Библиографическое описание:

Мохаммади З. И., Гамхар Л. Природные стихии в персидской и русской мифологиях // Молодой ученый. — 2016. — №6. — С. 902-907.



The present paper seeks to closely examine the use and function of such natural elements as water, fire, earth and wind in Persian and Russian myths. This comparative study reveals some similarities between Persian and Russian cultures that are quite meaningful. The thematic similarities between these myths indicate the close relation ship and some sisterhood between the two cultures in old times. The study demonstrates that Persian and Russian myths show some marked similarities in the proceeding fields: traditional and native rites, mythical heroes and the sacred places in which gods and goddesses dwell. The present study also indicates a great degree of similarity between the structure and the meaning signification of traditional rites in the two cultures: both these two nations praise nature and natural elements in their myths, since they believe that they owe their success and prosperity to them.

Keywords: Myths, elements, gods, traditions, celebrations.

Как известно, мифы составляли священное духовное наследие социума. Они были связаны со сложившимися в нем традициями, утверждали принятую в данном обществе систему ценностей, устанавливали и поддерживали нормы поведения. Окружающий мир и место человека в нем объяснялось в мифе таким образом, чтобы обеспечить поддержание существующего порядка.

Некоторые особенности мифологического мышления до сих пор сохраняются в массовом народном сознании рядом с современным философским и научным знанием и использованием научной логики. Значение мифологии для самопознания человеческого общества трудно переоценить, поскольку она представляет собой огромный пласт культурного развития, через который прошло всё человечество.

Миф уходит корнями в далекое прошлое и мифологии разных народов имеют много общего и отличительного. В мифе воплощен коллективный практический опыт многих поколений, соединяющий прошлое и настоящее. Поэтому этот опыт, сосредоточенный в мудрости предков и традиционных установлениях, рассматривался как надежная опора существующего порядка, не подлежащая проверке и не нуждающаяся в ней.

В данной статье мы постараемся показать общие и отличительные черты природных стихий в персидской и русской мифологиях, мифологические представления русского народа, сформировавшиеся на основе восточнославянских мифов и иранцев, как с более развитыми мифологическими системами.

Основная часть

Как известно, начальный этап формирования иранской мифологии относится к эпохе индоиранской общности (арийцы-индоиранцы) II-I тыс. до н. э. С оседанием иранцев-кочевников развитие иранской мифологии пошло обособленными путями. К VII-VI вв. до н. э. оформились самостоятельные ее циклы: древнемидийская, древнеперсидская, скифо-сарматская. При общности культа и представлений идеологические основы всех этих циклов заметно различались, отражая разницу в уровнях социально-экономического и культурного развития.

В персидской литературе термин «миф» употребляется как арабское слово «اسطوره» т. е. остуре, которое является калькой греческого слова «historia», означающее поиск, рассказ. В народном веровании термин «остуре» используется в значении «воображаемого и нереального», поэтому считается полностью фантастическим. Ж.Амузегар пишет: «Остуре — небесный или духовный рассказ, о потусторонней жизни, в котором показаны действия, поступки, поверье, основой которого являются естественные явления в совокупности с традициями, ритуалами и верованиями» [1, с.3]. «Остуре» или миф возникло как боязнь перед непредсказуемыми явлениями, неосведомленность о причинах природных явлений, в связи с которыми усиливается сила воображения, создающая само «остуре». Таким образом, в воображении создаются образы, которые в земной жизни ассоциируются с богами, духами, хранителями и т. п. О богах, хранителях той или иной стихии или о пантеонах персидской мифологии пишется в древнеиранском памятнике «Авеста», «Зартошт-наме», «Шах-наме» Фирдоуси.

Как известно, мифологические представления русского народа сформировались на основе восточнославянских мифов. Сложение их первоначального состава исследователи относят ко времени образования из восточнославянских племен государства — Древней Руси. В понимании русских мифы — это старинные предания о сотворении мира и человека, рассказы о деяниях древних богов, героев и фантастических существ. В отличии от персов, у русских к моменту языческой реформы 980 года четкой системы богов еще не было. Необходимо подчеркнуть, что на сегодня собственно славянские мифологические тексты не сохранились: религиозно-мифологическая целостность язычества была разрушена в период христианизации славян. Главный источник сведений по раннеславянской мифологии — средневековые хроники, анналы, написанные посторонними наблюдателями на немецком или латинском языках и славянскими авторами (мифология польских и чешских племен), поучения против язычества («Слова») и летописи. Ценные сведения содержатся в сочинениях византийских писателей и географических описаниях средневековых арабских и европейских авторов. Упоминание о богах содержится в таких древнерусских памятниках, как «Повести временных лет», «Слово святого Григория о том, как первые языческие народы поклонялись идолам» (XIV в.), «Слово некоего Христолюбца» (XIV в.), «Густынская летопись» (XVI в.), «Проложное житие князя Владимира» (XIV в.), «О требокладении идольском», «Слово о полку Игореве» (XII в.).

Однако мифологические темы и персонажи присутствовали в верованиях и традициях русского народа, а также в разнообразных литературных формах таких, как былички, рассказы, героями которых выступают полубоги и одухотворенные существа, лешие, русалки и духи умерших, которыми населен привычный мир русского крестьянства.

В персидской мифологии мир создан Ахуромаздом богом-творцом. Афифи пишет, что «Ахуромазд создает материальный мир в следующей упорядоченности: небо, вода, земля, растительный и животный мир, люди и огонь» [3, c. 422]. В восточнославянской мифологии существует представление о том, что с самого начала не было ни неба, ни земли, а была только тьма и вода, а Бог летал святым духом по-над водою.

Древние иранцы полезную стихию, которая влияла на их жизнь считали святой и бога — его хранителем. Одной из таких полезных стихий является вода, которой очень много поклонялись и молились. В книге «Авеста» о воде пишется, как очищающей силе. В персидской мифологии вода является вторым по счету созданием в земной жизни. Для русских вода была и до некоторой степени остается дивной стихией. Согласно духовным стихам о легендарной «Голубиной книге», в которой рассказывается о сотворении человека и природном явлении земли, реки сначала появились из-под волшебного камня, «отца всех камней», белого камня, нареченного «алатырь». Отсюда они растеклись по всему миру и являются источником как исцеления, так и питания.

Древние иранцы шли к берегу реки, к роднику или к морю делали небольшую яму, чтобы вода не загрязнилась кровью и зарезали какое-то животное в дань жертвоприношения воде. С приходом христианства русские не перестали почитать воду и приносить ей жертвы. В своде законов, так называемом «Уставе Владимира Святославича», упоминались «молитвы под овином, в рощах и у воды». Во многих древнерусских письменных памятниках встречаются упоминания о жертвоприношениях воде, молениях возле нее, гаданиях, заключении браков и союзов, принесении клятв. В России на многих местах языческого поклонения у воды со временем были воздвигнуты церкви и часовни.

В персидской мифологии «хранителями воды являются Ардоисуре Анахита, Борз Изад, Абан-Наф и Тиштария. Главой воды является один из семи ангелов по имени Амешаспанд Хордад» [3, c. 402]. Анахита является богиней воды, которой отведено главное место в «Законах» древней Персии. Ей преклонялись с древнейших времен, даже до Зороастра. В пятой части «Авесты» рассказывается об Анахите и ее появлении на земле следующим образом. «Впервые на имя Анахита было указано в каменных надписях времен Хахаманешйана. Анахита имела коляску с четырьмя белыми лошадьми. Этими лошадьми были: облако, дождь, град и снег. Она с высоты облаков указом Ахуромазды, бога иранцев во времена Зороастра, посылала дождь, снег и град» [1, c. 26].

Мокошь — единственное женское божество в русской мифологии, которое связывалось с влагой и со стихией воды в целом. Она входит в список пантеона князя Владимира в «Повести временных лет», вера в которую была распространена на территории всей Древней Руси. Соответственно этому письменному источнику, идол Мокоши стоял в Киеве на вершине холма. Кроме «Повести временных лет» Мокошь упоминается в таких древнерусских письменных памятниках, как «Слово св. Григория» (XIV в.), «Сказание о Мамаевом побоище» (XVI в.), «Слово Xристолюбца» по рукописям XIV и XV вв., «Слово о покаянии» XVI в. и некоторых других. Из дней недели Мокоши была посвящена пятница. После принятия христианства на Руси произошло слияние образов языческой Мокоши и христианской святой Параскевы Пятницы, как покровительницы водной стихии. Особенностью почитания источников Параскевы Пятницы было приношение сюда предметов женского рукоделия.

Кроме божеств, в русских народных поверьях существуют обитатели воды или духи-повелители: водяные и русалки, которым не отведено место в персидской мифологии. Водяной был самым злым из духов, так как его заботой было топить людей и животных. Чтобы утихомирить водяного регулярно приносили ему в жертву животных. Рыбаки отдавали ему часть первого улова в сезоне. Русалки считались призраками утонувших девушек. Многие верования о русалках повествуют о случайной или насильственной смерти, о самоубийстве или убийстве.

К иранским традициям, связанной с водой, относятся праздники «Тиреган» и «Абанеган». Праздник «Тиреган» отмечался на десятый день месяца Тир по солнечному календарю, т. е. на тридцатое июня. В книге «Авеста» Тир есть бог, который помогает приходу дождя. «Причина появления праздника «Тиреган» заключается в том, что в период правления Сасанидов семь лет в Иране была засуха, в день когда люди вышли на поле молиться, чтобы Бог послал им дождь, пошел дождь и страна спаслась от засухи. И после этого иранцы каждый год в этот день празднуют и обливают друг друга водой» [4, c. 39]. Гайури пишет, «Праздник «Абанеган» отмечается десятого Абана в честь богини воды Анахиты» [4, c. 53]. После восьмилетней засухи, в месяце Абан, с приходом дождя закончились бедствия и болезни. С тех пор в народе стали праздновать этот праздник десятого Абана и до сих пор Зороастры отмечают этот день.

Из русских традиций можно отметить выход русалок из воды в Троицу. «Суббота перед Троицей — «родительская суббота» — была одним из дней поминовения усопших со вселенской панихидой в честь умерших предков, а четверг «русальной недели» традиционно был посвящен поминовению умерших преждевременно» [5, c. 112]. У многих славян существовали календарные обычаи обливания водой девушек парнями и наоборот, имеющие брачную символику, у русских — на день Ивана Купалы. В России до первой половины XX века сохранились ритуалы вызывания дождя во время засухи.

В русской мифологии, также как и в персидской, воде приписывалась очистительная функция, что в значительной степени объясняется ее физическими свойствами. «Представления о воде как чистой и очищающей стихии предопределили широкое использование ее в календарных обрядах (во время Крещения) и обрядах жизненного цикла (размывание рук роженицы, обмывание покойника и др.)» [7, c. 24].

Следующей стихией, которой преклонялись в древней Персии, был огонь. В книге Фирдоуси «Шах-наме», пишется, что в древней Персии огонь был найден во времена Хушанга от трения двух камней. С того времени осталась традиция праздника «Сяде», которая отмечается и ныне. Афифи Р. пишет: «Поклонение огню существовало с древних времен в среде Арийцев. Они верили тому, что огонь является основой жизни, и также верили существованию связи между огнем и растениями и всем тем, что растет. Арийцы верили, что между огнем и духами предков есть связь и близость» [3, c. 406]. Для зороастров огнь — символ чистоты, правды, света, теплоты, здоровья, жизни. Иранцы перед огнем произносили клятвы и такие клятвы считались очень важными. Именем Ахуромазда просили у огня помощи и силы для противостояния силам темноты.

Для русских также поклонение огню было не менее важным. В народной традиции русских различали несколько видов огня. Небесный огонь, возникший от удара молнии и, по поверьям, поражающий нечистую силу. Второй вид огня — домашний, т. е. добытый самим человеком, который различался по способу его добывания. Особым считался «живой» огонь, добываемый, как и «новый» огонь Семенова дня, с помощью трения дерева об дерево. Связь и противостояние природного и культурного огня нашли отражение в некоторых запретах и обычаях, которые соблюдались еще в XX веке.

Как и иранцы, русские также воспринимали огонь как очистительную стихию. Именно с очистительной силой огня были связаны архаичные погребальные обряды, совершаемые посредством сожжения покойных, которые не могли вступить в иной мир неочищенными. С принятием христианства представления об очищающей силе огня продолжали существовать: сожжению подвергались люди, подозреваемые в колдовстве и ереси разного толка, как требующие нравственного очищения.

В древней Персии существовали три святые места, связанные с огнем. «Азер Борзин-мехр», относился к крестьянской среде, «Азер Фарн-баг», относился к среде духовных лиц, «Азер Гяшсб» в значении прыгающегося огня, относился к среде бойцов и богатырей.

Из древнерусских письменных источников известно, что язычники в святилищах своих богов разжигали костры и поддерживали постоянный огонь перед кумирами. В этом случае огонь являлся посредником, соединяющим человека с божеством и, соответственно, с иным миром.

Как видно, в языческих культах древних иранцев и славян, огонь выступал и как объект непосредственного поклонения, и как посредник между человеком и божеством.

«Азер» — имя хранителя огня в персидской мифологии, появился для искоренения лжи и хранения очага. В период правления Сасанидов в языке пехлеви огонь назывался «Атур», в «Авесте» Зороастра «Атар». В «Авесте» пишется, что «Бог огня Азер в связи с имевшейся ролью был наречен сыном Ахуромазда» [3, c. 410]. «Горящий огонь это знак, который показывает присутствие Ахуромазда» [1, c. 35].

В русской мифологии огонь воспринимался как стихия, наделенная двойственной символикой. С одной стороны, с огнем связывались свет и тепло, важные для жизни человека, подобно тому как для роста и жизни растений были необходимы свет и тепло солнца. И кроме того, древние славяне считали огонь и солнце родственно связанными — через отцовско-сыновние отношения Сварога и Дажь-бога, божеств огня и солнца. С другой стороны, стихия огня осознавалась как опасная сила, несущая разрушение и смерть. Перун — бог грозы (грома и молнии) — являлся верховным божеством. «При описании языческой реформы Владимира на первом месте среди шести важнейших богов был поставлен Перун, деревянный идол которого был увенчан серебряной головой с золотыми усами» [6, c. 12]. По представлениям древних славян, Перун обитал на небе и повелевал небесным огнем. Когда Перун мечет стрелы на землю, возникает гроза. На том месте, где стоял идол, построен монастырь, названный Перунским монастырем. Из дней недели с Перуном связывался четверг, и четверг в архаичной традиции соотносился с грозой.

«Сварог» не вошел в список «владимировых» богов, но упоминается в некоторых древнерусских письменных источниках. Известно, что в славянской мифологии он почитался как бог огня. «Сварогом» называли персонифицированный пылающий огонь на алтаре или в домашнем очаге. Сварог во времена Древней Руси представлял собой олицетворение природной стихии огня.

Второе имя божества солнца в созданном князем Владимиром пантеоне — Xорс. Как олицетворение солнца Xорс выступает, например, в «Слове о Полку Игореве». Как установили исследователи, это божество было заимствовано из иранской мифологии. Так, по-пехлеви «xorshid» означает «солнце», а культ Солнца в государстве иранцев был доминирующим. В отличие от некоторых богов киевского пантеона, например Перуна и Волоса, с которыми связывались определенные социальные функции (воинская и хозяйственно-производительная) и соответствующие им группы населения (княжеская дружина и народ), Xорс отличался своим сугубо природным значением.

По календарю зороастров девятый день каждого месяца назывался «Азер» и девятый день месяца Азера (конец ноября) праздновали потому, что этот месяц по счету был девятым, т. е. девятый день девятого месяца и этот праздник был назван «Азереган». В этот день одевали чистую одежду, шли к очагам огней, читали молитвы из «Авесты». Абу Рейхан-Бируни в книге «Асаролбагийен» писал, что «Зороастр приказал посещать атяшгяде и обсуждать о мирских делах» [4, c. 59].

Одним из традиционных праздников огня в древней Персии является праздник «Сури», который отмечается до праздника весны «Новруз». Сури т. е. «алый», который указывает на красный цвет огня, разводимого на этот день. Перед «Новрузом» племя, которое называлось «Афрузан» становились глашатаями этого праздника, шли в села и города, чтобы подготовить людей к этому традиционному празднику. Глашатаи Афрузан были талантливыми мужчинами и женщинами, с веселыми уличными представлениями, песнями, плясками радовали народ. Их целью было передать как можно больше энергии и силы народу для побеждения грусти и горя. Глашатаи Афрузан семь дней до «Новруза» и две недели после «Новруза» с наступлением темноты повсюду разводили огонь и до восхода солнца охраняли его. Парни и девушки водили хоровод вокруг огня, плясали, пели и прыгали через огонь. Этот огонь — символ силы Мехре Митра, дружбы и света. «От представителей Атешфирузан до наших дней остался Хаджи-Фируз и праздник «Чахар-шанбе Сури», но с некоторыми отличиями [4, c. 122].

В русских мифологиях сила огня, которой приписывали очистительное, и целебное значение, использовалась в обрядах, связанным с культом солнца и природного огня. Так, на Рождество, Ивана Купалу, Масленицу, в Благовещенье, Великий четверг, Ильинскую пятницу было принято разжигать костры и прыгать через них для обретения здоровья.

Земля также является одной из полезных стихий, которую почитали святым древние иранцы. В иранской мифологии создание земли находится на третьем этапе после воды. В книге «Минуйе Херад» пишется о радостной и нерадостной земле. «Радостная земля описывается, как земля, на которой живут хорошие люди; на которой имеется место для преклонения бога; на которой есть святая вода... Нерадостная земля описывается, как земля, на которой создан ад; земля, на которой находится убежище дивов; на которой есть плач и горе»... [3, c. 546].

Поклонение земле в восточнославянской мифологии немногим уступало лишь поклонению воде и огню. Однако в качественном отношении связь между человеком и землей несколько отличается от поклонения воде и огню. В народных представлениях земля осмыслялась как одна из основных стихий мироздания и как источник жизни всего живого, в том числе и человека. В русских легендах сохранился мотив сотворения человека из земли. «Тело человеческое взято от земли и в нее же обращается по смерти, кости — от камня, кровь — от морской воды, пот — от росы, жилы — от корней, волоса — от травы. Верование это так высказано в стихе о голубиной книге: Телеса наши от сырой земли. Кости крепкия взяты от камени. Кровь-руда от черна моря» [2, c. 513].

У древних иранцев земля почиталась святой и к ней оносились уважительно и бог охранял ее. «В Авесте упоминается о Замйаде, как Бог-Земли и хранителе Земли, которого почитали и уважали» [3 c. 534]. По древнему иранскому календарю 28-ой день каждого месяца относится богу Замйад и этот день называется Замйадруз. В Авесте пишется, что этот день охраняется Замйадом.

Волос — один из немногих языческих богов, которым поклонялись на всей территории Древнерусского государства. Каменные идолы Волоса хорошо были известны в севернорусских землях. По преданию, святилище Волоса существовало на реке Колочке недалеко от Владимира. О значительности Волоса свидетельствует то, что его имя наравне с именем Перуна использовалось в клятвах государственного уровня. Так, согласно Лаврентьевской летописи (под 971 г.), при заключении мирного договора с греками княжеская дружина клялась оружием и Перуном, а прочее войско — «Волосомъ скотемъ бгомъ». Волосу, как и Перуну, в архаичной мифологической традиции был посвящен день недели четверг.

Эсфандеган — древний праздник иранцев, связанный со стихией Земля. Этот праздник отмечался пятого эсфанда по древнему календарю (по н. к. 29 Бахмана, т. е. 18 февраля), как день земли, женщины, матери и день влюбленных, т. е. «Ошаг». С тех пор как земля в жизни человека имеет роль плодовитости и рождаемости, как женщина, праздник Эсфандеган отмечается в честь благодарности женщинам. В некоторых регионах Ирана в этот день женщины одевали новую одежду, получали от мужей подарки, были освобождены от ежедневных домашних работ, и мужья и сыновья принимали на себя все обязанности по дому. На сегодня Зороастры праздник Эсфандеган отмечают как день женщины, день матери. Этот день был для мужчин днем почитания матерей и жен» [4, c. 78].

Годичный цикл древнерусских празднеств складывался из разных, но в равной мере архаичных элементов, восходящих к индоевропейскому единству первых земледельцев или к ближневосточным земледельческим культам, воспринятым первоначальным христианством. В результате постепенно создалась очень сложная и многоосновная система русских народных праздников.

Почитание земли прошло через многие века и долго сохранялось в русских верованиях и обычаях. По представлению древних славян, земля живая, ее доброту следует заслужить и чувства ее надо уважать. В Орловской губернии вплоть до начала XX века при ударе первого весеннего грома, который, по народным представлениям, открывал весенне-летний период, все бабы, перекрестившись, кланялись в землю и целовали ее. Те, кто работал на земле, вступали в доверительные личные взаимоотношения, просили ее благословения, чтобы взять то, что она могла дать. Сеятель первых семян перед посевом постился и часто надевал ту рубаху, в которой причащался. Когда урожай был собран, тщательно следили за тем, чтобы обеспечить плодородие земли на следующий год.

В традиционном сознании земля воспринималась как чистая стихия и наделялась очистительной силой. Так, например, перед вспашкой, косьбой, жатвой и другими полевыми работами было принято совершать молитву, а перед сложением крестного знамения обязательно мыли руки. Поэтому, если в поле не было воды, каждый сначала обтирал руки о землю, а затем молился, т. е. обтирание о землю заменяло обмывание водой.

Итак, почитание земли существовало многие века даже после принятия христианства. Более того, с укреплением православия на Руси в народном сознании культ Матери-сырой земли стал соотноситься с почитанием Богородицы и оказал на него значительное влияние.

Следующей природной стихией, рассматриваемой в данной статье является ветер. В персидской мифологии «Вай» является Богом ветра, который описывается как Бог-войны, одетый в панцырь и с золотым острым копьем гонит злых духов, чтобы охранять хороших божеств Ахуромазда. Он всегда находится между границами Ахуромазда и Ахриман, т. е. властвует между темнотой и светом.

Стрибог — один из языческих богов восточных славян. В русско-славянской мифологии Стрибога определяют как бог ветра, бурь, непогоды. Впервые упоминается в «Повести временных лет» под 980 в числе богов, изображения которых князь Владимир Святославич поставил в Киеве.

В русских мифах в отличии от ветра, вихрь однозначно воспринимался как злое, враждебное начало, связанное с нечистой силой. Его возникновение связывали с действиями демонических существ, которые могут воплощаться в него. Причиной появления вихря, согласно мифологическим представлениям, может стать также нарушение природных законов и ритуальных запретов. Разрушительная сила вихря воспринималась как реакция природы на нарушение человеком норм поведения.

Афифи Р. отмечает, что в древнем иранском календаре 22-ой день каждого месяца был назван «Бад-руз», т. е. день ветра, и хранителем этого дня был Изяде Бад, т. е. Бог ветра. Празднике «Бад-руз» отмечался в поселениях Гома с весельем и плясками, как карнавал, но в городе Эсфеган этот день называли «Кяжин», который отмечался неделю» [3, c. 454].

В традициях русской мифологии ветер играл важную роль. Считалось, «что ветер мог слышать людей и реагировать на их просьбы. Очень важно было направление ветра в сфере мореходства и в рыболовном промысле. Рыбаки на севере России просили содействия «святого воздуха», собираясь выйти в море. В народной традиции обращение к ветру использовалось и в случае несчастья и болезни. Одно из наиболее эмоциональных обращений к ветру можно найти в Слове о полку Игореве. Ярославна, жена князя Игоря, в страхе от мысли, что ее муж погиб в бою с половцами, укоряет ветер за помощь врагам Руси: О, ветер, ветрило! Зачем, господин, веешь ты наперекор? Зачем мчишь хиновские стрелочки на своих легких крыльицах на воинов моего возлюбленного?» [8, c. 45].

Заключение

Таким образом, сравнение персидской и русской мифологий позволило установить, что в них, при всем их многообразии, повторяется целый ряд тем и мотивов. Так, во многих мифологиях присутствуют мифы о природных стихиях, божествах и ритуалах. Многое в культе славян заимствовано у восточных соседних кочевых племен, имена божеств также имеют скифские корни.

Важно отметить, что отличительной особенностью восточнославянских мифов было то, что они существовали только в устной форме. У русских нет ни одного письменного источника, в котором бы языческая традиция была представлена «изнутри», то есть с точки зрения ее носителя. Также в России наблюдается картина в отношении мифов на более примитивном уровне, связанных с миром природы, семьей и повседневной жизнью простых людей. И в персидском и русском мифологических сознаниях природные стихии персонифицировались и одухотворялись, воспринимались как живые. Им поклонялись и приносили жертвы, к ним обращались с просьбами и ждали от них помощи.

Литература:

  1. Амузегар Ж. Мифологическая история Ирана. Тегеран. САМТ, 2012.-112 с.
  2. Афанасьев А. Н. Поэтические воззрения славян на природу. Москва, Индрик, 2000.- 576c.
  3. Афифи Р. Мифология и культура Ирана. Тегеран. Изд-во Тус. 2004. — 660 с.
  4. Гяйури Х. Иранские праздники и ритуалы. Тегеран. 2012.- 253с.
  5. Потебня А. А. О мифическом значении некоторых обрядов и поверий. Москва. 1985.- 419c.
  6. Рыбаков Б. А. Язычество древней Руси. Москва. Изд-во «Наука». 1988.-421 с.
  7. Токарев С. А. Религиозные верования восточнославянских народов XIX- начала XX века. Mосква, ЛИБРОКОМ, 2012.- 168с.
  8. Уорнер Э. Русские мифы. Москва. Изд-воФАИР. 2008.- 126c.

Обсуждение

Социальные комментарии Cackle