Стремительное развитие информационных технологий привело к формированию принципиально новой сферы экономической деятельности — информационного бизнеса. В него включаются такие аспекты как, например дистанционное оказание услуг (в том числе образовательных), продажа цифровых продуктов (тренинги, семинары, вебинары и т. д.), инвестиционные онлайн-проекты. В связи с наличием пробелов в правовом регулировании, информационный бизнес в существенной степени криминализирован, и ключевым элементом большинства экономико-криминальных схем в данной сфере является заблуждение — искажённое восприятие внешней реальности в сознании человека [1, с. 8], то есть неверное представление субъектов о юридических, фактических или иных значимых обстоятельствах.
Анализ видов заблуждений в рассматриваемой области имеет не только теоретическое, но и практическое значение, поскольку при его помощи возможно выявить пробелы правового регулирования, а также разработать меры профилактики совершений правонарушений. В качестве основания для классификации таких заблуждений выступают следующие критерии:
1. Субъектный состав.
В рамках экономико-криминальных схем в информационном бизнесе участвуют три основные категории субъектов, каждая из которых может быть подвержена заблуждениям. Первым, и наиболее подверженным заблуждениям, является потерпевшая сторона. В эту категорию входят лица, которые приобретают информационные продукты, вкладывают деньги в инвестиционные проекты или используют платными онлайн-услугами. Обычно они не подозревают о преступной сути соглашения, искренне считая его законным и выгодным. Это заблуждение является ключевым элементом мошенничества, на котором злоумышленники строят свои обманные схемы. В качестве наиболее яркого примера возможно привести уголовное дело в отношении А. Р. Шабутдинова, осужденного по 113 эпизодам мошенничества. Обвинением указывалось, что «подсудимый и соучастники создавали у граждан ложное впечатление о возможности построения высокодоходного бизнеса и продавали программы, которые не давали гарантий и результатов» [4].
Следующим субъектом является непосредственный организатор или исполнитель экономико-криминальной схемы. Такие лица могут заблуждаться в оценке правовых последствий собственных действий. Классическим примером является убеждённость в том, что анонимность в цифровом пространстве или использование криптовалют гарантируют невозможность разоблачения. Эта иллюзия неуязвимости обычно приводит к недооценке угрозы уголовной ответственности, вследствие чего виновные продолжают незаконную деятельность.
В качестве третьего вида субъектов выступают посредники, к которым могут относиться менеджеры, технические исполнители, агенты, которые могут не знать о криминальной цели схемы. Их заблуждение часто носит добросовестный характер (лица полагают, что оказывают законные услуги), однако, как и в предыдущем случае, заблуждение может состоять в неверной оценке правовых последствий. Так, при привлечении к ответственности за уклонение от налогов и легализацию преступных доходов Е. О. Блиновской, пособником был признан ее супруг, а в рамках арбитражного производства, в том числе основываясь на доказательствах, полученных в ходе расследования уголовного дела, были взысканы денежные средства с участников схемы «дробления бизнеса» [3].
2. Содержание заблуждения.
Первым из видов заблуждений в данном случае выступает «заблуждение в праве», состоящее в неверном понимании правовых норм и последствий. Такие заблуждения формируются в связи с незнанием или неверным толкованием законодательства. Так, организаторы экономико-криминальных схем в сфере информационного бизнеса нередко полагают, что передача файлов в электронном виде не является оказанием услуг и, следовательно, не подлежит налоговому и правовому регулированию. Кроме того, к заблуждениям в праве следует отнести заблуждения о правовых последствиях (в том числе степени наказуемости деяния) или о статусе сделки (пострадавшая сторона полагает, что участвует в инвестиционном проекте, который по своим юридическим признакам является финансовой пирамидой).
Следующим видом является «заблуждение о факте», включающее в себя заблуждение о личности контрагента (сведения, размещенные на интернет-сайте или странице «блогера» не соответствуют действительности), предмете сделки (приобретение информации из открытых источников под видом «уникальной авторской методики»), качестве цифрового продукта (убеждённость в соответствии продукта заявленным характеристикам, не подтверждаемая в ходе его использования), гарантиях (в рекламе инфопродукта предлагается «100 % результат», «гарантия возврата средств при недостижении результата», не обеспеченные юридически установленными в договоре обязательствами продавца) и сроках и условиях договора (неверное представление о времени исполнения обязательств, возможности расторжения договора или порядке возврата средств).
3. Степень осознанности заблуждения.
Добросовестное заблуждение состоит в том, что лицо искренне считает сделку законной и выгодной, не осознавая ее незаконности или наличия обмана. Такое заблуждением обычно считается извинительным. Небрежное заблуждение возникает, когда лицо имело возможность проверить достоверность предоставляемых сведений или уяснить содержание и смысл закона, но упустила её. Это свидетельствует о недостаточной внимательности. Искусственно созданное заблуждение следует понимать как иллюзию, организованную через манипуляции, такие как психологическое давление, дезинформацию, поддельные рекомендации и имитацию легитимности. Наконец, самообман организатора или исполнителя экономико-криминальной схемы проявляется в том, что лицо убеждает себя в безрисковости схемы, маскируя её под легитимную деятельность, полагая, что «это не мошенничество, а маркетинговая стратегия».
4. Юридическая значимость заблуждения.
К существенным относятся заблуждения, которые повлияли на решение субъекта заключить сделку или совершить иное юридически значимое действие. Такие заблуждения могут служить основанием для признания сделки недействительной и учитываться при квалификации преступления. Несущественные заблуждения не влияют на волеизъявление субъекта, и не влекут юридических последствий (так, при осознании лицом неправомерности собственных действий, не имеет значения, полагали ли что они наказуемы в соответствии с КоАП РФ, если фактически в его действиях имеется состав преступления). Извинительными являются заблуждения, при которых субъект не мог и не должен был знать о своей ошибке. Такие заблуждения могут исключать вину и ответственность, однако среди организаторов и исполнителей экономико-криминальных схем в информационном бизнесе такие заблуждения встречаются крайне редко. Наконец, неизвинительные заблуждения выражены в том, что субъект имел возможность избежать ошибки, но им не была проявлена должная осмотрительность, что не может исключать привлечение к ответственности.
5. Механизм формирования заблуждения.
Пассивные заблуждения формируются без вмешательства других лиц (к примеру, потерпевший не ознакомился с содержанием соглашения по собственной воле). Активно сформированные заблуждения возникают в результате преднамеренных действий инициатора, к которым относится введение в заблуждение, сокрытие значимых элементов соглашения или психологическое воздействие. Смешанные заблуждения объединяют бездействие потерпевшего при проверке необходимых для заключения договора сведений и намеренное искажение данных организатором (к примеру, пострадавший не проверил информацию о наличии соответствующего образования у лица, оказывающего информационные услуги, а виновная сторона её преднамеренно исказила [2]).
Таким образом, основаниями для классификации заблуждений субъектов экономико-криминальных схем в сфере информационного бизнеса являются субъектный состав, содержание заблуждения, степень его осознанности, юридическая значимость и механизм формирования. Исходя из анализа рассмотренных видов заблуждений, возможно предложить ряд мер по их преодолению. К ним относятся: совершенствование законодательства, в частности, установление в ГК РФ и НК РФ определения термина «информационные услуги»; правовое просвещение организаторов и клиентов информационного бизнеса; развитие механизмов саморегулирования в сфере онлайн-образования и информационных услуг; а также осуществление мониторинга и аналитической деятельности рассматриваемой сферы со стороны государственных органов, с публикацией их результатов в открытом доступе.
Литература:
- Зезекало, А. Ю. Заблуждение при совершении сделки / А. Ю. Зезекало. — Томск: Изд-во Том. ун-та, 2011. — 198 с. — Текст: непосредственный. С. 8.
- Косметолога без лицензии приговорили к 3 годам по делу о гибели пациентки. — Текст: электронный // РАПСИ: [сайт]. — URL: https://rapsinews.ru/moscourts_news/20260911/312190505.html (дата обращения: 17.09.2026).
- Суд взыскал 10 млн рублей с участника схемы Блиновской Миняева. — Текст: электронный // LIFE: [сайт]. — URL: https://life.ru/p/1903777 (дата обращения: 17.09.2026).
- Суд приговорил блогера Аяза Шабутдинова к семи годам. — Текст: электронный // РБК: [сайт]. — URL: https://www.rbc.ru/society/31/10/2025/68ff628a9a79476e5bf8ae9b (дата обращения: 17.09.2026).
