Библиографическое описание:

Колобанова Л. Н. Женские образы в произведениях Э. Хемингуэя [Текст] // Филологические науки в России и за рубежом: материалы Междунар. науч. конф. (г. Санкт-Петербург, февраль 2012 г.). — СПб.: Реноме, 2012. — С. 58-60.

Лауреат Нобелевской премии, американский писатель Э. Хемингуэй оставил мощное и разностороннее творческое наследие. Писатель глубоко анализирует и талантливо воссоздает в литературной форме противоречия жизни. Многомиллионная читательская аудитория – суть почитатели книг, написанных писателем. Кроме того, творческое наследие Хемингуэя осваивается и в разных формах литературного анализа. Критики высвечивают стиль и творческую манеру писателя, материалы его творчества, сопоставляют все это и многое другое с мировой литературой для более полного овладения духовными достижениями, оставленными Хемингуэем.

Критики высказывают далеко не однозначные заключениям о нем. Мнение в отношении женских образов Хемингуэя высказывает К. Симонов, известный советский писатель: «Любовь к женщине занимает огромное место в большинстве книг Хемингуэя. И проблема человеческого мужества, риска, самопожертвования, готовности отдать жизнь за друга своя — неотделимы от представления Хемингуэя, о том, что следует называть любовью и что не следует, о людях, с личностью которых слово «любовь» сочетается, и о тех, с кем оно не сочетается и употребляется всуе.

Читая Хемингуэя, нетрудно заметить, что трусы или себялюбцы, в сущности, не способны любить. А если они сами и называют то, что они испытывают, любовью, автор оставляет это на их совести.

Не всем одинаково нравится мера откровенности, с которой описывает Хемингуэй отношения мужчины и женщины. Однако следует заметить, что сами эти отношения интересны Хемингуэю лишь тогда, когда за ними стоит любовь или когда с них начинается любовь. О том, что не доросло до любви или никогда и не собиралось стать ею, Хемингуэй чаще упоминает, чем пишет. «И как ни далека его традиция в изображении отношений между мужчиной и женщиной от традиций русской классики, в самом главном он близок здесь к Толстому; то, что ни с какой стороны не заслуживает названия любви, чаще всего удостаивается у Хемингуэя только упоминаний, обычно хирургически точных, но редко подробных» [1; с.6].

Во всех произведениях Хемингуэя воплощен метод выражения связи факта с его и ему предшествовавшими событиями, с его историческими связями. Например, в рассказе «Никто никогда не умирает» героиня обращается к убитым и просит их помочь вынести пытки и выдержать все мучения без предательства. «- Помоги мне вынести это, - сказала он в траву, ни к кому не обращаясь, потому что никого рядом не было. Потом, вдруг зарыдала, повторила: - Помоги мне, Винсете. Помоги мне, Фелипе. Помоги мне, Чучо. Помоги мне, Артуро. И ты, Энрике, помоги мне.

Когда-то она произнесла бы молитву, но это было бы потеряно, а ей нужна была опора! Помогите мне молчать, если они возьмут меня, - сказала она, уткнувшись ртом в траву» [2]

Иначе говоря, Хемингуэю ясно, что в экстремальной ситуации, осознавая правоту своего дела, человек напряжен на героический подвиг; чтобы передать это напряжение, чтобы воссоздать его правдиво в рассказе, нужно обнажить его корни, его связи с нравственными достижениями человечества в целом.

Рассказ заканчивается тем, что осведомителя, приведшего полицейских, которые убили Энрике и арестовали Марию, охватывает уничтожающее чувство страха, он боится и ему не помогает его амулет. Амулет был и остается вещичкой, которая как бы прикрывает эгоистов, трусов и предателей. И в данном случае осведомитель, продавший за пятьдесят долларов жизни борцов за свободу, за Родину, этот беспаспортный тип испытывает непреодолимый страх, который холодит все его нутро, потому что в него вселяется страх всех продажных тварей. С давних пор, а именно с того дня, как только возникла частная собственность и вместе с нею торговля человечностью, существует презрение к этим тварям, и оно породило и порождает страх у предателей и трусов. Иуда из Кариот, получив тринадцать серебряников, старается как можно глубже залезть от страха в нору своего жилья, но страх преследует его, и он кончает жизнь самоубийством. Так вот, негр испытывает страх смерти. И его не спасут амулеты. Если его никто не убьет, то он вынужден будет убить самого себя.

В процессе реализации теории айсберга Хемингуэй обращает внимание и на отношение к истории искусства и литературы. На опрос «Маэстро» о том, что должен прочесть начинающий писатель, Хемингуэй перечисляет многих классиков литературы. И добавляет, что в действительности прочитать-то нужно еще и в три раза больше и все и это для того, чтобы не повторять уже написанное, и иметь материал для сравнения и сделать работу лучше, чем это сделали твои предшественники. Для изучения произведений Хемингуэя, в данном случае попытки понимания роли женских образов для воссоздания действительности необходимо ясное осознание того, что человеческая чувственность и человеческое овладение миром дано в духовном мире человека как целостный живой, т.е. все время переосмысливаемый каждым поколением людей процесс.

Следующей характерной чертой исходных позиций Хемингуэя является реализация идеи о том, что человек может быть осознан только как человечество. По существу эта позиция в общем виде содержится в «теории айсберга», но писатель конкретизирует ее, например, в эпиграфе к роману «По ком звонит колокол», приведя размышления английского писателя Джона Донна. Вот оно. «Нет человека, который был бы, как Остров, сам по себе: каждый человек есть часть Материка, часть Суши; и если Волной снесет в море береговой Утес, меньше станет Европа, и также, если смоет край Мыса или разрушит Замок твой или Друга твоего; смерть каждого Человека умаляет и меня, ибо я един со всем Человечеством, а потому не спрашивай никогда, по ком звонит Колокол: он звонит по Тебе».

В творчестве Хемингуэя мировосприятие и миросознание потерянного поколения является той нитью, которая связывает бусинки фактов действительности подвергнутых воссозданию. По существу все творчество Хемингуэя — это самоутверждение и самореализация потерянного поколения, однако, принципы этого поколения нужно осознать. Иначе говоря, эти принципы надо обязательно попытаться выделить в нечто самостоятельное. Выполнение задуманной задачи во многом зависит от осознания противостояния потерянного поколения реалиям действительности.

Война вообще, а не отдельные ее эпизоды, заставляет писателя сделать общий, весьма неутешительный вывод. «Автор этой книги, – писал он о себе, – пришел к сознательному убеждению, что те, кто сражается на войне, самые замечательные люди, и чем ближе к передовой, тем более замечательных людей там встречаешь; зато те, кто затевает, разжигает и ведет войну, – свиньи, думающие только об экономической конкуренции и о том, что можно нажиться. Я считаю, что все, кто наживается на войне, и кто способствует ее разжиганию, должны быть расстреляны в первый же день военных действий доверенными представителями честных граждан своей страны, которых они посылают сражаться. Автор этой книги с радостью взял бы на себя миссию организовать такой расстрел, если бы те, кто пойдет воевать, официально поручили ему это».

Именно в системе такого миросознания потерянного поколения можно выделить характерное отношение к женщине. В рассказе «Дома» отмечается: «В городе ничего не изменилось, только девочки стали взрослыми девушками. Но они жили в таком сложном мире давно установившейся дружбы и мимолетных ссор, что у Кребса не хватало ни энергии, ни смелости войти в этот мир. Но смотреть на них он любил. Так много было красивых девушек!

В сущности, он в них не нуждался. Они были слишком сложны для него. Было тут и другое. Он смутно ощущал потребность в женщине. Ему нужна была женщина, но лень было ее добиваться. Он был не прочь иметь женщину, но не хотел долго добиваться ее. Не хотел никаких уловок и ухищрений. Он не хотел тратить время на ухаживание. Не хотел больше врать».

У Хемингуэя выделяется особое понимание сути женщины. Ее он иллюстрирует в рассказе «Кошка под дождем», где описывается одно из противоречий современной жизни, которое заключается в том, что господство денег опустошает жизнь людей и особенно женщин. По всему рассказу как бы разлито чувство неудовлетворенности, чего-то не хватает. Она говорит, что ей хочется стать женщиной: «- Мне надоело, - сказала она. - Мне так надоело быть похожей на мальчика. - Хочу крепко стянуть волосы, и чтобы они были гладкие, и чтобы был большой узел на затылке, и чтобы можно было его потрогать, - сказала она». Она хочет быть женщиной. Может показаться, что такое утверждение парадоксально. Ведь они муж и жена. Значит он мужчина, а она — женщина.

Продолжая анализ рассказа «Кошка под дождем», нужно отметить, что наша героиня не удовлетворена тем, что она не женщина в некотором глубинном смысле. В смысле, что она не свободный человек-женщина. Она предмет собственности мужчины. Поэтому у него все в порядке. Ему кажется, что все в порядке. Он читает и все. Он не видит ее поиска себя как человека, как женщины.

Роман «Фиеста» чрезвычайно сложное произведение. Оно объективирует то, что называется потерянным поколением. Сложность обусловлена тем, что в нем показываются самые разные соприкосновения этого поколения с внешней для них жизнью. Отрицание распространенных рассудочных ценностей вызывает самые различные эмоции в отношениях людей, и писатель, стараясь исчерпывающе показать потерянное поколение как социальное явление, вызванное войной, приводит в романе подробности, которые кажутся на первый взгляд излишними.

По существу это потерянное поколение в романе представлено двумя персонажами. Речь идет о Джекобе Барнсе — американском журналисте и молодой красавице леди Берт Эшби. Многие остальные, как бы примазавшиеся к ним или через них вообще к потерянному поколению. Это суть многочисленные представители парижской богемы — начинающие художники и их более удачливые коллеги, проститутки и разного рода девицы, прилипающие к богемным жильцам в надежде на дешевую жизнь и возможно на счастливое будущее. Все это — люди, противопоставляющие себя остальному миру правильных бюргеров, не только пренебрежением к принятым нормам обычной жизни, но и одеждой, языком и многими иными вызывающими манерами поведения. Объединяющим их элементом является демонстрация вольности к образу жизни в целом и по отношению употребления алкоголя в частности. Все они стремятся казаться ночными бабочками, которые ходят из одного ночного заведения к другому всю ночь. Все эти черты, которые трактуются как прожигание жизни, лишь внешнее подражание потерянному поколению.

В понимании Хемингуэя для потерянного поколения особенно важна этическая сторона, своеобразный моральный кодекс, что-то похожее на так называемую рыцарскую честь, буржуазную респектабельность, солдатскую верность или, как у Хемингуэя, «честную игру». В малом, в простейших случаях такой моральный кодекс неоспорим. Кто возразит против порядочности, честности, верности долгу, внутренней собранности? Но стоит автоматическое соблюдение этих жизненных правил приложить к большим требованиям жизни, как выясняется относительность и недостаточность этих критериев вне той обстановки и цели, ради которой они соблюдаются.

Следует отметить, что объем статьи не позволяет полностью описать женские образы произведений Хемингуэя. Ничего, например, не сказано о Кэтрин из романа «Прощай, оружие» или о мудрой Пилар из романа «По ком звонит колокол» и многих других. Но нам кажется, что приведенного материала достаточно для вывода о том, что, читая Хемингуэя, нельзя не понять, что вся гармония человечности реализуется и проявляется в отношениях женщины и мужчины. Особенно своевременна эта тема в современной жизни, когда, зачастую человека превращают в средство, лишают его человечности. Нужно помнить слова великого писателя, что безнравственности, бесчеловечности, пороку наступит конец. И когда-нибудь зазвонит колокол.


Литература:
  1. Симонов К. Читая Хемингуэя. Предисловие к Собранию соч. - М., 1968.

  2. Хемингуэй Э. Собрание сочинений в 4-х тт. - М., 1968.

  3. Кашкин И. Для читателя современника // Статьи и исследования. - М.: Советский писатель, 1968.

Основные термины (генерируются автоматически): потерянного поколения, Читая Хемингуэя, произведений Хемингуэя, женских образов Хемингуэя, творческое наследие Хемингуэя, большинстве книг Хемингуэя, творчестве Хемингуэя мировосприятие, исходных позиций Хемингуэя, произведениях Хемингуэя, изучения произведений Хемингуэя, представления Хемингуэя, образы произведений Хемингуэя, творчество Хемингуэя, метафоры Эрнеста Хемингуэя, понимании Хемингуэя, потерянное поколение, Похожая статья, Женские образы, потерянного поколения реалиям, самореализация потерянного поколения.

Обсуждение

Социальные комментарии Cackle
Задать вопрос