Библиографическое описание:

Лю Ц. Сравнение как компонент текста (на материале прозы З. Прилепина) [Текст] // Филологические науки в России и за рубежом: материалы II Междунар. науч. конф. (г. Санкт-Петербург, ноябрь 2013 г.). — СПб.: Реноме, 2013. — С. 59-60.

Сравнение является традиционным стилистическим приемом. В этом аспекте существует значительное число исследований, в которых анализируется феномен сравнения, а также его разновидности. Однако есть и другой аспект изучения, связанный с употреблением сравнения в тексте. В этом случае сравнение изучается как компонент текста, то есть либо оно является компонентом художественного образа, либо (если сравнение развернутое) лежит в основе образа. Можно сказать, что сравнение помогает внести в текст эстетическую функцию. И.Б. Голуб отмечает:  «Эстетика – наука о прекрасном в обществе и природе в его конкретно-чувственных формах и его роли в человеческой жизни. Следовательно, эстетический – связанный с созданием, воспроизведением и восприятием прекрасного в искусстве и в жизни» [2, с. 322]. И.Б. Голуб пишет, что важным в употреблении сравнений в художественном тексте является то, «как используются <…>,  насколько оправдано обращение к ним в контексте» [2, с.131]. Отмечается также, что с помощью сравнений создаются «убедительные, достоверные или слабые, фальшивые образы».

В прозе З. Прилепина используется много сравнений. Например, развернутое сравнение, формирующее образ, включает в себя эпитеты: «Марыська <…> приседала рядом, подставляла гладкую, как галька, прохладную, ароматную щёку для поцелуя» [4, с. 256]. Образ «гладкой щеки», сравниваемый с галькой, развертывается в тексте благодаря определениям-эпитетам «прохладный», «ароматный».

Приведем еще пример: «По утрам Даша спала беспокойно, словно грудной ребёнок перед кормлением» [4, с. 19]. В этом примере с помощью сравнения Даши с грудным ребёнком раскрывается образ этой девушки, понятно отношение главного героя к его возлюбленной. Причём дальше в тексте описывает, почему девушка сравнима с ребёнком: «Делала несколько шальных движений, смешно переворачивалась, задевая волосами моё лицо» [4, с. 19]. То есть сравнение не заканчивается просто оборотом: словно грудной ребёнок перед кормлением. Оно превращается в целую систему, наводящую именно на нужное представление образа. Происходит развертывание, «прорастание» художественного образа [1].

Художественное мастерство писателя заключается в разнообразии композиционных приемов, с помощью которых вводится в текст сравнение. Например, сначала идёт предпосылка к сравнению, т.е. объяснение: «Когда отец читал, он не дышал размеренно, как обычно дышат люди и млекопитающие. Он набирал воздуха и какое-то время лежал безмолвно, глядя в книгу… Воздуха ему хватало больше чем на полстраницы. Потом он выдыхал, некоторое время дышал равномерно, добегал глазами страницу, переворачивал её и снова набирал воздуха» [4, с. 33]. И лишь после этого вводится само сравнение: «Он будто плыл под водой от страницы к странице» [4, с. 33]. Так, скорее всего, автор раскрыл выражение «читать взахлёб», которое изначально является метафорическим.

В прозе З. Прилепина используется композиционный прием, когда встречается не просто длинный сравнительный оборот, а целая цепочка, состоящая из нескольких  оборотов. Один главный, общий образ изображается с помощью отдельных, частных образов при помощи сравнений, соединенных собой одной идеей: «Сны состояли из запахов.

Влажно и радужно, словно нарисованный в воздухе акварелью, появлялся запах лета, призрачных ночных берёз, дождей, коротких, как минутная работа сапожника, нежности. Затем густо и лениво наплывал запах осени,  словно нарисованный маслом, запах просмоленных матч сосен и осин, печали. Белый, стылый, неживой, нарисованный будто бы мелом, сменял запах осени вкус зимы» [4, с. 20].

Запахи сравниваются с работой художника, писатель словно объясняет, из чего «нарисованы» эти работы. Чтобы описать, представить запах, Захар Прилепин соединяет, казалось бы, несовместимое: обоняние и видение, но сравнение в то же время не кажется искусственным, а вполне понятным и занимательным.

Сравнения в прозе З. Прилепина отличаются неожиданностью, непредсказуемостью. Образы, создаваемые на основе сравнений, неинтертекстуальны: «Неприглядные, желтолицые и хищные монголы, как дождевые черви, разрубаемые на части» [4, с. 35]; «Город оказался слабым,  игрушечным – и ломать его было  так же бессмысленно, как ломать игрушку: внутри ничего, только пластмассовая пустота» [4, с. 579]; «Пляж не стал ласковым и чистым, как в детстве, нет. Напротив, он будто бы переболел какой-то заразой, оспой…» [4, с. 600]; «У него на ногах росли страшные вены, будто их сначала порвали, а потом вместо того, чтоб сшить, повязали узлами» [4, с. 1035].

Художественный образ, создаваемый писателем, отличается разнообразием. Например, одно и то же явление (луна) описывается по-разному в разных контекстах: «Луна тоже катилась по воде как обмылок, и я ловил его руками» [4, с. 1050]; «Луна лежала на месте, не шевелясь – плоская и жирная как блин в застылом масле» [4, с. 1051]. В первом случае луна сравнивается с обмылком, маленьким, юрким, а во втором уже полностью противоположное представление ночного светила: оно неподвижно. Хотя в русском языке и даже сознании уже устоялось сравнение с блином солнца, а не луны, но у З. Прилепина дневное светило не схоже с устоявшимся представлением: «Солнце висело над нами, тяжёлое, как сковородка».

Для русского человека понятно, что такое нечистая сила (Нечистая сила (сокр. нечисть) – собирательное имя потусторонней силы и существ: злых духов, чертей, демонов, водяных, оборотней, нежити и т. д. Общим для них всех является принадлежность к «нечистому», «отрицательному», «нездешнему», потустороннему миру и их злокозненность по отношению к людям [3]), страх перед ней. В соответствии с этим писатель, осознавая это, соотносит милиционера с потусторонней силой: «взглядом зацепить милиционера, словно тот был нечистой силой» [4, с. 580].

Для уточнения состояния, для изображения нужных  его оттенков применяются сравнения и сравнительные обороты («стало как-то тошно и мёрзло, словно кто-то холодным, ржавым ртом дышал на внутренности» [4, с. 673]).

Могут в произведении и сопоставляться действия, например: «Я…палочку… откинул насколько мог. Отец подпрыгнул, будто хотел её поймать ещё в воздухе…»

Роль сравнения в художественном тексте значительна: художественный текст получает наполненность, своеобразную логику, все образы становятся понятными и целесообразно использованными. Благодаря развертыванию художественного образа текст приобретает необходимую ему динамичность. Разнообразие сравнений приводит к разнообразию образов, что способствует формированию индивидуального стиля писателя. Можно сказать, что сравнение, как и метафора, становится компонентом текста, а также лежит в основе структуры художественного образа.

Литература:

1.      Ахметова Г.Д. О «прорастании» художественного образа // Русская речь в современном вузе: Материалы Пятой международной научно-практической интернет-конференции / Отв. ред. д.п.н., проф. Б.Г. Бобылев. 20 ноября 2008 – 20 января 2009 г., ОрелГТУ. – Орел: ОрелГТУ, 2009. С. 7 – 9.

2.      Голуб И.Б. Стилистика русского языка. 4-е изд. М.: Айрис-прес, 2002. 448 с.

3.      http://ru.wikipedia.org/wiki/Нечистая_сила (дата обращения 1 октября 2013 г.).

4.      Прилепин З. Дорога в декабре: Патологии. Грех. Ботинки, полные горячей водкой. Санькя. Чёрная обезьяна. Лес: [романы, повесть, рассказы]. М.: АСТ, 2013. 1052 с.

Основные термины (генерируются автоматически): художественного образа, прозе З, художественном тексте, компонент текста, грудной ребёнок, компонентом художественного образа, материале прозы З, «прорастание» художественного образа, художественного образа текст, структуры художественного образа, нужное представление образа, Эдуард Лимонов» З, развернутое сравнение, традиционным стилистическим приемом, сравнение развернутое, запах осени вкус, случае сравнение, помощью сравнения Даши, художественном тексте значительна, «По утрам Даша.

Обсуждение

Социальные комментарии Cackle
Задать вопрос