Право человека на жизнь, гарантированное статьей 20 Конституции Российской Федерации, является неотчуждаемым, принадлежит каждому с рождения и особым образом охраняется государством путем применения различных инструментов защиты. В соответствии со ст. 2 Гражданского кодекса Российской Федерации, одним из таких инструментов защиты является гражданское законодательство России.

Как было отмечено выше, право на жизнь принадлежит каждому человеку от рождения, оно занимает фундаментальное положение в его правоспособности, являясь юридическим фактом, порождающим ее возникновение, и такое право, равно как и любые другие, прекращается в результате наступления неизбежного естественного биологического процесса каждого живого организма — смерти (ст. 17 ГК РФ).

Факт смерти человека подтверждается, в основном, медицинским документом, выдаваемым медицинским учреждением в порядке, установленном Постановлением Правительства РФ от 20 сентября 2012 г. № 950 «Об утверждении Правил определения момента смерти человека, в том числе критериев и процедуры установления смерти человека, Правил прекращения реанимационных мероприятий и формы протокола установления смерти человека». Такой документ является основанием для регистрации органом ЗАГС актовой записи о смерти человека в порядке, установленном Федеральным законом от 15 ноября 1997 года № 143-ФЗ «Об актах гражданского состояния».

Между тем действующим законодательством предусмотрена и иная возможность установления факта смерти человека — путем объявления его умершим судом (ст. 45 ГК РФ).

Вступившее в законную силу решение суда об объявлении гражданина умершим, равно как и медицинская справка о смерти, является документом-основанием для составления органом ЗАГС актовой записи о смерти человека (ст. 64 Федерального закона от 15 ноября 1997 года № 143-ФЗ «Об актах гражданского состояния»).

Согласно статистическим данным, опубликованным в сети «Интернет» на официальном сайте ЕМИСС, по состоянию на июнь 2026 года, в Российской Федерации разыскиваются в качестве пропавших без вести 31 743 человека [6].

К сожалению, возникают ситуации, когда пропавших без вести не удается найти, тем не менее, они числятся живыми и продолжают являться участниками гражданского оборота, что влечет за собой наличие определенных проблем. Для устранения таких противоречий и введена процедура объявления гражданина умершим.

Возникает вполне обоснованный вопрос: как медицинская справка о смерти, выдаваемая медицинскими работниками, имеющими соответствующий уровень образования и квалификации, может быть равнозначна по правовым последствиям с судебным постановлением об объявлении гражданина умершим, которое принимается судом, имеющим юридическое образование, не обладающим специальными познаниями в области медицины, без осмотра останков человека?

Дело в том, что судебное постановление об объявлении гражданина умершим, в отличие от медицинского документа, не подтверждает реальное наступление биологической смерти человека, а является результатом вероятностной оценки возможности ее наступления на основе оценки доказательств, отражающих отсутствие сведений о гражданине в месте его жительства на протяжении длительного периода времени, либо дающих основание полагать о возможной гибели гражданина в результате наступления несчастного случая. Иными словами, такое судебное постановление является результатом применения специального юридического инструмента — фикции, в отличие от медицинского документа, который констатирует факт смерти.

Вопрос о целесообразности и эффективности фикции, как правового инструмента, является объектом исследования многих ученых-цивилистов, например, к.и.н. Е. Л. Поцелуева и магистранта Е. А. Белина в статье «Правовая фикция как юридическая категория» [7].

Таким образом, объявление гражданина умершим направлено на устранение препятствий нормального функционирования государства, общества, гражданского оборота, и имеет своей целью исключение существования «мертвых душ». Такие действия позволяют осуществить переход прав собственности гражданина к его наследникам, осуществить универсальное правопреемство в рамках обязательственных правоотношений, осуществить защиту прав иных лиц в результате неправомерных действий наследодателя и пр.

Дела об объявлении гражданина умершим рассматриваются судом в порядке особого производства в соответствии с главой 30 ГПК РФ.

Статьей 278 ГПК РФ закреплено, что судья при подготовке дела к судебному разбирательству выясняет, кто может сообщить сведения об отсутствующем гражданине, а также запрашивает соответствующие организации по последнему известному месту жительства, месту работы отсутствующего гражданина, органы внутренних дел, службу судебных приставов, воинские части об имеющихся о нем сведениях.

Практика показывает, что в процессе рассмотрения подобных дел по общему правилу суды истребуют сведения у органов миграционного учета информацию о регистрации гражданина по месту пребывания, у сотовых операторов мобильной связи информацию об использовании гражданином средств связи, направляют запросы в медицинские учреждения относительно его обращения за соответствующей помощью, в банковские и финансовые организации относительно наличия открытых на имя такого гражданина счетов и движение денежных средств по ним, истребуют у пограничных органов информацию о пересечении гражданином государственной границы, органы принудительного исполнения и органы уголовно-исполнительной системы, а в последнее время — все более чаще запрашивают информацию относительно заключения гражданином контракта для прохождения военной службы. Следует отметить, что исчерпывающего перечня сведений, которые позволяют суду сформировать вывод о возможной смерти гражданина, действующим законодательством не установлено, а потому такие выводы формируются судом в каждом конкретном случае на основе оценки имеющихся доказательств.

Отсутствие сведений о жизнедеятельности гражданина у компетентных органов и организаций приводит к выводу о наступлении смерти человека и объявлении его судом умершим. С момента вступления решения суда в законную силу прекращаются и гражданские права человека.

Однако законодатель, учитывая правовую природу объявления гражданина умершим, предусмотрел и возможность восстановления его прав путем отмены судебного постановления в специальном порядке.

В соответствии со ст. 280 ГПК РФ, в случае явки или обнаружения места пребывания гражданина, признанного безвестно отсутствующим или объявленного умершим, суд новым решением отменяет свое ранее принятое решение. Новое решение суда является соответственно основанием для отмены управления имуществом гражданина и для аннулирования записи о смерти в Едином государственном реестре записей актов гражданского состояния. Аналогичные основания для отмены решения суда указаны также и в ст. 44, 46 ГК РФ.

Из содержания указанной процессуальной нормы следует, что она является специальной реализацией способа защиты гражданских прав, указанного в ст. 12 ГК РФ, в виде восстановления положения, существовавшего до нарушения права, ведь объявления гражданина умершим в условиях того, что он фактически жив, как минимум нарушает его права, а более того — и вовсе прекращает их существование.

Данный вывод подтверждается, например, работой Е. Е. Богдановой, опубликованной в Вестнике Санкт-Петербургского университета МВД России № 1 (29) 2006, где указывала, что восстановление положения, существовавшего до нарушения права, является универсальным способом защиты гражданских прав, вследствие чего может применяться в различных отраслях права [8]. Аналогичной позиции придерживается и А. П. Сергеев, который указывал, что: «Восстановление положения, существовавшего до нарушения права, как самостоятельный способ защиты применяется в тех случаях, когда нарушенное регулятивное субъективное право в результате правонарушения не прекращает своего существования и может быть реально восстановлено путем устранения последствий правонарушения» [9]. О том, что положения ст. 280 ГПК РФ, являются отражением способа защиты гражданских прав в виде восстановления положения, существовавшего до нарушения права, подтверждается также и содержанием судебной практики (например, решение Лефортовского районного суда города Москвы от 27.11.2019 № 2–3733/2019, апелляционное определение Московского городского суда от 16.07.2020 № 33–19548/2020).

В этой связи возникает вполне обоснованный вопрос: кто вправе обратиться в суд с заявлением об отмене решения суда об объявлении гражданина умершим? Однако положения ст. 280 ГПК РФ, наряду с иными нормами процессуального закона, такого перечня лиц не содержат, равно как и не содержат сведений о форме и порядке поступления в суд сведений, позволяющих осуществить отмену решения суда.

Попытка устранения пробелов правового регулирования в указанном вопросе была предпринята Верховным Судом Российской Федерации, что послужило поводов для принятия разъяснений, изложенных в п. 20 Постановления Пленума ВС РФ от 26.06.2008 № 13, где указано, что такие требования рассматриваются по заявлению заинтересованного лица и в рамках того же дела. Однако четкого определения кто является тем самым «заинтересованным лицом» ни положения процессуального закона, ни официальные акты судебного толкования в себе не содержат.

Из системного толкования положений ст. 276–277 ГПК РФ следует, что заявление об объявлении гражданина умершим подается в суд по месту жительства или месту нахождения заинтересованного лица, которое должно указать суду — для какой цели ему необходимо признать гражданина безвестно отсутствующим.

С учетом изложенного, можно ли сделать вывод, что с заявлением об отмене решения суда могут обратиться только заявитель и другие лица, участвующие в деле? Такой исчерпывающий перечень субъектов приведен автором статьи неслучайно, поскольку изложен с учетом положений ст. 3, 4, 35 ГПК РФ и основных начал судопроизводства в России. По смыслу процессуального закона, только лица, участвующие в деле, вправе представлять доказательства и участвовать в их исследовании, задавать вопросы другим лицам, участвующим в деле, свидетелям, экспертам и специалистам; заявлять ходатайства, в том числе об истребовании доказательств; давать объяснения суду в устной и письменной форме; приводить свои доводы по всем возникающим в ходе судебного разбирательства вопросам, возражать относительно ходатайств и доводов других лиц, участвующих в деле.

Между тем имеющаяся судебная практика исходит из иного представления перечня лиц, которые вправе обратиться в суд с заявлением об отмене решения суда о признании гражданина безвестно отсутствующим или объявлении его умершим.

Например, решением Труновского районного суда Ставропольского края от 21.05.2020 отказано в удовлетворении заявления Пенсионного фонда России об отмене решения этого же суда от 08.04.2019 о признании гражданина безвестно отсутствующим. Из содержания указанного судебного постановления следует, что поводов для обращения в суд с требованием об отмене решения послужил тот факт, что были выявлены обстоятельства использования гражданином, признанным безвестно отсутствующим, электронной подписи при направлении отчетности юридического лица в налоговый орган. Между тем суд в удовлетворении требований об отмене судебного постановления отказал из-за недостаточности доказательств, свидетельствующих об обнаружении места жительства гражданина.

Данное решение суда было оставлено без изменения апелляционным определением Судебной коллегии по гражданским делам Ставропольского краевого суда от 29.07.2020, а также определением Пятого кассационного суда общей юрисдикции от 22.12.2020.

Вместе с тем, из содержания вышеуказанных судебных актов следует, что Пенсионный фонд России не являлся участником процесса при рассмотрении дела о признании гражданина безвестно отсутствующим, а потому действия указанного органа по предоставлению суду объяснений и доказательств в рамках гражданского дела представляются недопустимыми. Иной подход будет свидетельствовать о том, что любое лицо может вмешаться в процесс отправления правосудия, представлять по своему усмотрению пояснения и доказательства, то есть пользоваться процессуальными правами лица, участвующего в деле, без фактического наделения таким процессуальным статусом, что не может отвечать принципам правового регулирования судопроизводства.

Обоснованность вывода автора о перечне лиц, имеющих право обратиться в суд с заявлением, подтверждается, например, положениями гражданского процессуального законодательства о пересмотре решения по новым или вновь открывшимся обстоятельствам, которые по своей правовой природе регулируют сходные правоотношения, когда после принятия судебного акта возникают обстоятельства, которые имеют существенное значение для правильного рассмотрения дела по существу.

Частью 1 статьи 394 ГПК РФ закреплено, что с заявлением (представлением) о пересмотре вступивших в законную силу судебных постановлений по вновь открывшимся или новым обстоятельствам могут обратиться стороны, прокурор, другие лица, участвующие в деле.

Таким образом, для разрешения возникшей коллизии права и приведения положений закона к единообразию правового регулирования представляется вполне логичным внести поправки в положения статьи 280 ГПК РФ и указать, что с заявлением об отмене решения о признании гражданина безвестно отсутствующим могут обратиться лица, участвующие в деле: заявитель, сам гражданин и прокурор; а по делам об объявлении умершим — могут обратиться лишь заявитель и прокурор.

Такое правовое разграничение по усеченному перечню лиц, имеющих право обратиться с заявлением об отмене решения об объявления гражданина умершим, приведено не случайно, поскольку наделение такими правами объявленного гражданина недопустимо и повлечет закрепления правовой коллизии, заключающейся в том, что на момент такого обращения указанный гражданин не будет обладать процессуальными правами в результате утраты гражданской процессуальной правоспособности, а значит не сможет обратиться в суд [2, ст. 36].

Между тем, актуальная судебная практика содержит прецеденты, когда суды принимали судебные постановления об отмене вступивших в законную силу решений суда об объявлении гражданина умершим по заявлению самих таких граждан (например, решение Железнодорожного районного суда г. Екатеринбурга от 23.06.2015, апелляционное определение Свердловского областного суда от 10.09.2015 по делу № 33–13873/2015). Предполагается, что причиной принятия такого рода решений послужил факт того, что положениями ст. 44 ГК РФ предусмотрена возможность отмены решения суда об объявлении гражданина умершим в случае его явки в суд, между тем является весьма спорным фактически возникший вывод судов о том, что это является тождественным обращению такого гражданина в суд с заявлением.

Представляется вполне логичным, что даже в системе действующего правового регулирования сведения об обнаружении места жительства гражданина должны поступать в суд не иначе как от прокурора, поскольку, во-первых, данное должностное лицо является обязательным участником процесса по признанию гражданина безвестно отсутствующим или объявлении его умершим, то есть обладает необходимыми на то процессуальными правами лица, участвующего в деле, а, во-вторых, основной функцией прокурора является осуществления на территории Российской Федерации надзора за соблюдением законности и соблюдением прав человека и гражданина, тогда как, например, объявление гражданина умершим в условиях продолжения его жизнедеятельности и получения из-за фиктивности его смерти материальных благ другими лицами явно не может отвечать интересам законности, а потому требует принципиальных мер реагирования [10, ст. 1]. При этом сведения о месте жительства гражданина, признанного безвестно отсутствующим или объявленного умершим, а равно иные доказательства, объективно свидетельствующие о продолжающейся жизнедеятельности такого лица, могут быть самостоятельно выявлены прокурором или предоставлены ему любым заинтересованным лицом, который полагает, что наличие судебного акта нарушает законные права и интересы человека, общества или государства, что не противоречит действующему правовому регулированию [11].

Другой вопрос, возникающий при анализе положений процессуального законодательства, заключается в наличии возможности для отмены решения суда об объявлении гражданина умершим, в случае, если после вступления соответствующего судебного акта в законную силу гражданин действительно умер и факт его смерти подтвержден медицинскими документами установленного образца.

Представляется, что действующее правовое регулирование не позволяет суду произвести указанные действия, поскольку утрачивается цель применения такового способа защиты, так как они не приводят к восстановлению положения, существовавшего до нарушения права — гражданин не получает восстановление своих гражданских прав из-за наступления биологической смерти и прекращения правоспособности по естественным причинам, не связанным с объявлением его умершим на основании решения суда. Проведенный анализ судебной практики также не выявил подобных прецедентов в отечественном праве.

Напротив, некоторые ученые-цивилисты придерживаются противоположного мнения и считают, что такие требования могут быть предметом судебного разбирательства, однако действующее правовое регулировании все же нуждается в корректировке. Так, к. ю. н., доцент Д. И. Ивашин указывал, что представляется целесообразным подкорректировать соответствующие нормы права, устанавливающие основания для отмены решения суда о признании гражданина безвестно отсутствующим или объявлении его умершим, указав в качестве дополнительных оснований: 1) установление судом факта смерти безвестно отсутствующего либо объявленного умершим гражданина; 2) регистрация его очевидной смерти в органах ЗАГС. По мнению автора данных утверждений, такие нормы будут отвечать требованиям полноты защиты прав и интересов граждан и государства [12].

Вместе с тем, такие предложения ученого заслуживают вполне обоснованной критики, поскольку входят в противоречие с действующим правовым регулированием. Например, кажется логичным, что регистрация очевидной смерти гражданина в органах ЗАГС не может быть произведена компетентными лицами, поскольку на ее момент уже будет иметься актовая запись о смерти человека, что повлечет за собой возникновение коллизии, связанной с наличием двух актовых записей о смерти одного и того же лица. В изложенной Д. И. Ивашиным ситуации отмена решения суда об объявлении гражданина умершим повлечет за собой наступление ряда существенных и весьма негативных правовых последствий, связанных с возвратом в положение, существовавшее до момента объявления гражданина умершим, и одновременное повторное их наступление — ведь будет снова составлена актовая запись о смерти, а значит и заново возникнут последствия, вызванные смертью человека. Особо значимый эффект указанные последствия окажут на вопросы наследования, где представляется, что уже произошли переход прав и обязанностей, наступление гражданско-правовой ответственности по долгам наследодателя и т. п., что повлечет за собой ослабление устойчивых государственно-правовых закономерностей.

С целью избежания подобных негативных последствий, автор настоящей статьи предлагает внести в действующее правовое регулирование изменения, согласно которым, в случае биологической смерти человека, объявленного судом умершим, заинтересованное лицо (родственники, свойственники, прокурор, орган ЗАГС, иные лица, взявшие на себя обязательства по захоронению тела человека) вправе обратиться в суд с заявлением об установлении факта смерти гражданина, ранее объявленного судом умершим. Результатом рассмотрения такого рода заявлений будет внесение соответствующих изменений в актовую запись о смерти гражданина с целью указания действительной даты его смерти. Помимо прочего, следует закрепить, что установление судом такого факта является основанием для восстановления правоспособности гражданина в период со дня вступления в законную силу решения суда об объявлении его умершим и до момента его биологической смерти. Такой подход позволит избежать правовой неопределенности, в том числе, в вопросах легитимности совершенных таким гражданином сделок, а также включить в дальнейшем в состав наследственной массы имущество, приобретенного наследодателем в период своей «юридической смерти».

Третий вопрос, возникший в связи с оценкой положений законодательства о гражданском судопроизводстве, является менее значимым, но тем не менее заслуживает внимания, поскольку связан с процедурой рассмотрения судом заявлений об отмене рассматриваемых решений. Поводом к такой оценке послужили разъяснения, изложенные в п. 20 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.06.2008 № 13 «О применении норм Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении и разрешении дел в суде первой инстанции», согласно которым, при рассмотрении заявления об отмене решения о признании гражданина безвестно отсутствующим или объявлении его умершим суд возобновляет производство по тому же делу и выносит новое решение в том же производстве. Возбуждение нового дела не требуется.

Анализ судебной практики показывает, что некоторые суды буквально применяют указанные разъяснения и в рамках гражданских дел, где ранее были приняты решения об объявлении гражданина умершим, принимают новые решения, которыми отменяют свои предыдущие решения, под тем же порядковым номером судебного производства (например, решение Нагатинского районного суда города Москвы от 17.11.2025 № 2–8410/2017). Ряд других судов рассматривали указанные вопросы в рамках отдельных судебных производств (например, решение Нижневартовского городского суда Ханты-Мансийского автономного округа-Югры от 23.10.2025 № 2–8143/2025, решение Крымского районного суда Краснодарского края от 05.07.2023 № 2–1754/2023).

Между тем, автор настоящей статьи полагает, что ни один из исследованных подходов судов не может отвечать действующему правовому регулированию гражданского судопроизводства, ввиду следующего.

Из содержания положений ст. 189, 192, 193, 194 ГПК РФ следует, что, по общему правилу, рассмотрение гражданского дела по существу завершается принятием судебного постановления именем Российской Федерации в форме решения суда, а потому с указанного момента спорные правоотношения считаются разрешенными и повторное обращение в суд о том же предмете и по тем же основаниям не допускается. По другим основаниям дело может быть завершено не иначе как в случае прекращения производства по делу или оставления заявления без рассмотрения [2, ст. 220–223]. Оконченное гражданское дело подлежит исполнению, а в дальнейшем — уничтожению, в связи с истечением сроков хранения [14].

Между тем некоторые положения ГПК РФ предусматривают возможность возобновления производства по делу, которое считается оконченным. Например, согласно ч. 3 ст. 223 ГПК РФ, суд по ходатайству истца или ответчика отменяет свое определение об оставлении заявления без рассмотрения, если истец или ответчик представит доказательства, подтверждающие уважительность причин неявки в судебное заседание и невозможности сообщения о них суду. Также, согласно ст. 243 ГПК РФ, при отмене заочного решения суд возобновляет рассмотрение дела по существу.

Такие заявления рассматриваются в порядке исполнения, итоговые судебные акты отменяются, а судебным производствам присваивается новый порядковый номер для возможности дальнейшего рассмотрения и разрешения первоначальных требований по существу в общем порядке судопроизводства [15, п. 3.20]. Представляется, что предложенный порядок рассмотрения заявлений должен применяться и к заявлениям об отмене решения о признании гражданина безвестно отсутствующим или объявлении его умершим.

Наиболее схожим по своей правовой природе является процедура пересмотра вступивших в законную силу судебных актов по новым или вновь открывшимся обстоятельствам, а потому автор полагает, что именно данная правовая модель должна применяться по аналогии и к заявлениям об отмене решения суда об объявлении гражданина умершим, что будет способствовать единообразию судебного производства. Некоторые суды полагают, что таковой подход автора является неверным (например, апелляционное определение Ставропольского краевого суда от 22.10.2013).

Кроме того, практика показывает, что при принятии судебного постановления об отмене решения об объявлении гражданина умершим, суды ограничиваются лишь указанием на то, что изначальный судебный акт подлежит отмене. Между тем возникает вполне обоснованный вопрос: при отмене судом первоначального судебного акта что происходит с заявленными требованиями об объявлении гражданина умершим, ведь при такой ситуации выходит, что они остаются неразрешенными (отсутствует итоговый судебный акт по данным требованиям), что является недопустимым и противоречит основной цели принятия судебного акта, как регулятора правоотношений. Следовательно, наряду с принятием судебного акта об отмене решения, суд должен и разрешать по существу ранее заявленные требования по отмененному решению путем отказа в их удовлетворении, что соответствует требованиям ст. 196–199 ГПК РФ, и подтверждается, например, процедурой возобновления производства по делу в случае отмены заочного решения суда или пересмотра судебного акта по новым или вновь открывшимся обстоятельствам.

В завершение следует отметить, что в практике также возникали ситуации, когда суд не отменял своего решения об объявлении гражданина умершим, между тем на основании его же заявления аннулировал актовую запись о смерти гражданина, как недействительную, в связи с обнаружением человека в живых (например, решение Нагатинского районного суда города Москвы от 24.03.2017 № 2–1249/2017).

Таким образом, выявленные в ходе исследовательской работы проблемы правового регулирования являются существенными, а потому заслуживают внимания и требуют адекватного разрешения законодателем, правоприменителями и учеными-цивилистами, в том числе, с учетом предложенных правовых концепций.

Литература:

1. «Конституция Российской Федерации» (принята всенародным голосованием 12.12.1993 с изменениями, одобренными в ходе общероссийского голосования 01.07.2020);
2. Гражданский процессуальный кодекс Российской Федерации от 14.11.2002 № 138-ФЗ;
3. Гражданский кодекс Российской Федерации (часть первая) от 30.11.1994 № 51-ФЗ;
4. Постановление Правительства РФ от 20 сентября 2012 г. № 950 «Об утверждении Правил определения момента смерти человека, в том числе критериев и процедуры установления смерти человека, Правил прекращения реанимационных мероприятий и формы протокола установления смерти человека»;
5. Федеральный закон от 15 ноября 1997 года № 143-ФЗ «Об актах гражданского состояния»;
6. https://fedstat.ru/ — Единая межведомственная информационно-статистическая система (ЕМИСС)
7. Поцелуев Е. Л., Белин Е. А. Правовая фикция как юридическая категория; https://cyberleninka.ru/article/n/pravovaya-fiktsiya-kak-yuridicheskaya-kategoriya/viewer
8. Богданова Е. Е. Восстановление положения, существовавшего до нарушения права; https://cyberleninka.ru/article/n/vosstanovlenie-polozheniya-suschestvovavshego-do-narusheniya-prava/viewer
9. Сергеев А. П. Защита гражданских прав. Гражданское право: Учебник. Т. 1 / Под ред. А. П. Сергеева, Ю. К. Толстого. М., 2003. С. 342;
10. Федеральный закон от 17.01.1992 № 2202-I «О прокуратуре Российской Федерации»;
11. Федеральный закон от 02 мая 2006 года № 59-ФЗ «О порядке рассмотрения обращений граждан Российской Федерации»;
12. Ивашин Д. И. Особенности пересмотра судами первой инстанции судебных решений по делам о признании граждан безвестно отсутствующими или об объявлении умершими; https://cyberleninka.ru/article/n/osobennosti-peresmotra-sudami-pervoy-instantsii-sudebnyh-resheniy-po-delam-o-priznanii-grazhdan-bezvestno-otsutstvuyuschimi-ili-ob;
13. Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 26.06.2008 № 13 «О применении норм Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении и разрешении дел в суде первой инстанции»;
14. Приказ Судебного департамента при Верховном Суде РФ от 19.03.2019 № 56 «Об утверждении Инструкции о порядке организации комплектования, хранения, учета и использования документов (электронных документов) в архивах федеральных судов общей юрисдикции»;
15. Приказ Судебного департамента при Верховном Суде РФ от 29.04.2003 № 36 «Об утверждении Инструкции по судебному делопроизводству в районном суде».