Пантеон как зеркало мировоззрения: сравнительный анализ корейской и древнерусской мифологии

Гомарова Арайлым Уалихановна, студент

Научный руководитель: Абилова Батжамал Айкеновна, кандидат педагогических наук (PhD), ассоциированный профессор, зав. кафедрой

Международный университет Астана (Казахстан)

The article explores the pantheon as a mirror of a people’s worldview through a comparative analysis of Korean and Old Russian mythological traditions. Mythology is interpreted as a system of ideas about the origin of the world, the structure of the cosmos and the place of humans in it, while the pantheon of gods is viewed as a symbolic model of the universe that encodes key spiritual values and social orientations. The analysis reveals common features (polytheism, anthropomorphism, close connection with natural elements) as well as fundamental differences in spiritual emphases and religious influences. It is concluded that the pantheon functions as a «mirror» of worldview, in which the specific cultural identity of Koreans and early East Slavs is manifested.

Keywords: mythology, pantheon, worldview, Korean mythology, Old Russian mythology, Perun, Tangun, comparative analysis.

Введение

Мифология как культурный феномен представляет собой сложную систему представлений о происхождении мира, устройства космоса, природе человека и его связи с высшими силами. В научной литературе мифология понимается, как исторически ранняя форма мировоззрения, основанная на образно-символическом мышлении, которая моделирует и объясняет мир через систему мифов [1].

В древности миф являлся одним из способов осознать и объяснить окружающий мир, происходящие явления природы, передавая и сохраняя знания первых людей. В нем также заложен глубокий смысл норм поведения человека, поклонения божественным силам. Это некоторая форма коллективного сознания и мышления. Получив устную литературную форму, мифология прекрасно дошла до нас, неся в себе историческую память и культурологическую ценность о жизни наших далеких предков, стоявших у истоков человеческой цивилизации. Из мифов мы узнаем, как возникло поклонение человека перед высшими и необъяснимыми различных культур позволяет глубже понять не только структуру мифологических систем, но и особенностидля него в то время силами, кто такие боги и как они появились в жизни людей. Это на самом деле бесценные знания.

Пантеон богов представлял собой множество божеств разного уровня и сфер влияния, это некая модель мироздания, со своими нормами, явлениями и определенной системой взаимоотношений. Как человек додумался до создания такого пантеона и какова роль этого для жизни человека, пожалуй, всегда волновало многих ученых и свидетельство тому множество работ, посвященных мифологии каждого народа, целого континента или региона.

В нашем исследовании мы ставим цель сравнительного анализа мифов двух народов — корейского и русского, совершенно далеких как по географической принадлежности, так и традициям, нормам, языку и культуре. Нам кажется, что это особенно интересно, т. к. корейский народ имеет корни на русской земле (Дальний Восток), в Казахстане достаточно большая диаспора корейцев, как на севере, так и на юге, но также это актуально и в изучении изустной мировой литературы в целом.

Почему мы выбрали мифы?

Нам кажется, что мифы как форма изустной литературы, содержал в себе историческое зерно первоценности, т. к. являются самыми древними памятниками человеческой цивилизации. Мы хотим выяснить, были ли какие-то то общие черты и сходства в представлениях, образности, стилистике? Какие мифологические традиций мы можем увидеть при сопоставлении?

Методы исследования

В нашей работе мы использовали такие методы исследования, как: сравнительный анализ, теоретическое описание, небольшой эксперимент на знание современниками мифологии двух народов.

Мы будем опираться на те исследования, которые есть в научной литературе, например, труды М. Мелетинского, С. А. Токарева, Кендок Ли, Н. А. Николаева и др.

Основные положения

Сравнительный анализ пантеона мифов двух народов — корейского и русского позволил выявить общее:

1. наличие архаичных элементов шаманских верований;
2. мифологические архетипы, лежащие в основе духовной культуры обоих народов;
3. выражение идеи гармонии человека и природы;
4. мифы являются способом выражения древних представлений об устройстве Вселенной и роли человека в ней.

Но мы остановимся на тех моментах, которые выявляют особенности каждого из пантеонов:

1. В пантеоне корейских мифов центральное место занимают те, которые повествуют о первых предках и основателях первых государств. Как и в мировых мифах (например, о Геракле), они имеют божественное происхождение. Так, в мифе Тангун Ванг, считающийся первым предком корейцев, рожден от Хвануна, сына небесного бога Хванина. Его мать Уннё — медведица, превратившаяся в женщину. Он также является создателем первой древней страны — Кочосон, или Древний Чосон, которым он правил 1500 лет. После он отправился в горы Асадаль (или Пэктусан) и стал духом гор.

Основателем государства Пуё и Когурё считается Хэмосу, также рожденный от небесного бога. По легенде новообращенный бог прибыл с небес на землю, восседая на колеснице, запряженной пятью драконами. Его торжественное прибытие сопровождалось более сотней слуг на лебедях, в то время как над его головой парили желтые, красные и синие облака, издававшие прекрасные небесные песни. Когда солнце восходило Хэмосу на земле решал людские дела, а с заходом солнца возвращался на небеса, поэтому жители называли его Чхонваннан — Господин Небесный Государь [7].

2. В мифологии Кореи также отражается представление древнего человека о том, что духи предков не умирают, а становятся защитниками местности и становятся духами гор. Поскольку гор в этой стране очень много, то именно горы считаются пристанищем покойных предков — сансо, в горах также течет река — Сансин-рёна, соединяющая мир живых и мир мертвых. Также горы считаются опорой неба, у каждой горы свой правитель. Например, северная гора Пэктусан называется «отцом» всех духов гор, южная гора Чирисан связана с женским божеством. Местные духи гор почитаются в святилищах — сансингаке.

Наряду с небесными богами также в корейской мифологии существуют боги загробного мира. Одним из них является верховный властитель и пятый среди десяти судей подземного мира Ши-ван, заимствованная из буддийской мифологии «10 судьи ада». Его долг — вершить правосудие над душами умерших и определять их участь. Согласно преданиям, Он — первый человек, столкнувшийся со смертью. Как божество великой силы, он наделен сверхъестественными способностями, включая воскрешение мертвых, изменение облика и совершать иные великие деяния [3].

3. Географический детерминизм в корейских мифах играет значительную роль, являясь шаманским пантеоном и местом обитания действий богов. Например, остров Чеджудо (Тамна) — обиталище богини земли Чачонби и сельского хозяйства. Этот остров смог сохранить свои уникальные верования и культуру, множество мифов о божествах.

Рис. 1. Пантеон корейских богов острова Чеджудо

Что же отличает русскую мифологию?

1. Как и корейская мифология, русский пантеон мифов делится на высшие и низшие. У каждого божества была определенная роль, но четкой системы не было. В древнерусском памятнике «Повесть временных лет» есть свидетельство о высших богах, которым противопоставлены низшие: «И начал княжить Владимир в Киеве один, и поставил кумиры на холме вне двора теремного Перуна деревянного, а голову его серебряную, а ус золотой, и Хорса Дажьбога, и Стрибога, и Симарьгла, и Мокошь и приносил им жертвы, называя их богами... и приносил жертвы бесам».

Место верховного божества славянской мифологии занимал бог грозы (грома и молнии) Перун. По представлениям русичей, Перун повелевал огнем и метал их с неба, как небесный бог из высшего уровня. В Лаврентьевской летописи сообщается, что его деревянный идол в Киеве был украшен серебряной головой и золотыми усами. Камни или каменные стрелы считались его оружиями, с помощью которых трактовалась гроза как результат его гнева, когда он мечет камни и стрелы на землю [5].

Князь Владимир также поставил деревянный идол богу Хорс Дажьбог, названный в летописи двойным именем. Одно имя имеет четкий славянский корень, включающий две основы: Дажь+бог, т. е. дающий благо, наделяющий богатством. Как божество, связанное с основным источником жизни — солнцем, Дажьбог воспринимался как податель и распределитель благ. Для славянских народов, занимавшихся земледелием, благополучие и достаток зависели от урожая, а урожай, в свою очередь, зависел от живительной силы света и тепла солнца. Эту функцию можно обнаружить в формулах молитв и благопожеланий: «Дай, Боже!». Тема благополучия в связи с Дажьбогом звучит в новгородских поговорках: «Покучись Дажьбогу, управит понемногу», т. е. поклонись Дажьбогу, наделит благом. «Полно тосковать, Дажьбог все минет», т. е. не печалься, даст бог — всё пройдёт. Второе имя божества солнца в созданном князем Владимиром пантеоне — Xорс, бог солнца, света. Собой он представляет своеобразное дополнение к образу Даждьбога, который дарует земные блага. Имя Хорса отожествляют с понятием хоровода, круга. Его символом было колесо. А с его культом связывается ритуальный танец весны — хоровод, который подразумевает движения по окружности, также обычай на Масленицу готовить блины, по форме очень напоминающие диск солнца, катать подожжённые колеса, тоже символизирующие светило. Хорс — это бог жёлтого, солнечного, света. Имя бога и солнечное настроение отражаются во многих словах: похорошеть, хороший, прихорашиваться, хоромы. А у большинства народов слово «хоро» означало круг, солнечный диск.

Упоминание об этих божествах встречается и в Ипатьевской летописи 1114 года. В хронике Малалы: «Володимер... постави кумиры на холму вне двора теремнаго: Перуна древяна... и Хърса, Дажьбога, и Стрибога, и Симаргла, и Мокошь».

Роль Стрибога в славянском языческом пантеоне достоверно не установлена. На основании текста «Слова о полку Игореве» можно полагать, что Стрибог был связан с атмосферными функциями. Так, первые издатели этого памятника приписывали Стрибогу власть над ветрами. Это славянский бог ветра, хозяин воздушных течений. К Стрибогу, не называя его имя, славяне обращались в более позднее время для совершения заклятий, заговоров на тучки, либо засуху. Считается, что Стрибог шлёт в мир Яви своих ветров, помогая Солнцу оплодотворять землю. Бог этот в сказках всегда под именем Ветра бывает разрушителем самой Смерти и всякой козни. Однако суть Стрибога совсем неоднозначна. Стрибог, как повелитель стихий природы, шлёт несущие живительную влагу облака, насылая в то же время засухи, ураганы на землю, а с ними вместе смерть [8].

Семаргл — божество, вошедшее в киевский пантеон 980 года. Из русских источников о нем не известно ничего. Более того, в многочисленных древнерусских рукописях его имя всякий раз пишется по-разному: «Симарьгл», «Семарьгл», а иногда даже разделяется на два имени «Сима» и «Регла». Это свидетельствует о том, что переписчикам рукописей было непонятно, что это за имя и, соответственно, божество. Ученые считают, что это божество было заимствовано из иранской мифологии. Персидское simurg (simury) обозначает похожую на грифа сказочную птицу, которая почиталась как божество, или гибридный образ полусобаки-полуптицы, встречавшийся в иранском словесном творчестве и изобразительном искусстве. Во время правления династии Сефевидов в XVI–XVIII веках Симург был эмблемой Ирана. Это необычное для славянской мифологической системы божество исследователи соотносят с образом Дива, некоего древнерусского демонического существа, имеющего птичий облик и «кличущего беду». Див упоминается в «Слове о полку Игореве» сидящим на верхушке дерева и предвещающим беду русским воинам, а именно поражение в битве.

Среди богов русского пантеона мифов встречается женский образ –Макошь. Ее имя упоминается в «Повести временных лет». Макошь — покровительница судьбы, женского рукоделия, семейного очага, плодородия. Особенно она почиталась как «матерь жребия» (т. е. богиня судьбы), определяющая жизненный путь. День богини Макошь — пятница, в этот день нельзя было стирать, прясть, и это поверье существует до сих пор у некоторых народов как остатки древнего представления о почитании божества. Она часто рисовалась как пряха, держащая в руке нить жизни человека, клубком шерсти или с веретеном. Она же и выполняла роль заступницы женщин, оберегала ее силу, помогала в родах, мудро вести хозяйство.

Некоторые исследователи отмечают, что народ связывал ее с влагой, урожаем и земными недрами, потому Макошь изображалась с поднятыми руками (защита) или с рогами (плодородие), а также использовалась символика в виде ромбической сетки, олицетворяющей засеянное поле. Это считалось привлекает удачу, богатство, сохраняет семейное счастье.

С утверждением христианского мировоззрения Мокошь, как и другие языческие боги стала восприниматься как демоническое существо. На русском Севере такую демоницу называли Макоша (Макуша) и представляли в виде женщины с большой головой и длинными руками, которая приходит в дом и прядет пряжу, если хозяйка оставила ее без молитвы. Ни в коем случае нельзя было оставлять на ночь в избе недопряденную кудель, «а то Макоша спрядет». А если пряхи дремлют, а веретено вертится, значит, «за них Макоша прядет». Особенно Макошу боялись во время Великого поста [6]. Но были и другие божества. Сопровождавшие жизнь древнерусского народа.

Рис. 2. Другие языческие божества Древней Руси

Наше исследование в сравнительном аспекте пантеонов мифов двух народов показывает, как возникли и развивались мифологические представления и ментальность народов, разных по своей культуре и языку, дает понимание этнической идентификации и универсальности первичных моделей окружающего мира, попыток объяснить происходящие явление через божественное, чувственное.

Если корейская мифология сформировалась под влиянием шаманизма, буддизма и даосизма, древнерусская мифология была сформирована под давлением языческого верования с доминированием природных сил — солнца, ветра, грома и плодородия. Как и корейская мифология, она имела ярко выраженную иерархию, то есть небесные боги, земные духи и подземные владыки. Кроме того, корейская мифология попала под влияния космической морали, где боги представлены как судьи человеческих поступков помимо того, что они выступают как силы природы [9]. В древнерусском пантеоне боги, прежде всего, даруют и отнимают благо тем самым отражая естественный, а не нравственный порядок мира. Тем не менее обе системы представляют способы объяснения мироздания, стремление человека жить в гармонии с высшими силами и ощущением страха перед гневом богов.

Заключение

Проведённый сравнительный анализ пантеонов корейской и древнерусской мифологии показывает, что мифологические системы двух культур, несмотря на их территориальную и историческую удалённость, обладают общими структурными чертами и выполняют сходные функции. В обеих традициях пантеон отражает представление о мире как о сложной, многоуровневой системе, где взаимодействуют небесные, земные и подземные силы, а человек занимает промежуточное, но значимое место. Через богов и мифологические образы древние общества интерпретировали природные явления, объясняли циклы жизни, утверждали социальный порядок и закрепляли культурные нормы.

Однако различия между корейской и древнерусской мифологиями подчёркивают уникальность их духовных традиций. Корейская система основывается на идее гармонии «небо–земля–человек», что проявляется в почитании Тангуна как первопредка и носителя божественного начала. Значительное влияние буддизма и даосизма привело к включению в корейский пантеон морально-этических элементов: функции судейства, очищения, загробного воздаяния. Божественные фигуры представляют собой не только силы природы, но и хранителей космического порядка, ответственных за нравственную справедливость [3].

В древнерусской мифологии доминируют природные стихии, такие как солнце, гром, ветер, плодородие. Славянские боги выражают естественный ритм жизни, зависящий от сельскохозяйственного цикла, смены времён года и силы природы. Перун, Дажьбог, Велес и Мокошь отражают основные жизненные потребности общества — защиту, богатство, урожай, продолжение рода. Влияние христианства со временем трансформировало эти образы, однако многие из них сохранились в фольклорных традициях [5].

Обе мифологии демонстрируют, что человек стремится установить гармонию со сверхъестественным миром, опираясь на страх перед силами природы и уважение к ним. Пантеон выступает символическим зеркалом мировоззрения: в Корее он закрепляет идею божественного происхождения народа и космической гармонии, а в Древней Руси — единства человека с природой и зависимости от её циклов. Итогом сравнительного анализа становится понимание того, что мифология служит фундаментом культурной идентичности, формирует систему ценностей и продолжает оказывать влияние на традиции, обряды и коллективную память обоих народов.

Литература:

1. Е. М. Мелетинский. Поэтика мифа. — Москва: Наука, 1976.
2. Гл. ред. С. А. Токарев. Мифы народов мира: Энциклопедия. Электронное издание — Москва, 2008 (Советская Энциклопедия, 1980).
3. Кёндок Ли. Корейские мифы: от небесного Владыки и принцессы Пари до королей-драконов и духов-хранителей. — Москва: МАНН, ИВАНОВ И ФЕРБЕР, 2022. — 272 с.
4. Никита Николаев. Мифология древней Руси: от Перуна до колдунов и русалок [Электронный ресурс]. — URL: https://diletant.media/articles/45374183/#2
5. Борис Александрович Рыбаков. Язычество древней Руси. — Москва: Наука, 1987. — 782 с.
6. Е. Л. Мадлевская. Русская мифология. Энциклопедия. — Москва: Эксмо, МИДГАРД, 2007. — 373 с.
7. А. Н. Николаева. Корейские мифы. — Москва: Бомбора, 2023. — 263 с.
8. Е. Левкиевская. Мифы русского народа. — Москва: Астрель, АСТ, 2000. — 528 с.
9. Т. В. Муравьёва. Мифы народов Востока и Средней Азии. — Москва: Вече, 2007. — 464 с.
10. Ведьмино Счастье. Язычество Древней Руси: иерархия богов, славянские обряды и обереги [Электронный ресурс]. — URL: https://happywitch.ru/blog/yazychestvo-drevney-rusi/