The article presents the results of an empirical study of the tendency toward depressive reactions in children with autism spectrum disorders. The sample consisted of 10 children aged 9–14 years diagnosed with autism spectrum disorder, supervised at the Family Center for Child Psychiatry (Kursk). The Children's Depression Inventory by Maria Kovacs was used as an assessment tool. The results showed that 40 % of the examined children had an elevated level of depressive symptoms, with the most pronounced indicators registered on the anhedonia scale. The obtained data are consistent with the results of international studies indicating the increased vulnerability of children with autism spectrum disorders to depressive disorders. The revealed specificity of symptom distribution across the inventory scales indicates the need to consider atypical manifestations of depression when working with this category of children.

Keywords: autism spectrum disorders, depressive reactions, children, Children's Depression Inventory, anhedonia, comorbidity, emotion regulation.

Введение

Расстройства аутистического спектра (РАС) представляют собой гетерогенную группу нарушений нейропсихического развития, характеризующихся качественными отклонениями в социальном взаимодействии и коммуникации, а также ограниченными, стереотипными, повторяющимися паттернами поведения [1]. Распространённость РАС, по данным Всемирной организации здравоохранения, составляет примерно 1 случай на 100 детей, при этом в последние десятилетия наблюдается устойчивая тенденция к росту показателей выявляемости [2].

Коморбидные психические расстройства при РАС являются скорее правилом, чем исключением: около 70 % лиц с РАС имеют как минимум одно сопутствующее психическое расстройство, а 40 % — два и более [3]. Среди коморбидных состояний особое место занимают аффективные расстройства, в первую очередь депрессия. По данным метаанализа, охватившего исследования по всему миру, показатели распространённости депрессивных расстройств у лиц с РАС составляют 14,4 % для пожизненной и 12,3 % для текущей распространенности [4]. При этом вероятность возникновения депрессии у лиц с аутизмом примерно в четыре раза выше, чем в общей популяции [5].

Факторами, способствующими повышенной уязвимости детей с РАС к депрессии, считаются трудности в регуляции эмоций, дефициты социального взаимодействия, приводящие к социальной изоляции и одиночеству, а также высокий уровень стресса, связанный с предъявляемыми социальными требованиями [6]. Продольные исследования показывают, что депрессивные симптомы у детей с РАС и аутистическими чертами выше, чем в общей популяции, начиная с 10-летнего возраста, и сохраняются на восходящей траектории до 18 лет [7]. Социальные коммуникативные нарушения и опыт буллинга в подростковом возрасте опосредуют значительную долю связи между РАС и последующей депрессией [7].

Диагностика депрессии у детей с РАС сопряжена с существенными трудностями: фенотипическое перекрытие симптомов, ограниченные возможности коммуникации, маскировка классических признаков депрессии аутистической симптоматикой и атипичные проявления депрессивного состояния [8]. Это обуславливает необходимость применения стандартизированных инструментов оценки, адаптированных для работы с данной популяцией.

Цель исследования. Целью настоящего исследования является выявление склонности к депрессивным реакциям у детей с расстройствами аутистического спектра в возрасте 9–14 лет и определение специфики проявления депрессивной симптоматики по отдельным шкалам опросника детской депрессии.

Материалы и методы. В исследовании приняли участие 10 детей в возрасте от 9 до 14 лет (8 мальчиков, 2 девочки) с подтверждённым диагнозом «расстройство аутистического спектра» (МКБ-10: F84.0–F84.5), находящихся под наблюдением в Семейном центре детской психиатрии (г. Курск, ул. Димитрова, 61). Возрастной диапазон 9–14 лет был выбран с учётом того, что именно в этом периоде, согласно литературным данным, начинают отчётливо проявляться депрессивные симптомы у детей с РАС [7, 9].

В качестве основного инструмента эмпирического исследования использовался опросник детской депрессии (Children's Depression Inventory, CDI), разработанный М. Ковач [10]. Опросник представляет собой самооценочную шкалу из 27 пунктов для детей и подростков от 7 до 17 лет, каждый пункт содержит три варианта ответа, кодируемых как 0, 1 или 2. Общий балл варьирует от 0 до 54, при этом значение 20 и выше рассматривается как критический показатель, требующий углублённого изучения. Опросник включает пять шкал: A (негативное настроение), B (межличностные проблемы), C (неэффективность), D (ангедония), E (негативная самооценка) [11]. Заполнение опросника осуществлялось индивидуально, в тихой обстановке; для детей, испытывавших трудности с самостоятельным чтением, пункты зачитывались исследователем.

Статистическая обработка полученных данных проводилась с использованием пакета прикладных программ «Microsoft Office Excel 2007». Для обработки данных применялись методы описательной статистики: расчёт средних значений, стандартных отклонений и процентного распределения.

Результаты исследования. В результате проведения опросника CDI были получены данные, представленные в таблице 1. Общий балл депрессивности в выборке варьировал от 7 до 24 баллов (M = 14,9; SD = 5,2).

Таблица 1

Результаты оценки депрессивных симптомов у детей с РАС по опроснику CDI

Анализ распределения общего показателя CDI показал, что у 2 детей (20 %) уровень депрессивной симптоматики находится в пределах нормы (0–10 баллов), у 4 детей (40 %) зарегистрировано лёгкое снижение настроения (11–16 баллов), у 2 детей (20 %) — субдепрессивный уровень (17–19 баллов) и у 2 детей (20 %) — критический уровень (20 баллов и выше), требующий углублённого клинико-психологического обследования. Таким образом, почти у половины обследованной выборки (40 %) общий балл превысил пороговое значение 16, что свидетельствует о повышенной склонности к депрессивным реакциям.

Сравнительный анализ средних значений по отдельным шкалам опросника выявил, что наибольший средний балл зарегистрирован по шкале D (ангедония) — M = 5,7 из 16 возможных, что составляет 35,6 % от максимума шкалы. Шкала A (негативное настроение) занимает второе место — M = 3,2 из 12 (26,7 %). Шкала E (негативная самооценка) — M = 2,4 из 10 (24 %). Шкала C (неэффективность) — M = 2,2 из 8 (27,5 %). Наименьший средний балл зафиксирован по шкале B (межличностные проблемы) — M = 1,5 из 8 (18,75 %).

Преобладание показателей по шкале ангедонии согласуется с литературными данными о том, что у детей с РАС депрессия часто проявляется в виде потери интереса к ранее доставлявшим удовольствие занятиям, истощаемости и чувства одиночества, в то время как классические симптомы, такие как выраженная печаль или чувства вины, могут маскироваться аутистической симптоматикой [8]. Выявленные повышенные показатели по шкале негативного настроения у части детей указывают на наличие устойчивого фона сниженного аффекта, а показатели по шкале негативной самооценки у четырёх детей (с баллами 3, 4, 4 и 3 соответственно) свидетельствуют о формировании негативного представления о собственной эффективности и, в некоторых случаях, суицидальных мыслей, что требует особого внимания специалистов.

Сравнение результатов мальчиков (n = 8) и девочек (n = 2) не выявило статистически значимых половых различий, что может быть обусловлено малым размером выборки, однако следует отметить, что обе девочки продемонстрировали повышенные значения по шкалам негативной самооценки и негативного настроения, что отчасти согласуется с данными о более выраженной депрессивной симптоматике у девочек с РАС в предпубертатном и пубертатном возрасте [9].

Выводы. Проведённое исследование показало, что склонность к депрессивным реакциям выявляется почти у половины детей с расстройствами аутистического спектра в возрасте 9–14 лет, при этом у 20 % уровень депрессивной симптоматики достигает критических значений. Доминирующим симптомокомплексом является ангедония, что подтверждает атипичность проявлений депрессии при РАС и необходимость разработки специализированных подходов к диагностике аффективных нарушений у данной категории детей. Полученные результаты согласуются с данными зарубежных исследований о повышенной в четыре раза вероятности депрессии у лиц с аутизмом по сравнению с общей популяцией [4, 5].

Практическая значимость исследования заключается в обосновании необходимости регулярного скрининга депрессивной симптоматики у детей с РАС с применением стандартизированных инструментов, а также в необходимости учёта атипичных проявлений депрессии при разработке программ психокоррекционной работы. Ограничением исследования является малый размер выборки (n = 10), что не позволяет делать широких обобщений; дальнейшие исследования на больших выборках с привлечением контрольной группы позволят уточнить выявленные закономерности.

Литература:

1. Расстройства аутистического спектра у детей: клинические рекомендации / Минздрав РФ. — М., 2024. — 62 с.
2. Морозов С. А. К вопросу о коморбидности при расстройствах аутистического спектра = On the Issue of Comorbidity in Autism Spectrum Disorders // Аутизм и нарушения развития. — 2018. — Т. 16, № 2 (59). — С. 3–8.
3. Parenteau L. Интеграция помощи людям с РАС: коморбидные состояния в психиатрии и комплексная терапия / L. Parenteau, S. Peabody, M. Mutarelli // Аутизм и нарушения развития. — 2021. — Т. 19, № 1. — С. 12–26.
4. Hudson L. L. Prevalence of depressive disorders in individuals with autism spectrum disorder: a meta-analysis / L. L. Hudson, L. Hall, K. L. Harkness // Journal of Autism and Developmental Disorders. — 2019. — Vol. 49, no. 4. — P. 1450–1466. DOI: 10.1007/s10803–018–03733–6.
5. Симптомы депрессии у детей и подростков с аутизмом / [Электронный ресурс] // Frontiers in Psychiatry. — 2025. — Vol. 16. — URL: https://www.frontiersin.org/journals/psychiatry/articles/10.3389/fpsyt.2025.1697147/full.
6. Hedley D. Risk and protective factors underlying depression and suicidal ideation in autism spectrum disorder / D. Hedley, M. Uljarević, K. R. Foley, A. Richdale, J. Trollor // Depression and Anxiety. — 2018. — Vol. 35, no. 7. — P. 648–657. DOI: 10.1002/da.22759.
7. Rai S. Association of autistic traits with depression from childhood to age 18 years / S. Rai, A. Pickles, P. Romanini, B. Maughan // JAMA Psychiatry. — 2018. — Vol. 75, no. 8. — P. 835–843. DOI: 10.1001/jamapsychiatry.2018.1323.
8. Magnuson K. Characterization of depression in children with autism spectrum disorders / K. Magnuson, J. N. Constantino // Journal of Neurodevelopmental Disorders. — 2011. — Vol. 3, no. 4. — P. 325–334. DOI: 10.1007/s11689–011–9092–9.
9. Gotham K. Depressive and anxiety symptom trajectories from school age through young adulthood in samples with autism spectrum disorder and developmental delay / K. Gotham, S. M. Brunwasser, C. Lord // Journal of the American Academy of Child and Adolescent Psychiatry. — 2015. — Vol. 54, no. 5. — P. 369–376. DOI: 10.1016/j.jaac.2015.02.006.
10. Kovacs M. Children's Depression Inventory (CDI): technical manual update / M. Kovacs. — Toronto: Multi-Health Systems Inc., 1992. — 32 p.
11. Елистратова Н. А. Актуальные аспекты развития первазивных расстройств / Н. А. Елистратова, В. И. Штурбабин, Л. Д. Хидирова // Лечащий врач. — 2023. — № 10. — С. 28–35.