Практика, связанная с решением судом вопроса о применении принудительных мер медицинского характера, традиционно является сложной и проблемной. Это обусловлено рядом факторов:
– Необходимость применения нормативно-правовой базы, включающей в себя кроме норм уголовного и уголовно-процессуального права иные отраслевые нормы, не всегда согласующиеся друг с другом;
– Специфичность обстоятельств, подлежащих доказыванию, в сочетании с объективными сложностями оперирования юристами медицинским терминологическим аппаратом;
– Особенности личности уголовно преследуемого лица и его социального окружения.
– Неурегулированность ряда организационных вопросов, связанных с недобровольным психиатрическим лечением уголовно преследуемого лица.
Институт принудительных мер медицинского характера занимает особое место в уголовном судопроизводстве, находясь на стыке уголовного права, процесса и психиатрии. Целью данного производства является не наказание лица, совершившего запрещенное уголовным законом деяние в состоянии невменяемости, а его излечение или улучшение его психического состояния, а также предупреждение совершения им новых деяний. Однако, несмотря на гуманистическую направленность, правоприменительная практика сталкивается с рядом проблем, вызванных несовершенством правовых норм и сложностью доказывания. Цель данной работы — выявить некоторые проблемные аспекты производства по данной категории дел и предложить пути их решения.
Основаниями применения принудительных мер медицинского характера являются:
а) совершение лицом преступления или общественно опасного деяния;
б) в силу психических расстройств лицо представляет опасность для себя, других лиц;
в) эти расстройства связаны с возможностью причинения иного существенного вреда (к примеру, совершение нового общественно опасного деяния).
Существует несколько видов принудительных мер медицинского характера, которые суд может применить к лицу с учетом тяжести совершенного деяния и его психического состояния (статья 99 УК РФ) [1]:
а) принудительное наблюдение и лечение у врача-психиатра в амбулаторных условиях;
б) принудительное лечение в медицинской организации, оказывающей психиатрическую помощь в стационарных условиях, общего типа;
в) принудительное лечение в медицинской организации, оказывающей психиатрическую помощь в стационарных условиях, специализированного типа;
г) принудительное лечение в медицинской организации, оказывающей психиатрическую помощь в стационарных условиях, с интенсивным наблюдением.
Данный перечень видов принудительного лечения является исчерпывающим.
В соответствии с п.2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 07.04.2011 Nº 6 (ред. от 03.03.2015) «О практике применения судами принудительных мер медицинского характера принудительные меры медицинского характера являются мерами уголовно-правового характера и применяются только к лицам, совершившим предусмотренное уголовным законом общественно опасное деяние в состоянии невменяемости или у которых после совершения преступления на- ступило психическое расстройство, делающее невозможным назначение наказания или его исполнение. и также к лицам, совершившим преступление и страдающим психическими расстройствами, не исключающими вменяемости, и лишь при условии, когда психическое расстройство связано с возможностью причинения этими лицами иного существенного вреда либо с опасностью для себя или других лиц (части 1 и 2 стать 97 УК РФ) [2].
Представляется важным остановиться на вопросе о моменте принятия решения о необходимости осуществления производства по делу в порядке, регламентированном гл. 51 УПК РФ. Между тем представляется, что процедура перехода от обычного порядка к особенному на стадии предварительного расследования должна регламентироваться, поскольку такой переход означает «уход» из процесса, как верно отмечает П. А. Колмаков, фигуры подозреваемого (обвиняемого) и появление самостоятельного и особенного субъекта уголовно-процессуальных отношений [4].
В связи с этим разделяется позиция ученых, которые аргументированно настаивают на том, что подобный переход должен осуществляться не иначе как на основании отдельного правоприменительного акта, вынесенного следователем, каковым должно являться постановление о возбуждении производства о применении принудительных мер медицинского характера». Следствием вынесения такого акта должно быть соответствующее изменение статуса лица, в отношении которого оно осуществляется, а обязанностью уполномоченного лица — обеспечение участия в деле законного представителя, а также защитника, если последний до этого в деле не участвовал. Отсутствие в настоящее время нормативного установления о необходимости вынесения указанного правоприменительного акта порождает неопределенность относительно момента наделения лица особенным статусом и начала осуществления рассматриваемого вида дифференцированного производства [3].
Одним из самых сложных этапов является первичное установление признаков, указывающих на психическое расстройство лица. Следователь, не обладая специальными медицинскими познаниями, должен оценить поведение подозреваемого, его реакцию, сведения из быта. На практике нередки случаи, когда явные признаки психического заболевания игнорируются, что приводит к направлению в суд дел в отношении лиц, которые объективно не могли отдавать отчет своим действиям.
Не менее актуальна и обратная проблема: симуляция психического расстройства с целью избежать уголовной ответственности. Определение истинности болезненного состояния и его симуляции требует высочайшего уровня профессионализма экспертов, однако существующие методики не всегда позволяют дать окончательный ответ на начальном этапе.
Рассматривая вопрос о продлении, изменении или прекращении применения принудительной меры медицинского характера, суд должен тщательно проверить обоснованность ходатайства, поданного в соответствии с частью 1 статьи 445 УПК РФ. Для этого суду надлежит выяснить результаты проведенного лечения и решить вопрос о необходимости дальнейшего медицинского наблюдения и лечения.
В этих целях в судебное заседание может быть вызван представитель медицинского учреждения (медицинской организации, оказывающей психиатрическую помощь в стационарных условиях), где наблюдается лицо, в отношении которого решается вопрос о продлении, изменении или прекращении применения принудительной меры медицинского характера. Участие в судебном заседании защитника, законного представителя лица, в отношении которого ведется производство о применении принудительной меры медицинского характера, и прокурора обязательно.
Необходимость совершенствования законодательства, регулирующего производство по применению принудительных мер медицинского характера, не вызывает сомнений. Этот особый вид производства обладает рядом критически важных особенностей, которые напрямую влияют на то, что должно быть доказано, какие решения могут быть приняты и как должна быть организована вся процессуальная деятельность.
Литература:
- «Уголовный кодекс Российской Федерации» от 13.06.1996 N 63-ФЗ (ред. от 29.12.2025) (с изм. и доп., вступ. в силу с 20.01.2026).
- Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 07.04.2011 N 6 (ред. от 03.03.2015) «О практике применения судами принудительных мер медицинского характера»// СПС «Консультант-Плюс.
- Лесная Л. И. Некоторые проблемы производства по делам о применении принудительных мер медицинского характера / Л. И. Лесная. Текст: непосредственный // Молодой ученый. 2018. Nº 49 (235). C. 145–147. URL: https:// moluch.ru/archive/235/54447/ (дата обращения: 03.03.2026).
- Мищенко Е. В., Погорельский А. А. Производство о применении принудительных мер медицинского характера: проблемы регламентации процесса доказывания //Журнал российского права. 2022. Nº 8. С. 93–107.
