Библиографическое описание:

Ильина О. А. Понятие греха в поэзии Анны Брэдстрит // Молодой ученый. — 2012. — №5. — С. 281-283.

В колониальной литературе Северной Америки мотив греха можно проследить не только в дневниковых записях У. Брэдфорда [5], но и в жанре поэзии. В то время поэтические творения были не так многочисленны. Пуритане не признавали любовную лирику или игру в театре: “While the Puritans usually rejected the love lyric and the theatre, they respected and admired other forms of writing, including poetry” [9, с. 106], но искренне восхищались поэзией. Среди первых поэтов – колонистов, прежде всего необходимо упомянуть Анну Брэдстрит, Майкла Уиглсворта, а также Эдварда Тейлора (ставшего известным лишь в XXв). Все они были представителями метафизической поэзии, написанной под влиянием господствовавшего в то время религиозно-философского учения – пуританизм. Все авторы XVII в. воспринимали мир через одни и те же концептуальные категории, а также осмысливали его в уже сложившейся в обществе «картине мира».

Первый написанный на североамериканском континенте сборник стихов был также и первой в истории американской литературы книгой, написанной женщиной – Анной Брэдстрит. Печатное издание ее работ вышло в Англии вследствие отсутствия печатного оборудования в колониях в начале их развития. Анна Брэдстрит была дочерью управляющего графа, она родилась и получила образование в Англии. Ее семья эмигрировала в Америку, когда Анне Брэдстрит было 18 лет. Впоследствии ее муж стал губернатором колонии в бухте Массачусетс, со временем превратившейся в большой город – Бостон.

Будучи истинной пуританкой А. Брэдстрит более всего ценила принадлежащие ее перу пространные религиозные поэмы на общепринятые в то время сюжеты. Вдохновение она черпала в стихах английских поэтов-метафизиков, таких как Джон Донн (John Donne), Джордж Герберт (George Herbert), Эндрю Марвелл (Andrew Marvell) “In short, she was a pupil of the fantastic school of English poetry – the poetry of the later euphuists” [8, с. 282].

Анна Брэдстрит писала стихи не для широкой аудитории. Они не предназначались для чужих глаз. Все произведения поэтессы представляют небольшие зарисовки ее жизни: “They consist of a brief sketch of her own life, called “Religeous Experiences,” and of a series of aphorisms bearing the title “Medirarions Divine and Moral”” [8, с. 280], воспринимаемые ею как личную исповедь. Автор создавала хронику текущего, способную послужить назиданием потомкам. По мнению поэтессы, созерцание и постижение истории должны были обогащать современников нравственными ценностями.

Американский ученый М. К. Тайлер (Moses Coit Tyler August 2, 1835 - December 28, 1900) еще более ста лет тому назад отметил, что большая часть ее произведений представляется не поэзией, а рифмованной теологией, историей, политикой и физикой. И, тем не менее, он, одновременно утверждая, что все-таки в ее произведениях можно найти строки, доказывающие, что она действительно обладала поэтическим даром: It was, however, as a poet only, that Anne Bradstreet was known in literature to her contemporaries. Our expectations of finding high poetic merit in her works, are not increased by ascertaining the lines of culture through which she trained herself for calling as poet” [8, с. 281].

Произведение, представляющее для нас наибольший интерес – стихотворение «Плоть и Душа» (The Flesh and the Spirit), написанное в 1678 г. В стихотворении идет борьба между двумя сестрами, которые никогда не могут быть отлучены друг от друга. Споры двух сестер идут на тему об идеальных ценностях жизни и о том, что важно для человека. В данном произведении А. Брэдстрит пересказывает библейские тексты и концепции, чтобы пролить свет на богословские истины.

Поэма написана образным языком, богата метафорами и языком образности, с помощью которых А. Брэдстрит стремится сравнить спиритуализм и материализм, передаваемые различными голосами, принадлежащими разным личностям. Плоть предстает перед читателем как некая осязаемая вещь, символизирующая все материальные земные предметы, такие как «бриллианты, жемчуг и золото»: “My Crown not Diamonds, Pearls, and gold, But such as Angels' heads infold” [4, с. 572]. Все они ценны, и в отличие от Души, которая нематериальна и представляет собой неясный объект, символизирующий некуцю «сокровенную манну»: “The hidden Mannea I do eat;” [4, с. 572], являющуюся бесценной. Получается что для Плоти важно удовлетворение собственных потребностей, в то время как Душа находит удовлетворение в размышлениях о вечных ценностях. С точки зрения поэтессы, немногие люди имеют душу. Однако плоть есть у всех людей.

Иногда следовать за мыслями автора стихотворения не так просто, но читателю необходимо внимательно следить за изменением персон, участвующих в разговоре. Так, например первый участник – это рассказчик, вероятно прохожий, который стал свидетелем беседы между двумя сестрами (Плотью и Душой). Это составляет первую часть стихотворения (строки 2-9), следующая часть (строки 10-37) представлена от имени Плоти, а последующая часть (строки 38-109) уже является непосредственно словами, принадлежащими Душе.

В диалоге между «Плотью и Душой» А. Брэдстрит описывает терзания и соблазны, которым подвергается Плоть, олицетворяющая человека:

Dost honour like? acquire the same,

As some to their immortal fame:

And trophyes to thy name erect

Which wearing time shall ne're deject [3, с. 381].

В данных строках ярко выражены метания личности. Душа, в свою очередь, отвергает все соблазны. Она, говоря о том, что ей ненавистны греховные удовольствия, и что ни одно богатство мира не может послужить соблазном. Душа уверена, что амбиции не должны взять над ней верх, а наивысшей наградой может стать лишь победа над искушениями:

Thy sinfull pleasures I doe hate,

Thy riches are to me no bait,

Thine honours doe, nor will I love;

For my ambition lyes above.

My greatest honour it shall be

When I am victor over thee. [3, с. 382]

Из данного отрывка становится понятно, что Душа ведет себя в соответствии с пуританскими взглядами на земные дела и осуждает все неодухотворенное. Плоть же, в свою очередь, пытается уцепиться за осязаемое и предстает перед читателем существом, которому присущи все человеческие слабости.

В центре данной поэмы лежит извечная проблема – борьба между добром и злом. Душа говорит своей сестре, отсутствие света не помешает истинному свету добра проблескивать на поверхность: “No candle there, nor yet torchlight / For there shall be no darksome night[4, с. 573], тем самым показывая, что там, где живет Душа, Божественный свет уже сияет. Если Плоть является злой, то Душа должна быть чистой. Данные идеи вносят баланс между добром и злом, сосуществованием этих двух понятий, и их зависимостью друг от друга (одна не может существовать без другой). В некотором смысле, этот баланс походит на некие качели в движении, потому что любой сигнал с одной стороны передает сигнал на другую сторону. Несмотря на то, что Душа должна быть негреховной, у нее иногда прорывается снисходительный тон, когда она говорит о своей чистоте, что делает ее надменной и слишком гордой, а это уже является грехом. Плоть, в свою очередь, выступает как нечто греховное, однако и в ее существовании есть противоречия подобные противоречиям, терзающим Душу.

Исторически, данное стихотворение написано в соответствии с догматами пуританской веры. Люди, как предполагается изначально, не должны попадать под влияние мирских соблазнов, чтобы попасть в лучший мир.

Обе героини поэмы и Душа и Плоть изображаются греховными. Поэтесса сама подчеркивает, что выставляя Плоть приверженницей богатства, Душа расхваливает ценность своей веры, тем самым подвергаясь греху. Душа утверждает, что в мире греховных помыслов не должно быть грязи:“This city pure is not for thee / For things unclean there shall not be” [4, с. 573]. Таким образом, Душа, порицая Плоть, одновременно и хвалит, и превозносит себя. Душа видит себя как чистейшую и достойнейшую из всех избранных Богом для жизни с ним вечно.

Цель поэмы не в нравоучении, а в выражении личных чувств, испытываемых поэтессой. А. Брэдстрит чувствовала, что ее любовь к приятным вещам жизни не совсем укладывалась в рамки пуританизма. Ее терзали религиозные сомнения, которые и выражены в поэме. В произведении Плоть подобна искусителю, который предлагает Душе богатство, славу и земные удовольствия. Душа, в свою очередь, подобна Иисусу Христу, отказывающемуся от искушений и сосредотачиваясь на духовных ценностях.

Подобно многим пуританским текстам данное произведение описывает внутреннюю психологическую борьбу людей между их убеждениями и жизненными соблазнами. В поэме конфликт разворачивается между греховной половиной человека и стремящейся к совершенству половиной. Не поддаться своим греховным помыслам. Поэтому пуритане на протяжении всей своей жизни вели внутреннюю борьбу с собой.

Все эти идеи противоречат друг другу, поскольку они предполагают огромную гордость, свойственную пуританской душе. Нам кажется, что люди должны найти баланс между материализмом и спиритизмом, потому что не может существовать только одно или другое восприятие мира, так как это было бы неполноценным представлением мира. Без мирских искушений человек не смог бы осознать высокую степень божественного начала или узнать, как избежать от искушений. Необходимо отметить, что поэзия А. Брэдстрит сосредоточена на центральной проблеме пуританизма, как жить в мире и не превратиться в абсолютно, неодухотворенного мирского человека: At its best, Anne Bradstreets poetry dramatizes what was perhaps the central Puritan problem: how to live in the world without becoming worldly [9, с. 108]. Из поэмы А. Брэдстрит видно, что несмотря на доктрины пуританизма, которые пытались сделать людей негреховными, ни Душа, ни Плоть не могут быть абсолютно чистыми, т. к. даже одухотворенная Душа подвержена греховным порокам.

Можно заключить, что подобно Брэдфорду А. Брэдстрит пишет о невозможности жизни без греха и люди проводят жизнь в вечной борьбе греховного и негреховного начала.


Литература:
  1. Истоки и формирование американской национальной литературы XVII-XVIII веков. – М.: Наука, 1985. – 383 с.

  2. История литературы США в 9 т. Т.1 / Ред. кол.: М.М. Коренева, А.Ф. Кофман, Н.С. Павлова. – М.: Наследие, 1997. – 829 с.

  3. Anne Bradstreet: Dogmatist and Rebel Author(s): Ann Stanford Source: The New England Quarterly, Vol. 39, No. 3 (Sep., 1966), pp. 373-389 Published by: The New England Quarterly, Inc. Stable URL: http://www.jstor.org/stable/363962

  4. The Puritans ed. by P. Miller and Th. H. Johnson. – New York, Cincinnati, Chicago, 1938. – 846 p.

  5. William Bradford. Of Plymouth Plantation 1620-1647. – New York, 1981. – 385 p.

  6. Эмблематический образ странствия в метафизической поэзии XVII века. http://17v-euro-lit.niv.ru/17v-euro-lit/articles/angliya/polovinkina-emblematicheskij-obraz-stranstviya.htm

  7. http://www.jstor.org/pss/40059289

  8. A History of American Literature I 1607-1676. Ed. By Moses Coit Tyler. – New York, 1879. – 292 p.

  9. Puritanism in America 1620-1750. Everett Emerson. – Massachusetts. – 180 p.

  10. Confession, Exploration and Comfort In Anne Bradstreet's "Upon the Burning of Our House July 10th, 1666" by Rebecca Howe-Pinsker. http://itech.fgcu.edu/&/issues/vol1/issue1/bradstreet.htm

Обсуждение

Социальные комментарии Cackle