This article examines the transformation of the state machinery under the constant threat of terrorism. It analyzes changes in the structure and functions of state institutions, counterterrorism methods, and legal mechanisms for ensuring national security. Attention is drawn to trends in the changing balance of values; the strengthening of executive power through the expansion of its discretionary powers in the area of security; and the transformation of judicial authorities.

Keywords: terrorism, state, counteraction, power, transformation, threat .

В начале XXI века терроризм эволюционировал из категории локальных преступных проявлений в разряд системного вызова национальной идентичности и государственной целостности. Угроза перестала быть дискретной (краткосрочной) и приобрела характер перманентного фактора, определяющего стратегию развития государственных институтов. Как отмечает П. В. Агапов: «терроризм сегодня — это не просто совокупность преступлений, а деструктивная идеология, требующая от государства полной перенастройки всех элементов его механизма» [5].

Непрекращающийся рост террористической активности, формирование в ряде регионов мира террористических анклавов и квазигосударств, масштабная интернационализация ядра и боевых звеньев террористических группировок, острая потребность в принятии адекватных законодательных, организационных, правоохранительных и финансовых мер привели к изменению функционала и структуры организации государственной власти в большинстве стран мира. Изменения затронули все функции и ветви государственной власти. Трансформация государственного аппарата происходила параллельно с трансформацией самой террористической системы, в которой менялись силы, средства, формы и методы деятельности, совершенствовались маскировка и управление, тактика террористической деятельности, возникали новые взаимосвязи.

Терроризм давно стал одной из основных угроз человеческой цивилизации, методы его совершения, мотивы и цели преступников постоянно менялись на протяжении всей истории. Появляются новые способы предотвращения и решения проблем, связанных с терроризмом. Следует отметить, что международные террористические организации активно применяют в своих интересах достижения научно-технического прогресса. Так, в частности, они пытаются получить оружие массового поражения или его составляющие, намереваясь применить его для достижения своих преступных целей. Терроризм меняется под воздействием глобализации, компьютерных технологий, увеличения миграционных потоков.

Этому способствует ряд факторов: интеграция национальных экономик, открытость информационного пространства, нивелирование значения государственных границ, зависимость человечества от цифровых технологий. Можно расширять данный перечень, но самое главное: террористические организации используют все указанные факторы для распространения своего влияния. Кроме того, практика показывает, что лингвистический оборот «террористический интернационал» превратился в реальность. Его основой стала сетевая модель управления, позволяющая создавать филиалы в любой точке земного шара, дифференцирующая функции между различными автономными участниками с высокой степенью свободы принятия решений. Благодаря этому, официальные органы государственной власти сталкиваются с различными трудностями, не позволяющими осуществлять эффективное противодействие традиционными методами. Это обусловливает определенный поиск новых механизмов борьбы с терроризмом, включающих перестройку всей системы управления.

Учитывая многоаспектный деструктивный характер террористических угроз, который влияет на межгосударственные отношения (международные связи между террористическими структурами, совершение преступлений на территории иностранных государств, формирование интернациональных по составу террористических структур, уклонение от уголовной ответственности за рубежом, иностранная поддержка тех или иных террористических организаций и главарей и др.), закономерным итогом стало учреждение специализированных международных антитеррористических организаций и выделение самостоятельной линии международного сотрудничества.

Стоит отметить, что более ранние формы терроризма были, по сути, результатом внутригосударственного конфликта, а новые формы носят четко выраженный международный характер. Начальные этапы терроризма характеризуются преследованием конкретных, четко определенных политических целей, в которых решающую роль играет «третья сторона». Эта идеологически определенная роль может включать, например, рабочий класс, угнетенные народы или обездоленные этнические группы. В этом случае цель террориста — придать политическую легитимность своим действиям, а конечным результатом является восстание против существующего режима. Терроризм является частью более масштабной стратегии и первым шагом в сложном процессе. Это включает в себя так называемую партизанскую войну и сопровождающие её крупномасштабные восстания против существующего порядка. Для завоевания народной поддержки террористические атаки (направленные против полиции, армии и т. д.) должны быть тщательно спланированы. Цель состоит в том, чтобы спровоцировать неизбирательную реакцию правительства и каким-то образом «разоблачить» правительственные зверства, тем самым побудив больше людей присоединиться к партизанам и в конечном итоге перерасти в крупномасштабное восстание, свергнувшее правительство. Эти акты требуют точного планирования, которое может быть осуществлено должным образом только в рамках иерархической системы террористической организации.

Следующий этап развития терроризма связан с неизбирательным совершением преступных деяний. Его главная характеристика заключается в том, что в большинстве случаев у террористов отсутствует четкая политическая цель. Терроризм — это уже не просто первый этап многоступенчатого процесса, а четкая стратегия. Этот вид терроризма направлен на распространение уязвимости в развитых странах и нанесение максимально возможного экономического ущерба. Развитие терроризма в этом направлении во многом обусловлено уязвимостью современного общества. Цель современного терроризма порой состоит в том, чтобы исключить определенные страны, прежде всего соседние государства, из глобальной капиталистической экономики, поставив их в невыгодное экономическое положение (например, путем уничтожения их туристической индустрии). Цель исламского экстремистского терроризма — интегрировать интересующие страны в единый, независимый социально-политический блок в рамках глобальной капиталистической экономики.

В Российской Федерации базовым законом в сфере борьбы с мировой угрозой выступает Федеральный закон от 6 марта 2006 г. № 35-Ф3 «О противодействии терроризму» [2]. Преамбула Закона нацеливает на то, что указанный нормативный акт формирует не только правовые, но и организационные основы противодействия, которым посвящена ст. 5, имеющая аналогичное название. Анализ ее содержания свидетельствует о ее основном предназначении — распределении компетенций, в том числе между Президентом РФ и Правительством России. Закон не затрагивает общую модель организации власти, не предусматривая создание какого-либо специального органа, уполномоченного на принятие экстраординарных решений.

Принятие в 2006 г. Федерального закона «О противодействии терроризму» изменило роль и значение координационного органа. Его статус был закреплен Указом Президента РФ от 15 февраля 2006 г. № 116 «О мерах по противодействию терроризму» [3], а значение подчеркивалось указанием на цель — «совершенствование государственного управления в области противодействия терроризму». Трансформация механизма государства наиболее наглядно проявляется в создании специализированных координирующих органов. В Российской Федерации ключевым элементом этой системы стал Национальный антитеррористический комитет (НАК). В настоящее время Положение о нем утверждено Указом Президента РФ от 26 декабря 2015 г. № 664 с характерным названием — «О мерах по совершенствованию государственного управления в области противодействия терроризму» [4].

Основные особенности статуса НАК:

— правовое положение определяется Указом Президента РФ (предыдущая Федеральная антитеррористическая комиссия создавалась Правительством России). Это предопределяет иерархическую связь, замкнутую на главу государства;

— основная цель — координация деятельности по противодействию терроризму органов всех уровней публичной власти. Предусматривается создание антитеррористических комиссий на уровне субъектов РФ, но только по решению Президента РФ. Вертикальные отношения между НАК и региональными комиссиями не предусмотрены, но предполагаются в силу иерархичности Федеральной службы безопасности России, руководитель которой выполняет функции и руководителя НАК;

— в составе НАК функционирует Федеральный оперативный штаб, уполномоченный на принятие экстренных мер по борьбе с терроризмом.

Российский законодатель также расширил полномочия следственных органов, предоставив им право проведения отдельных процессуальных действий за пределами территории Российской Федерации в соответствии с требованиями Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации (далее — УПК РФ) [1]. Срок предъявления обвинения по составам преступлений террористической направленности увеличен до 45 суток с момента применения меры пресечения, а если подозреваемый был задержан — в тот же срок с момента задержания. Существенные изменения в связи с противодействием терроризму претерпела экономическая функция государства. Для осуществления мониторинга транзакций и сделок, пресечения отмывания преступных доходов и финансовой подпитки терроризма были созданы специальные звенья государственного аппарата. В большинстве государств мира возникло антиотмывочное законодательство и были сформированы национальные подразделения финансовой разведки, уполномоченные координировать деятельность всех правоохранительных и финансовых институтов в сфере противодействия финансированию терроризма.

И, наконец, можно выделить территориальный уровень, на котором, в частности, действуют судебные органы, органы государственной власти субъектов РФ, органы местного самоуправления и иные субъекты. Антитеррористические комиссии теперь обязательны в каждом субъекте и крупном населенном пункте, что означает «прорастание» силового контроля до самого основания государственного механизма. Например, в области противодействия терроризму к полномочиям органов государственной власти субъектов РФ относится «организация разработки и реализации мер, а также государственных программ субъекта РФ в области профилактики терроризма, минимизации и ликвидации последствий его проявлений, принятие мер по выявлению и устранению факторов, способствующих возникновению и распространению идеологии терроризма, проведение аварийно-спасательных работ, восстановление нормального функционирования и экологической безопасности поврежденных или разрушенных объектов»; органы местного самоуправления «организуют и проводят в муниципальных образованиях информационно-пропагандистские мероприятия по разъяснению сущности терроризма и его общественной опасности, а также по формированию у граждан неприятия идеологии терроризма, в том числе путем распространения информационных материалов, печатной продукции, проведения разъяснительной работы и иных мероприятий, обеспечивают выполнение требований к антитеррористической защищенности объектов, находящихся в муниципальной собственности или в ведении органов местного самоуправления».

Не менее значимым аспектом является развитие кадрового потенциала: повышение квалификации специалистов в сфере антитеррористической деятельности способствует совершенствованию методов профилактики и реагирования. Кроме того, в условиях глобализации особое внимание уделяется международному сотрудничеству. Обмен информацией, координация действий и использование передового опыта позволяют государствам вырабатывать более эффективные и согласованные меры противодействия терроризму. Практика показывает, что изолированные усилия отдельных стран оказываются менее результативными по сравнению с коллективными механизмами безопасности.

Таким образом, трансформация государственных механизмов в условиях сохраняющейся террористической угрозы выступает необходимым условием обеспечения национальной и международной безопасности. Данные изменения затрагивают все уровни управления — от институциональной организации до правового регулирования. Эффективность противодействия терроризму напрямую зависит от способности государства к адаптации, модернизации и внедрению комплексных подходов. В этой связи формирование гибких, устойчивых и технологически оснащённых систем борьбы с терроризмом становится одной из приоритетных задач современного государственного развития.

Литература:

1. Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации от 18.12.2001 № 174-ФЗ (ред. от 08.03.2026) // Российская газета. —№ 249. —2001; № 53. —2026.
2. Федеральный закон от 06.03.2006 № 35-ФЗ (ред. от 28.02.2025) О противодействии терроризму // Российская газета. —№ 48. —2006; № 47. —2025.
3. Указ Президента РФ от 15.02.2006 № 116 (ред. от 25.11.2019) О мерах по противодействию терроризму (вместе с «Положением о Национальном антитеррористическом комитете») // Собрание законодательства РФ. —2006. — № 8. —Ст. 897; 2019.— № 48. — Ст. 6826.
4. Указ Президента РФ от 06.09.2024 № 756 О внесении изменений в Порядок установления уровней террористической опасности, предусматривающих принятие дополнительных мер по обеспечению безопасности личности, общества и государства, утвержденный Указом Президента Российской Федерации от 14 июня 2012 г. N 851, в Указ Президента Российской Федерации от 26 декабря 2015 г. N 664 «О мерах по совершенствованию государственного управления в области противодействия терроризму», в Положение о Национальном антитеррористическом комитете и в состав оперативного штаба в морском районе (бассейне) по должностям, утвержденные этим Указом // Собрание законодательства РФ. — 2024. — № 37. —Ст. 5543.
5. Агапов, П. В. Организация противодействия экстремистской деятельности: монография. — М.: Проспект. — 2022. — 192 с.
6. Каримов, Р. Р. Трансформация международного терроризма в современном мире / Р. Р. Каримов // Общество, право, государственность: ретроспектива и перспектива. — 2022. — № 3 (11). — С. 14–19.
7. Романовский, Г. Б. Трансформация институтов публичной власти в условиях нарастания террористических угроз / Г. Б. Романовский // Вестник ПАГС. — 2020. — № 4. — С. 31–40.