Статья 39.18 Земельного кодекса Российской Федерации (далее — ЗК РФ) регулирует порядок предоставления гражданам земельных участков для индивидуального жилищного строительства, ведения личного подсобного хозяйства в границах населенного пункта и садоводства для собственных нужд [1]. На практике данная процедура связана не только с подачей заявления и схемы расположения земельного участка на кадастровом плане территории (далее — КПТ), но и с проверкой сведений в цифровой среде: на кадастровых картах, в Едином государственном реестре недвижимости (далее — ЕГРН), Национальной системе пространственных данных (далее — НСПД), государственной информационной системе обеспечения градостроительной деятельности (далее — ГИСОГД) и на официальных сайтах органов власти. В связи с этим особую актуальность приобретает вопрос о том, насколько действующее законодательство обеспечивает гражданину реальную возможность заранее выявить препятствия для предоставления участка.

Первая проблема состоит в отсутствии механизма цифрового приоритета ранее утвержденной схемы расположения земельного участка. В соответствии с пунктом 20 статьи 11.10 ЗК РФ орган, утвердивший схему, обязан направить соответствующее решение в орган регистрации прав, а сведения о нем подлежат отображению на кадастровых картах, предназначенных для использования неограниченным кругом лиц [1]. Согласно статье 34 Федерального закона от 13.07.2015 № 218-ФЗ межведомственные сведения вносятся в ЕГРН не позднее пятнадцати рабочих дней со дня их поступления [2]. Однако закон не отвечает на вопрос, может ли ранее утвержденная схема противопоставляться новому заявителю до того, как сведения о ней стали публично доступны в цифровой форме. На практике это создает ситуацию, при которой один гражданин уже получил утверждение схемы, а другой, не видя данной информации в открытом доступе, подает заявление на ту же территорию.

Вторая проблема связана с отсутствием неизменяемой публичной фиксации даты и времени утверждения схемы. Закон не требует, чтобы решение об утверждении схемы сразу получало открытый цифровой временной маркер, который могли бы проверить третьи лица. Именно здесь возникает риск спора о действительном приоритете притязаний на один и тот же земельный участок. Данная проблема подтверждается судебной практикой. Так, в решении Центрального районного суда г. Барнаула по делу № 2а-1735/2020 отказ был признан законным, поскольку спорная территория частично совпадала с земельным участком, в отношении которого ранее уже была утверждена схема расположения [3]. Вместе с тем вопрос о доступности этой информации для заявителя в открытом цифровом контуре законом прямо не урегулирован.

Третья проблема состоит в возможности ссылаться на утвержденный, но фактически недоступный гражданину проект межевания территории (далее — ПМТ). ЗК РФ допускает отказ в предоставлении участка, если его образование противоречит утвержденному ПМТ [1]. В то же время Градостроительный кодекс Российской Федерации (далее — ГрК РФ) регулирует подготовку, утверждение и опубликование документации по планировке территории, а также ее размещение в ГИСОГД [4]. Однако в законе отсутствует прямое правило о том, что неопубликованный либо фактически недоступный заявителю ПМТ не может использоваться против него как основание отказа. В результате гражданин обязан учитывать документ, который не всегда может быть своевременно найден и проверен до подачи заявления.

Четвертая проблема выражается в отсутствии обязательной цифрово проверяемой мотивировки отказа. По статьям 39.15 и 39.16 ЗК РФ отказ должен быть обоснованным [1]. Однако закон не требует, чтобы к отказу прилагались материалы, позволяющие заявителю проверить его основания: графическое наложение границ, указание координат пересечения, ссылка на опубликованный ПМТ либо сведения ЕГРН, НСПД или ГИСОГД. В судебной практике это приводит к ситуациям, когда орган ограничивается общей ссылкой на норму закона или внутренний документ администрации. Так, решением Новокузнецкого районного суда Кемеровской области по делу № 2а-1900/2024 отказ был признан незаконным, поскольку приведенные основания не были подтверждены надлежащим образом [5].

Таким образом, основные проблемы применения ст. 39.18 ЗК РФ сегодня связаны не только с содержанием земельных норм, но и с недостаточной цифровой прозрачностью процедуры. На мой взгляд, для устранения указанных пробелов необходимо: во-первых, закрепить, что ранее утвержденная схема может противопоставляться третьим лицам только после ее публичного цифрового отображения, это можно решить жестко ограниченными сроками внесения данной информации в общедоступные ресурсы; во-вторых, ввести неизменяемую фиксацию даты и времени утверждения схемы; в-третьих, прямо предусмотреть и жестко ограничить сроки опубликования ПМТ в общем доступе и если данная информация не опубликована, то это обстоятельство не может служить основанием для отказа; в-четвертых, обязать органы власти давать цифрово проверяемую мотивировку отказа. Такие изменения не усложнят процедуру для администрации, но сделают ее более понятной и справедливой для гражданина, который действует добросовестно и ориентируется на доступные ему сведения.

Литература:

1. Земельный кодекс Российской Федерации от 25.10.2001 № 136-ФЗ // Доступ из справ.-правовой системы «КонсультантПлюс».
2. О государственной регистрации недвижимости: Федеральный закон от 13.07.2015 № 218-ФЗ // Доступ из справ.-правовой системы «КонсультантПлюс».
3. Решение Центрального районного суда г. Барнаула от 16.03.2021 по делу № 2а-1735/2020 // Доступ из справ.-правовой системы «СудАкт».
4. Градостроительный кодекс Российской Федерации от 29.12.2004 № 190-ФЗ // Доступ из справ.-правовой системы «КонсультантПлюс».
5. Решение Новокузнецкого районного суда Кемеровской области от 16.02.2025 по делу № 2а-1900/2024 // Доступ из справ.-правовой системы «СудАкт».