Амнистия и помилование позволяют изменить уголовно-правовое положение лица после совершения преступления. В обоих случаях государство принимает решение, способное существенно изменить положение человека, совершившего преступление. Вместе с тем основания, порядок принятия и круг лиц, которых затрагивают такие решения, различаются. Конституция Российской Федерации относит объявление амнистии к ведению Государственной Думы, тогда как помилование осуществляет Президент Российской Федерации [1]. Разграничение показывает, что речь идет о двух самостоятельных правовых механизмах.

Действующее законодательство определяет содержание амнистии и помилования достаточно кратко, тогда как их применение затрагивает более широкий круг вопросов. Для амнистии важны порядок определения категорий лиц, пределы освобождения, процессуальные последствия и защита интересов потерпевших. В сфере помилования возникают вопросы о сроках рассмотрения ходатайств, критериях оценки личности осужденного и деятельности региональных комиссий. Поэтому перспективы этих институтов следует рассматривать не через увеличение количества освобожденных лиц, а через качество правового регулирования и обоснованность принимаемых решений. В соответствии со ст. 84 Уголовного кодекса РФ (далее — УК РФ) амнистия объявляется Государственной Думой в отношении индивидуально не определенного круга лиц. Акт может повлечь освобождение от уголовной ответственности или наказания, сокращение наказания либо его замену более мягким видом, освобождение от дополнительного наказания, а также снятие судимости [2]. Помилование имеет иную конструкцию. Оно применяется Президентом РФ к индивидуально определенному лицу и может выражаться в освобождении от дальнейшего отбывания наказания, сокращении назначенного наказания, замене его более мягким видом либо снятии судимости [2]. И. А. Бобраков рассматривает амнистию и помилование в системе оснований, изменяющих уголовно-правовое положение лица [3]. Главное различие состоит в степени индивидуализации: амнистия распространяется на определенную категорию лиц, а при помиловании решение принимается в отношении конкретного человека.

Исторически оба института прошли длительный путь. А. Я. Гришко рассматривает амнистию, помилование и судимость как взаимосвязанные элементы уголовно-правового регулирования, позволяющие изменять последствия осуждения при наличии соответствующего государственного решения [4]. В современном праве оно ограничено компетенцией соответствующего государственного органа и действует в установленных правовых формах. Е. Р. Комбикова прослеживает переход от ранних форм властного прощения к самостоятельному правовому институту [5]. Я. Н. Полякова связывает дальнейшее развитие амнистии и помилования с изменением представлений о пределах государственной власти и основаниях освобождения от уголовно-правовых последствий [6]. Историческое развитие привело к закреплению амнистии и помилования как самостоятельных правовых институтов, действующих в установленных правовых формах.

Современный институт амнистии при этом сохраняет проблему нормативной определенности. Статья 84 УК РФ устанавливает круг возможных последствий, но не содержит развернутой процедуры подготовки и реализации акта. А. В. Зейналбдыева указывает, что отсутствие подробного регулирования порождает вопросы о правовой природе амнистии и порядке ее применения [7]. Исследователь предлагает продолжить законодательную разработку положений, относящихся к амнистии и помилованию. Идея специального регулирования заслуживает внимания, но ее реализация требует осторожности. Общий закон об амнистии мог бы закрепить стабильные правила, которые не пришлось бы заново формулировать при принятии каждого постановления. Речь может идти о порядке определения категорий лиц, правилах разрешения спорных ситуаций и взаимодействии органов, исполняющих соответствующее решение. Однако заранее устанавливать случаи, когда Государственная Дума обязана объявить амнистию, было бы неверно. Это решение чрезмерно сузило бы конституционное полномочие парламента. А. М. Курманова также связывает перспективы развития рассматриваемых институтов с более подробным нормативным регулированием [8]. Предложение имеет практический смысл именно применительно к общим правилам. Конкретная амнистия всегда зависит от условий, в которых принимается решение, поэтому полностью устранить индивидуальные особенности отдельных постановлений невозможно. Общие требования, напротив, могли бы сделать применение актов более последовательным.

Вопрос касается не только уголовного, но и уголовно-процессуального права. Уголовно-процессуальный кодекс РФ (далее — УПК РФ) предусматривает прекращение уголовного преследования вследствие акта об амнистии [9]. Основание не является реабилитирующим. Следовательно, применение амнистии нельзя отождествлять с признанием незаконности уголовного преследования или с оправданием лица. Для обвиняемого различие принципиально: освобождение от уголовной ответственности и установление невиновности имеют совершенно разную правовую природу.

Е. А. Зорина рассматривает амнистию как специальный вид освобождения от уголовной ответственности и обращает внимание на ее особенности по сравнению с иными основаниями такого освобождения [10]. При этом процессуальные последствия амнистии должны быть понятны лицу, в отношении которого прекращается уголовное преследование. Формальное прекращение производства не должно лишать человека возможности возражать против нереабилитирующего основания, если он намерен добиваться разрешения обвинения по существу. Отдельной оценки требуют интересы потерпевшего. Помилование представляет собой индивидуальное решение Президента Российской Федерации, которое изменяет положение осуждённого в пределах, установленных ст. 85 УК РФ [2]. Оно не устраняет факта совершения преступления, не отменяет вступивший в силу приговор и не означает реабилитации лица. В этом смысле помилование изменяет уголовно-правовые последствия осуждения, но не служит «прощением» преступления [22]. При рассмотрении ходатайства действующее положение предписывает учитывать возмещение материального ущерба и мнение потерпевшего или его родственников. Указанные обстоятельства позволяют оценить последствия решения не только для осуждённого, но и для лица, пострадавшего от преступления.

Освобождение от уголовной ответственности или наказания и обязанность компенсировать последствия преступления имеют разное назначение. Сохранение этой границы необходимо прямо учитывать при подготовке актов об амнистии. Особенно заметна проблема при определении категорий амнистируемых лиц. Одних формальных характеристик здесь недостаточно. Следует учитывать характер преступлений, степень их общественной опасности и возможные последствия освобождения. Амнистия и помилование рассматриваются в общей системе уголовно-правовых средств, влияющих на реализацию ответственности и наказания [11]. Положение этих институтов предполагает их согласованность с принципами уголовного права, а не существование вне общей системы.

Оценивать эффективность амнистии только по числу освобождённых лиц недостаточно, однако судебная статистика позволяет проследить, как часто этот институт применяется. Согласно опубликованным данным, в 2022 году от наказания по амнистии были освобождены 49 осуждённых, в 2023 году — 27, в 2024 году — 21 [12]. С 2022 по 2024 год показатель снизился с 49 до 21 случая, то есть на 28 случаев, или примерно на 57 %. Однако эта динамика характеризует только учтённые судебные решения об освобождении осуждённых от наказания по амнистии. Она не показывает ни общего числа лиц, на которых распространялись ранее принятые акты, ни изменения потребности в новой амнистии. Поэтому снижение показателя нельзя само по себе считать свидетельством эффективности либо неэффективности института. Приведённые числа не показывают, совершили ли освобождённые впоследствии новые преступления, возместили ли причинённый вред и как проходила их социальная адаптация. Выявленные сведения целесообразно учитывать при оценке последствий амнистии и подготовке последующих решений.

Помилование требует другого подхода. В отличие от амнистии оно изначально ориентировано на индивидуальную ситуацию. Уголовно-исполнительный кодекс РФ закрепляет возможность осуждённого обратиться к Президенту РФ с ходатайством о помиловании через администрацию учреждения или органа, исполняющего наказание [13]. Следовательно, реализация института начинается с обращения конкретного лица.

Организационная модель была существенно изменена Указом Президента РФ от 28 декабря 2001 г. № 1500. На территориях субъектов Российской Федерации действуют комиссии по вопросам помилования, участвующие в предварительном рассмотрении соответствующих материалов [14]. Создание регионального звена позволяет изучать обстоятельства конкретного дела ближе к месту отбывания наказания и получать дополнительные сведения о личности осужденного. Порядок был дополнительно урегулирован Указом Президента РФ от 14 декабря 2020 г. № 787 [15]. Действующая модель охватывает более широкий круг лиц и подробно определяет прохождение ходатайства. При этом окончательное решение по-прежнему остается исключительным полномочием Президента РФ. Комиссии готовят материалы и заключения, но не подменяют главу государства.

Положение, утверждённое в 2020 году, предусматривает рассмотрение ходатайств не только лиц, отбывающих наказание в исправительном учреждении, но и отдельных иных категорий осуждённых, а также лиц, отбывших наказание и имеющих неснятую или непогашенную судимость [16]. Все это расширяет круг ситуаций, в которых может использоваться помилование. Вместе с тем результат обращения зависит от времени его рассмотрения: для осуждённого на небольшой срок длительное прохождение материалов может привести к тому, что решение будет принято уже незадолго до окончания наказания [17]. Следовательно, при оценке работы процедуры необходимо сопоставлять срок рассмотрения ходатайства с оставшимся сроком наказания. Одних сведений о количестве рассмотренных обращений для этого недостаточно.

Многоступенчатость рассмотрения ходатайства о помиловании имеет практическое значение: сведения, представленные осуждённым, могут быть сопоставлены с материалами учреждения, исполняющего наказание, и заключением комиссии [18]. При этом каждый этап увеличивает время до принятия решения. Поэтому оценивать процедуру следует по двум показателям — полноте проверки обстоятельств и соблюдению сроков, а не только по числу предусмотренных стадий. Необходимость индивидуальной оценки особенно заметна тогда, когда обстоятельства дела противоречивы. Положительное поведение осуждённого во время отбывания наказания может сочетаться с невозмещённым вредом, а тяжесть совершённого преступления — с серьёзным ухудшением здоровья. Ни один из этих фактов сам по себе не даёт достаточного основания для решения о помиловании. Комиссии необходимо сопоставить поведение осуждённого, отношение к содеянному, возмещение вреда, состояние здоровья и семейное положение, объяснив, какое значение они имеют в конкретном случае [19]. Единый порядок проверки сведений полезен, но вывод о целесообразности помилования должен опираться на их совокупность [20; 21].

Различие между амнистией и помилованием проявляется в круге лиц, порядке принятия решения и его правовых последствиях. Акт амнистии распространяется на определённую категорию лиц и может предусматривать освобождение как от уголовной ответственности, так и от наказания. Помилование адресовано индивидуально определённому лицу, в отношении которого уже вынесен обвинительный приговор: оно позволяет освободить его от дальнейшего отбывания наказания, сократить или заменить наказание либо снять судимость [22]. Поэтому одинаковая процедура для этих институтов не учитывала бы предмет принимаемого решения. При амнистии особое значение имеет точность общих критериев, позволяющих определить круг лиц, на которых распространяется акт; при помиловании — проверка обстоятельств дела конкретного осуждённого.

Уголовно-правовой результат помилования также нельзя описывать как «государственное прощение». Акт помилования не отменяет совершённого преступления и обвинительного приговора, а изменяет предусмотренные законом последствия осуждения. Такой вывод соответствует подходу В. К. Дуюнова, рассматривающего освобождение от уголовной ответственности и освобождение от наказания как формы уголовно-правового воздействия [23; 24]. Применительно к помилованию речь идёт о решении в отношении осуждённого, а не об освобождении его от уголовной ответственности. Именно поэтому индивидуальная оценка должна охватывать не только обстоятельства, характеризующие осуждённого, но и последствия решения для потерпевшего и других лиц.

Наиболее дискуссионным предложением остается введение условного помилования. Смысл конструкции состоит в том, чтобы связать освобождение или смягчение наказания с определенным периодом правомерного поведения. При нарушении установленных условий могли бы наступать специальные последствия. Идея направлена на сочетание гуманизма с предупреждением повторных преступлений. Однако практическое введение условного помилования потребовало бы серьезной переработки законодательства. Необходимо определить продолжительность испытательного периода, субъект контроля, перечень нарушений, основания отмены решения и правовые последствия совершения нового преступления. Кроме того, новый механизм пришлось бы разграничить с условно-досрочным освобождением. Без такого разграничения два института могли бы выполнять сходные функции. Поэтому условное помилование пока целесообразнее рассматривать как предмет научной дискуссии, а не как готовое решение. Для его введения необходимо доказать наличие самостоятельной правовой задачи, которую нельзя решить посредством действующих механизмов. Простого указания на возможность рецидива недостаточно. Любое дополнительное ограничение положения освобожденного лица должно иметь четкое правовое основание.

Еще одно направление связано с открытостью процедуры. Индивидуальный характер помилования неизбежно ограничивает объем сведений, которые могут быть публичными. Вместе с тем общая информация о работе комиссий, количестве рассмотренных ходатайств и типичных организационных причинах задержек могла бы использоваться для оценки функционирования системы. Речь не идет о раскрытии персональных данных осужденных. Интерес представляет именно состояние механизма. При этом помилование нельзя превращать в дополнительную судебную инстанцию. Если приговор незаконен или не обоснован, вопрос должен решаться средствами уголовного процесса. Акт Президента не отменяет вывод суда о виновности и не предназначен для исправления судебной ошибки. Его задача состоит в изменении уголовно-правовых последствий для конкретного лица в пределах предоставленного Конституцией полномочия.

Сопоставление судебных данных за 2022–2024 годы показало снижение числа учтённых случаев освобождения осуждённых от наказания по амнистии с 49 до 21 [12]. Однако этот показатель не отражает ни всех последствий применения амнистии, ни положения освобождённых после принятия решения. Для оценки результатов необходимы сопоставимые сведения о повторных преступлениях, возмещении вреда и социальной адаптации. Правовое разграничение двух институтов также требует разных подходов к их совершенствованию: при подготовке амнистии необходимо точно определять круг лиц и порядок применения акта, а при помиловании — обеспечивать проверку индивидуальных обстоятельств и соблюдение сроков рассмотрения ходатайства. Предложение об условном помиловании требует отдельного обоснования, поскольку его задачи и последствия пока не разграничены с действующим условно-досрочным освобождением.

Литература:

1. Конституция Российской Федерации (принята всенародным голосованием 12 декабря 1993 г., с изменениями, одобренными в ходе общероссийского голосования 1 июля 2020 г.) // Российская газета. — 1993. — 25 декабря. — № 237.
2. Уголовный кодекс Российской Федерации от 13 июня 1996 г. № 63-ФЗ (ред. от 4 августа 2026 г.) // Собрание законодательства Российской Федерации. — 1996. — № 25. — Ст. 2954.
3. Бобраков, И. А. Уголовное право. Общая часть: учебник / И. А. Бобраков. — Москва: Ай Пи Ар Медиа, 2025. — 300 с.
4. Гришко, А. Я. Амнистия. Помилование. Судимость: монография / А. Я. Гришко. — 2-е изд., перераб. и доп. — Москва: ИНФРА-М, 2023. — ISBN 978–5–16–018007–6.
5. Комбикова, Е. Р. Развитие института амнистии в России: историко-правовой аспект / Е. Р. Комбикова // Молодой ученый. — 2026. — № 28 (631). — С. 237–239.
6. Полякова, Я. Н. История становления и развития институтов амнистии и помилования в законодательстве Российской Федерации / Я. Н. Полякова // Право и управление. — 2026. — № 1. — С. 578–584.
7. Зейналбдыева, А. В. Проблемные вопросы реализации институтов амнистии и помилования в Российской Федерации / А. В. Зейналбдыева // Вестник Белгородского юридического института МВД России. — 2020. — № 2. — С. 37–42.
8. Курманова, А. М. Перспективы амнистии и помилования в России / А. М. Курманова // Наука, технологии и образование в XXI веке: проблемы взаимодействия и интеграции: сборник научных трудов по материалам Международной научно-практической конференции, 28 февраля 2020 г. — Белгород: Агентство перспективных научных исследований (АПНИ), 2020. — С. 98–101.
9. Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации от 18 декабря 2001 г. № 174-ФЗ (ред. от 26 июля 2026 г.) // Собрание законодательства Российской Федерации. — 2001. — № 52 (ч. I). — Ст. 4921.
10. Зорина, Е. А. Амнистия как специальный вид освобождения от уголовной ответственности / Е. А. Зорина // Теория и практика общественного развития. — 2023. — № 2 (180). — С. 132–138.
11. Уголовное право России. Общая часть: учебник / М. А. Кауфман, А. В. Бриллиантов, А. Д. Щербаков [и др.]; под ред. М. А. Кауфмана, А. В. Бриллиантова. — Москва: Юстиция, 2025. — 428 с.
12. Основания освобождения от наказания: судебная статистика Российской Федерации // Агентство правовой информации. — URL: https://stat.апи-пресс.рф/stats/ug/t/12/s/10 (дата обращения: 20.09.2026).
13. Уголовно-исполнительный кодекс Российской Федерации от 8 января 1997 г. № 1-ФЗ (ред. от 20 февраля 2026 г.) // Собрание законодательства Российской Федерации. — 1997. — № 2. — Ст. 198.
14. Указ Президента Российской Федерации от 28 декабря 2001 г. № 1500 «О комиссиях по вопросам помилования на территориях субъектов Российской Федерации» (ред. от 14 декабря 2020 г.) // Собрание законодательства Российской Федерации. — 2001. — № 53 (ч. II). — Ст. 5149.
15. Указ Президента Российской Федерации от 14 декабря 2020 г. № 787 «О некоторых вопросах деятельности комиссий по вопросам помилования на территориях субъектов Российской Федерации» (ред. от 15 ноября 2021 г.) // Собрание законодательства Российской Федерации. — 2020. — № 51. — Ст. 8428.
16. Селиверстов, В. И. Помилование в Российской Федерации: новеллы 2020 года и их влияние на расширение практики помилования / В. И. Селиверстов // Вестник Томского государственного университета. — 2022. — № 475. — С. 222–228.
17. Баженова, С. В. Правовой механизм реализации помилования в РФ / С. В. Баженова // Молодой ученый. ё 2024. — № 6 (505). — С. 147–149.
18. Куропатин, Д. А. Правовой механизм реализации помилования в Российской Федерации: теория и практика реализации / Д. А. Куропатин // Молодой ученый. — 2023. — № 46 (493). — С. 231–234.
19. Коада, А. И. Правовой механизм реализации помилования в Российской Федерации: теория и практика реализации / А. И. Коада // Вестник науки. — 2023. — Т. 2, № 11 (68). — С. 225–230.
20. Сапронова, Т. П. Дополнительное правовое регулирование вопросов, связанных с институтом помилования в Российской Федерации / Т. П. Сапронова // Вестник Тверского государственного университета. Серия: Право. — 2023. — № 3 (75). — С. 49–55.
21. Каримова, И. А. Правовой механизм реализации помилования в РФ: теория и практика реализации / И. А. Каримова // Молодой ученый. — 2025. — № 1 (552). — С. 148–152.
22. Переверзева, Я. В. Амнистия и помилование / Я. В. Переверзева // Академический научно-правовой вестник адвоката А. Н. Чашина. — 2025. — № 1. — С. 26–29.
23. Дуюнов, В. К. Освобождение от уголовной ответственности и от уголовного наказания в механизме уголовно-правового воздействия: монография / В. К. Дуюнов, И. А. Подройкина, Р. В. Закомолдин. — Москва: Юрлитинформ, 2022. — 264 с.
24. Дуюнов, В. К. Механизм уголовно-правового воздействия: теоретические основы и практика реализации: дис. … д-ра юрид. наук: 12.00.08 / В. К. Дуюнов. — Тольятти, 2001. — 512 с.