Процессуальный статус эксперта-товароведа в уголовном судопроизводстве | Статья в журнале «Молодой ученый»

Отправьте статью сегодня! Журнал выйдет 1 мая, печатный экземпляр отправим 5 мая.

Опубликовать статью в журнале

Автор:

Рубрика: Юриспруденция

Опубликовано в Молодой учёный №15 (357) апрель 2021 г.

Дата публикации: 07.04.2021

Статья просмотрена: 6 раз

Библиографическое описание:

Аллоярова, Т. О. Процессуальный статус эксперта-товароведа в уголовном судопроизводстве / Т. О. Аллоярова. — Текст : непосредственный // Молодой ученый. — 2021. — № 15 (357). — С. 145-147. — URL: https://moluch.ru/archive/357/79834/ (дата обращения: 22.04.2021).



В статье автор производит анализ процессуального статуса эксперта-товароведа в уголовном судопроизводстве на основе положений Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации.

Ключевые слова : товаровед-эксперт, права, обязанности, статус .

В последнее время наблюдается активный спрос на использование всевозможных судебных экспертиз в рамках расследования преступлений. В соответствии с потребностями расширяются горизонты экспертной деятельности и в практику добавляются новые роды и виды судебных экспертиз. Данная актуальность обоснована тем, что результаты судебных экспертиз, выполненных в рамках как уголовного, так и других видов судопроизводства, являются научно обоснованными доказательствами, полученными по строгим процессуальным нормам на основе объективных, всесторонних и полных исследований. На данный момент не представляется возможным обойтись без привлечения судебных экспертов в расследовании преступлений какой бы тяжести оно ни было.

Под экспертом следует понимать лицо, обладающее специальными познаниями в той или иной области науки, техники, искусства или ремесла и привлекаемое органами расследования, судом или иными органами (например, третейским судом) для производства экспертизы и дачи заключения по вопросам, требующим применения специальных познаний [3].

Беря за основу сведения данные в Уголовно-процессуальном кодексе Российской Федерации (далее УПК РФ), пользуясь статьей 57, в первую очередь обращаем внимание на то, что эксперт назначается в том случае, когда выносится постановление субъектом расследования или определения суда (судьи) о назначении экспертизы по конкретному делу, а так же руководителем экспертного учреждения [1]. Так, Л. Е. Кузнецов делает акцент на том, что без определения (постановления) отсутствуют юридические основания производства экспертизы. Без поручения конкретному специалисту произвести экспертизу с разъяснением ему полномочий и последствий нарушения предписаний закона, он не приобретает статуса судебного эксперта [4].

Порядок назначения и производства экспертизы установлен в главе 27 ст. 195 УПК РФ в где сказано, «судебная экспертиза производится государственными судебными экспертами и иными экспертами из числа лиц, обладающих специальными знаниями» [1].

Как определяет Федеральный закон № 73 о государственной судебно-экспертной деятельности Российской Федерации (далее ФЗ о ГСЭД), государственным судебным экспертом является аттестованный работник государственного судебно-экспертного учреждения, производящий судебную экспертизу в порядке исполнения своих должностных обязанностей [2].

Для более детального рассмотрения деятельности государственного эксперта ознакомимся с его правами и обязанностями. Порядок уголовного судопроизводства на территории Российской Федерации устанавливается Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации, поэтому для проводимого анализа воспользуемся положениями вышеупомянутого источника, а так же Федерального Закона № 73 о государственной судебно-экспертной деятельности Российской Федерации. Так как регулирование деятельности экспертов не несет конкретизации вида или рода проводимых экспертиз, то для исследования выбран конкретный вид экспертизы — товароведческая.

Изучая ФЗ о ГСЭД можно увидеть, что конкретного определения деятельности законодательно не установлено, оно исходит из задачи судебного эксперта, не смотря на это УПК РФ даёт полноценное определение судебного эксперта. Такой подход абсолютно понятен и объясняется тем, что ФЗ о ГСЭД имеет обобщенный характер. Он лишь определяет правовую основу, принципы организации и основные направления государственной судебно-экспертной деятельности.

Непосредственное производство судебной экспертизы с учетом особенностей отдельных видов судопроизводства регулируется соответствующим процессуальным законодательством Российской Федерации.

В соответствии со ст. 57 ч.3 УПК РФ эксперт-товаровед вправе:1) знакомиться с материалами УД, относящимися к предмету СЭ; 2) ходатайствовать о предоставлении ему дополнительных материалов, необходимых для дачи заключения, либо привлечении к производству СЭ других экспертов; 3) участвовать с разрешения дознавателя, следователя и суда в процессуальных действиях и задавать вопросы, относящиеся к предмету СЭ; 4) давать заключение в пределах своей компетенции, в том числе по вопросам, хотя и не поставленным в постановлении о назначении СЭ, но имеющим отношение к предмету экспертного исследования; 5) приносить жалобы на действия (бездействия) и решения дознавателя, следователя, прокурора и суда, ограничивающие его права; 6) отказаться от дачи заключения по вопросам, выходящим за пределы специальных знаний, а также в случаях, если представленные ему материалы недостаточны для дачи заключения. Отказ от дачи заключения должен быть заявлен в письменном виде с изложением мотивов отказа [1].

Г. М. Меретуков, помимо перечисленных законодателем прав в ч. 3 ст. 57 УПК РФ, выделяет ч. 4 ст. 202 УПК РФ, где указывается, что если получение образцов для сравнительного исследования является частью судебной экспертизы, то оно проводится экспертом. В этом случае сведения о производстве указанного действия эксперт отражает в своем заключении. Конечно, эту новеллу можно оценить только положительно: так как, эксперт может более квалифицировано получить различные образцы, чем это сделает дознаватель или следователь [5].

Ознакомившись с правами и обязанностями эксперта-товароведа следует выделить такой статус, как «не в праве», исключающий обязанности.

В соответствии со ст. 57 ч.4 УПК РФ эксперт — товаровед не вправе: 1) без ведома следователя и суда вести переговоры с участниками уголовного судопроизводства по вопросам, связанным с производством СЭ; 2) самостоятельно собирать материалы для экспертного исследования; 3) проводить без разрешения дознавателя, следователя, суда исследования, могущие повлечь полное или частичное уничтожение объектов либо изменение их внешнего вида или основных свойств; 4) давать заведомо ложное заключение; 5) разглашать данные предварительного расследования, ставшие известными ему в связи с участием в уголовном деле в качестве эксперта, если он был об этом заранее предупрежден в порядке, установленном статьей 161 настоящего Кодекса; 6) уклоняться от явки по вызовам дознавателя, следователя или в суд [1].

В уголовно-процессуальном законодательстве не закреплены обязанности эксперта-товароведа, что в какой-то степени противоречит ФЗ о ГСЭД, где конкретно указываются права и обязанности эксперта-товароведа для четкого регулирования деятельности. При этом установление неправомерных действий эксперта-товароведа полностью совпадает с прописанным регламентом ФЗ о ГСЭД.

Так же можно заметить, что УПК предусматривает право ходатайствовать о привлечении к проведению товароведческой экспертизы других экспертов. Считаю, что данное положение оказывает благоприятное воздействие на деятельность товароведов-экспертов, поскольку является нормальной повседневной практикой особенно при проведении энергозатратных и длительных по времени экспертиз, когда требуются специалисты разных специализаций или проведение коллегиальной экспертизы обязательно исходя из изучаемых свойств объекта. Это так же объясняется тем, что зачастую, в силу загруженности, эксперты не успевают провести требуемую экспертизу в срок, в следствие чего невозможность привлечения дополнительного эксперта увеличивает сроки расследования.

Касаемо ответственности эксперта-товароведа, возлагаемой на него с поступлением запроса о производстве судебной экспертизы рассматриваемым нами кодексом установлена ответственность за дачу заведомо ложного заключения в соответствии с используемым процессуальным законодательством. П. 5 ч. 1 ст. 204 УПК РФ гласит о том, что судебная экспертиза, производимая в экспертном учреждении, законодательно обязывает руководителя этого учреждения предупредить эксперта об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения и отобрать у него об этом подписку. Здесь невозможно не согласиться с Е. Р. Россинской, которая выступает за то, что данная норма, оправдана для лиц, привлекаемых к производству судебных экспертиз впервые или изредка и не являющихся сотрудниками экспертных учреждений, однако для судебных экспертов, имеющих экспертное образование и сертифицированных квалификационными комиссиями, а ведь согласно ФЗ ГСЭД только такие специалисты могут привлекаться к производству судебных экспертиз, излишне постоянно повторять эту процедуру. Ее можно заменить, например, присягой судебного эксперта, даваемой при получении диплома о высшем экспертном образовании или квалификационного свидетельства на право производства судебных экспертиз [6].

Одновременно ст. 57 ч.6 УПК РФ предусматривает ответственность эксперта за разглашение данных предварительного расследования [1].

Данная позиция является наиболее верной, так как придавая гласность предварительному расследованию, следует помнить про возможность общественного резонанса, которая может пойти как на помощь расследованию, так и противоположно ухудшить его показатели. При этом нередки случаи угроз в адрес как экспертов, так и правоохранительных органов, что мешает ходу расследования и становится первоочередным вопросом охрана личной безопасности участников расследования.

Так же хотелось бы отметить, что для выполнения возложенных обязательств сотрудникам предоставляются определенные права, но как было отмечено ранее, УПК не предусматривает обязанности экспертов, соответственно мы наблюдаем сразу перечень прав и неправомерных деяний. Что наталкивает на мысль: для чего нужны права, если нет обязанностей. Е. Р. Россинская считает же такой подход наиболее прогрессивным, отмечая, что ранее в ст. 82 УПК РСФСР говорилось именно об обязанностях эксперта, но в современных условиях эти нормы, регламентирующие обязанности эксперта в процессуальных Кодексах явно устарели, поскольку нарушают права человека и противоречат Конституции РФ [6].

Исходя из анализа научной литературы, Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации и Федерального закона о Государственной судебно-экспертной деятельности, можно сделать вывод, о том, что положения УПК РФ касаемо прав и обязанностей эксперта нуждаются в некоторой доработке.

Литература:

  1. Федеральный закон от 22 ноября 2001 года № 174 - ФЗ (ред. от 27.10.2020) «Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации» // СЗ РФ. 2002. №1. Ст. 33.
  2. Федеральный закон от 31.05.2001 № 73-ФЗ (ред. от 26.07.2019) «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» // СЗ РФ .- 2001. - №23. - Ст. 2291.
  3. Аванесян В. В., Андреева С. В. Большая юридическая энциклопедия. М.: Эксмо, 2010. С. 556.
  4. Кузнецов Л.Е., Витер В.И. Юридические аспекты прав и обязанностей эксперта // Проблемы экспертизы в медицине. 2001. С. 29-33.
  5. Меретуков Г.М. Судебная экспертиза на современном этапе развития уголовного судопроизводства России (Проблемы теории и практики): Монография. Краснодар, 2010. С.160.
  6. Россинская Е. Р. Судебная экспертиза в гражданском, арбитражном, административном и уголовном процессе. М.: Норма, 2006. С. 280 .
Основные термины (генерируются автоматически): Российская Федерация, РФ, судебная экспертиза, Государственная судебно-экспертная деятельность, судебный эксперт, Уголовно-процессуальный кодекс, эксперт, обязанность эксперта-товароведа, экспертиза, ложное заключение.


Ключевые слова

статус, обязанности, права, товаровед-эксперт
Задать вопрос