Библиографическое описание:

Хоречко У. В. Игровая метафора в научном историческом дискурсе (на материале «Полного курса лекций по русской истории» С.Ф. Платонова») // Молодой ученый. — 2011. — №7. Т.1. — С. 161-164.

Данное исследование выполнено в русле когнитивной лингвистики. Одной из основных задач современной когнитивной лингвистики как науки является анализ когнитивных процессов, лежащих в основе формирования языковых единиц разных уровней. Исследования данного направления развивают идею о том, что между когнитивными и языковыми структурами существует взаимная зависимость, при этом языковая форма не только является отражением когнитивных механизмов, но и принимает активное участие в их организации.

В ряду языковых форм репрезентаций когнитивных процессов значительное место занимает метафора. С точки зрения когнитивной лингвистики, метафора рассматривается как способ познания и представления о мире (Дж. Лакофф, М. Джонсон, Н.Д. Арутюнова, Ю.Н. Караулов и др.). Человек мыслит и действует в соответствии со схемами (метафорическими моделями), заложенными в его сознании. Метафорические модели, репрезентирующие одну ситуацию, объединены одной базовой языковой метафорой.

Основываясь на утверждении о том, что анализ речевого поведения осуществляется на основе мотивов и целей отдельно взятого индивида, полагаем, что выявить его речевые стратегии можно только, анализируя язык на уровне дискурса. В настоящее время метафора рассматривается как «средство научного познания», однако исследований, посвященных изучению присутствия метафоры в научном историческом дискурсе, мы практически не наблюдаем.

На сегодняшний день изучение исторической науки происходит в неразрывной связи с изучением личностных качеств и стиля письма ученого-историка. В связи с чем, обращение к метафоре как лингвокогнитивному механизму интерпретации действительности может рассматриваться как ключ к пониманию особенностей авторской интерпретации объекта научного познания.

В статье характеризуется игровая метафора в научном историческом дискурсе. Материалом для анализа послужил текст профессора С.Ф. Платонова «Полный курс лекций по русской истории» [2].

Феномен игры как основа метафорической интерпретации различных сфер жизни представлен во всех видах дискурсах. В одной из своих работ З.И. Резанова, рассматривая ключевые метафорические модели игры, доказывает наличие данной метафорической модели в науке [3]. Связано это, в первую очередь, с тем, что метафора игры является одной из древнейших культурных метафор, которая легла в основу понимания мира. Н.А. Мишанкина отмечает, что «в фокус метафоризации попадают различные аспекты, связанные с неоднозначной интерпретацией феномена игры. В самом общем виде игра понимается как действие, осуществляемое несколькими участниками и продолжающееся во времени, состав участников не обязательно является постоянным, некоторые из них могут присоединиться к уже идущему процессу» [1, с. 170].

В тексте «Полного курса лекций по русской истории» С.Ф. Платонов обращается к метафорическому образу игры при описании тайных действий государственных деятелей России [2]. Эти действия могут быть направлены на достижение цели как внутри государства, так и за его пределами. В фокус метафоризации попадает, в первую очередь, само понятие игры: «Еще в 1694 г., во время «Кожуховского похода», австрийский дипломатический агент доносил из Москвы цесарю, что Петр готовится к войне с Турцией. Но сам Петр писал в своих письмах, что у него под Кожуховом «ничего более, кроме игры, на уме не было» [2, с. 331]. В приведенном примере под игрой понимается отношение Петра к военным действиям, одним из участников которых является Россия. Прямое значение существительного игра – «действие по глаголу играть - забавляться, развлекаться» [4]. На основе актуализации концептуальных смыслов игры метафорически характеризуются и оцениваются не только характер исторических процессов, событий, но субъектов истории, что становится возможным на основе актуализации стереотипных знаний о типичных ролях игроков, их поведении в игровой деятельности. Позиция руководителя государства чаще всего интерпретируется на основе привлечения образа игрока, который сам задает правила игры, являясь ее организатором: «Теперь ей (Екатерине) приходилось вести игру уже без союзников и помощников, но она продолжала ее вести еще с большей энергией. Если бы Елизавета не умерла так неожиданно скоро, то, вероятно, Петру III не пришлось бы вступить на престол, ибо заговор уже существовал и за Екатериной стояла уж очень сильная партия» [2, с. 449]. Здесь под игрой понимается «преднамеренный ряд действий, преследующий определенную цель; интриги, тайные замыслы» [4]. Екатерина ведет игру, т.е. руководит людьми, выполняющими ее приказы, ради достижения собственной выгоды. Прямое значение глагола вести - «идя вместе, направлять движение, помогать идти» [4]; переносное значение – «направлять деятельность кого-, чего-л., управлять, руководить» [4].

Наряду с образом игры и с образом субъекта, вовлеченным в процесс игры, из мотивирующего фрейма в качестве сферы-источника метафорической интерпретации исторических деятелей С.Ф. Платоновым привлекается образ игрушки. Метафора «игрушка» задает доминантную модель интерпретации пассивного положения человека в историческом процессе. Чаще всего в качестве игрушки автор интерпретирует группу лиц, беспрекословно подчиняющихся своему руководству, будь то государственный орган или сам царь: «Грозный, «божьими людьми играя», разделением своей земли сам «прообразовал розгласие» ее, т.е. смуту» [2, с. 331]. Глагол играть применяется в данном контексте в следующем значении – «обращаться с каким-либо предметом как с игрушкой: бесцельно вертеть, перебирать, двигать» [4]. Прямое значение существительного игрушка – «вещь, служащая детям для игры», переносное значение – «послушное орудие чужой воли; то, чем распоряжаются по своей прихоти или произволу» [4]. Метафорическая модель «подданные – игрушка» помогает в полной мере представить существующую бесконтрольность поступков царя, а также полную зависимость и подчиненность ему со стороны приближенных. Ту же зависимость мы можем наблюдать в отношениях народного собрания и его руководства: «В XV в. управление фактически перешло в руки немногих бояр, вече превратилось в игрушку немногих боярских фамилий…» [2, с. 74]; «…собор (состав собора) 1598 г. был подтасован Борисом и потому представлял из себя игрушку в руках опытного лицемера» [2, с. 138]. В данном примере полная власть царя и контроль над составом собора переданы также посредством метафоры «быть в руках» - «находиться в зависимости от кого-л.; в распоряжении кого-л.; под чьей-л. властью» [4]. Благодаря использованию этой метафоры, образ собрания представлен в виде материального объекта, управлять которым не составляет труда.

Вариантом реализации базовой метафорической модели «историческое развитие – игра» в тексте С.Ф. Платонова явилась метафорическая модель «историческое развитие – театр». Обе метафорические модели являются реализациями игровой метафоры. Прямое значение существительного театр – «род искусства, художественное отражение жизни посредством драматического действия, осуществляемого актерами перед зрителями» [4].

Сравнение жизни с театром широко распространено во всех видах дискурса. Исторический дискурс (в частности анализируемый текст) не стал тому исключением. Театральность любого исторического действа связана с тем, что одна из сторон коммуникации (читатель, автор написанной истории, сами исторические персонажи) исполняет роль наблюдателя или обратную ей – действующего лица. Подобным образом историческое событие воспринимается как разыгрываемое представление. В соответствии с тематикой исходной понятийной сферы, субъекты исторической действительности (таковыми являются руководители страны или лица, приближенные к руководству) как бы выступают на театральной сцене (прямое значение – «специальная площадка, на которой даются театральные представления; театральные подмостки» [4]), исполняя написанные специально для них разнообразные роли (прямое значение – «художественный образ, воплощаемый актером на сцене, в кинофильме и т. п.» [4]).

В качестве метафорического образа актера в анализируемом тексте часто выступает правитель Российского государства: «Воспитанные семьей двойственность и двуличие остались навсегда свойством Александра; он отлично входил во всякую роль, … и никогда не внушал уверенности, что он в данную минуту искренен и прям» [2, с. 503]. В данном примере метафорическое моделирование основано на использовании фразеологического оборота войти в роль - «освоиться со своими обязанностями, со своим положением» [4].

Метафора «играть роль» («оказывать какое-л. воздействие, влиять каким-л. образом» [4]) в зависимости от контекста позволяет показать статус исторического субъекта, раскрывает образ, объясняемый историческим прошлым: «Устранить (Петра) было можно, передав права малолетнему Павлу Петровичу, причем мать его Екатерина получила бы большую роль» [2, с. 449]. Исходный фрейм «театр» предполагает наличие актеров, играющих большие и маленькие роли. Прилагательное большой несет основную функцию в понимании метафоры большая роль. Прямое значение прилагательного большой – «значительный по величине, размерам» [4], значение, которое реализуется в данном контексте – «при существительных, характеризующих качество человека, имеет усилительный смысл: в высокой степени, чрезвычайный» [4].

В рамках метафорической модели «историческое развитие – театр» образно отождествляются уходящие со сцены персонажи и прекращение активной деятельности исторических персонажей: «Пока в распоряжении императора Николая I находились люди предшествующего царствования (Сперанский, Кочубей, Киселев), дело шло бодро и живо. Когда же они сошли со сцены, на смену им не явилось лиц, им равных по широте кругозора и теоретической подготовке» [2, с. 546]. Здесь автор также прибегает к использованию фразеологического оборота сойти со сцены: «утратить свою роль, значение, популярность, оставив поприще своей деятельности» [4].

Еще один компонент фрейма сферы-источника «театр» используется С.Ф. Платоновым для характеристики событий и персонажей исторического процесса – определение жанровой природы представлений, которые как бы разыгрывают актеры в истории, написанной С.Ф. Платоновым: «Карамзин смотрел на Бориса как на человека, страстно желавшего царства во что бы то ни стало и перед избранием своим игравшего низкую комедию» [2, с. 142]; «… у нас не хватает оснований видеть в Борисе безнравственного злодея, интригана, а в его избрании – ловко сыгранную комедию» [2, с. 142]. Жанр представления, определенный автором, определяет формирование эмотивных смыслов у читателя: события и действующие лица истории оцениваются нами в соответствии с традицией оценки комедийных событий. Руководитель государства метафорически интерпретируется в образе актера, играющего комедию (играть комедию – «вести себя лицемерно, притворяться» [4]), что позволяет читателю связать его с наглядным образом и характеризовать его деятельность как подлежащую сомнению.

Наличие зрительской аудитории – обязательная составляющая театрального представления (прямое значение зритель – «тот, кто смотрит сценическое или экранизированное представление» [4]). В истории, написанной С.Ф. Платоновым, зрители - не читатели вместе с историком, творящим свой труд (обычно именно позиция исследователя, автора научного труда, представлена позицией зрителя), а исторические персонажи, которые сами являются сторонними наблюдателями разыгрываемого перед ними исторического действа: «На государственное управление и на придворную жизнь смотрел Павел со стороны, как чуждый зритель, и поэтому оценивал факты государственной жизни с полной свободой критики» [2, с. 494]; «… внешняя форма отдельных статей и целых редакций «Правды» имеет характер частных записей, составленных как бы посторонними зрителями княжеской правообразовательной деятельности» [2, с. 55].

Как показал анализ материала, метафора игры используется С.Ф. Платоновым при описании тайных действий царя, направленных на расширение сфер своего влияния как внутри, так и за пределами государства. Что касается модели поведения лиц, находящихся у верхушки власти, то здесь автор метафорически обозначает лица, находящиеся в подчинении, как игрушки, которыми не составляет труда управлять. Значительное количество выявленных примеров указывает на постоянное присутствие в тексте театральной метафоры. В зону метафорического моделирования в качестве зрителей и актеров, в большинстве своем, вовлекаются представители государственного аппарата как субъекты, творящие историю. Театральность как один из ведущих образов интерпретации управления страной в метафорическом образе комедии, с помощью которой создается отрицательный аксиологический фон интерпретации событий российской истории.


Литература:
  1. Мишанкина Н.А. Метафора в науке: парадокс или норма? – Томск: Изд-во Том. ун-та, 2010.

  2. Платонов С.Ф. Полный курс лекций по русской истории / С.Ф. Платонов. – Ростов н/Д: Феникс, 2005. – (Наша история).

  3. Резанова З.И. Метафора в лингвистическом тексте: типы функционирования // Вестник Том. гос. ун-та. Филология. 2007. №1. С. 18-29.

  4. Словарь русского языка: В 4-х т. / АН СССР, Ин-т рус. яз.; Под ред. А. П. Евгеньевой. — 2-е изд., испр. и доп. — М.: Русский язык, 1981—1984.

Обсуждение

Социальные комментарии Cackle