Авторы: ,

Рубрика: Экономика и управление

Опубликовано в Молодой учёный №28 (132) декабрь 2016 г.

Дата публикации: 17.12.2016

Статья просмотрена: 21 раз

Библиографическое описание:

Галкин Е. Б., Репин С. С. Артур Конан Дойл: формирование личности, взгляды и социально-экономическая деятельность в 1914–1918 годах // Молодой ученый. — 2016. — №28. — С. 387-393. — URL https://moluch.ru/archive/132/36316/ (дата обращения: 19.04.2018).



Будущий сэр Артур Конан Дойл родился в мае 1859 года. Врач по образованию и по первоначальной профессии, он вошёл в историю не только как литератор — мастер, создавший незабываемые художественные произведения исторического, научно-фантастического, приключенческого и, прежде всего, детективного жанра. Конан Дойл был видным общественным деятелем, занимавшим весьма активную жизненную позицию по многим актуальным вопросам своего времени. Он был неутомимым публицистом, энергичным борцом за торжество того дела, которое он считал справедливым. К авторитетным социально-экономическим суждениям доктора Дойля внимательно прислушивались не только в Великобритании и других англоязычных странах, но и, можно без преувеличения сказать, во всём мире конца Х1Х — начала ХХ столетия.

Артур Конан Дойл появился на свет в Эдинбурге, главном городе Шотландии, однако по национальности он был ирландцем.

Здесь надо отметить, что в описываемые времена Англия уже давно подчинила себе Уэльс, хотя местное население никогда не порывало с надеждой на восстановление своей языковой и культурной автономии. С Шотландией Англия установила личную династическую унию, хотя многие из шотландцев так и не могли совсем забыть о былой самостоятельности своей страны. Сложнее обстояло дело с Ирландией. В Средние Века ирландцы не сумели создать сильного централизованного государства и отстоять независимость. В результате, «Зелёный Остров» в середине ХV11 века был завоёван англичанами и стал, по сути дела, одной из первых колоний Англии. Лучшие представители ирландского народа постоянно тяготились навязанной им властью английской короны. Каждый мыслящий ирландец не мог так или иначе не задумываться о будущем родной страны. Не был исключением и Конан Дойл. Его позиция по этому вопросу была неоднозначной. Если в более молодые годы он видел путь прогресса Ирландии в максимальном сближении с Англией, то в зрелом возрасте стал сторонником предоставления своей исторической родине широких возможностей для самоуправления. Но, впрочем, все эти раздумья, конечно же, придут позднее…

Отец Артура — Чарльз Дойл, получив соответствующую подготовку, действовал как не слишком преуспевающий архитектор и неудачливый художник-любитель. Мать — Мэри Фоли, окончившая колледж во Франции и сразу после этого вышедшая замуж, всецело посвятила себя домашнему хозяйству. Отсутствие карьерного роста привело к тому, что у Дойла-отца всё чаще стало проявляться депрессивное состояние, пристрастие к алкоголизму. В таких условиях жене пришлось взять судьбу семьи в свои руки, и она справилась с трудной задачей.

По происхождению эти люди были выходцами из средней по уровню достатка буржуазной среды. Но лично они, проявляя черты чисто ирландской натуры, считали себя потомками старинных знатных фамилий и весьма гордились этим своим слабо подтверждаемым аристократизмом.

Артур Игнатиус Конан (таково полное имя писателя) был старшим сыном в семье Дойлей, довольно многодетной, что соответствовало обычаям и повседневным реалиям того времени.

Само же историческое время, по крайней мере, период первых почти пяти десятилетий жизненного пути, который прошёл Артур Конан Дойл, заслуживает того, чтобы остановиться на нём более подробно. Это был расцвет викторианской Англии.

Королева Виктория, вступившая на трон восемнадцатилетней девицей в 1837 году, покинула этот свет в 1901 году как бабушка чуть ли не всей европейской монархии. Но речь в данном случае должна идти не только и не столько о просто очень длительном пребывании у власти. Правление королевы Виктории — действительно целая эпоха, важнейшими чертами которой являются те мощные качественные изменения, которые коренным образом модернизировали весь облик Великобритании и всего общества этой страны. Они оказали во многом определяющее воздействие на конкретный ход европейской и мировой истории.

Во-первых, это была эпоха быстрого роста научно-технического прогресса, то есть единого, взаимообусловленного, поступательного развития науки и техники. Детище Промышленного Переворота, осуществление которого началось именно в Англии ещё в 60-е годы ХV111 века, научно-технический прогресс раскрыл свои возможности в девятнадцатом столетии. При королеве Виктории страна покрылась сетью железных дорог и трасс пароходного сообщения. Телеграфная связь обеспечила немедленное поступление любой необходимой информации. На первой в мире почтовой марке был помещён портрет королевы Виктории. Вообще, множество разных усовершенствований и инновационных устройств изменяли образ жизни миллионов людей.

Во-вторых, при королеве Виктории произошёл бурный рост фабрично-заводского промышленного производства. Предприятия-гиганты, на которых трудились сотни и тысячи работающих, сделались градообразующими объектами. Вокруг них вырастали большие города с их имущественными контрастами и обострёнными социальными противоречиями, с концентрацией всех благ и всех пороков цивилизации, с разгулом преступного элемента. Лондон стал крупнейшим городом мира, всесветным средоточием индустриального, торгового и финансового капитала. Вот, что отмечает о Лондоне образца ещё 1852 года, совершавший кругосветное плавание на фрегате «Паллада» наш соотечественник, известный писатель. «Там до двух миллионов жителей, центр всемирной торговли… Лондон первая столица в мире, когда сочтёшь, сколько громадных капиталов обращается в день или год, какой страшный совершается прилив и отлив иностранцев в этом океане народонаселения, как здесь сходятся покрывающие всю Англию железные дороги, как по улицам из конца в конец города снуют десятки тысяч экипажей» (3. 53).

Наконец, в-третьих, в результате ряда последовательных территориальных захватов в Европе, Азии, Африке, Северной и Южной Америке, Австралии и Океании сложилась колониальная система планетарных масштабов, над которой, как гордо утверждалось, «никогда не заходило солнце». Сама королева Виктория после подавления восстания сипаев и ликвидации английской Ост-Индской компании была в 1877 году провозглашена императрицей Индии, а созданная при ней сверхдержава стала именоваться Британской империей.

Не удивительно, что многие викторианские традиции сохранились, особенно в официальной и деловой Англии, вплоть до наших дней.

Что же касается современников королевы Виктории, то эти традиции в том или ином виде выступали как непреложный элемент формирования личности, особенно, если формировался характер, образ мышления и стиль жизни молодого джентльмена…

Первоначальное образование Артур Конан Дойл получил сперва в городской школе в Эдинбурге, а потом в большом католическом колледже Стоунихерст (вероисповедание ирландцев, в основном, католическое) в графстве Ланкашир на северо-западе Англии, неподалёку от таких важнейших городов, как Манчестер и Ливерпуль.

Этот колледж, существующий и поныне, был одним из ведущих культурных и образовательных центров, основанных иезуитами. Впрочем, образование, которое там давалось, было не только качественным, но и вполне светским. Углублённый курс богословия изучался лишь в тех особых классах, выпускники которых готовились к деятельности, непосредственно связанной не только с религией, но и с церковными структурами (см.: 13. 25). Но будущая профессия самого Артура в тот период ещё не была определена.

Любая школа не только обучает, но и воспитывает личность. Если говорить об английской системе школьного образования, то, пожалуй, можно отметить три характерные для неё особенности воспитания. Это, прежде всего, суровость дисциплины и быта учеников, оторванных от дома и находящихся в интернате. Это, далее, культивирование индивидуализма, успешности в обучении, спорте и т. п. И это, наконец, пробуждение чувств единства в команде и корпоративной солидарности.

Крупный, физически сильный, способный к учёбе и уже тогда проявивший склонность к творческим занятиям, Конан Дойл, хотя и не без трудностей, но достойно прошёл все ступени и уровни обучения в Стоунихерсте.

Предметов, к которым бы Дойл испытывал исключительное тяготение, у него, пожалуй, не было. Внимание привлекали разные предметы или их фрагменты. Можно отметить особое отношение к гуманитарным дисциплинам. История, безусловно, интересовала его, но он отвергал сухость преподавания, в котором почти всё сводилось к хронологическому перечислению дат. А будущему писателю история уже тогда виделась как приключенческий роман с увлекательным и лихо закрученным сюжетом…

Наконец, настало время выбора. Решение получить медицинское образование и добиться статуса врача было принято на семейном совете, а так же при участии многочисленных более или менее близких родственников, в том числе и живших в столичном Лондоне, с которыми постоянно поддерживались довольно тесные контакты. Финансовое положение семьи Дойлей к этому времени значительно пошатнулось. Отец будущего врача и писателя, погрязший в приверженности алкоголизму, морально деградировал, потерял работу. В конечном итоге Чарльз Дойл был помещён в специализированную клинику, где и скончался. Профессия врача могла дать его сыну неплохой заработок, а при удачном ходе дел — и солидное общественное положение.

Таким образом, Артур Конан Дойл принял решение (или подчинился принятому семейному решению) стать врачом, прежде всего, исходя из элементарных хозяйственно-практических соображений.

Следовательно, можно сказать, что в основу его экономических взглядов был положен принцип прагматизма: надо делать то, что даёт доход или, по крайней мере, реально обещает такой доход в обозримом будущем.

Артур Конан Дойл изучал медицину в Эдинбургском университете, основанном ещё в 1883 году. Это весьма солидное учебное заведение и сейчас считается одним из лучших в Великобритании. В Х1Х веке Эдинбургский университет тоже обладал достаточной известностью. К тому же, для учёбы в нём Дойлю не надо было покидать дом и нести дополнительные расходы на проживание в каком-либо другом городе…

В 1876 году молодой студент Конан Дойл приступил к занятиям на медицинском факультете. Его биограф отмечает небезынтересный для нас факт. «Чтобы заниматься медицинской практикой общего характера, по тогдашним законам не обязательно было получать степень доктора медицины; можно было, например, пойти в ученики к хирургу или аптекарю и через пару лет сдать экзамены в лицензирующей организации. Но… дипломированных специалистов вносили в реестр квалифицированных врачей, что давало не только уважение пациентов и коллег, но и гарантии. Докторов без диплома могли легко лишить практики» (13. 43).

Занятия в университете во многом строились на самостоятельной работе и прохождении элективных курсов. Но сдавать экзамены студентам, казалось бы полностью предоставленным самим себе, приходилось по всем предметам, включённым в учебный план. И это испытание становилось своеобразным «моментом истины». Стимулом для хорошей учёбы являлась так же перспектива участия в весьма жёсткой конкуренции, царившей в то время на довольно продвинутом английском рынке медицинских услуг. Врачам со слабой подготовкой не удавалось зарекомендовать себя в качестве приличных специалистов, и они безжалостно отбраковывались, приравнивались к шарлатанам.

Кроме собственно медицинских дисциплин в программу университетского обучения входили и общеобразовательные предметы. Интересовали студента Дойля и социально-экономические проблемы. Так, позднее он вспоминал, что ещё студентом познакомился с основами политической экономии по трудам Джона-Стюарта Милля — одного из видных представителей классической школы экономической науки на финальном этапе её развития.

Джон-Стюарт Милль (1806–1873) «был активным общественным деятелем, членом парламента, выступал за расширение прав бедняков, наёмных рабочих и служащих, женщин. Он считал, что “главной целью стремлений при нынешнем состоянии человеческого развития является не ниспровержение системы частной собственности, но её улучшение и предоставление полного права каждому члену общества участвовать в приносимых ею выгодах» (10. 75).

Итоговый труд Джона-Стюарта Милля «Основы политической экономии некоторые аспекты их приложения к социальной философии», изданный в 1848 году, «ещё полвека использовался в качестве основы университетских курсов политэкономии» (там же). Позитивистский подход к рассмотрению и решению социально-экономических проблем стал одним из компонентов мировоззрения Дойля, ещё формировавшегося в студенческие годы. С этими проблемами ему пришлось столкнуться и практически, в том числе, при многочисленных и малоуспешных попытках найти себе приработок.

Наконец, Дойл ещё не завершив учёбы, сумел устроиться ассистентом, затем — помощником врача, а далее — врачом на китобойное судно, промышлявшее в Арктике. Романтика охоты и связанный с этим азарт увлекли молодого человека. Но вскоре он понял и оборотную сторону дела. В дальнейшем Дойл стал последовательным противником истребления животных и, по сути, одним из первых экологов — сторонников охраны и защиты той весьма уязвимой природной среды, в которой все мы живём…

В 1881 году Артур Конан Дойл сдал последние выпускные экзамены. Он получил степень бакалавра медицины и магистра хирургии. Учёную степень доктора медицины он получит, лишь успешно защитив диссертацию на тему «О вазомоторных изменениях при сухотке спинного мозга (двигательная атаксия) и о влиянии этой болезни на симпатическую нервную систему».

К этому времени Дойл успел поработать врачом ещё на одном корабле, теперь уже у берегов Африки. Опыт, полученный в морских плаваниях, впечатления от знакомства с новыми странами и народами — всё это стало основой для развития сюжетных линий целого ряда будущих приключенческих рассказов. Наблюдая жизнь в африканских колониях, он видит страшные несправедливости и противоречия. Но они представляются в сознании Дойла, как лишь частные случаи, не опровергающие целесообразность проведения активной колониальной политики как таковой…

Вернувшись в Англию, Конан Дойл обосновался близ города Портсмут, где затем проживёт многие годы, и, наконец, женился. Позднее будут и безвременная смерть жены и повторный брак…

Постепенно наладилась стабильная медицинская практика. Обзавестись кругом постоянных пациентов доктору Дойлю помог его общительный характер, участие в событиях окружающей жизни. Он вступил в литературно-научное общество, стал членом политических кружков и, как заядлый спортсмен, даже играл голкипером местной любительской футбольной команды.

Одновременно, всё более ярко начинает проявляться беллетристическое дарование врача. В журналах публикуют его первые рассказы, а в 1889 году под его пером возникает образ Шерлока Холмса…

Вместе с тем, ещё целых пять лет Артур Конан Дойл не перестаёт работать практическим врачом. Более того, он предпринимает серьёзные усилия, чтобы овладеть новой для себя врачебной специальностью — окулиста. И только когда вызвавшие огромный интерес у читающей публики детективные рассказы, печатавшиеся в журнале «Стрэнд», а затем выходившие отдельными сборниками, стали приносить серьёзные гонорары, следуя всё тем же принципам экономического прагматизма, Дойл принимает решение окончательно оставить медицинскую практику и сделаться профессиональным писателем.

Казалось бы, с лечебным делом было покончено навсегда. Однако, через несколько лет доктор Дойл вновь «наденет белый халат», причём произойдёт это при самых драматических обстоятельствах.

Но, прежде, чем перейти к следующему этапу биографии Дойла надо, хотя бы кратко, остановиться на характеристике созданных им знаменитых литературных героев. Разумеется, на этих страницах невозможно соревноваться с литературно-критической и исследовательской холмсианой, а ею отнюдь не исчерпывается многотомное творческое наследие писателя. Подобная задача даже никоем образом не ставится. Но, говоря о социально-экономических воззрениях Дойла, допустимо пополнить представление о них через призму такой характеристики. При этом привлекает внимание несколько существенных моментов.

Во-первых, и это отмечается литературоведами, Дойлу удалось создать впечатляющие и запоминающиеся образы положительных персонажей, ведущих борьбу с преступностью, то есть с социальным злом, произрастающим на вполне определённой экономической почве.

Во-вторых, великий сыщик и его верный друг доктор Уотсон действуют строго в рамках объективных реальностей той общественной модели, которая их окружает; они не испытывают потребность вступить с нею в конфликт, хотя и допускают критику, например, туповатой полиции из Скотленд-Ярда.

В-третьих, представленный в рассказах и повестях состав обширной клиентуры Шерлока Холмса необычайно разнообразен — от коронованных особ, лордов, министров и миллионеров до представителей низших социальных слоёв и скромных профессий. Однако, все они пользуются одинаковым вниманием со стороны замечательного детектива и, естественно, автора, создавшего этот образ. Шерлок Холмс не отказывается от крупного вознаграждения из рук богача, но бедняку он предлагает свои услуги и даром. Вывод один: будь честен, выполняй свой долг, как подсказывает совесть, и, быть может, «этот трижды безумный мир» станет хоть чуточку лучше…

Итак, перед нами вновь воплощение экономического прагматизма и активного социального гуманизма — черты, безусловно, присущие самому Дойлу и перенесённые на героев его литературных произведений. Не случайно исследователями отмечены слова, однажды сказанные писателем: «Шерлок Холмс — это я сам» (5. 32).

На рубеже Х1Х и ХХ веков Артур Конан Дойл оказался вовлечён в события крупного масштаба. Дело заключалось в том, что в октябре 1899 года началась Англо-Бурская война. Это была одна из первых войн, которые велись за передел мира, только что поделённого на колонии и сферы влияния между крупнейшими державами. Датой завершения раздела мира считается 1898 год, когда произошёл Фашодский кризис — конфликт Англии и Франции в борьбе за пространства на юге Судана, последнего региона в Африке, оставшегося вне господства европейцев. «Фашодский инцидент стал переломом. С этого момента мир был поделён, причём больше половины всех колоний на Земле принадлежало Англии. Территория английских колоний была в сто раз больше территории самой Англии» (7. 123).

Однако, Британская империя не желала останавливаться на достигнутом. Хотя «ничейных земель» уже и не осталось, можно было устремить свой взгляд на юг африканского континента. Там находились государства, созданные бурами, потомками голландских переселенцев — Республика Трансвааль и Оранжевая Республика. Названия обоих этих небольших стран происходили от названий рек, в бассейнах которых они находились: реки Вааль и реки Оранжевой…

Как человек, проникнутый духом викторианской эпохи, Конан Дойл полностью принял и приветствовал захватническую имперскую политику Великобритании, хотя мировое общественное мнение в целом выступало против подобных действий англичан.

Вот что писала в те дни русская пресса. Например, ведущий иллюстрированный еженедельник литературы и современной жизни «Нива» (в котором публиковались и произведения Дойля) откликнулся на события в обзорной статье. «Итак, война началась. Горсти буров предстоит тяжёлая борьба с одной из могущественнейших держав, но в кровавые летописи военной истории занесено немало примеров такой неравной борьбы, из которых некоторые оканчивались даже поражением сильнейшего… Даст бог им (бурам, — Е.Г.) удастся выйти победителями и из этой неравной борьбы» (11.796). Вообще, попутно надо сказать, что интересно использовать источник, современный описываемым событиям. Ведь именно этот журнал, позволим себе вообразить, мог держать в руках «сам Шерлок Холмс»!

Но Дойля подобные оценки не смущали. Он не только принял начавшуюся борьбу как справедливую со стороны Англии, но и пожелал участвовать в ней в качестве военного врача. В течение нескольких месяцев 1900 года, в самый сложный для английской армии период войны, Конан Дойл оперирует в походном госпитале, переживая огромные трудности и сложности действия военно-полевой службы в поистине экстремальных условиях. Современник, совсем не склонный к сантиментам книжный издатель, заявил, что «я приравниваю вашу работу во время этой ужасной южноафриканской истории к победным действиям генерала» (13. 329).

По возвращении Дойл немедленно начинает подготовку публицистической книги об Англо-Бурской войне, основанной на исторических и документальных материалах. Именно за работу в госпитале, а так же за написание этой книги сын и наследник королевы Виктории Эдуард V11 в августе 1902 года пожаловал Дойля рыцарским званием и наградил орденом. Новый король сделал это, очевидно, с особым удовольствием, так как сам был постоянным читателем и знатоком литературного творчества писателя.

Теперь перед нами сэр Артур Конан Дойл.

В книге о войне автор, прежде всего, отдаёт должное национальному менталитету, характерным качествам и всепоглощающему патриотизму буров. Он подчёркивает, что увидел в них «самого серьёзного противника, который когда-либо вставал на пути Британской империи» (4.8). Относительно причин войны Конан Дойл не заблуждается.

Великобританию подвигла на завоевание жажда феноменальных природных богатств региона, включая и алмазные копи и приносящие баснословные прибыли месторождения золота — самые крупные из разведанных в мире. И война началась, какие бы оправдательные причины при этом не назывались.

Далее следует описание самих боевых действий. Оно выполнено хотя и по горячим следам, но с солидной основательностью, с достоверностью очевидца и с искусством великолепного мастера повествовательного рассказа. Военный врач Дойл не ретуширует вопрос о тяготах и лишениях фронтовой жизни, о жестокостях войны, особенно на завершающей стадии, когда буры перешли к партизанской борьбе.

Конец книги — это размышления Дойля о возможностях консолидации Южной Африки и других стран в рамках Британской империи, о способности Англии дать ответ на неизбежные исторические вызовы в будущем. Всё это имеет особое значение — ведь во многом мысли писателя оказались провидческими.

Единственной темой, практически не затронутой в книге, оказалась тема положения самих африканцев — коренного населения стран, за власть над которыми смертным боем бились выходцы из Европы. Того самого населения, которое имело и имеет самые неоспоримые права на все бесчисленные южноафриканские богатства. Эти права, как известно, в значительной мере, были реализованы только в наше время.

Это не означает, конечно, что Дойл ничего не знал или делал вид, что ничего не знает об угнетённом положении туземцев в колониях. Напротив, его следующая публицистическая книга была как раз посвящена данному вопросу. Правда, рассмотрел он вопрос о, мягко говоря, неблаговидных действиях «цивилизованных» европейцев на примере не британского, а… бельгийского колониализма. Книга называется «Преступление в Конго» (1909 год). Ужасающие факты эксплуатации, массовых убийств и насилий, вопиющего произвола, творимого бельгийцами в Конго, сделались достоянием гласности после ряда журналистских расследований, проведённых репортёрами, побывавшими в этой стране. Они не могли оставить равнодушным такого человека, как Конан Дойл. Писатель включился в компанию по защите коренного конголезского населения. Увы, существенных результатов всё это не принесло. До крушения колониальной системы оставалось ещё около полувека…

А между тем, Англия, Европа да и весь мир стояли на пороге новой войны. Конан Дойл не был чужд футурологии. В своих прогностических заметках он рассуждает о возможном характере будущих взаимоотношений государств, о том, что бурно развивающийся технический прогресс изменит ход военных действий, сделав, к сожалению, войны ещё более ужасными (см.: 13. 85). Та же мысль прослеживается в большой статье «Великобритания и грядущая война» (1913 год). В ней рассматривается конкретный противник — Германия, а также и конкретные проблемы, с которыми Англия может столкнуться, воюя с этой страной. А ведь многие считали, что приближающаяся война будет краткосрочной. Успех в ней обеспечат два-три победоносных сражения. Однако, так думали далеко не все. Например, первый лорд адмиралтейства сэр Уинстон Черчилль «гораздо реалистичнее смотревший на вещи, никогда не верил, что эта война быстро кончится» (1. 99). К людям, мыслящим подобным образом, принадлежал и Конан Дойл, проявляя завидную, хотя и несколько утопичную, широту макроэкономического мышления. Он предлагает меры из области государственной стратегии, которые должны обеспечить английскую победу. Во-первых, надо преодолеть зависимость от иностранных продовольственных поставок и активизировать собственное производство, для чего поднять тарифы на ввоз импортных товаров. Во-вторых, следует строить очень большие грузовые подводные лодки, чтобы на них можно было перевозить продовольствие. В-третьих, необходимо построить тоннель под Ла-Маншем (проект осуществлён в 1994 году) и, тем самым, прочно связать Британию с континентальной Европой. В-четвёртых, надо формировать компактные и мобильные воинские подразделения, готовые к активным боевым действиям. В-пятых, нужно как можно полнее учитывать опыт новейших войн, включая и Русско-японскую войну 1904–1905 годов. Одновременно Дойл пишет и литературный текст о будущей войне — рассказ «Опасность!»

Предостережения, высказанные пусть даже одним из самых популярных писателей и известным общественным деятелем, не были восприняты английским правительством, но зато их по достоинству оценили в Германии. Немецкие военные авторитеты отмечали, что «Артур Конан Дойл был единственным среди англичан, кто понимал, что грядущие войны будут носить экономический характер» (13. 416).

И вот война разразилась. О высокой степени напряжённости реальной борьбы, предсказанной Дойлем, свидетельствуют многие авторы.

Сообщения, подобные тому, например, что «французская кавалерия и весь авангард наступающей армии одержали блестящий успех» (8. 14) у такого-то населённого пункта, быстро стали достоянием прошлого. Затяжной ход войны привёл к изменению самых принципиальных взглядов на ведение военных действий. «Приходилось перестраивать для нужд войны весь государственный механизм и мобилизовать всё народное хозяйство. Война неизбежно должна была затянуться на несколько лет и принять характер длительной и упорной борьбы… Война превращалась в гигантское соревнование материальных средств враждующих сторон» (2. 65). Ситуация а Англии осложнялась её островным положением. Видный британский военный историк Бэзил Лиддл-Гарт пишет, что чисто военная сторона борьбы была оттенена «морской, вернее сказать, экономической стороной… Из каждых четырёх судов, покидавших Британию, одно наверняка не возвращалось назад… Было совершенно ясно, что в конце концов продолжавшаяся тем же темпом потеря тоннажа обрекла бы на голодную смерть гражданское население Англии и автоматически ликвидировала бы приток пополнения в армию. Дело дошло до того, что запас продовольствия в Британии ограничивался шестинедельной потребностью» (9. 259). Несмотря на квази-героические возражения такого ортодоксального консерватора, как король Георг V (сын и преемник Эдуарда V11), по флоту был отдан приказ. В соответствии с ним «британские торговые суда, чтобы ввести в заблуждение немецкие субмарины, должны были поднимать флаг ещё не вступивших в войну Соединённых Штатов» (12. 285).

После начала Первой Мировой войны Дойл вновь проявил себя как активный социальный гуманист. Он как никто другой в высокой степени воплощал в себе особое «развитие социальных инстинктов», о котором писал в репортажах Корней Чуковский, работавший в те годы корреспондентом в Англии (см.: 14. 338). Конан Дойл добился улучшения спасательных средств на военных кораблях, введения касок и бронежилетов в английской пехоте, камуфляжных сеток в артиллерии и многого другого. Дойл неоднократно посещал театр военных действий, контактировал с сэром Уинстоном Черчиллем, своим единомышленником по целому ряду насущных проблем, который уже тогда был видным политиком и занимал один из ключевых постов — пост морского министра.

Вместе с тем, искренне считая и эту войну справедливой для величия Британской империи, Дойл так и не распознал глубинных причин кровавой империалистической бойни, унесший жизнь и здоровье миллионов людей. Он называл эту войну «кульминацией своей жизни», хотя и писал о ней, как о «страшной пучине».

В годы войны Дойл уже думал о дальнейшем. О своих фронтовых впечатлениях он рассуждал так. «Эти храбрые парни защищают Великобританию сегодня, и мы обязаны проследить, чтобы Великобритания защитила их в будущем. Они — фундамент нации. Социализм никогда не привлекал меня, но я стал бы социалистом завтра же, если бы это помогло улучшить в мирное время жизнь этих людей, отдавших стране своё здоровье: сделать для них льготное налогообложение, организовать лечение за государственный счёт» (13. 446).

Не обошла война стороной и семью самого писателя. Смерть унесла несколько его родственников и других близких людей. Скончался от пневмонии, полученной на фронте, его любимый младший брат, бригадный генерал Инесс Дойл. Возможно, что эти печальные обстоятельства стали одной из причин роста мистических настроений в сознании Дойля, его всё возрастающего интереса к спиритизму. Однако, врач Артур-Конан Дойл не был лишь пассивным участником сеансов оккультной магии. Нет, как учёный, он пытался выявить во всех этих делах возможное рациональное зерно. Он разоблачал откровенных мошенников и, вместе с тем, чрезмерно превозносил каждый факт «успеха» медиума, казавшийся ему достоверным. Между прочим, главным его консультантом в подобных вопросах, весьма профессионально-критически и разоблачительно настроенным ко всему, что касается «общения с духами», стал никто иной, как всемирно известный иллюзионист Гарри Гудини.

Статус самого высокооплачиваемого литератора Англии вроде бы позволял несколько снизить писательскую активность, но Конан Дойл был не из таковых. В 20-е годы он продолжал творческую деятельность по всем направлениям, да и общественную работу. Так, будучи противником эмансипации женщин и вообще всего феминистического движения, Дойл, тем не менее, выступал за упрощение правил бракоразводного процесса (см., напр.: 6. 17). Важным элементом деятельности Дойля стала борьба в защиту несправедливо осуждённых людей, кем бы они ни были.

Неоднократно Конан Дойл направлялся с лекционными турне по различным странам и континентам, правда, в нашей стране он не бывал никогда, хотя интерес к ней прослеживается по целому ряду сюжетных линий в его произведениях. Поездка в скандинавские страны, предпринятая почти сразу после празднования 70-летнего юбилея, оказалась последней.

Годы и жизненные испытания взяли своё. Летом 1930 года сэр Артур Конан Дойл скончался. «Рыцарь, патриот, врач и литератор», — высечено на его надгробном камне. Однако «я никогда не ценил титулов, — писал он сам, — звание, которым я более всего дорожу, — это звание доктора» (6. 18; 13. 326–327).

Литература:

  1. Бедарида Ф. Черчилль. М. Молодая гвардия. 2003.
  2. Болтин Е., Вебер Ю. Очерки мировой войны 1914–1918 гг. М. Госвоениздат. 1940.
  3. Гончаров И. А. Фрегат «Паллада». — В кн.: Собр. соч. в восьми томах. Т. 2. М. Художественная литература. 1952.
  4. Дойл А.-Конан. Англо-бурская война. М. Империя. 2004.
  5. Каргалицкий Ю. И. Конан Дойл — рыцарь, литератор, человек. — В кн.: Дойл А.-Конан. Сочинения. Т.1. СПб. Кристалл. 1998.
  6. Конан Дойл. — 100 человек, которые изменили ход истории. № 58. 2009.
  7. Конотопов М. В., Сметанин С. И. История экономики зарубежных стран. М. Логос. 2004.
  8. Лагов Н. М. Французские рассказы с фронта. Пг. Новое время. 1916. С. 14.
  9. Лиддл-Гарт Б. Правда о войне 1914–1918 гг. М. Госвоениздат. 1935.
  10. Покидченко М. Г., Чаплыгина И. Г. История экономических учений. М. Высшая школа. 2005.
  11. Политическое обозрение. — Нива. 1899. № 41.
  12. Роуз К. Король Георг V. М. АСТ: ЛЮКС. 2005.
  13. Чертанов М. Конан Дойл. М. Молодая гвардия. 2008.
  14. Чуковский К. И. Англичане. — Нива. 1915. № № 16, 17.
Основные термины (генерируются автоматически): Конан Дойл, Артур Конан Дойл, сэр Артур Конан, Чарльз Дойл, студент Конан Дойл, войны Конан Дойл, королевы Виктории, итоге Чарльз Дойл, Артур Игнатиус Конан, дальнейшем Дойл, доктор Дойл, образование Артур Конан, общественным деятелем, Военный врач Дойл, возвращении Дойл, веков Артур Конан, степень доктора медицины, суждениям доктора Дойля, королеве Виктории, Будущий сэр Артур.

Обсуждение

Социальные комментарии Cackle
Задать вопрос