Библиографическое описание:

Сухов А. Н. Российская социальная психология: состояние и перспективы [Текст] // Психология в России и за рубежом: материалы II междунар. науч. конф. (г. Санкт-Петербург, ноябрь 2013 г.). — СПб.: Реноме, 2013. — С. 78-84.

Данная статья посвящена теоретическим, методическим и прикладным аспектам отечественной социальной психологии. В ней раскрываются состояние и перспективы ее развития.

Ключевые слова: социально-психологическая теория, методический аспект социальной психологии, праксиология.

Девид Майерс — автор учебного пособия «Социальная психология» (Питер, 1997г.), иначе говоря, известный американский психолог выделяет в качестве самостоятельной американскую, европейскую социальную психологию, а также социальную психологию развивающихся стран.

Вряд ли с такой точкой зрения можно полностью согласиться. В приведенном списке социально-психологических центров не нашлось места для Российской социальной психологии.

С одной стороны, американский социальный психолог прав. Если посмотреть на состояние Российской современной социальной психологии, то ее нельзя назвать самостоятельной в полном объёме. Практически на сегодняшний день она представляет собой результат заимствования американской и европейской социальных психологий. Примеров можно привести предостаточно. В данном случае имеются в виду социально-психологические теории личности, общения, конфликтов, групп и т. д. Сплошь иностранные фамилии.

С другой стороны, с Дэвидом Майерсом нельзя никак согласиться. Напрашивается вывод, что он просто не совсем знаком с историей мировой социальной психологии, в частности, Российской.

Дело в том, что социальная психология как таковая начала развиваться раньше в России, чем в США. Об этом говорят многочисленные факты. В России первые книги по социальной психологии вышли в конце ХIХ века, а в Америке в начале ХХ века. Первоначальный период свидетельствует в пользу именно отечественной социальной психологии. Что касается её дальнейшего развития, то по сравнению с американской социальной психологией, оно носило проигрышный характер в основном в силу политических причин.

Однако писать об истории Российской социальной психологии пока преждевременно.

Многие фамилии, которые преподносятся студентам как символ социальной психологии, на самом деле заслуживают совершенно другой оценки. «Оборотни» бывают не только в погонах, но и с дипломами докторов наук.

Занятие политической проституцией вместо разработки настоящей теории сыграло роковую роль для Российской социальной психологии. Немалое число отечественных социальных психологов были самыми яркими сторонниками марксизма-ленинизма в период существования СССР и клеймили всё то, что было связано с западной социальной психологией (американской и европейской).

С 1991 года ситуация радикально изменилась. Самые рьяные партийные проповедники и идейно убежденные стали сторонниками психоанализа и т. д.

Лишь небольшая часть отечественных психологов как в период СССР, так в период его развала оставались на действительно научных позициях. Именно они в 70-е годы ХХ века разрабатывали проблему конфликтов, хотя им говорили, что их нет. Мало кто знает, что тираж первой советско-польской монографии о конфликтах был полностью уничтожен до выхода в свет. Сейчас пишут о конфликтах кому не лень. Но, увы, данные книги имеют малое отношение к конфликтологии. Игра в ангажемент продолжается.

Западная социальная психология взяла немало ценного из багажа Российской социальной психологии. Там уже давно поняли, что реальными возможностями обладает социальный психоанализ, а не просто психоанализ. Имя Маркса можно часто встретить в работах западных авторов по социальной психологии.

Увы, в Российской социальной психологии всё обстоит наоборот. Считается чуть ли «не за подло» заниматься исследованием реальных социально психологических явлений с позиций настоящей научной теории. Психоанализ тут не помощник. Он уводит в сторону от действительности.

На самом деле надо не продолжать мифологическую практику, а смотреть правде в глаза, вещи называть своими именами.

Прежде, чем обратиться к практике гуманистической психологии, нужно преодолеть дисфункцию социальных институтов, деформацию социальных отношений и общения, личности и групп.

Однако во ФГОСе по социальной психологи в качестве так называемых компетенций, за «разработку» которых выделена и получена немалая сумма, указываются те явления, которые носят виртуальный характер и не согласуются с реалиями.

В силу этого обстоятельства теряют свою ценность те учебные пособия по социальной психологии, в которых отсутствует ложь. Конечно, писать объективно и адекватно о стратификации и конфликтологии не просто. Для этого нужно не только профессиональная компетентность, но и гражданское мужество.

В Росси всегда власть хотела видеть и слышать то, что ей угодно.

Поэтому нужна действительно методологическая основа социальной психологии. Здесь должны быть заложены истинные научные принципы, а не подхалимимаж.

К сожалению, процесс построения адекватной теории социальной психологии в России осложняется многими факторами. Одним из них является методический аспект данной отрасли психологического знания.

Это обстоятельство в значительной степени мутирует социально-психологическую теорию. Как ни странно, сложившаяся ситуация в методической области социальной психологии связаны с компетентностным подходом. Казалось бы, всё верно и правильно. Именно компетентностный подход позволяет определить то, что необходимо специалисту. Раньше так и было. Тогда шла речь о профессионализме, который складывается из профессиональной компетентности и профессионально важных качеств. В свою очередь они вытекают из профессиограммы и психограммы, в которых закладываются обоснованные требования к тому или иному специалисту со стороны практики.

В настоящее время всё вроде бы осталось по-прежнему, продолжается разговор о компетентностном подходе. Правда, вместо профессиональной компетентности и профессионально важных качеств употребляют ставшее чрезвычайно модным понятие, которое звучит как «компетенция».

К сожалению, под «компетенцией» понимается и специальные знания и профессионально важные качества. Такое понимание «компетенции» возникло в результате перевода с английского языка на русский слова «competence». В английском оно действительно означает специальные знания. В русском же языке означает совершенно другое и имеет юридическое значение.

Но суть проблемы даже не в этом. Состоит она в другом — в необоснованности так называемых «компетенций».

Так называемые пресловутые «компетенции» заложены во ФГОСах. Откуда они взялись никто толком не знает. Однако именно они задают затем содержание учебных программ по дисциплинам и, в частности, по социальной психологии. Если бы они вытекали из соответствующих научных теорий, психограмм возражений быть не могло бы. Но они взяты с «потолка». Их содержание вызывает улыбку у профессионалов. Тем не менее матрицы компетенций, взятые от «фонаря» продолжают выполнять свои «ритуальные услуги» по отношению ко всем отечественным отраслям науки, в том числе — и к социальной психологии.

В результате возникает потребность не в создании полноценных учебников, а в учебных пособиях по обслуживанию пресловутых «компетенций». В связи с этим нужны кастрированные учебные пособия для того, чтобы студенты при тестировании могли ответить на вопросы, вытекающие из «компетенций».

Это не методика, а антиметодика; детская игра в пазлы вместо создания психограмм, разработки и усвоении понятий и определений той или иной науки и т. д. Впрочем, дело куда серьёзней. Полуграмотные «компетенции», ФГОСы, тесты и т. д. — это бизнес.

Разумеется, данный псевдонаучный, антиметодический подход, как уже отмечалось, мутирует содержание учебных пособий, в том числе и по социальной психологии. Серьёзные авторы, дорожащие своей научной репутацией, перестают писать учебники для бакалавриата по причине, указанной выше. В качестве примера можно привести вопросы, используемые при тестировании студентов по «Социальной психологии». Здесь имеет место подмена социальной психологии — «Социологией», архаичность содержания вопросов, их некорректная формулировка, ставящая в тупик не только студентов, но и ведущих специалистов в области социальной психологии.

Таким образом, методический аспект социальной психологии не способствует её развитию, мягко говоря, напротив, антиметодика загоняет её в угол и выполняет самую пагубную роль. Этот момент является весомым фактором разрушения не только социальной психологии, но и гуманитарной науки в целом. Если раньше эту функцию выполняла политическая цензура, то теперь эту роль взяли на себя непрофессионализм и определенные идейные установки горе-реформаторов в области образования. Зачистка национальной составляющей социальной психологи (и не только!) относится к разряду не просто ошибок, но и более тяжелых деяний.

Вообще говоря, ситуация, связанная с методическим аспектом «социальной психологии» относится к числу параноидальных. Такой вывод напрашивается сам собой. Доказательством его служит маниякальное упорство реализации квазикомпетенций, которые закладываются во ФГОСы, программы, тесты, учебники и учебные пособия и т. д. Абсурдность данной ситуации очевидна всем кроме «топ-менеджеров» в сфере образования. Тем не менее преподаватели трудятся денно и нощно над созданием ООП в соответствии с картой компетенций. Это отнимает время, силы. Бессмысленность таковых программ ясна и студентам, так как они не несут никакой функциональной нагрузки. Студенты даже не могут ими воспользоваться на экзаменах в качестве подсказки.

«Мартышкин труд», работа на корзину уводит в сторону от содержательной стороны вопроса: написания учебников, учебных пособий и прочее… Вместо всего этого нескончаемый бумажный вал, который на руку тем, кто не может проявить себя иначе.

В результате торжествует бездарность, рядящаяся в одежде псевдо-учёности. В таких случаях народная мудрость гласит «Слышали звон, да не знают, где он».

Отказ от всего национального, слепое копирование, впрочем, не просто слепое, а глупое копирование не может не закончиться крахом.

Итак, ясно: то, что происходит в методическом плане с «Социальной психологией» не иначе, как глумлением назвать нельзя. Фетишизировать, говорить серьёзно об изначальной глупости в виде карт компетенций, никак и ничем не обоснованных (откуда, что взялось — неизвестно), значит, совершать ошибку. Все эти пресловутые компетенции- нонсенс, абсурд. Речь идет не о глоссарии, терминах, дефинициях, понятиях, которые всегда составляли основу классических программ и учебников, а о виртуальных компетенциях, количественно ограниченных и в содержательном плане представляющих загадку и ребус.

Впрочем, аналогичным образом дела обстоят и в других социально-гуманитарных отраслях науки и учебных дисциплинах.

Однако самым мощным фактором, негативно влияющим на состояние «Социальной психологии», является практика её применения, то есть прикладной аспект. В свою очередь она зависит от востребованности со стороны государства, экономики и общества.

Если в США самым многочисленным отрядом психологов являются социальные психологи, то в России наблюдается другая картина. Здесь вместо профессиональных социальных психологов популярностью пользуются прихвостни из числа так называемых экспертов, «говорящие головы», массовики-затейники, именующие себя технологами. Они практически не сходят с экранов ТВ. Данные специалисты в кавычках являются авторами «формирующей», а не реальной социальной психологии. Из под их «пера» выходят нескончаемые сериалы опереточных постановок, дешевых спектаклей и т. д. Все это сейчас называется пиаром, но на самом деле является «игрой в дурака» (В. Костиков). Вместо реальной статистики — фэнтази; вместо доктрин, идеологии, стратегии, сценариев — рекламные ролики, хлесткие фразы, игры в дурака с публикой.

Дискредитируют социальную психологию также мошенники всех мастей и рангов: астрологи, экстрасенсы, представители магии и т. д. Они пользуются спросом. Не обделены вниманием представители и других экзотических технологий и техник, в том числе имиджеологи по символическим акциям.

Что же касается профессионалов в области «Социальной психологии», то они остаются в тени.

Если на западе и прежде всего в США, как уже отмечалось, социальные психологи являются чрезвычайно востребованными (они работают на правительство, консалтинговых фирмах и т. п.), то в России обходятся без них: при проведении переговоров, разрешении социальных конфликтов. Этот список можно продолжать до бесконечности. В лучшем случае они работают в сфере бизнеса, банковских структурах, бюджетных учреждениях. Их заменяют те, кто является специалистом по «дымовой завесе», социальной канализации, устройству зонтиков и ширм для банкротящихся партий, грязных предвыборных технологий.

Конечно, чтобы исправить ситуацию, усилий со стороны социальных психологов недостаточно. Нужен заказ со стороны государства, экономики и общества.

Тем не менее социальные психологи не должны снимать с себя ответственность за сложившееся положение дел. В связи с этим они должны чётко разработать теоретические основы праксиологии. В учебных пособиях по «Социальной психологии» необходимо предусматривать и раскрывать как теоретические, так и прикладные её аспекты.

Таким образом, анализ показывает, что Российская социальная психология практически находится в кризисном состоянии. Но в этом виноваты не только отечественные социальные психологи. Практически вся Российская социально- гуманитарная наука оказалась в аналогичном положении. Отчасти «гуманитарии» виноваты сами. Так, социология фактически отстранилась от исследования своего предмета — общества и занимается прикладными аспектами, вторгаясь в компетенцию социальной психологии. Это свидетельствует об отсутствии не столько научной, сколько гражданской позиции. За это, т. е. мифотворчество отечественная социально-гуманитарная наука расплачивалась дорогой ценой — своей гибелью и торможением в развитии.

В заключение следует подчеркнуть: в условиях разрушения отечественной социально-гуманитарной науки социальная психология должна показать пример служению национальным интересам. Только это обстоятельство позволяет опровергнуть мнение Д. Майерса о том, что Российской социальной психологии нет. Она была, есть и будет.

Литература:

1.                 Социальная психология. Под ред. А. Н. Сухова. 7-е изд. М., 2011.

2.                 Сухов А. Н. Социальная психология. 10-е изд. М., 2013.

3.                 Сухов А. Н. Социальная психология преступности М., 2007.

4.                 Сухов А. Н. Историко-психологический анализ реформирования и модернизации России. М., 2011.

5.                 Сухов А. Н. Основы психосоциальной работы с населением. М. 2013.

Обсуждение

Социальные комментарии Cackle