В традиционном представлении хулиганство трактуется как немотивированная агрессия с элементами жестокости и цинизма. Преступник здесь не просто устраняет препятствие, а преследует конкретную задачу — самоутверждение через унижение жертвы. От её страданий он получает эйфорию и ощущение собственной силы, заполняющей «пустоту» слабости других. Такие действия объясняются не психозом, а искаженными мотивами, коренящимися в низкой адаптивности, тревожности и заниженной самооценке.

Гипноз часто используют в психотерапии как мощное средство для восстановления душевного равновесия. Например, он помогает исправить тревожные состояния, избавиться от фобий, заложить позитивные установки или даже побороть зависимости. Этот метод работает через особое состояние: суженное внимание, глубокая релаксация и повышенная внушаемость. В это время слабеет «критический фактор» сознания — естественный барьер, который обычно отфильтровывает чужие команды [1]. Благодаря этому в подсознание удаётся внедрить новые эмоциональные шаблоны, идеи или модели поведения. В терапии это приводит к угасанию вредных рефлексов и возвращению самоконтроля.

Однако этот механизм может быть как исцеляющим, так и разрушительным. Всё зависит от намерений гипнотизера. Злоумышленники используют гипнотический транс для внушения агрессивных импульсов, блокируя лобные структуры мозга, отвечающие за торможение. При этом активируется лимбическая система — центр примитивных реакций «борьба или бегство». Данный подход особенно опасен и коварен для подростков, чья гипнабельность повышена из-за нестабильных эмоций и недостатка жизненного опыта. В криминальном контексте гипноз позволяет не только совершить преступление через загипнотизированного, но и запрограммировать его на самостоятельные действия, включая самоповреждения или даже самоубийство, поскольку в трансе некритическое восприятие информации делает субъекта «автоматом» чужой воли [2].

Суггестия представляет собой универсальный механизм влияния. В свою очередь, суггестия (иначе, внушение) — это процесс воздействия на психику человека, связанный со снижением сознательности и критичности при восприятии внушаемого содержания, не требующий ни развернутого логического анализа, ни оценки. Внушение осуществляется с целью создания определенных состояний или побуждения к определенным действиям [3]. Суть внушения состоит в воздействии на чувства человека, а не на его волю и разум. Влияние посредством суггестивного воздействия происходит через слова, мимику или групповое давление. Например, лидер компании бросает фразу «ты не мужик, если не сделаешь» — и вот уже парень летит в драку.

Данный механизм также может лежать в основе агрессивного поведения при хулиганстве. Суггестия усиливает внушаемость у людей с подозрительностью, тревожностью и нонконформизмом. Например, тревожный подросток слышит от компании парней либо девушек, которые являются для него авторитетными, что «все нормальные так делают, а если ты не такой, то мы с тобой дружить не будем» — и участвует в челлендже на разбитые витрины, выкрикивание ругательных слов во время уроков, порче парт в школе и иное.

Эмоциональная устойчивость и доминантность, напротив, служат факторами защиты. Уверенный в себе человек просто отмахнётся от подстрекательства, но в силу своей эмоциональной и психологической несформированности, большинство подростков таковыми не являются.

У подростков суггестия проявляется через «эффект толпы» в компаниях, где лидеры невербальными сигналами внушают мотивы насилия, например, такие как самоутверждение, месть или власть, размывая моральные барьеры конформизмом, аналогично эксперименту Милгрэма, где авторитет отключал критику, провоцируя жестокость [4]. Интернет-платформы усугубляют эффект посредством виртуальных челленджей и игр с кумулятивным напряжением через суггестивные нарративы («герои бьют слабых»), перенося агрессию в реальность. Из-за чего подросток, изолированный в соцсетях, поддается поляризации «мы против них» и групповому гипнозу. Нейропсихологические механизмы здесь включают ограничение сенсорной активации мозга в гипнотической ситуации, когда «шоковые» паттерны блокируют оценку последствий, усиливая импульсивность.

Хулиганство как проявление агрессии коренится в фрустрационно-депривационной модели, когда неудовлетворенные потребности вызывают мотив, направленный вовне через подражание и внешние воздействия. Гипноз и суггестия ускоряют инверсию ролей (жертва буллинга мстит, становясь хулиганом), усугубляя травму и дезадаптацию [5]. Здесь мотивы включают определенную задачу, т. е. унижение для ощущения значимости, где отсрочка наказания воспринимается как поощрение, укрепляя установку на насилие.

У девочек-подростков суггестия часто провоцирует реляционную агрессию, у мальчиков — прямую физическую. В свою очередь, под реляционной агрессией понимается одна из форм скрытой агрессии, которая подразумевает причинение вреда другому путем умышленного манипулирования и ухудшения его взаимоотношений с третьими лицами (например, сплетни, насмешки, оскорбления и т. п.). Такая агрессия часто выражается в оскорблениях и распространении ложных сведений о человеке. Семейные факторы (конфликты, низкий контроль) повышают риск, где внушение родителей или сверстников закрепляет паттерн (т. е. повторяющийся шаблон или образец поведения).

На основании вышесказанного можно сделать вывод о том, что хулиганство несовершеннолетних представляет собой не спонтанные проступки, а результат взаимодействия внутренних психологических конфликтов (низкая самооценка, фрустрация) и внешних суггестивных воздействий, где группа и интернет-коммуникации выступают катализаторами агрессии. Подростковая психика характеризуется физиологической уязвимостью к манипуляциям (незавершенное формирование префронтальной коры снижает самоконтроль, а пубертатные гормональные сдвиги повышают эмоциональную реактивность). Суггестия действует как универсальный механизм формирования антисоциального поведения, подтверждением чего может выступать эксперимент Милгрэма, который демонстрирует способность авторитета отключать критическое мышление. Гипноз представляет собой усиленную форму суггестии, способную как корректировать (терапевтическое внушение самоконтроля), так и деструктурировать поведение (программирование агрессивных импульсов), что особенно опасно в криминальной среде. Роль гипноза и суггестии в механизмах хулиганства подчеркивает необходимость от нейробиологических исследований до социальных кампаний, превращая подростковую уязвимость в фактор общественной устойчивости.

Литература:

1. Щербатюк Н. Искусство Гипноза: Наследие Милтона Эриксона [Электронный ресурс] / Н. Щербатюк // Литрес: [сайт]. — URL: https://www.litres.ru/book/nikolay-scherbatuk/iskusstvo-gipnoza-nasledie-miltona-eriksona-72137566/chitat-onlayn/ (дата обращения: 10.05.2026).
2. Мадлаева, Ф. В. Гипноз как способ совершения преступления / Ф. В. Мадлаева. — Текст: непосредственный // Молодой ученый. — 2015. — № 20 (100). — С. 372–374. — URL: https://moluch.ru/archive/100/22478.
3. Карпова Светлана Суггестия в рекламной практике [Электронный ресурс] / С. Карпова // Studme.org: [сайт]. — URL: https://studme.org/63443/marketing/suggestiya_reklamnoy_praktike?ysclid=mozzuseraz803613074 (дата обращения: 10.05.2026).
4. Владислав Ушаков Эксперимент Милгрэма: суть, значение [Электронный ресурс] / В. Ушаков // 5prism.ru: [сайт]. — URL: https://5prism.ru/articles/psihologiya/eksperiment-milgrema/?ysclid=mp002q7lex11798775 (дата обращения: 10.05.2026).
5. Зотова П. Е. Особенности агрессивных проявлений подростков в социальной группе сверстников [Электронный ресурс] / Зотова П. Е. // psy-school.info: [сайт]. — URL: https://psy-school.info/articles/osobennosti-agressivnyh-proyavlenij-podrostkov-v-soczialnoj-gruppe-sverstnikov?ysclid=mp007dqfgt832127365 (дата обращения: 10.05.2026).