The article analyses aggregate findings on attachment and relationship satisfaction in 100 women aged 25–44. The sample includes 50 participants in premarital relationships and 50 in registered marriages. The analysis considers satisfaction levels, attachment styles, and correlations reported in the study. Additional analysis identified a difference in the proportions of favourable evaluations between the groups, whereas differences in attachment style distributions were not statistically significant. Limitations and implications for counselling are discussed.

Keywords: attachment, satisfaction, anxiety, avoidance, women, marriage, relationships.

Удовлетворённость отношениями отражает субъективный опыт принятия, доверия и поддержки. Продолжительность союза и регистрация брака характеризуют его обстоятельства, но не раскрывают эмоционального содержания. Длительные отношения могут сопровождаться страхом отвержения или дистанцированием, поэтому анализ их качества требует учитывать параметры привязанности.

Привязанность характеризует ожидания надёжности значимого человека и способы поддержания эмоциональной связи. В адаптации Т. В. Казанцевой опросник «Опыт близких отношений» содержит 28 суждений, из которых 24 входят в шкалы тревожности и избегания с максимумом 12 баллов каждая [1, с. 140–142]. Методика позволяет различать страх отвержения и стремление ограничить сближение.

О. А. Сычев и И. В. Аношкин показали связи неблагоприятных стилей решения конфликтов с ненадёжной привязанностью и сниженной оценкой отношений [4, с. 44–46]. Ф. Мосаннензаде и соавторы выявили различия эмоциональной регуляции при тревожности и избегании [7]. Эти результаты обосновывают изучение способов поддержания контакта, но не определяют привязанность как единственную причину удовлетворённости.

М. Квиек и соавторы рассматривают привязанность вместе с условиями раннего развития и другими психологическими характеристиками [6, с. 5–8]. Это обосновывает многомерный анализ; ранний опыт в настоящем исследовании не измерялся.

Материалом статьи служат сводные результаты исследования 100 жительниц Ижевска в возрасте 25–44 лет. Добрачную группу составили 50 женщин в устойчивых отношениях без регистрации брака с партнёром; супружескую — 50 замужних женщин. Продолжительность отношений — не менее трёх лет. В работе указано добровольное участие. Результаты характеризуют оценки женщин, а не обоих партнёров.

Удовлетворённость оценивалась опросником В. В. Столина, Т. Л. Романовой и Г. П. Бутенко: 24 утверждения, диапазон 0–48 баллов [3]. В добрачной группе формулировки о супруге рассматривались применительно к постоянному партнёру. Для анализа частот категории от 29 баллов объединены в благополучные оценки, до 28 баллов — в сниженные и переходные.

По сочетанию шкал «Опыт близких отношений» [1, с. 142–143] в исходной работе выделены четыре стиля; статья сохраняет эту классификацию. Числовое правило разделения низких и высоких значений в основном исследовании не раскрыто однозначно. Это ограничивает воспроизводимость: сводные таблицы не позволяют заново классифицировать участниц.

Общая удовлетворённость жизнью измерялась SWLS Э. Динера и соавторов [5, с. 71–72] в русскоязычной версии Е. Н. Осина и Д. А. Леонтьева [2]. Пять утверждений оцениваются по семибалльной шкале; итог — 5–35 баллов. Показатель характеризует жизнь в целом и отличается от оценки партнёрского союза.

Исходная работа использует описательную статистику, корреляцию Спирмена и U-критерий Манна—Уитни. Корреляции в статье воспроизводятся по сводной матрице, без пересчёта индивидуальных ответов. Дополнительно по частотам рассчитан χ² Пирсона без поправки на непрерывность; порог — p < 0,05. Средние и результаты рангового сравнения не интерпретируются из-за несогласованности агрегированных таблиц.

Благополучные оценки представлены у 74 участниц, сниженные и переходные — у 26. Абсолютно неблагополучный уровень не зарегистрирован. Распределение по семи категориям представлено в таблице 1.

Таблица 1

Уровни удовлетворённости отношениями в двух группах

Благополучные оценки отмечены у 30 женщин добрачной группы (60 %) и 44 замужних (88 %); разница — 28 процентных пунктов. Сниженные и переходные оценки получены у 20 и 6 участниц. Проверка двух объединённых категорий выявила различие: χ²(1) = 10,19; p = 0,0014; φ = 0,319. Ожидаемые частоты равны 13 и 37, что допускает применение критерия.

Различие долей не устанавливает причинного преимущества брака. Неизвестна сопоставимость групп по возрасту, детям и проживанию; возможен отбор более благополучных союзов к регистрации.

Надёжный стиль представлен у 40 женщин, тревожный — у 25, избегающий — у 20, тревожно-избегающий — у 15. Данные отражены в таблице 2.

Таблица 2

Стили привязанности и благополучные оценки отношений

Надёжный стиль чаще представлен в браке: 24 женщины против 16 (48 % и 32 %). Однако распределение четырёх стилей статистически значимо не различается: χ²(3) = 2,87; p = 0,413. Наблюдаемую разницу нельзя считать доказанной связью статуса союза со структурой привязанности.

Проверка таблицы «четыре стиля × две категории удовлетворённости» дала χ²(3) = 27,53; p < 0,001; V Крамера = 0,525. Одна из восьми ожидаемых частот равна 3,9, остальные превышают 5. Результат характеризует общую связь классификации и удовлетворённости, но не доказывает значимость каждого попарного различия.

Положительные оценки имеются при каждом стиле. Наибольшая доля сниженных и переходных оценок отмечена при тревожно-избегающем варианте — 11 из 15 случаев (73,3 %), наименьшая при надёжном — два из 40 (5 %). Распределение поддерживает предположение о значении сочетания параметров, но не устанавливает механизм их взаимодействия.

В матрице исходной работы удовлетворённость отношениями отрицательно связана с тревожностью (rₛ = −0,586) и избеганием (rₛ = −0,492), положительно — с удовлетворённостью жизнью (rₛ = 0,438). Для всех связей указан p < 0,01. Также приведены корреляции удовлетворённости жизнью с тревожностью (−0,342) и избеганием (−0,286), между параметрами привязанности — 0,318, с тем же уровнем значимости. Матрица относится к общей выборке; отдельные корреляции групп отсутствуют.

Частотный анализ и приведённые корреляции совпадают по направлению, но не заменяют независимой проверки исходных расчётов. Более высокий по модулю коэффициент тревожности также не доказывает превосходства её связи над связью избегания.

Предположительно, результаты связаны с доверием, получением поддержки и обсуждением разногласий. Эти процессы непосредственно не измерялись. Их изучение можно дополнить методиками конфликтного взаимодействия [4, с. 46–47]. В консультировании полезно уточнять, как женщина понимает поведение партнёра, выражает потребности и реагирует на отсутствие отклика.

Ограничения включают женскую выборку одного города, поперечный дизайн, самоотчёты и изменение формулировок ОУБ. Отсутствие индивидуальных протоколов ограничивает проверку корреляций и классификации. Причинное влияние брака или привязанности не устанавливается. Перспективы связаны с проверкой первичной базы, обследованием партнёров и контролем социально-демографических условий.

В представленных результатах исследования 100 женщин преобладают благополучные оценки отношений. Их доля наиболее высока при надёжном стиле и наиболее низка при тревожно-избегающем. По согласованным частотам подтверждено различие долей между добрачной и супружеской группами; различие распределения стилей статистически не подтверждено.

Приведённые корреляции поддерживают предположение об отрицательной связи тревожности и избегания с удовлетворённостью отношениями и положительной связи последней с удовлетворённостью жизнью. Независимая проверка требует индивидуальных данных. Практическое значение состоит в обосновании внимания к потребностям и способам поддержания близости при консультировании женщин.

Литература:

1. Казанцева Т. В. Адаптация модифицированной методики «Опыт близких отношений» К. Бреннан и Р. К. Фрейли // Известия Российского государственного педагогического университета им. А. И. Герцена. 2008. № 74–2. С. 139–143.
2. Осин Е. Н., Леонтьев Д. А. Апробация русскоязычных версий двух шкал экспресс-оценки субъективного благополучия // Материалы III Всероссийского социологического конгресса. Москва: Институт социологии РАН, 2008. URL: https://publications.hse.ru/chapters/78753840 (дата обращения: 02.10.2026).
3. Столин В. В., Романова Т. Л., Бутенко Г. П. Опросник удовлетворенности браком // Вестник Московского университета. Серия 14. Психология. 1984. № 2. С. 54–60.
4. Сычев О. А., Аношкин И. В. Русскоязычная адаптация опросников стилей и эффективности решения конфликтов в близких отношениях // Психология. Журнал Высшей школы экономики. 2024. Т. 21, № 1. С. 32–54. DOI: 10.17323/1813–8918–2024–1–32–54.
5. Diener E., Emmons R. A., Larsen R. J., Griffin S. The Satisfaction With Life Scale // Journal of Personality Assessment. 1985. Vol. 49, no. 1. P. 71–75. DOI: 10.1207/s15327752jpa4901_13.
6. Kwiek M., Kruger D. J., Piotrowski P. Life History, Attachment and Romantic Relationship Outcomes in an Eastern European Adult Sample // Evolutionary Psychology. 2025. Vol. 23, no. 3. P. 1–13. DOI: 10.1177/14747049251355861.
7. Mosannenzadeh F., Luijten M., Maciejewski D. F., Wiewel G. V., Karremans J. C. Adult Attachment and Emotion Regulation Flexibility in Romantic Relationships // Behavioral Sciences. 2024. Vol. 14, no. 9. Article 758. DOI: 10.3390/bs14090758.