Введение

Несмотря на наличие нескольких статей уголовного кодекса, подтверждающих, что сексуальное насилие является преступлением против тела и психики человека, часть современного общества по-прежнему воспринимает насильственный акт, как обыденность реальной жизни.

Вопреки наблюдаемым процессам психологического развития социума, в обществе до сих пор существует множество интерпретаций и определений сексуализированного насилия, которые могут позволить определенной части людей относиться к описываемому явлению без должной серьезности.

Стоит отметить, даже возможные последствия в виде уголовного наказания и ограничения свободы, не останавливают людей любого гендера и возраста совершать насильственные действия сексуального характера.

Внезапное изнасилование не редкое происшествие и количество случаев правонарушений против неприкосновенности тела по официальным данным сокращается крайне медленно — всего на 0,2 % уменьшился показатель за прошедшие 20 лет [3]. Однако реальные объемы никогда не будут оглашены официальными источниками в силу различных причин.

Таким образом, проблема сексуального злоупотребления в мире обостряется, а значит обостряется и необходимость готовить специалистов, которые готовы качественно и систематизировано оказывать психологическую помощь людям, пережившим описываемое явление.

В данной статье рассматривается происхождение феномена насилия и то множество последствий, с которыми сталкивается жертва сексуального насилия, а также механизмы психической травмы и подход к терапии.

Культурные нарративы сексуального насилия

Современный взгляд на проблему сексуализированного насилия невозможен без отсылки к прошлому человечества.

На протяжении веков сексуальное злоупотребление известно людям.

В период возникновения христианства, примерно в начале 30-х годов I века, мужчины полагали, а скорее, были убеждены, что причина сексуального насилия — это поведение самой жертвы. Их убежденность означала для общества лишь одно: насильственные акты — одна из частей жизни, а не действия, к которым могут применяться карательные меры.

Только к XIV веку в обществе стало появляться такое понятие как изнасилование, означающее агрессию против личности жертвы, не дававшей согласия на половой акт [2].

В нынешнее время отношение к описываемому явлению не является столь несправедливым, однако все еще носит противоречивый и сложный характер.

Феномен сексуального насилия и его значение для психики

Сексуальное насилие можно рассматривать как цельное явление, влекущее за собой ряд последствий для жертвы и агрессора, так и разбивая его на различные формы и категории. Например, оценивать степень намерения агрессора, само действие и соответственно масштаб причиненного вреда, легитимность действия.

Обращаясь к формам сексуального насилия, стоит заметить, что они являются динамичным социальным конструктом, подверженным постоянному развитию, изменению и трансформации, поэтому перечислять их можно бесконечно. Следует подчеркнуть, что и виды с развитием человечества растут в своем количестве.

Примечательно, что вне зависимости от формы сексуализированного насилия центральное место в вопросах переживания подобного опыта занимают именно последствия для жертвы как физические, так и психологические.

В рамках данной статьи мы рассмотрим вторые, игнорирование которых влечет за собой более выраженные реакции и симптомы на пережитое событие.

В первую очередь следует обратить внимание на то, что насильственный акт любой формы — это травмирующее психику происшествие. Обращаясь к работам А. Эйленбурга, психическую травму можно рассматривать с двух сторон: физическую и спровоцированную ярким спектром эмоций [4]. Покушения на неприкосновенность тела можно отнести к каждому из описаний.

Теория Ф. Рупперта о психической травме представляется куда более информативной для анализа описываемой проблематики. Основные аспекты теории, представленной немецким психотерапевтом [5]:

1. Психика расщепляется на три части: травмированную, выживающую, здоровую.
2. Травмированная часть остается в том возрасте, в котором произошло столкновение с травмирующим опытом.
3. Выживающая часть настроена на преодоление травмы посредством вытеснения негативного опыта из сознания.

Здоровая часть, которая обладает саморегуляцией, способностью выстраивать эмоциональные и доверительные связи с другими людьми, принимать ответственность, может оставаться таковой при условии, что внутренняя дистанция с травмой достаточно велика.

Описанная трехфакторная модель, иллюстрирующая раскол личности, представлена ниже [6] (рис.1):

Рис. 1.

Согласно описанному подходу, сексуальному злоупотреблению, ставшему психологической травмой, характерно сохранять не просто воспоминание о событии, но останавливаться в развитии на момент травмы, искать выхода из нее посредством ретравматизации, то есть путем повторного переживания [1], и проявлять аффективную реакцию высокой интенсивности на триггеры. Целесообразно добавить и такие характерные признаки, как вытеснение и отрицание травмы, создание всевозможных иллюзий и когнитивных искажений о себе, людях и мире, заводя жертву в тупик.

Представляется важным добавить возможные стратегии выживающей части, из-за которых в самых тяжелых случаях возможно развитие психопатических расстройств личности [1]:

1. Фиксация на поиске причин произошедшего в настоящем;
2. Уход от реальности различными способами вплоть до полного отстранения от социума;
3. Попытки избавиться от травмированных частей, которые считаются больными и слабыми;
4. Настороженность и подозрительность в отношении других людей, создающая эмоциональную и физическую дистанции;
5. Формирование созависимых отношений;
6. Желание вмешиваться в жизни других и надежды на облегчение своего состояния в момент, когда изменяться окружающие люди;
7. Способность совершать социально неодобряемые поступки из-за блокировки чувств.

Таким образом, можно констатировать, что пострадавший переживает комплекс психоэмоциональных и социальных трудностей, испытывая выраженный дискомфорт и страдания. Это обуславливает необходимость психологического консультирования, опираясь на индивидуальные особенности клиента и уникальность его случая.

Практический подход к терапии опыта сексуального насилия

Согласно Ф. Рупперту терапия травмы охватывает ряд этапов [6]:

1. Признание, что травматичное событие было в жизни клиента;
2. Пересмотр своего взгляд относительно возможности быстрого исцеления;
3. Дистанциирование от приобретенных чувств в процессе эмоционального слияния с другим человеком;
4. Актуализация здоровых частей личности;
5. Формирование адекватного и бережного отношение к собственному телу;
6. Формирование зрелой и автономной воли.

Одной из задач психолога выступает формирование сочувствия и понимания к травмированной части от здоровой.

Цель данной терапии заключается в прекращении борьбы со своими частями личности и итогом работы является сформированная здоровая идентичность.

Заключение

Таким образом, сексуальное насилие в культуре и психотерапии предстает как феномен, находящийся между двумя полюсами: стигматизацией и исцелением.

Краткий анализ культурных представлений показал причины интеграции в умы человечества убежденности о «нормальности» сексуализированного насилия. По-прежнему, тема преступлений против неприкосновенности тела человека окружена туманом неопределенности и устойчивыми формами стигматизации и табуирования.

Подобные дискурсы влияют на выживающую часть личности, описанную через теорию Ф. Рупперта, внедряясь в ее структуру через поддерживающие механизмы вытеснения, отрицания и самобичевания. В результате травма закрепляется не только на индивидуальном, но и на межличностном и социальном уровнях.

Психологическое консультирование, опирающееся на концепцию Ф. Рупперта, способно создать безопасное пространство для последовательного и бережного распознавания и дифференциации внутренних частей, отделения культурных посланий от собственного переживания, а также для соединения своей травмированной части со здоровой. В этом смысле, процесс психотерапии становится формой объективного пересмотра стигматитизирующих культурных и исторических паттернов и индивидуальным путём к исцелению.

Литература:

1. Исаева, Э. Г. Консультирование травмированной личности / Э. Г. Исаева, А. Р. Султанова. — Текст: непосредственный // Вестник Университета Российской академии образования. — 2016. — № 4. — С. 84–93.
2. Кондратьева, А. Н. От «raptus» к «rape»: становление концепции изнасилования в средневековом каноническом праве / А. Н. Кондратьева. — Текст: электронный // cyberleninka: [сайт]. — URL: https://cyberleninka.ru/article/n/ot-raptus-k-rape-stanovlenie-kontseptsii-iznasilovaniya-v-srednevekovom-kanonicheskom-prave (дата обращения: 28.01.2026).
3. Пожизненная цена насилия: 840 миллионов женщин подвергались жестокому обращению со стороны партнера или сексуальному насилию. — Текст: электронный // Всемирная организация здравоохранения: [сайт]. — URL: https://www.who.int/ru/news/item/19–11–2025-lifetime-toll--840-million-women-faced-partner-or-sexual-violence (дата обращения: 28.01.2026).
4. Радченко, А. М. Психологическая травма: ретроспективный анализ проблемы / А. М. Радченко. — Текст: электронный // cyberleninka: [сайт]. — URL: URL: https://cyberleninka.ru/article/n/psihologicheskaya-travma-retrospektivnyy-analiz-problemy (дата обращения: 28.01.2026).
5. Рупперт, Ф. Травма, связь и семейные расстановки. Понять и исцелить душевные раны / Ф. Рупперт — М. Институт консультирования и системных решений, 2014. — 264 с. — Текст непосредственный.
6. Рупперт, Ф. Симбиоз и автономность. Расстановка при травме. Симбиотическая травма и любовь по ту сторону семейных переплетений / Ф. Рупперт — М.: Институт консультирования и системных решений, 2016. — 280 с. — Текст непосредственный.