Противодействие коррупции является одним из приоритетных направлений государственной политики Российской Федерации. Среди коррупционных преступлений взяточничество занимает особое место как наиболее распространённое и общественно опасное деяние, подрывающее основы государственного управления и авторитет публичной власти [2]. По данным правовой статистики, в 2022 году зарегистрировано 19 490 фактов взяточничества, в 2023 году — 20 279, при этом наибольшую долю составляет мелкое взяточничество — 7 353 и 6 406 фактов соответственно [13]. Данная динамика свидетельствует не только о масштабности проблемы, но и о необходимости совершенствования уголовно-правовых средств противодействия.

Действующее уголовное законодательство предусматривает ответственность за взяточничество в статьях 290 (получение взятки), 291 (дача взятки), 291.1 (посредничество во взяточничестве) и 291.2 (мелкое взяточничество) Уголовного кодекса Российской Федерации [1]. Разъяснения по вопросам применения указанных норм содержатся в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 9 июля 2013 г. № 24 (в ред. от 09.12.2025) [3]. Вместе с тем, несмотря на детальные разъяснения высшей судебной инстанции, правоприменительная практика выявляет ряд дискуссионных вопросов квалификации, которые требуют доктринального осмысления.

Проблемам квалификации взяточничества посвящены работы В. Н. Боркова, П. С. Яни, О. С. Капинус, Б. В. Сидорова, Е. А. Киршиной и других исследователей. Однако законодательные изменения последних лет, в частности введение составов посредничества во взяточничестве (2011 г.) и мелкого взяточничества (2016 г.), обусловливают необходимость продолжения научной дискуссии.

Целью настоящей статьи является выявление проблем квалификации преступлений, предусмотренных статьями 290–291.2 УК РФ, и формулирование предложений по их разрешению. Для достижения указанной цели проанализированы нормы уголовного закона, правовые позиции Пленума Верховного Суда РФ, а также доктринальные источники по исследуемой проблематике.

Понятие и система составов взяточничества. Уголовный кодекс Российской Федерации не содержит легального определения взяточничества, что порождает неоднозначность в доктрине. Федеральный закон «О противодействии коррупции» от 25 декабря 2008 г. № 273-ФЗ включает дачу и получение взятки в определение коррупции, однако не упоминает посредничество во взяточничестве (ст. 291.1 УК РФ) и мелкое взяточничество (ст. 291.2 УК РФ) [2]. В доктринальном смысле взяточничество понимается как система коррупционных преступлений, охватывающая получение и дачу взятки, а также посредничество во взяточничестве и мелкое взяточничество [6]. Как справедливо отмечают Б. В. Сидоров и А. Ш. Балаев, взяточничество представляет собой сложное составное поведение, включающее деятельность нескольких субъектов с различными уголовно-правовыми ролями [6].

Система составов взяточничества в главе 30 УК РФ включает четыре статьи. Статья 290 устанавливает ответственность за получение взятки должностным лицом лично или через посредника в виде денег, ценных бумаг, иного имущества, незаконного оказания услуг имущественного характера или предоставления имущественных прав за совершение действий (бездействие) в пользу взяткодателя [1]. Статья 291 предусматривает ответственность за дачу взятки. Статья 291.1, введённая Федеральным законом от 4 мая 2011 г. № 97-ФЗ, криминализирует посредничество во взяточничестве при размере взятки, превышающем 25 тысяч рублей. Статья 291.2, введённая Федеральным законом от 3 июля 2016 г. № 324-ФЗ, устанавливает ответственность за мелкое взяточничество при размере взятки, не превышающем 10 тысяч рублей [1].

Существенное значение для квалификации имеет определение предмета взятки. Пленум Верховного Суда РФ в пункте 9 Постановления № 24 разъяснил, что предметом взяточничества наряду с деньгами, ценными бумагами и иным имуществом могут выступать незаконные оказание услуг имущественного характера и предоставление имущественных прав [3]. Изменения, внесённые Постановлением Пленума ВС РФ от 24 декабря 2019 г. № 59, дополнительно расширили понимание предмета взятки с учётом развития цифровых технологий. Однако на практике вопрос разграничения взятки и обычного подарка (статья 575 Гражданского кодекса РФ, допускающая дарение должностным лицам подарков стоимостью до 3 000 рублей) остаётся дискуссионным [4]. Как отмечается в учебной литературе, решающим критерием является не стоимость передаваемого имущества, а наличие обусловленности вознаграждения совершением должностным лицом конкретных действий (бездействия) по службе [12].

Проблемы квалификации получения и дачи взятки (статьи 290, 291 УК РФ). Одной из центральных проблем квалификации получения взятки является определение момента окончания преступления. Согласно пункту 10 Постановления Пленума ВС РФ № 24, получение взятки считается оконченным с момента принятия должностным лицом хотя бы части передаваемых ценностей [3]. Вместе с тем, как отмечает В. Н. Борков, при квалификации взятки в значительном, крупном или особо крупном размере возникает вопрос: следует ли квалифицировать содеянное как оконченное преступление, если фактически передана лишь часть обусловленного вознаграждения, не достигающая соответствующего размера [5]. Данная проблема особенно актуальна при получении взятки частями, когда умысел виновных направлен на получение суммы, превышающей установленные пороговые значения.

Следует также обратить внимание на проблему квалификации взятки-благодарности, когда вознаграждение передаётся должностному лицу после совершения им законных действий без предварительной договорённости. Пленум Верховного Суда РФ в пункте 8 Постановления № 24 разъяснил, что такая передача не исключает квалификацию содеянного как взяточничества при условии, что должностное лицо осознавало, что вознаграждение передаётся за совершение им действий с использованием служебных полномочий [3]. Вместе с тем на практике доказывание данного обстоятельства представляет значительную сложность, поскольку требует установления субъективного отношения виновного к характеру передаваемого вознаграждения [5].

Дискуссионным остаётся вопрос квалификации взятки за совершение незаконных действий (бездействие) по части 3 статьи 290 УК РФ. В теории уголовного права данная форма взяточничества традиционно именуется лихоимством (в отличие от мздоимства — взятки за законные действия). П. С. Яни обоснованно указывает на необходимость разграничения ситуаций, когда должностное лицо получает взятку за совершение действий, входящих в его полномочия, и за совершение действий, выходящих за их пределы [10]. Во втором случае содеянное может требовать дополнительной квалификации по статьям 285 или 286 УК РФ.

Применительно к субъекту получения взятки следует отметить, что круг должностных лиц определяется примечаниями к статье 285 УК РФ и включает лиц, осуществляющих функции представителя власти, организационно-распорядительные и административно-хозяйственные функции [1]. Постановление Пленума ВС РФ № 24 дополнительно разъясняет содержание указанных функций применительно к различным категориям должностных лиц [3]. Особые сложности возникают при квалификации действий лиц, выполняющих должностные обязанности временно или по специальному полномочию.

Отдельного внимания заслуживает институт освобождения взяткодателя от уголовной ответственности, предусмотренный примечанием к статье 291 УК РФ. Условиями освобождения являются активное способствование раскрытию и (или) расследованию преступления либо наличие вымогательства взятки со стороны должностного лица, либо добровольное сообщение о совершённом преступлении [1]. О. С. Капинус справедливо указывает на проблему разграничения добровольного сообщения и сообщения, сделанного в условиях проведения оперативно-разыскных мероприятий, когда взяткодатель фактически действует под контролем правоохранительных органов [7]. Практика показывает, что значительная часть уголовных дел о взяточничестве возбуждается именно по результатам оперативно-разыскной деятельности, что актуализирует вопрос о допустимости провокации взятки (статья 304 УК РФ) [9].

Квалификация совокупности взяточничества с иными должностными преступлениями также вызывает затруднения. Пленум Верховного Суда РФ разъяснил, что получение взятки за незаконные действия образует совокупность с соответствующим должностным преступлением (злоупотребление полномочиями, превышение полномочий и др.) [3]. Однако на практике разграничение единого умысла и совокупности преступлений в подобных ситуациях нередко вызывает сложности, что приводит к неединообразию судебной практики.

Проблема соотношения провокации взятки и результатов оперативно-разыскной деятельности приобретает особую остроту в контексте практики Европейского Суда по правам человека. М. Л. Прохорова и А. А. Марков справедливо указывают на необходимость чёткого разграничения правомерного оперативного эксперимента и провокации, при которой умысел лица на совершение преступления формируется исключительно в результате действий сотрудников правоохранительных органов [9]. Отсутствие в статье 304 УК РФ однозначных критериев разграничения создаёт риск нарушения прав граждан и ставит под сомнение допустимость полученных доказательств.

Посредничество и мелкое взяточничество (статьи 291.1, 291.2 УК РФ). Криминализация посредничества во взяточничестве в 2011 году была обусловлена необходимостью усиления уголовно-правового противодействия коррупции. До введения статьи 291.1 действия посредника квалифицировались как пособничество в получении или даче взятки по части 5 статьи 33 УК РФ в совокупности со статьёй 290 или 291 [1]. Самостоятельная криминализация позволила дифференцировать ответственность и установить специальные квалифицирующие признаки.

Вместе с тем статья 291.1 УК РФ содержит ряд проблемных положений. Во-первых, ответственность за посредничество наступает только при размере взятки, превышающем 25 тысяч рублей (значительный размер). При меньшей сумме действия посредника квалифицируются по общим правилам о соучастии [3]. Данный подход вызывает обоснованную критику, поскольку создаёт ситуацию, при которой степень общественной опасности посредничества оценивается законодателем исключительно через призму размера взятки, что не вполне отражает характер и степень общественной опасности содеянного.

Во-вторых, часть 5 статьи 291.1 устанавливает ответственность за обещание или предложение посредничества во взяточничестве. Данная норма криминализирует, по существу, приготовительные действия, что является исключением из общих правил уголовного права, согласно которым уголовная ответственность за приготовление наступает только применительно к тяжким и особо тяжким преступлениям (часть 2 статьи 30 УК РФ). Как указывает Пленум ВС РФ в пункте 13.1 Постановления № 24, обещание или предложение посредничества следует рассматривать как умышленное создание условий для совершения соответствующих коррупционных преступлений [3]. Тем не менее практическое применение данной нормы затруднено необходимостью доказывания направленности умысла на реальное осуществление посредничества.

Введение в 2016 году статьи 291.2 УК РФ (мелкое взяточничество) было направлено на дифференциацию ответственности в зависимости от размера взятки. Согласно части 1 данной статьи, мелким взяточничеством признаются получение, дача взятки лично или через посредника в размере, не превышающем 10 тысяч рублей [1]. Как отмечает Е. А. Киршина, наиболее сложные вопросы применения данного состава связаны с конкуренцией части 1 статьи 290 и части 1 статьи 291 с частью 1 статьи 291.2 УК РФ [8]. При такой конкуренции действует общее правило: специальная норма вытесняет общую, следовательно, при размере взятки до 10 тысяч рублей применению подлежит статья 291.2.

Существенной проблемой является вопрос о применимости квалифицирующих признаков, предусмотренных частями 2–6 статьи 290 УК РФ, к мелкому взяточничеству. Статья 291.2 содержит лишь один квалифицирующий признак — совершение деяния лицом, имеющим судимость за соответствующие преступления (часть 2). При этом получение мелкой взятки за незаконные действия, группой лиц по предварительному сговору или в составе организованной группы квалифицируется по статье 291.2 без учёта указанных отягчающих обстоятельств [8]. О. В. Бесчастнова и Н. Ф. Буянов обоснованно указывают на несовершенство такой дифференциации, отмечая, что мелкое взяточничество за заведомо незаконные действия обладает повышенной общественной опасностью, однако санкция статьи 291.2 этого не учитывает [11].

Статистические данные подтверждают масштабность проблемы мелкого взяточничества: в 2022 году зарегистрировано 7 353 факта, в 2023 году — 6 406 фактов, что составляет около трети всех выявленных случаев взяточничества [13]. Типичным примером является дача взятки сотрудникам ГИБДД за несоставление протокола об административном правонарушении, что одновременно представляет собой взятку за незаконные действия. Однако квалификация таких деяний по статье 291.2 не позволяет в полной мере учесть их повышенную общественную опасность, что свидетельствует о необходимости совершенствования данной нормы.

Выводы. Проведённый анализ позволяет сформулировать следующие выводы и предложения. Во-первых, система составов взяточничества (статьи 290–291.2 УК РФ) нуждается в совершенствовании с точки зрения терминологической определённости. Отсутствие легального определения взяточничества в уголовном законе создаёт предпосылки для неоднозначного толкования. Представляется целесообразным закрепить данное определение в примечании к статье 290 УК РФ, включив в него все четыре состава.

Во-вторых, требует уточнения вопрос о пороговом размере взятки для целей квалификации посредничества по статье 291.1 УК РФ. Установленный порог в 25 тысяч рублей приводит к ситуации, когда посредничество в передаче взятки меньшего размера может быть квалифицировано лишь по правилам о соучастии, что не в полной мере отвечает задачам дифференциации ответственности.

В-третьих, статья 291.2 УК РФ нуждается в дополнении квалифицирующими признаками, отражающими повышенную общественную опасность мелкого взяточничества за незаконные действия, а также совершённого группой лиц по предварительному сговору. Отсутствие таких признаков приводит к нарушению принципа справедливости при назначении наказания.

Реализация указанных предложений позволит повысить эффективность уголовно-правового противодействия взяточничеству и обеспечить единообразие судебной практики по данной категории дел.

Литература:

1. Уголовный кодекс Российской Федерации от 13.06.1996 № 63-ФЗ (ред. от 29.12.2025) // Собрание законодательства РФ. — 1996. — № 25. — Ст. 2954.
2. О противодействии коррупции: Федеральный закон от 25.12.2008 № 273-ФЗ (ред. от 28.12.2025) // Собрание законодательства РФ. — 2008. — № 52 (ч. 1). — Ст. 6228.
3. О судебной практике по делам о взяточничестве и об иных коррупционных преступлениях: Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 09.07.2013 № 24 (ред. от 09.12.2025) // Бюллетень Верховного Суда РФ. — 2013. — № 9.
4. Уголовное право. Особенная часть: учебник для вузов / отв. ред. А. В. Наумов, А. Г. Кибальник. — 6-е изд., перераб. и доп. — М.: Издательство Юрайт, 2024. — 564 с.
5. Борков В. Н. Новая редакция норм об ответственности за взяточничество: проблемы применения // Уголовное право. — 2011. — № 4. — С. 9–14.
6. Сидоров Б. В., Балаев А. Ш. Взяточничество как система и составная часть коррупции: понятие, социальная и уголовно-правовая характеристика // Вестник экономики, права и социологии. — 2011. — № 2. — С. 162–170.
7. Капинус О. С. Изменения в законодательстве о должностных преступлениях: вопросы квалификации и освобождения взяткодателя от ответственности // Уголовное право. — 2011. — № 2. — С. 21–26.
8. Киршина Е. А. Мелкое взяточничество (ст. 291.2 УК РФ): особенности квалификации // Юридическая наука и практика: Вестник Нижегородской академии МВД России. — 2019. — № 2 (46). — С. 111–116.
9. Прохорова М. Л., Марков А. А. Взяточничество: некоторые проблемные вопросы регламентации уголовной ответственности и квалификации // Вестник Краснодарского университета МВД России. — 2019. — № 4 (46). — С. 47–52.
10. Яни П. С. Вопросы квалификации взяточничества // Законность. — 2013. — № 3. — С. 15–20.
11. Бесчастнова О. В., Буянов Н. Ф. Дифференциация уголовной ответственности за мелкое взяточничество в УК РФ // Вестник Российского нового университета. Серия: Человек и общество. — 2020. — № 1. — С. 84–89.
12. Сверчков В. В. Уголовное право. Особенная часть: учебник для вузов. — 11-е изд., перераб. и доп. — М.: Издательство Юрайт, 2024. — 413 с.
13. Статистика состояния преступности // Портал правовой статистики Генеральной прокуратуры РФ. — URL: http://crimestat.ru/ (дата обращения: 10.02.2026).