном балансе интересов и глубоком понимании природы самого риска. Исторические эксперименты с тотальными запретами, такие как «сухой закон», продемонстрировали свою контрпродуктивность. Полный запрет не решает социальных проблем. Современная правовая стратегия сместилась в сторону управления риском. Государство признаёт, что полностью исключить риск невозможно, но минимизировать его негативные последствия возможно. К таким мерам относятся ограничения рекламы, установление возрастных цензов и жёсткие требования к маркировке. Конечная цель состоит не в уничтожении продукта, а в обеспечении безопасного потребления.

При этом правовая доктрина фиксирует противоречие [2]. С одной стороны, закон требует информировать о рисках посредством текстовых предупреждений или графики на упаковке, чтобы человек мог принять осознанное решение. С другой стороны, сама легальная доступность продукта создаёт ситуацию, где даже при наличии информации риск неизбежно реализуется [3]. Разрешение противоречия состоит в том, чтобы «исчисленный» риск соответствовал «воспринимаемому» риску в сознании людей [4]. Социальный контекст добавляет дополнительные слои юридической и социологической сложности.

Для структурирования анализа необходимо выделить формы предупреждений, которые в реальной практике часто пересекаются и дополняют друг друга. Это текстовые предупреждения, пиктограммы, символы, звуковые сигналы, цифровые форматы, организационные меры и профилактические информационные кампании, включая социальную рекламу и лекции.

Предупреждения встречаются во все сферы жизнедеятельности. Такая избыточность и однотипность приводят к «слепоте» [5]. Со временем человек перестаёт замечать эти сигналы, фильтруя их как шум. Право требует формального исполнения норм, но такое исполнение совершенно не гарантирует реального информирования субъекта.

Требования к предупреждениям сегодня разбросаны по множеству разрозненных правовых режимов. Технические регламенты, отраслевые законы и внутренние правила компаний формируют фрагментированную систему. Из-за разрозненности отсутствуют единые критерии «достаточности» предупреждения. То, что считается исчерпывающим предупреждением в одной отрасли, в другой может быть признано судом недостаточным. Яркую коллизию демонстрирует сравнение двух сфер. Табачная продукция подчиняется жёстким императивным требованиям к размеру шрифта, занимаемой площади и исчерпывающим формулировкам. Цифровые продукты существуют в условиях нормативного вакуума. Здесь отсутствуют чёткие правила, позволяющие достоверно доказать ознакомление пользователя с рисками. Государство в первом случае тотально диктует форму, а во втором оставляет всё на усмотрение площадки, хотя риск для здоровья или благополучия потребителя может быть вполне сопоставимым.

Именно поэтому в данной статье мы сосредоточим внимание на алкогольной и табачной продукции. Это самый яркий и шаблонный пример, который мгновенно возникает в сознании. Формулировки о вреде здоровья всё чаще встречаются в рекламных роликах и кинематографе. Товар хорошо знаком огромному количеству людей и присутствует в повседневном обороте, что делает его идеальным предметом исследования для отслеживания правовой трансформации.

Рассмотрим истоки. Институт предупреждений зародился в 1964 году [6]. 18 января американские врачи официально обратились к властям с требованием обязать табачные компании печатать на пачках предупреждения об опасности курения. К этому моменту медицинские исследования уже убедительно доказали прямую связь курения с раком, эмфиземой лёгких и болезнями сердца. Вскоре после этого первые подобные надписи появились на упаковках в США.

На государственном уровне задачу поставили в конце 1970-х годов. В 1977 году вышло соответствующее постановление ЦК КПСС и Совета Министров [7]. Тогда на сигаретных пачках впервые появилась крылатая фраза: «Минздрав СССР предупреждает» [8]. Изначально текст размещали где приходилось, часто на торце или боку пачки, чтобы не портить основной художественный дизайн.

Правовой режим предупреждений о вреде здоровью складывался исторически по логике «защитить любой ценой». Государство старалось свести риски к минимуму через прямые запреты. Особенная роль отводилась общественному порицанию. Реализация проходила через товарищеские суды и комиссии по борьбе с конкретными социальными рисками. Такие органы создавали прямо на предприятиях, в учреждениях и по месту жительства, то есть там, где люди постоянно взаимодействуют.

Яркий пример из истории — масштабные антиалкогольные кампании в СССР. Власти активно использовали механизм общественного порицания [9]. Дела пьяниц выносили на публичное рассмотрение товарищеских судов, в трудовых коллективах детально обсуждали такие случаи. Уклон шел на создание атмосферы социальной нетерпимости вокруг нарушителя. Аналогичным образом поступали с нарушениями правил гигиены, санитарии или техники безопасности на производстве. Важно понимать тонкий нюанс. Общественное порицание не заменяло государственное право, а органично дополняло его.

В 1990-е годы, на фоне глубокой социальной нестабильности, потребление алкоголя и табака резко выросло [10]. Факт подтолкнул государство к более активной политике. С конца 1990-х, а особенно с 2000-х годов, в российском правовом поле начинают закрепляться элементы риск-ориентированной модели. Важным шагом стало развитие законодательства о защите прав потребителей. Акцент смещается на императивную обязанность продавца и изготовителя давать полную и достоверную информацию.

Аналогичные процессы происходят в сфере охраны труда и промышленной безопасности. Трудовой кодекс РФ [11] и подзаконные акты, включая приказы Минтруда, вводят строгие требования по оценке профессиональных рисков, информированию работников и обучению безопасным методам работы. Теперь недостаточно просто разместить предупреждающий знак в цеху. Работодатель обязан провести комплексную оценку рисков, разработать меры по их снижению и обеспечить, чтобы работник был полноценно проинформирован и обучен. Заметно глобальное смещение акцента с «запретить опасное» на «управлять риском» [12].

В медицинской сфере появляется принцип информированного добровольного согласия. Федеральный закон «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» [1] предусматривает, что любое медицинское вмешательство возможно только после получения согласия пациента. Согласие должно основываться на полной информации. На практике это означает, что врач обязан не просто дать пациенту подписать стандартный бланк. Он должен провести детальную разъяснительную беседу и убедиться, что пациент действительно понимает суть и последствия процедуры.

Особый акцент, в данной работе, мы оставляем в отношении товаров с потенциально вредным воздействием, таких как табак и алкоголь. Поскольку здесь особо сочетается доступность, обширная реклама и особая информированность потребителей, что служит хорошим примером для рассуждения. Ключевым поворотным моментом стало присоединение России в 2008 году к Рамочной конвенции ВОЗ по борьбе против табака. Согласно положениям Конвенции, в частности статье 11.1(b)(v) [13], предупреждения о вреде для здоровья на упаковке могут включать рисунки и пиктограммы. Это стало мощным международным импульсом для ужесточения национальных норм.

В России переход к графическим предупреждениям закрепили позже. В 2012 году вышел Приказ Минздравсоцразвития России № 490н «Об утверждении предупредительных надписей о вреде курения, сопровождаемых рисунками» [14]. Этот документ заменил исключительно текстовые предупреждения на комбинацию текста и изображений. Минздрав утвердил ряд рисунков, наглядно демонстрирующих последствия: онкозаболевания, пародонтоз, ампутация, эмфизема, а также риски при беременности, включая мертворождаемость и недоношенность. Смысл смены формата заключается в том, что изображение воздействует на эмоционально-образное мышление, минуя рациональный фильтр, и значительно сильнее привлекает внимание.

Правовую основу также заложил Федеральный закон от 22 декабря 2008 года № 268-ФЗ «Технический регламент на табачную продукцию» в статье 10 [15]. Позже был принят Федеральный закон от 23 февраля 2013 года № 15-ФЗ «Об охране здоровья граждан от воздействия окружающего табачного дыма, последствий потребления табака или потребления никотинсодержащей продукции» [16]. В рамках этого закона статья 15 прямо закрепляет просвещение населения и информирование о вреде потребления табака. Закон предусматривает не только ограничения на продажу и рекламу, но и строгие требования к оформлению упаковок: крупные предупреждающие надписи, обязательные графические изображения и запрет на вводящие в заблуждение обозначения. Аналогичные подходы применяются и в отношении алкогольной продукции.

В научной среде чётко разделяют формат подачи информации и механизмы её восприятия. Речь идёт не о том, что закон запрещает один формат в пользу другого. Исследователи изучают, какой способ лучше достигает цели повышения осведомлённости и изменения поведения, какие психологические механизмы при этом включаются и есть ли у каждого формата упущения.

Текст и графика обладают принципиально разными «точками входа» в сознание субъекта. Текст требует вдумчивого чтения и логической обработки. Его гораздо проще рационализировать, используя внутренние установки. Графика действует быстрее и сильнее на эмоциональном уровне. Она сразу визуализирует риск. Как к примеру, было с оглаской (научно не подтверждённого) примера с «25 кадром».

Эффективность этих инструментов напрямую зависит от характеристик человека. Люди с низким уровнем грамотности могут хуже воспринимать сложный текст, и графика для них становится гораздо более полезным инструментом. Однако если одно и то же изображение на пачках годами, его шокирующее воздействие неуклонно снижается.

В целом исследования показывают, что графические предупреждения часто эффективнее чисто текстовых. Метаанализы, включая работу Noar et al. (2016) [17], выявили: графика лучше привлекает и удерживает внимание, вызывая эмоциональные отклики. Цель такой графики состоит не просто в информировании, а в вызове сильной эмоциональной реакции, такой как страх, отвращение или сочувствие. По задумке законодателя, реакция должна подтолкнуть человека к рефлексии о рисках и, в идеале, к изменению поведения. Реакция личности при этом крайне неоднородна. Не все курильщики реагируют одинаково. Те, кто внутренне настроен на отказ, получают от таких предупреждений мотивацию. Те, кто активно отрицает риски, могут отреагировать мощной защитной реакцией. Пугающие изображения вызывают дискомфорт, и мозг ищет способ его снизить, чаще всего через игнорирование. Человек перестаёт смотреть на пачку, прячет её в специальные портсигары. В итоге предупреждение просто перестаёт работать. В одном из исследований отмечалось, что само по себе появление пугающих изображений не всегда сразу меняло поведение. В краткосрочной перспективе количество выкуриваемых сигарет у части людей даже незначительно выросло из-за вызванного стресса [18]. Следовательно, такое введение может показать и обратно-ожидаемый эффект.

Разумеется, статистика об эффективности неопровержимо подтверждает преимущество графического формата [19]. В некоторых исследованиях эффективность оказалась выше именно среди людей с более низким уровнем образования [20]. Среди респондентов со средним образованием разница была менее заметной. Этот факт подчёркивает, что одна лишь графика не решает проблему в отрыве от других мер. Успешным элементом современной модели выступает не только содержание предупреждения, но и его форма, способ подачи для целевой аудитории. Право начинает учитывать, что формальное наличие текста на упаковке не гарантирует его восприятия.

Судебная практика хорошо отражает трансформацию [21]. В спорах о возмещении вреда суды всё чаще исследуют вопрос о том, была ли предоставлена полная и понятная информация о рисках. Оценивается, насколько субъект мог реально оценить риски. Неполная, недостоверная или недоступная информация расценивается как нарушение прав. А нарушение служит основанием для возложения ответственности на исполнителя. Предупреждение становится полноценным элементом правового механизма защиты прав.

Яркой иллюстрацией трансформации правового восприятия риска выступает эволюция статуса классических социокультурных артефактов. Достаточно вспомнить советский мультфильм «Ну, погоди!», где центральный персонаж систематически курит и употребляет алкоголь. В советскую эпоху подобные сцены транслировались по центральному телевидению без каких-либо ограничений, формируя норму повседневного поведения. В настоящее время наличие табачной и алкогольной атрибутики в кадре стало прямым основанием для повышения возрастного ценза произведения [22]. Сцены подвергаются цензурной обработке, замазываются или демонстрируются с жесткими ограничениями.

Возникает закономерный исследовательский вопрос. Что фундаментально изменилось в правовом поле. Законодательство существовало и в СССР, и в современной России. Механизмы ограничения покупки алкоголя или табака не претерпели настолько радикальных изменений, чтобы оправдать столь резкую переоценку культурного кода. Авторская гипотеза заключается в следующем. Корень проблемы кроется в деградации института общественного порицания. В советский период риск потребления опасных веществ нивелировался мощным социальным контролем. Осознавая риск, индивид понимал, что ответственность за его действия несет не только он сам, но и его социальное окружение. Моральное осуждение создавали плотную сеть сдерживающих факторов.

В современных условиях этот институт практически исчез. Индивид остался один на один с риском, неся единоличную ответственность. В условиях отсутствия внешнего морального контроля принять решение о потреблении опасного продукта становится психологически легче. Осознав этот вакуум, государство взяло на себя ту общественную роль, которую ранее выполняло общество. Компенсаторная регуляция выразилась в переходе от мягких форм информирования к административному и пространственному контролю.

Помимо графических и текстовых предупреждений, государство активно внедрило механизм пространственных ограничений. Базовый Федеральный закон № 15-ФЗ был принят в феврале 2013 года, однако ограничения вводились поэтапно. Запрет на курение в вокзалах, детских и спортивных площадках, а также в подъездах многоквартирных домов вступил в силу с 1 июня 2013 года [23]. Летом 2014 года ограничения распространились на рестораны и кафе.

Позднее законодательная база была существенно расширена. С 2020 года под регулирование попало потребление никотинсодержащей продукции, а с 2021 года законодатель распространил ограничения на использование кальянов [24]. Субъектам Российской Федерации было делегировано право вводить собственные, более строгие ограничения в отдельных локациях.

Практика пространственных запретов выявила серьезную системную уязвимость. Пока действовали жесткие ограничения на традиционные сигареты, часть потребительского спроса закономерно перетекла в альтернативные сегменты. Произошел классический «эффект замещения». Потребители массово перешли на электронные системы доставки никотина и системы нагревания табака. По данным аналитического агентства FinExpertiza за 2023 год [25], доля потребителей вейпов и нагреваемого табака среди курильщиков достигла 17,5 %. Абсолютная численность таких потребителей выросла в 46 раз за пять лет, достигнув отметки в 4,5 миллиона человек.

Запрет одного формата потребления не уничтожил спрос, а перенаправил его в другие каналы. Альтернативная продукция часто обладает меньшей стоимостью входа и большей доступностью для несовершеннолетних, что нивелирует профилактический эффект первоначальных запретов.

Осознав, что одни лишь пространственные ограничения и предупреждения на упаковках не приводят к радикальному снижению числа потребителей, государство сменило тактику. Регулятор начал оказывать прямое давление через экономические и административно-деликтные рычаги.

Экономическое принуждение реализуется через планомерное повышение акцизов и установление минимальных розничных цен. Это классический макроэкономический инструмент. Искусственное завышение стоимости продукта снижает эластичный спрос. Исторические данные подтверждают эффективность этого метода. После существенного роста акцизных ставок в России в 2010-х годах наблюдался статистически значимый спад продаж традиционных сигарет [26]. Смысл данной меры заключается в том, чтобы сделать вредную привычку финансово обременительной, тем самым дополняя правовые запреты экономическими барьерами.

Параллельно происходит ужесточение административной ответственности. Изначально штрафы за нарушения в этой сфере были номинальными и не обладали превентивным эффектом. В последние годы законодатель сознательно повышает санкции, стремясь усилить сдерживающую функцию права.

В соответствии со статьей 6.24 КоАП РФ [27], курение в запрещенных местах (подъезды, лифты, остановки) влечет наложение штрафа от 500 до 1500 рублей. За курение на детской площадке санкция строже и составляет от 2000 до 3000 рублей. Распитие алкогольной продукции в запрещенных местах (статья 20.20 КоАП РФ) также карается штрафом от 500 до 1500 рублей.

В 2026 году в Государственную Думу был внесен законопроект, предлагающий увеличить нижние и верхние пределы данных штрафов примерно в два раза. Законодатель исходит из презумпции, что только существенное финансовое наказание способно реально сдерживать правонарушения в условиях инфляции и роста доходов населения.

Изложенный анализ окончательно подтверждает актуальность выбранной темы исследования. Предметная область оборота табака и алкоголя демонстрирует уникальную динамику. Мы наблюдаем, как государство непрерывно вводит новые ограничительные меры, а население пропорционально развивает методы адаптации. Процесс «действия и противодействия» представляет исключительный научный интерес.

Ни графические изображения, ни текстовые предупреждения, ни пространственные ограничения не смогли искоренить вредные привычки. На этих примерах мы отчетливо видим, как трансформировалась политика государства: от простого информирования к «тотальному» контролю.

Подытоживая вышесказанное, необходимо констатировать следующее. Трансформация правового режима предупреждений о вреде здоровью при осознанном риске представляет собой обширную категорию, проявления которой можно обнаружить в различных отраслях. Однако именно сфера оборота табака и алкоголя наиболее рельефно демонстрирует всю сложность и противоречивость трансформации. Рассмотренный сегмент служит идеальной моделью для анализа того, как государство постоянно ищет новые правовые формы, для отпора растущим рискам потребительского поведения.

Литература:

  1. Федеральный закон от 21.11.2011 № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» (ред. от 04.08.2026) // КонсультантПлюс [Электронный ресурс]. — URL: https://www.consultant.ru/document/cons_doc_LAW_121895/ (дата обращения: 24.10.2026).
  2. Матюсова А. И. Влияние ограничений и запретов рекламы алкогольной продукции, пива и табака на рекламный рынок в Российской Федерации / А. И. Матюсова, В. Н. Бузин, О. О. Салагай, Т. С. Бузина, К. В. Сошкина // Профилактическая медицина. — 2019. — Т. 22, № 1. — С. 29–34.
  3. Доклад Минздрава России «О состоянии противодействия потреблению табака и иной никотинсодержащей продукции в РФ» (2025). — М.: Минздрав, 2025. — 112 с. [Электронный ресурс]. — URL: https://minzdrav.gov.ru/documents (дата обращения: 24.10.2026).
  4. Канеман, Д. Думай медленно... решай быстро: перевод с английского / Д. Канеман; редактор А. Батурина. — Москва: АСТ, 2021. — 653 с.
  5. Ричард Талер, Касс Санстейн. Nudge. Архитектура выбора. Как улучшить наши решения о здоровье, благосостоянии и счастье. — М.: Манн, Иванов и Фербер, 2017. — 240 с.
  6. 18 Января 1964 года врачи впервые призвали писать предупреждения на пачках сигарет [Электронный ресурс] // Радио ВЕРА. — URL: https://radiovera.ru/18-yanvarya-1964-goda-vrachi-vpervyie-prizvali-pisat-preduprezhdeniya-na-pachkah-sigaret.html?ysclid=mvlnesbh5u851721853 (дата обращения: 24.10.2026).
  7. О мерах по дальнейшему улучшению народного здравоохранения: постановление ЦК КПСС и Совета Министров СССР от 22.09.1977 № 870 [Электронный ресурс] // КонсультантПлюс. — URL: https://www.consultant.ru/cons/cgi/online.cgi?req=doc&base=ESU&n=51262&ysclid=mvlnbyx25j657246965#qVdBvYV0eZ1fVzIt (дата обращения: 24.10.2026).
  8. Антитабачная пропаганда как часть санитарного просвещения в России в период 1970–1989 гг. [Электронный ресурс] // Роспотребнадзор. — URL: https://cgon.rospotrebnadzor.ru/istoriya/istoriya-vrednykh-privychek/antitabacnaya-propaganda-kak-cast-sanitarnogo-prosveshcheniya-v-rossii-v-period-1970–1989-gg/?ysclid=mvlnkflp6i517839948 (дата обращения: 24.10.2026).
  9. О мерах по усилению борьбы с курением: постановление ЦК КПСС и Совета Министров СССР от 12.06.1980 № 706 [Электронный ресурс] // docs.historyrussia.org. — URL: https://docs.historyrussia.org/ru/nodes/420139?ysclid=mvlnhll05z488900754 (дата обращения: 24.10.2026)
  10. Как изменилась жизнь курильщиков за последние 100 лет [Электронный ресурс] // ДП.ру. — URL: https://www.dp.ru/a/2016/06/01/Ni_kapli_nikotina (дата обращения: 24.10.2026).
  11. Трудовой кодекс Российской Федерации от 30.12.2001 № 197-ФЗ (ред. от 25.05.2026) [Электронный ресурс] // КонсультантПлюс. — URL: https://www.consultant.ru/document/cons_doc_LAW_34683/?ysclid=mvlnno7t6w294798292 (дата обращения: 24.10.2026).
  12. Приказ Минтруда России от 28.12.2021 № 926 «Об утверждении Рекомендаций по выбору методов оценки уровней профессиональных рисков и по снижению уровней таких рисков» [Электронный ресурс] // КонсультантПлюс. — URL: https://www.consultant.ru/document/cons_doc_LAW_406016/?ysclid=mvlnosci71951478417 (дата обращения: 24.10.2026).
  13. Рамочная конвенция ВОЗ по борьбе против табака (Женева, 21 мая 2003 г.) [Электронный ресурс] // ГАРАНТ.РУ. — URL: https://base.garant.ru/2565668/9d78f2e21a0e8d6e5a75ac4e4a939832/?ysclid=mvlnta7z7t369476379 (дата обращения: 24.10.2026).
  14. Приказ Минздравсоцразвития России от 5 мая 2012 г. № 490н «Об утверждении предупредительных надписей о вреде курения, сопровождаемых рисунками» (зарегистрирован в Минюсте РФ 10 мая 2012 г., регистрационный № 24097) [Электронный ресурс] // ГАРАНТ.РУ. — URL: https://www.garant.ru/products/ipo/prime/doc/70074544/?ysclid=mvlns16i7i902119598 (дата обращения: 24.10.2026)
  15. Федеральный закон от 22 декабря 2008 г. № 268-ФЗ «Технический регламент на табачную продукцию» (в ред. от 08.08.2024) [Электронный ресурс] // КонсультантПлюс. — URL: https://www.consultant.ru/document/cons_doc_LAW_82841/?ysclid=mvlnv81y89280159532 (дата обращения: 24.10.2026)
  16. Федеральный закон от 23 февраля 2013 г. № 15-ФЗ «Об охране здоровья граждан от воздействия окружающего табачного дыма, последствий потребления табака или потребления никотинсодержащей продукции» (в ред. от 26.06.2026) [Электронный ресурс] // Контур.Норматив. — URL: https://www.consultant.ru/document/cons_doc_LAW_142515/1991a1ab71085fb0a4ada4b3ee44544973484d17/?ysclid=mvlnvqsq8c914811942 (дата обращения: 24.10.2026)
  17. Noar, S. M., Hall, M. G., Francis, D. B., Ribisl, K. M., Pepper, J. K., & Brewer, N. T. (2016). Pictorial cigarette pack warnings: A meta-analysis of experimental studies. Tobacco Control, 25(3), 341–354.
  18. Hammond, D., Fong, G. T., McDonald, P. W., Brown, K. S., & Cameron, R. (2004). Graphic cigarette warning messages and cigarette smoking prevalence in Canada. Tobacco Control, 13(3), 206–211
  19. Вагапова Р. З. Реакция курящих людей на графическую информацию, представленную на упаковке сигарет / Р. З. Вагапова, И. Д. Зайцев, А. А. Насангужина, Е. А. Сидоренко // Актуальные проблемы педагогики и психологии. — 2021. — № 8. — Текст: электронный. — URL: https://cyberleninka.ru/article/n/reaktsiya-kuryaschih-lyudey-na-graficheskuyu-informatsiyu-predstavlennuyu-na-upakovke-sigaret (дата обращения: 24.10.2026).
  20. Гамбарян М. Г. Мониторинг и оценка реализации законодательных мер по охране здоровья населения от воздействия табачного дыма и последствий потребления табака: методические рекомендации / М. Г. Гамбарян, О. М. Драпкина, А. В. Концевая, М. В. Попович, О. О. Салагай // Кардиоваскулярная терапия и профилактика. — 2022. — № 5. — Текст: электронный. — URL: https://cyberleninka.ru/article/n/monitoring-i-otsenka-realizatsii-zakonodatelnyh-mer-po-ohrane-zdorovya-naseleniya-ot-vozdeystviya-tabachnogo-dyma-i-posledstviy (дата обращения: 24.10.2026).
  21. Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 10 октября 2017 г. № 5-КГ17–146.
  22. Федеральный закон от 29.12.2010 № 436-ФЗ «О защите детей от информации, причиняющей вред их здоровью и развитию» (ред. от 29.12.2025) // КонсультантПлюс. — URL: https://www.consultant.ru/document/cons_doc_LAW_108808/?ysclid=mvlo8qz0ae58932222 (Дата обращения:24.10.2026).
  23. Федеральный закон от 23.02.2013 № 15-ФЗ «Об охране здоровья граждан от воздействия окружающего табачного дыма, последствий потребления табака или потребления никотинсодержащей продукции» (в ред. Федерального закона от 31.07.2020 № 303-ФЗ) // КонсультантПлюс. — URL: https://www.consultant.ru/document/cons_doc_LAW_142515/?ysclid=mvloc574ap261036546 (Дата обращения:24.10.2026).
  24. Федеральный закон от 31.07.2020 № 303-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации по вопросу охраны здоровья граждан от последствий потребления никотинсодержащей продукции» (в ред. Федерального закона от 13.06.2023 № 204-ФЗ) // КонсультантПлюс.
  25. Аналитическая служба аудиторско-консалтинговой группы FinExpertiza. Доля потребителей вейпов и систем нагревания табака среди курильщиков в России в 2023 году // Росстат. — 2023.
  26. Распоряжение Правительства РФ от 23.09.2010 № 1563-р «Об утверждении Концепции осуществления государственной политики противодействия потреблению табака на 2010–2015 годы и Плана мероприятий по её реализации» // КонсультантПлюс.
  27. Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях от 30.12.2001 № 195-ФЗ (ред. от 03.02.2025) // КонсультантПлюс. — URL: https://www.consultant.ru/document/cons_doc_LAW_34661/?ysclid=mvlogcslbm576831016 (Дата обращения: 24.10.2026).
Можно быстро и просто опубликовать свою научную статью в журнале «Молодой Ученый». Сразу предоставляем препринт и справку о публикации.
Опубликовать статью
Похожие статьи
Административная ответственность в сфере рекламы
К вопросу об ответственности за нарушение требований к рекламе алкогольной продукции
О некоторых проблемах охраны здоровья граждан от воздействия табачного дыма
Оценка факторов риска санитарно-эпидемиологического здоровья населения в условиях Забайкальского края
Злокачественные новообразования как медико-социальная проблема. Влияние условий и образа жизни на онкологическую заболеваемость
Антитабачное законодательство и его социальная значимость
Специфика социальной рекламы в России: современное состояние
Риск-ориентированный подход в государственном контроле как механизм трансформации юридической ответственности в предпринимательской деятельности (2024–2026 гг.)
Основные проблемы административной ответственности за нарушение правил продажи вейпов, электронных сигарет и другой никотинсодержащей продукции несовершеннолетним
Становление государственного регулирования рекламной деятельности и ее современные проблемы

Молодой учёный