This review synthesizes contemporary knowledge regarding sound as a meaningful environmental factor capable of modulating multiple body systems. It examines the principal physical attributes of acoustic stimuli — specifically intensity, frequency characteristics, and spectral composition — and discusses how these attributes contribute to the generation of physiological responses. A key focus is placed on contrasting the negative consequences of chronic noise exposure with the potential applications of harmonious sounds and music for prevention and therapy. Drawing on the analyzed evidence, the review outlines the foundations of acoustic hygiene as an integral element of preventive medicine.

Keywords: sound, auditory analyzer, music, autonomic nervous system, noise, blood pressure, cardiovascular system, music therapy.

Введение

Как известно, звук является неотъемлемым компонентом окружающей среды, сопровождающим человека на протяжении всей его жизни. Выступая важнейшим средством коммуникации и ориентации в пространстве, звуковая стимуляция одновременно представляет собой мощный фактор, способный модулировать активность практически всех систем организма благодаря тесным анатомическим и функциональным связям слуховых центров с ретикулярной формацией ствола мозга, гипоталамусом и лимбической системой, становясь полноценным физиологическим стимулом [9,27, 32].

В последние десятилетия акустическая обстановка в местах проживания человека претерпела существенные негативные изменения, что вызывает обоснованные опасения в отношении их влияния на здоровье [10, 12, 26]. По информации Роспотребнадзора, до 40 % жителей крупных городов России находятся в условиях акустического дискомфорта, уровень которого превышает санитарные нормы. В Москве, Санкт-Петербурге и некоторых других крупных городах доля населения, сталкивающегося с транспортным шумом выше 65 дБА, составляет 50–60 % [21, 33]. Наблюдается ежегодный рост числа профессиональных нарушений слуха у работников промышленных предприятий, а также увеличение обращаемости по поводу нарушений сна и вегетативных дисфункций, связываемых с акустическим воздействием [1,15,35,39,42]. Отдельную обеспокоенность вызывает положение среди молодежи. По оценкам ВОЗ, более одного миллиарда молодых людей в возрасте 12–35 лет имеют повышенный риск развития тугоухости вследствие привычки к длительному прослушиванию громкой музыки через наушники и частого посещения шумных развлекательных мероприятий [22,28,30,37]. Согласно данным Европейского агентства по окружающей среде, ежегодно в Европе регистрируется около 12 тысяч преждевременных смертей, связанных с воздействием транспортного шума.

Цель данной работы — систематизировать современные данные о характере влияния акустических стимулов различной модальности на ключевые физиологические функции человека, а также обосновать практические рекомендации по гигиене слуха.

Материалы и методы исследования . Для достижения поставленной цели был проведен анализ отечественной и зарубежной научной литературы. Поиск источников осуществлялся в базах данных PubMed, Scopus, Web of Science, eLibrary.ru и CyberLeninka за период с 2016 по 2025 год. Использовались следующие ключевые слова и их комбинации: «звук», «шум», «слуховой анализатор», «вегетативная нервная система», «артериальное давление», «сердечно-сосудистая система», «музыкотерапия». Критериями включения являлись: оригинальные исследования, систематические обзоры и мета-анализы, посвященные влиянию акустических факторов на физиологические функции человека; наличие четко описанной методологии. Всего было проанализировано 53 источника, включая 17 зарубежных публикаций. Дополнительно использовались статистические данные и аналитические доклады Всемирной организации здравоохранения и Европейского агентства по окружающей среде, а также нормативные документы Российской Федерации (СанПиН 1.2.3685–21) [21, 33,37, 38].

Результаты исследования . С физической точки зрения, звук представляет собой распространяющиеся в упругой среде механические колебания [5, 8, 11, 14]. Чтобы эти колебания трансформировались в слуховое ощущение, их интенсивность должна превышать пороговые значения, а частотные характеристики — укладываться в диапазон, доступный для восприятия человеческим ухом [19, 28]. Физические параметры звука (интенсивность, частота, спектральный состав) поддаются объективному измерению, тогда как субъективные характеристики восприятия (громкость, высота, тембр) индивидуальны и определяются состоянием слуховой системы и особенностями центральной обработки сигнала [5, 11, 32]. Интенсивность звука как объективная характеристика имеет своим субъективным коррелятом громкость. Слуховая система охватывает колоссальный диапазон звуковых давлений: на частоте 1000 Гц порог слышимости зафиксирован на уровне 2×10⁻⁵ Па (10⁻¹² Вт/м²), тогда как болевой порог достигает примерно 20 Па. Для практических целей используется логарифмическая шкала децибел: шепот соответствует 20–30 дБ, обычная речь — 50–60 дБ, а уровни 80–85 дБ при систематическом воздействии создают угрозу для слуха [5, 11, 19].

Чувствительность слуховой системы к разным частотам неодинакова. Наибольшая чувствительность отмечается в диапазоне 1000–4000 Гц, который соответствует частотам, используемым в речевой коммуникации [36]. С возрастом первыми страдают высокочастотные диапазоны, что объясняется инволюционными процессами в улитке [1, 3, 42]. Пик чувствительности приходится на область средних частот (2000–5000 Гц), где для достижения ощущения громкости требуется наименьшая физическая интенсивность звука [36]. Из этого следует, что акустические сигналы, имеющие одинаковое звуковое давление, но различающиеся по частоте, будут вызывать неодинаковую степень активации слуховой системы и, как следствие, разную выраженность вегетативных реакций [24, 35].

Важной характеристикой является тембр — субъективная характеристика, позволяющая различать звуки одинаковой высоты и громкости, исходящие от разных источников. Физической основой тембра является спектральный состав звука — наличие основного тона и дополнительных обертонов, соотношение их амплитуд и характер нарастания и спада звука [32].

Рассмотренные физические характеристики звука приобретают особое значение в контексте их влияния на организм [9, 27]. Среди всех систем организма наиболее быстро на акустическую стимуляцию реагирует сердечно-сосудистая система [30, 31]. Звуки, обладающие высокой громкостью, резкостью, внезапностью или субъективно оцениваемые как неприятные (например, транспортный или производственный шум, резкие звуковые импульсы), запускают в организме реакцию на стресс [12, 26]. При этом активируется симпатическое звено вегетативной нервной системы, что стимулирует выброс катехоламинов (адреналина и норадреналина) из надпочечников. В результате учащается сердечный ритм, возрастают ударный и минутный объемы крови, развивается генерализованный спазм периферических сосудов, и как следствие — повышается артериальное давление [31, 43, 50].

Подтверждение этому привели Wang и коллеги, количественно оценив влияния акустической обстановки на вегетативную регуляцию сердца (2025). В их исследовании участвовали 200 пациентов с ишемической болезнью сердца, перенесших чрескожное коронарное вмешательство. Из них 97 человек находились в стандартных палатах (контрольная группа), а 103 — в палатах, где применялись меры по снижению уровня шума (группа вмешательства). На пятые суткам у пациентов из «тихих» палат регистрировались достоверно более высокие значения вариабельности сердечного ритма, а индекс LF/HF, отражающий соотношение симпатических и парасимпатических влияний, оказался значимо ниже (p < 0,05). Эти изменения интерпретируются как сдвиг вегетативного баланса в сторону парасимпатической активности. Кроме того, у пациентов, находившихся в условиях сниженного шума, сроки госпитализации оказались короче, а рецидивы стенокардии встречались реже (p < 0,05) [52].

При анализе влияния шума на организм важно принимать во внимание не только его усредненный уровень, но и временную структуру [13, 53]. Radun с соавторами (2022) на группе из 59 здоровых добровольцев продемонстрировали, что воздействие импульсного шума (65 дБ LAeq) приводит к статистически значимому росту уровня кортизола в плазме по сравнению с фоновой тишиной (35 дБ LAeq). Субъективно импульсный шум оценивался участниками как более раздражающий и психологически нагружающий — как по сравнению с тишиной, так и по сравнению со стационарным шумом аналогичной интенсивности. Кроме того, именно в условиях импульсного шума точность выполнения когнитивных заданий снижалась в наибольшей степени [53].

Выраженность описанных реакций во многом определяется длительностью воздействия [18, 22]. Эпизодические шумовые нагрузки, как правило, не приводят к стойким изменениям — показатели возвращаются к исходному уровню после прекращения стимула. Иная же картина наблюдается при хроническом шумовом воздействии: оно формирует устойчивую симпатикотонию и рассматривается в качестве доказанного фактора риска артериальной гипертензии, ишемической болезни сердца и других патологий сердечно-сосудистой системы [44, 46, 47]. Согласно эпидемиологическим данным, заболеваемость среди жителей, проживающих вблизи крупных транспортных магистралей или аэропортов, выше по сравнению с населением более тихих районов [41, 44, 46]. На молекулярном уровне установлено, что хроническое шумовое воздействие провоцирует окислительный стресс в сосудистой стенке, уменьшает биодоступность оксида азота (NO) — важнейшего регулятора сосудистого тонуса, и способствует развитию эндотелиальной дисфункции [43, 45].

Реакции сердечно-сосудистой системы, описанные выше, тесно сопряжены с изменениями в работе центральной нервной системы и высших психических функций [10, 18]. Шум выступает в роли мощного неспецифического стрессора, активирующего гипоталамо-гипофизарно-надпочечниковую ось. В ответ возрастает секреция кортикотропин-рилизинг-гормона, адренокортикотропного гормона и, в конечном счете, кортизола, который является главным медиатором стрессового ответа [39, 50]. Если уровень кортизола остается повышенным длительно, то это негативно сказывается на работе центральной нервной системы: ухудшаются внимание, скорость обработки информации, страдает кратковременная память [10, 18]. Нарастают утомляемость, раздражительность, эмоциональная неустойчивость [22, 35]. Особо уязвим перед шумом сон [33, 39]. Даже если звуковой раздражитель (например, шум проезжающего автомобиля) не приводит к пробуждению, он способен изменять архитектуру сна, сокращая долю глубоких (медленноволновых) стадий, которые имеют ключевое значение для восстановительных процессов [33]. Хроническое воздействие шума коррелирует с повышенной вероятностью развития тревожных расстройств и депрессивных состояний [37, 39]. Например, ежегодно почти 550 000 случаев нарушения способности к чтению у европейских детей связаны с воздействием транспортного шума, из них 84 % случаев обусловлены шумом автомобильного транспорта. Кроме того, около 60 000 случаев поведенческих трудностей у детей ежегодно связаны с воздействием транспортного шума [38].

Помимо кортизола, акустический стресс может влиять на секрецию других гормонов, таких как пролактин, гормоны щитовидной железы [17, 29].

Имеются данные о модулирующем влиянии звука на активность иммунной системы. Хронический шумовой стресс способен вызывать иммуносупрессию, изменяя функциональную активность Т- и В-лимфоцитов, снижая продукцию цитокинов, что потенциально повышает восприимчивость организма к инфекциям [40, 51].

Специфическое действие шума связано с повреждающим воздействием интенсивных звуковых колебаний на рецепторный аппарат улитки [1, 42]. При длительном воздействии звуков выше 80–85 дБ происходит истощение метаболических ресурсов волосковых клеток, их структурное повреждение и гибель [42]. Первыми начинают страдать наружные волосковые клетки, отвечающие за высокую чувствительность и частотную избирательность [42]. Процесс обычно начинается с области базального завитка улитки, воспринимающей высокие частоты (3–6 кГц), поэтому ранним признаком шумовой тугоухости является повышение порогов слышимости именно на этих частотах [1, 3, 42]. Кратковременное воздействие экстремально громких звуков (взрывы, выстрелы) с уровнем более 140 дБ может вызвать острую акустическую травму, сопровождающуюся разрывом барабанной перепонки и внезапной потерей слуха [48]. Также, интенсивный шум может оказывать воздействие на вестибулярный аппарат, вызывая нарушения равновесия [48].

Особый интерес представляют современные исследования, демонстрирующие прямое, независимое от нейрогуморальной регуляции, воздействие звука на клеточном уровне. В работе Zhang A. с соавторами (2021) показано, что звуковые волны частотой 40–60 Гц способны влиять на экспрессию генов в культурах клеток, в частности, генов, связанных с механотрансдукцией (Piezo1, Piezo2), клеточной адгезией и пролиферацией [51]. Эти данные открывают новые перспективы для понимания глубинных механизмов воздействия акустических колебаний на организм.

Существуют также исследования, указывающие на возможность влияния звуковых интервенций на проницаемость гематоэнцефалического барьера и лимфатический клиренс менингеальных оболочек, что открывает перспективы для нейрореабилитации [34, 49].

Однако акустическое воздействие не всегда носит негативный характер. В отличие от шума, гармоничные, ритмически организованные звуки, особенно музыка, с темпом 60–80 ударов в минуту, близким к частоте сердечных сокращений в покое — способны стимулировать парасимпатический отдел вегетативной нервной системы [4, 31]. При этом замедляется пульс, снижается артериальное давление, улучшается периферическое кровообращение [31]. Одним из объективных маркеров этого эффекта выступает повышение вариабельности сердечного ритма, свидетельствующее о возрастании парасимпатических влияний и расширении адаптационных возможностей организма [4, 30]. Музыкальные произведения и звуки природы (шум прибоя, птичьи голоса) способствуют снижению уровня кортизола, стимулируют высвобождение эндорфинов и серотонина, что на субъективном уровне воспринимается как расслабление, комфорт и улучшение настроения [6, 7, 20]. Благодаря этим свойствам музыка находит применение в клинической практике для снижения предоперационной тревожности и в составе комплексной терапии депрессивных состояний [6, 7, 9].

В основе терапевтического эффекта музыки лежит несколько механизмов. Один из них — ритмическая синхронизация: нервная система склонна подстраивать свою ритмическую активность (в том числе альфа-ритм ЭЭГ) под ритмическую структуру музыкального сигнала, что отражается на частоте дыхания и сердечных сокращений [4]. Другой важный механизм связан с вовлечением лимбической системы, сопровождающимся выбросом нейромедиаторов, участвующих в формировании положительных эмоций — дофамина и эндогенных опиоидов [6, 7]. Кроме того, прослушивание музыки способно переключать внимание с болевых или неприятных ощущений, что снижает их субъективную интенсивность (антиноцицептивный эффект) [9]. Направленность вегетативных сдвигов зависит от характера музыкального произведения: быстрая, громкая, мажорная музыка смещает баланс в сторону симпатикотонии, тогда как медленная, тихая, минорная, наоборот, в сторону парасимпатикотонии [4, 31]. Важно учитывать, что реакция на музыку глубоко индивидуальна: одно и то же произведение может вызывать у разных людей противоположные эффекты в зависимости от их музыкального опыта, личных ассоциаций и актуального психоэмоционального состояния [31]. Это обстоятельство диктует необходимость персонализированного подхода при использовании музыки в лечебных целях [20, 23].

Понимание двойственного характера акустического воздействия закономерно подводит к вопросу о практических мерах защиты организма. В условиях хронического акустического стресса, характерного для современных городов, реализация этих мер приобретает значение необходимого элемента профилактической медицины [21, 25, 33]. Главной мерой профилактики становится гигиеническое нормирование шумового воздействия. Установлены предельно допустимые уровни шума для различных объектов: жилых комнат (30–40 дБ), производственных помещений (не более 85 дБ) и т. д. [21, 33,35]. В случае, когда невозможно снизить уровень шума в источнике необходимо использовать индивидуальные средства защиты, например — противошумные вкладыши (беруши) и наушники. Учитывая широкое распространение персональных аудиоустройств среди молодежи, рекомендуется соблюдать правило 60/60: прослушивание на громкости не более 60 % от максимальной и продолжительностью не более 60 минут подряд [37]. Необходимо давать слуховой системе перерывы для отдыха [22]. Наконец, важным компонентом гигиены слуха является активное восстановление — «звуковая диета», которая подразумевает, что периодическое пребывание в условиях природного акустического фона (лес, парк, берег водоема) с низким уровнем антропогенного шума восстанавливает чувствительность слухового анализатора и нормализирует вегетативный тонуса [2, 16]. Сознательное ограничение времени пребывания в шумной среде, отказ от «фонового» прослушивания музыки также являются важными элементами гигиены [25, 26].

Обобщая результаты, можно утверждать, что результаты проведенного анализа свидетельствуют о двойственной природе влияния акустических факторов на организм. С одной стороны, длительное воздействие неупорядоченного шума высокой интенсивности выступает подтвержденным фактором риска возникновения ряда заболеваний внутренних органов. С другой стороны, упорядоченные гармоничные акустические сигналы, прежде всего музыка, демонстрируют выраженный оздоровительный эффект, что служит основанием для их использования в качестве вспомогательного лечебного средства (музыкальной терапии) в различных разделах клинической медицины.

Вероятно, перспективными направлениями дальнейших исследований станет углубленное изучение молекулярных основ прямого действия звука на клеточном уровне (механотрансдукция, регуляция экспрессии генов), а также оценка воздействия инфразвуковых и ультразвуковых колебаний на организм человека. Однако уже на современном этапе можно с уверенностью заключить, что обеспечение благоприятной акустической обстановки, регулирование уровней шума и соблюдение базовых принципов слуховой гигиены представляют собой действенные и доступные меры профилактики широкого круга заболеваний, а также значимый резерв для сохранения и укрепления здоровья населения.

Литература:

1. Аденинская, Е. Е. Принципы диагностики потери слуха, вызванной шумом, в современной России (систематический обзор литературы) / Е. Е. Аденинская, Н. И. Симонова, Н. Н. Мазитова, И. В. Низяева // Вестник современной клинической медицины. — 2017. — Т. 10, № 3. — С. 68–73.
2. Адибаев, Б. М. Влияние звуковых волн на организм [Электронный ресурс] / Б. М. Адибаев, Н. М. Алмабаева, О. Ахсанова // Вестник КазНМУ. — 2018. — № 1. — URL: https://cyberleninka.ru/article/n/vliyanie-zvukovyh-voln-na-organizm
3. Асведов, М. Ш. Использование СВЧ излучения малой мощности взамен электродному массиву кохлеарногоимпланта [Электронный ресурс] / М. Ш. Асведов, М. А. Магомедов, А. М. Шехшебекова // StudNet. — 2021. — № 12. — URL: https://cyberleninka.ru/article/n/ispolzovanie-svch-izlucheniya-maloy-moschnosti-vzamen-elektrodnomu-massivu-kohlearnogo-implanta
4. Благинин, А. А. Музыкальное кондиционирование в психологическом сопровождении профессиональной деятельности операторов: монография / А. А. Благинин, С. В. Смольянинова. — Санкт-Петербург: Ленинградский государственный университет имени А. С. Пушкина, 2020. — 80 с. — ISBN 978–5-8290–1889–4.
5. Васильев, А. С. Физика звука [Электронный ресурс] / А. С. Васильев, В. К. Данилин // Теория и практика современной науки. — 2019. — № 2 (44). — URL: https://cyberleninka.ru/article/n/fizika-zvuka
6. Григорьева, А. Л. Влияние гармонического звучания на депрессивный эпизод с деперсонализацией в структуре рекуррентного депрессивного расстройства / А. Л. Григорьева, Е. А. Дьяконов // Доктор.Ру. — 2021. — № 5 (194). — С. 48–53.
7. Григорьева, Е. А. Изменение симптомов депрессии и характеристик электроэнцефалограммы под влиянием звуковых гармоник [Электронный ресурс] / Е. А. Григорьева, А. Л. Дьяконов // Доктор.Ру. — 2019. — № 1 (156). — С. 46–52. — URL: https://cyberleninka.ru/article/n/izmenenie-simptomov-depressii-i-harakteristik-elektroentsefalog-pod-vliyaniem-zvukovyh-garmonik
8. Гримов, К. О. Физика звука / К. О. Гримов, В. Д. Милониди, А. С. Гасанова, А. С. Шкабура // Студенческая наука в XXI веке: сборник трудов студенческой научной конференции, Ставрополь, 23 января — 01 февраля 2017 года. Т. 1. — Ставрополь: АГРУС, 2017. — С. 51–54.
9. Данилов, А. Б. Влияние звука на здоровье и реабилитацию [Электронный ресурс] / А. Б. Данилов, Е. В. Сименко, А. Ихлеф // Физическая и реабилитационная медицина, медицинская реабилитация. — 2022. — № 2. — URL: https://cyberleninka.ru/article/n/vliyanie-zvuka-na-zdorovie-i-reabilitatsiyu
10. Димитриев, Д. А. Влияние современной звуковой среды на функциональное состояние организма человека [Электронный ресурс] / Д. А. Димитриев, О. С. Индейкина, А. Д. Димитриев // Гигиена и санитария. — 2016. — № 2. — URL: https://cyberleninka.ru/article/n/vliyanie-sovremennoy-zvukovoy-sredy-na-funktsionalnoe-sostoyanie-organizma-cheloveka
11. Есипов, И. Б. Физика звука / И. Б. Есипов // Квант. — 2018. — № 12. — С. 8–15. — DOI: 10.4213/kvant20181202.
12. Ефанов, А. М. Влияние шумового воздействия на здоровье человека [Электронный ресурс] / А. М. Ефанов, О. Л. Ляхова, О. А. Мезенцева // Наука-2020. — 2019. — № 11 (36). — С. 33–37. — URL: https://cyberleninka.ru/article/n/vliyanie-shumovogo-vozdeystviya-na-zdorovie-cheloveka-1
13. Иванов, Н. И. Биомеханические механизмы действия низкочастотных акустических колебаний на человека [Электронный ресурс] / Н. И. Иванов, В. Н. Зинкин, Л. П. Сливина // Российский журнал биомеханики. — 2020. — № 2. — URL: https://cyberleninka.ru/article/n/biomehanicheskie-mehanizmy-deystviya-nizkochastotnyh-akusticheskih-kolebaniy-na-cheloveka
14. Капитонов, В. Н. Физика звука и её применение в музыке / В. Н. Капитонов, С. И. Албутов // Студенческая наука — первый шаг в академическую науку: материалы Всероссийской студенческой научно-практической конференции с участием школьников 10–11 классов, Чебоксары, 20–21 февраля 2025 года. — Чебоксары: Чувашский ГАУ, 2025. — С. 685–687.
15. Кобилова, Ё. Ч. Влияние звуков и шумов на человека [Электронный ресурс] / Ё. Ч. Кобилова, У. Б. Хатамова // Мировая наука. — 2019. — № 5 (26). — С. 19–22. — URL: https://cyberleninka.ru/article/n/vliyanie-zvukov-i-shumov-na-cheloveka
16. Колесова, И. К. Влияние звуков на организм человека / И. К. Колесова // Новейшие исследования в современной науке: опыт, традиции, инновации: сборник научных статей по материалам XVII Международной научной конференции, Моррисвилль, 27–28 марта 2024 года. — Моррисвилль: Лулу Пресс, 2024. — С. 88–89.
17. Коркмазов, А. М. Обоснование применения низкочастотной ультразвуковой кавитации в раннем послеоперационном периоде ринохирургических больных (обзор) / А. М. Коркмазов, О. А. Гизингер // РО. — 2017. — № 5 (90). — С. 54–59.
18. Красникова, И. В. Устойчивость внимания студентов в условиях слуховой фоновой нагрузки [Электронный ресурс] / И. В. Красникова, Г. В. Красников, М. Й. Тюрина, Г. М. Пискунова // Известия ТулГУ. Естественные науки. — 2018. — № 3. — URL: https://cyberleninka.ru/article/n/ustoychivost-vnimaniya-studentov-v-usloviyah-sluhovoy-fonovoy-nagruzki
19. Левкович, К. О. Звук и музыка — это физика? / К. О. Левкович, В. И. Попова // Проектная и исследовательская деятельность в образовательной организации: сборник материалов школьной конференции проектных и исследовательских работ обучающихся, Москва, январь 2019 года. Вып. 3. — Москва: Спутник+, 2019. — С. 213–215.
20. Левина, Е. А. Звуковая терапия при лечении шума в ушах [Электронный ресурс] / Е. А. Левина, С. В. Левин, В. В. Дворянчиков, В. Е. Кузовков // МС. — 2024. — Т. 18, № 18. — С. 140–148. — URL: https://cyberleninka.ru/article/n/zvukovaya-terapiya-pri-lechenii-shuma-v-ushah
21. Май, И. В. Пространственно-временной анализ риска для здоровья населения при воздействии городского шума (на примере г. Перми) [Электронный ресурс] / И. В. Май, Д. Н. Кошурников, О. А. Галкина // Гигиена и санитария. — 2017. — № 1. — URL: https://cyberleninka.ru/article/n/prostranstvenno-vremennoy-analiz-riska-dlya-zdorovya-naseleniya-pri-vozdeystvii-gorodskogo-shuma-na-primere-g-permi
22. Михальчи, Е. В. Особенности проявления слухового утомления у лиц с ОВЗ и инвалидностью [Электронный ресурс] / Е. В. Михальчи // Теоретическая и экспериментальная психология. — 2019. — № 4. — URL: https://cyberleninka.ru/article/n/osobennosti-proyavleniya-sluhovogo-utomleniya-u-lits-s-ovz-i-invalidnostyu
23. Ныгметов, К. Н. Исследование методов активного подавления тиннитуса через противофазу: от концепции к практике / К. Н. Ныгметов // Интернаука. — 2025. — № 20–3 (384). — С. 36–38.
24. Потапова, А. А. Исследование влияния инфразвуковых волн на человека [Электронный ресурс] / А. А. Потапова // Вестник науки. — 2019. — № 4 (13). — URL: https://cyberleninka.ru/article/n/issledovanie-vliyaniya-infrazvukovyh-voln-na-cheloveka
25. Раздолгина, Н. А. Влияние шумового загрязнения на здоровье человека / Н. А. Раздолгина, Г. В. Крыжановская, И. С. Шарова // Туризм и рекреация: инновации и ГИС-технологии: материалы XV Международной научно-практической конференции, Астрахань, 26–27 мая 2023 года / сост.: И. С. Шарова, Г. В. Крыжановская, М. М. Иолин. — Астрахань: Новая линия, 2023. — С. 323–326.
26. Сарчук, Е. В. Шумовое загрязнение как патогенный фактор для здоровья человека [Электронный ресурс] / Е. В. Сарчук, А. М. Лебедева, Л. Д. Узбекова // StudNet. — 2020. — № 4. — С. 216–222. — URL: https://cyberleninka.ru/article/n/shumovoe-zagryaznenie-kak-patogennyy-faktor-dlya-zdorovya-cheloveka
27. Славинский, М. В. Влияние звуковых и вибрационных колебаний на организм человека [Электронный ресурс] / М. В. Славинский, Я. А. Озорнов, П. А. Лай // Материалы IX Международной студенческой научной конференции «Студенческий научный форум». — URL: https://scienceforum.ru/2017/article/2017030871
28. Смирнова, И. В. Здоровьесберегающие технологии на уроках физики с применением ИКТ / И. В. Смирнова // Ученые записки ИУО РАО. — 2018. — № 1 (65). — С. 112–115.
29. Содиков, Н. О. Ультразвук в медицине [Электронный ресурс] / Н. О. Содиков, М. Н. Содиков // Наука, техника и образование. — 2020. — № 8 (72). — С. 61–64. — URL: https://cyberleninka.ru/article/n/ultrazvuk-v-meditsine
30. Спицин, А. П. Особенности структуры сердечного ритма у лиц молодого возраста в зависимости от доминирующего типа вегетативной нервной системы / А. П. Спицин // Человек и его здоровье. — 2017. — № 3. — С. 87–92.
31. Суботялов, М. А. Влияние музыки на сердечно-сосудистую систему (обзор) [Электронный ресурс] / М. А. Суботялов, А. М. Суботялова // Ученые записки Крымского федерального университета имени В. И. Вернадского. Биология. Химия. — 2024. — Т. 10 (76), № 2. — С. 174–184. — URL: https://cyberleninka.ru/article/n/vliyanie-muzyki-na-serdechno-sosudistuyu-sistemu-obzor
32. Трифанова, Т. И. Физиология раздражающих звуков / Т. И. Трифанова, Е. П. Зотова // Академический журнал Западной Сибири. — 2016. — Т. 12, № 1 (62). — С. 53.
33. Ушаков, И. Б. Воздействие городского автотранспортного шума с оценкой риска здоровью населения [Электронный ресурс] / И. Б. Ушаков, О. В. Клепиков, В. И. Попов, Н. Ю. Самодурова // Гигиена и санитария. — 2017. — № 9. — URL: https://cyberleninka.ru/article/n/vozdeystvie-gorodskogo-avtotransportnogo-shuma-s-otsenkoy-riska-zdorovyu-naseleniya
34. Фрумкина, Л. Е. Ультраструктурные корреляты нейропротекторного эффекта эндоканнабиноида N-докозагексаеноилдофамина при фокальномфототромбозе коры головного мозга крыс [Электронный ресурс] / Л. Е. Фрумкина, Е. Е. Генрихс, И. В. Барсков, М. Ю. Бобров, В. В. Безуглов, Л. Г. Хаспеков // Нервные болезни. — 2019. — № 4. — С. 30–36. — URL: https://cyberleninka.ru/article/n/ultrastrukturnye-korrelyaty-neyroprotektornogo-effekta-endokannabinoida-n-dokozageksaenoildofamina-pri-fokalnom-fototromboze-kory
35. Хужамова, Х. М. Влияние шума и инфразвуков на организм человека [Электронный ресурс] / Х. М. Хужамова // Мировая наука. — 2019. — № 6 (27). — С. 43–46. — URL: https://cyberleninka.ru/article/n/vliyanie-shuma-i-infrazvukov-na-organizm-cheloveka
36. Яновский, В. С. Психофизика слуха: равногромкие звуки по Е. Л. Овчинникову / В. С. Яновский, М. С. Яновский // Физика и медицина: создавая будущее: сборник материалов, Самара, 07 декабря 2018 года / под ред. Г. П. Котельникова, А. Н. Волобуева, Е. Л. Овчинникова, В. А. Калинина. — Самара: НИЦ LJournal, 2018. — С. 313–316.
37. Arjunan, A. Noise and brain / A. Arjunan, R. Rajan // Physiology & Behavior. — 2020. — Vol. 227. — Art. 113136. — DOI: 10.1016/j.physbeh.2020.113136.
38. Chen, Y. Noise exposure-induced the cerebral alterations: From emerging evidence to antioxidant-mediated prevention and treatment [Электронныйресурс] / Y. Chen, J. Huang, Z. Zhou et al. // Ecotoxicol. Environ. Saf. — 2024. — Vol. 288. — Art. 117411. — DOI: 10.1016/j.ecoenv.2024.117411.
39. Hahad, O. Noise and mental health: evidence, mechanisms, and consequences [Электронныйресурс] / O. Hahad, M. Kuntic, S. Al-Kindi et al. // J Expo Sci Environ Epidemiol. — 2025. — Vol. 35, No. 1. — P. 16–23. — DOI: 10.1038/s41370–024–00642–5.
40. Kim, A. Effects of self-reported sensitivity and road-traffic noise levels on the immune system / A. Kim, J. H. Sung, J. H. Bang, S. W. Cho, J. Lee, C. S. Sim // PLoS ONE. — 2017. — Vol. 12, no. 10. — Art. e0187084. — DOI: 10.1371/journal.pone.0187084.
41. Kumar, B. S. Assessing the impact of railway noise on human health and daily life: a structural equation model approach for transportation and environmental planning [Электронныйресурс] / B. S. Kumar, B. R. Kadali, V. Chowdary // Environ. Monit. Assess. — 2024. — Vol. 197, No. 1. — Art. 77. — DOI: 10.1007/s10661–024–13571–5.
42. Liberman, M. C. Cochlear synaptopathy in acquired sensorineural hearing loss: Manifestations and mechanisms / M. C. Liberman, S. G. Kujawa // Hearing Research. — 2017. — Vol. 349. — P. 138–147. — DOI: 10.1016/j.heares.2017.01.003.
43. Münzel, T. Environmental Noise and the Cardiovascular System / T. Münzel, F. P. Schmidt, S. Steven, J. Herzog, A. Daiber, M. Sørensen // Journal of the American College of Cardiology. — 2018. — Vol. 71, no. 6. — P. 688–697. — DOI: 10.1016/j.jacc.2017.12.015.
44. Münzel, T. Noise Pollution and Arterial Hypertension / T. Münzel, M. Sørensen // European Cardiology Review. — 2017. — Vol. 12, no. 1. — P. 26–29. — DOI: 10.15420/ecr.2016:31:2.
45. Münzel, T. The Adverse Effects of Environmental Noise Exposure on Oxidative Stress and Cardiovascular Risk [Электронныйресурс] / T. Münzel, M. Sørensen, F. Schmidt, E. Schmidt, S. Steven, S. Kröller-Schön, A. Daiber // Antioxid Redox Signal. — 2018. — Vol. 28, no. 9. — P. 873–908. — DOI: 10.1089/ars.2017.7118.
46. Nguyen, D. D. Long-term aircraft noise exposure and risk of hypertension in postmenopausal women / D. D. Nguyen, E. A. Whitsel, G. A. Wellenius, J. I. Levy, J. H. Leibler, S. T. Grady, J. D. Stewart, M. P. Fox, J. M. Collins, M. N. Eliot, A. Malwitz, J. E. Manson, J. L. Peters // Environmental Research. — 2023. — Vol. 218. — Art. 115037. — DOI: 10.1016/j.envres.2022.115037.
47. Sivakumaran, K. Impact of Noise Exposure on Risk of Developing Stress-Related Health Effects Related to the Cardiovascular System: A Systematic Review and Meta-Analysis / K. Sivakumaran, J. A. Ritonja, H. Waseem, L. AlShenaibar, E. Morgan, S. A. Ahmadi, A. Denning, D. S. Michaud, R. L. Morgan // Noise & Health. — 2022. — Vol. 24, no. 114. — P. 107–129. — DOI: 10.4103/nah.nah_83_21.
48. Stewart, C. E. Intense noise exposure alters peripheral vestibular structures and physiology / C. E. Stewart, D. S. Bauer, A. C. Kanicki, R. A. Altschuler, W. M. King // Journal of Neurophysiology. — 2020. — Vol. 123, no. 2. — P. 658–669. — DOI: 10.1152/jn.00642.2019.
49. Sachdeva, S. Effects of Sound Interventions on the Permeability of the Blood-Brain Barrier and Meningeal Lymphatic Clearance [Электронныйресурс] / S. Sachdeva, S. Persaud, M. Patel, P. Popard, A. Colverson, S. Doré // Brain Sci. — 2022. — Vol. 12, no. 6. — Art. 742. — DOI: 10.3390/brainsci12060742.
50. Yokoya, T. The impact of loud noise on sympathetic nervous system function, training efficacy, and workplace accuracy [Электронныйресурс] / T. Yokoya, C. Nagano, Y. Endo et al. // J. Occup. Health. — 2025. — Vol. 67, No. 1. — Art. uiaf050. — DOI: 10.1093/joccuh/uiaf050.
51. Zhang, A. The Immune System Can Hear Noise [Электронныйресурс] / A. Zhang, T. Zou, D. Guo et al. // Front. Immunol. — 2021. — Vol. 11. — Art. 619189. — DOI: 10.3389/fimmu.2020.619189.
52. Wang, J. Effect of Noise Reduction on Heart Rate Variability and Stress Response in Patients with Coronary Artery Disease after Percutaneous Coronary Intervention / J. Wang, F. Li, Y. Zheng // Noise & Health. — 2025. — Vol. 27, No. 127. — P. 333–341. — DOI: 10.4103/nah.nah_77_25.
53. Radun, J. Acute stress effects of impulsive noise during mental work / J. Radun, H. Maula, V. Rajala, M. Scheinin, V. Hongisto // Journal of Environmental Psychology. — 2022. — Vol. 81. — Art. 101819. — DOI: 10.1016/j.jenvp.2022.101819.