Автор: Иванова Татьяна Николаевна

Рубрика: Спецвыпуск

Опубликовано в Молодой учёный №6 (110) март-2 2016 г.

Дата публикации: 26.03.2016

Статья просмотрена: 60 раз

Библиографическое описание:

Иванова Т. Н. Поэма С. Есенина «Анна Снегина» сквозь призму экзистенциализма и психоанализа // Молодой ученый. — 2016. — №6.4. — С. 14-17.



В последние десятилетия интенсивно развивается практика изучения творчества С. Есенина посредством расширения его историко-культурного контекста и обнаружения разнообразной системы архетипических, ритуально-мифологических, хронотопных, диалогических и других художественных «кодов».

С. А. Есенин остро чувствовал появление новых составляющих человеческого бытия, которые со временем, составили основные положения экзистенциальной философии и литературы XX века, а именно: ощущение утраты миром веры в Бога; отчуждение человека от общества и от самого себя; опасность тотальной «стандартизации» личности, способной свести к нулю уникальность каждого отдельного человека.

Экзистенциальная проблематика есенинского творчества в первую очередь связана с определением кризисного сознания современного человека, переживающего утрату традиционных ценностей: связи с предками; единства с миром, людьми, природой; отрыв от православной веры и т. д. Духовный разрыв между исконно близкой человеку почвенной стихией и новой реальностью, проникнутой духом урбанизации, во многом определяет трагические экзистенциальные мотивы мироощущения и творчества поэта.

С. Есенин чувствовал себя «чужим», «посторонним», «лишним» в своём отечестве, подобно героям А. Камю, Ж.-П. Сартра, и других зарубежных писателей-экзистенциалистов: «Нет любви ни к деревне, ни к городу…» («Не ругайтесь! Такое дело…»), «Грустно стою я, как странник гонимый, Старый хозяин своей избы…» («Синий туман. Снеговое раздолье»), «Язык сограждан стал мне как чужой, В своей стране я словно иностранец» («Русь Советская») [5, с. 56, 84, 112].

Поэма «Анна Снегина» занимает особое место в творчестве С. Есенина. По свидетельству жены поэта С. А. Есениной-Толстой,««Анна Снегина» в значительной степени автобиографична. В ней отразились некоторые моменты из личной биографии поэта, и революционные события в Петрограде, и в деревне, очевидцем и участником которых был сам Есенин» [5, с. 451]. Подтверждение этому факту мы можем найти и в самом тексте произведения. Герой поэмы, как и её автор, носит имя Сергей, совпадают также и другие детали: «поэт», «блондин… с кудрявыми волосами», герой читает Анне «стихи про кабацкую Русь» [5, с. 168, 173]. В поэме Есенин отразил и судьбу народа в условиях революции и собственные переживания по поводу происходящего в России. В произведении воссоздается, по сути, абсолютно экзистенциальный ракурс восприятия — через противоречия частной судьбы, индивидуального сознания героя, за которым скрыта трагедия целого народа.

Мотивы «отвержения цивилизации», поиска «изначальной человечности характерны для многих экзистенциальных произведений. Эти тенденции нашли отражение и в духовно-творческих исканиях С. Есенина: в одной из центральных тем лирики поэта — теме «ухода и возвращения». Как отметил русский литературный критик Г. Адамович, данная тема проистекает из библейских мифологических сюжетов о потерянном рае и возвращении блудного сына. Однако можно заметить сходство этой темы и с идеей Гегеля о «развитии как обогащении духа через добровольный уход от себя в чужую стихию и возвращение с победой» [1, с. 96]. Экзистенциальная философия позиционирует «уход» как «необходимый момент развития»: только оставив родной дом, испытав необходимые трудности, можно укрепить собственный дух, по-настоящему обрести себя. Другими словами, развитие — это возвращение к истокам, соединение с собой через добровольную разлуку, временную утрату [9, с. 164].

Замысел поэмы «Анна Снегина» вероятнее всего сложился у Есенина после поездок в родное село Константиново в 1924 г. По свидетельству А. К. Воронского, вернувшись в Москву, Есенин некоторое время ходил задумчивый и как будто потерявший что-то в родимых краях: «Все новое и непохожее. Все очень странно» [5, с. 441]. Работать над поэмой Есенин начал вдали от родины, на Кавказе. О своем творческом подъеме в эти дни Г. Есенин писал А. Бениславской (письмо от 17 дек. 1924 г.): «Работается и пишется мне дьявольски хорошо. <…> Я слишком ушел в себя и ничего не знаю, что я написал вчера и что напишу завтра. Только одно во мне сейчас живет. Я чувствую себя просветленным, не надо мне этой глупой шумливой славы, не надо построчного успеха. Я понял, что такое поэзия. ‹...›. Так много и легко пишется в жизни очень редко» [5, с. 453].

В самом произведении мотив испытания духа через разлуку с родными местами отражен в финале поэмы — в лондонском письме Анны: «Так часто мне снится ограда, Калитка и ваши слова. Теперь я от вас далеко... Я часто хожу на пристань И, то ли на радость, то ль в страх, Гляжу средь судов все пристальней На красный советский флаг. Теперь там достигли силы. Дорога моя ясна... Но вы мне по-прежнему милы, Как родина и как весна» [5, с.186–187].

Однако, есенинский «уход» связан с попыткой преодоления возникшего «отчуждения», с поиском возможностей примирения с собой и миром, с обогащением личности в духовном плане и последующим возвращением к исходным рубежам [12, с. 100].

Лирический герой поэзии Есенина находится во внутреннем конфликте с существующей реальностью. В этом его сходство с героями экзистенциального типа, для которого характерно «стихийное изумление человека, свидетеля, случайно… заброшенного в «готовый» современный мир» [10, с. 79]. Человек обнаруживает своё внутреннее несоответствие современной цивилизации. Лирический герой Есенина в поэме «Анна Снегина» обнаруживает в себе черты, созвучные данной философии: «Я понял, что я — игрушка, В тылу же купцы да знать, И, твердо простившись с пушками, Решил лишь в стихах воевать» [5, с. 161].

Опасность, угрожающую основам сознания человека, Есенин выразил в своем творчестве достаточно полно именно потому, что в глубине души он всегда оставался человеком и художником слова, сохраняющим прочные связи с национальной духовной традицией [13, с. 68].

Таким образом, творчество С. Есенина в целом и поэма «Анна Снегина» в частности, созвучны идеям европейских экзистенциалистов. Однако помимо этого проблематика произведений Есенина созвучна с философией русских экзистенциалистов — Л. Франка, Л. Шестова, Н. Бердяева и других. Своеобразие русского экзистенциализма заключается в его ориентации в первую очередь на этическую сторону бытия. «Экзистенциализм русской литературы, прежде всего, связан с проблемами вины и совести», восходящими к «христианской традиции» [3, с. 94]. Тема вины и совести является неотъемлемой частью есенинского творчества. Н. Оцуп называл совесть «музой Есенина» [8].

В творчестве С. Есенина экзистенциальные мотивы знаменуют особый способ мировосприятия, заключающийся в способности поэта раскрывать общечеловеческие духовные понятия через индивидуальное сознание героя.

В «Анне Снегиной» на примере жизни одного человека показана история всей страны. Судьба деревень Радово и Криуши — это иллюстрация духовно-нравственной и социальной ситуации в России. Царящее в них бунтарство ставит героев в особую, «пограничную ситуацию», заставляет их проявить все присущие им качества. Возница, Сергей, мельник, старуха, Анна, Прон, Лабутя, — каждый из них по-разному представляет будущее России и показывает себя в экстремальных обстоятельствах. Поэма построена на нравственной антитезе: добро — зло, свой — чужой, самой значимой характеристикой героя становится его принадлежность к определенному кругу: «Ты — свойский, мужицкий, наш» [5, с. 170]. Все люди и события воспринимаются по отношению к понятию «Родина». Основным для творческого метода С. Есенина является чувство Родины, определившее и особенности сюжета и жанра поэмы «Анна Снегина». По этой причине и главная героиня — Анна, уехавшая в Лондон, но по духу всё же оставшаяся русской, намного ближе и роднее автору, чем, например, Лабутя, давно утративший связь со своими корнями.

Поэма имеет устно-разговорный характер, что мы можем почувствовать с самого начала повествования. Во всех главах поэмы представлена диалогическая и монологическая речь (рассказ возницы, монолог автора-повествователя, диалоги лирического героя с мельником, старухой, Анной, Проном и другими). Такая форма позволяет не только поведать о происходящем, но узнать об авторской характеристике персонажей. Ёмко и четко характеризует повествователь Лабутю: «При всякой опасной минуте Хвальбишка и дьявольский трус» [5, с. 179]. Не случайно Лабутя не имеет в поэме рассказа от своего лица. По мысли С. Есенина, герой, чуждый народной правде, не способен на акт словотворчества. То, что предложено читателю в качестве монологов Лабути — пьяные россказни негодяя и лгуна. Автор отмечает, также, распространенность слухов, толков, пересудов: «На корточках ползали слухи, Судили, решали, шепча. И я от моей старухи Достаточно их получал…» [5, с.171]…

Ситуация многоголосного, неслаженного хора формирует картину мира в поэме. Герои выражают свои взгляды и жизненные идеалы, каждый в своём рассказе. С помощью цепи диалогов-рассказов создается цельность поэмы и возникает диалог сознаний.

Отличительная черта С. Есенина — отсутствие экзистенциального скептицизма по поводу высшего смысла бытия. Возможно, поэтому, несмотря на нотки сомнений, тоски и душевной усталости в поэзии Есенина, в ней присутствует также пафос светлой веры и любви к жизни. Справедлива, на наш взгляд, точка зрения В. Хазана: «Есенин по характеру своего дарования, по цельности мирочувствования и творческого мышления вовсе не пессимистический поэт, склонный к угрюмой мизантропии…». Но вместе с тем «его одолевала тяга познать мир в «минуты роковые» трагических конфликтов и противоречий. Мотивы блужданий, утраты перспективы и цели столь же органичны для есенинской концепции пути, как и процесс оптимистического обретения веры в правильность избранной жизненной дороги» [14, с. 71].

А. Лагуновский исследовал экзистенциальную проблематику произведений Есенина, а также предпринял попытку применить к его творчеству методологию фрейдистского психоанализа. Однако стремление обнаружить в создании «культа родины», проявление у поэта своеобразного Эдипового комплекса, «не только духовное, возвышенное, но и плотское, телесное чувство к родине-матери» [7, с. 38], искажает естественный характер взаимосвязи природы и человека, выраженный во всем творчестве Есенина. Идея связи человека и природы, стоящая в центре «органической философии» Есенина проистекает из древнейшей мифологической традиции, а вовсе не из аномальных явлений подсознательного характера. К применению психоанализа в сфере искусства следует относиться с осторожностью. Об этом отечественные философы писали ещё в 20-е годы XX века. В статье И. Григорьева «Психоанализ как метод исследования художественной литературы» автор отметил: «Если наперед быть уверенным, что всякое литературное произведение лишь сублимация Эдипова комплекса, то при беспредельной гибкости этого построения, которое легко повернуть и вывернуть как угодно, можно без всяких усилий в любом произведении в два приема обнаружить наличие Эдипова комплекса. Вместе с тем литературное исследование должно будет прекратиться» [4, с. 151]. Однако, уже имеется положительный опыт применения психоанализа, в частности, «теории архетипов» К. Юнга и концепции «коллективного бессознательного» к интерпретации произведений С. Есенина [2, с. 383].

В художественном отношении творчество Есенина в целом является сложным синкретическим мегатекстом, в котором сосуществуют на уровне архетипов и образов разные мифоязыческие, мифохристианские тенденции.

Интерпретация есенинского творчества в свете разнообразных научных подходов предполагает использование в исследовательской практике и таких методов анализа, как психоаналитический и экзистенциальный. Ранее эти методы практиковались преимущественно западными исследователями и отвергались отечественной филологической наукой. Надо полагать, что на современном этапе ее развития их применение вполне обоснованно в пределах присущих им возможностей.

Литература:

  1. Адамович Г. Сергей Есенин (к 10-летию со дня смерти) // Русское зарубежье о Есенине: Воспоминания, эссе, очерки, рецензии, статьи: В 2 т. / Сост., вступ. ст. и коммент. Н. И. Шубниковой-Гусевой. М., 1993. Т. 1. 435с.
  2. Верещагин О. А. Феноменология «телесности» и современные практики философской рефлексии // Мир науки, культуры, образования. 2014. № 4(47). С. 383–385.
  3. Воронова О. Е. Мировое есениноведение: современные аспекты интерпретации творчества С. Есенина// Филологические науки. 1992. № 2. С. 81–94.
  4. Григорьев И. Психоанализ как метод исследования художественной литературы // Психоаналитический вестник, № 10, М., 2002, с.150–151.
  5. Есенин С.А. Стихотворения и поэмы/ Б-ка поэта. Малая серия, Л., 1990. – 720 с.
  6. Кирьянов С. Н. Поэма «Черный человек» в контексте творчества С. А. Есенина и национальной культуры/ Министерство общего и профессионального образования РФ Тверской государственный университет (Учебное пособие)Тверь, 1999, – 112 с.
  7. Лагуновский А. М. Художественная концепция действительности в творчестве С. А. Есенина (категория отчуждения: Минск, 1993. — 83 с.
  8. Оцуп Н. Сергей Есенин // Русское зарубежье о Есенине Т. 1. 6. Бердяев Н. А. Самопознание: Опыт философской автобиографии. Париж: Ymca-Press, 1983, — 572 с.
  9. Пяткин С. Н. Пушкинская традиция в поэме С. А. Есенина «Анна Снегина» // Русская литература. 2007. № 2. С. 157–173.
  10. Тавризян Г. М. «Изумленный свидетель» (еще раз об экзистенциалистской этике) // Философия марксизма и экзистенциализм: Сб. ст. / Под ред. И. С. Нарского, Т. И. Ойзермана. М., 1971. С. 53–89.
  11. Трофимов А. За строками «Анны Снегиной» // газ. «Сов.культура». — М., 1980. — Вып. 21 окт.. — № 85. — с. 59–68
  12. Фандо Р. А., Валеева Е. В. Формирование личности на стыке ее художественно-антропологических и биологических свойств // Вопросы культурологи. 2014. № 3. — С. 98- 102.
  13. Фортунатова В. А., Фортунатов Н. М. Текст и текстология в пространстве русской классической литературы// Вопросы развития филологии и литературы в России и мире. Современная литература и культурные традицииМатериалы II Всероссийской научной Интернет-конференции с международным участием. Сервис виртуальных конференций PaxGrid; ИП Синяев Д. Н.. — Казань, 2014. — С. 65–70.
  14. Хазан В. И. Проблемы поэтики С. А. Есенина. М.; Грозный, 1989, — 276 с.
Основные термины (генерируются автоматически): «Анна Снегина», Есенина «Анна Снегина», поэмы «Анна Снегина», есенинского творчества, произведений Есенина, поэзии Есенина, метод исследования художественной, Сергей Есенин, Лирический герой Есенина, Поэма «Анна Снегина», герой поэзии Есенина, проблематика произведений Есенина, Есенина экзистенциальные мотивы, поэме «Анна Снегина», «Анна Снегина» сквозь, «Анна Снегина» вероятнее, Русское зарубежье, проблематику произведений Есенина, «органической философии» Есенина, проблематика есенинского творчества.

Обсуждение

Социальные комментарии Cackle
Задать вопрос