Продовольственная безопасность является составной частью национальной безопасности государства и одним из условий сохранения его суверенитета. События последних лет — внешнеторговые ограничения, разрыв логистических цепочек, рост мировых цен на продовольствие и средства его производства — со всей очевидностью показали, что способность страны самостоятельно обеспечивать население продовольствием имеет не только экономическое, но и конституционное измерение: от неё зависит реализация фундаментальных прав человека на жизнь и охрану здоровья.
Актуальность темы усиливается и тем обстоятельством, что, несмотря на наличие значительного массива нормативных правовых актов, в Российской Федерации до настоящего времени не принят специальный федеральный закон о продовольственной безопасности. Регулирование осуществляется преимущественно подзаконными и программными актами, что снижает стабильность и системность правового режима. Цель настоящей статьи — охарактеризовать конституционные основы обеспечения продовольственной безопасности, проанализировать действующую систему её правового регулирования и сформулировать конкретные предложения по совершенствованию законодательства Российской Федерации.
Конституционные основы обеспечения продовольственной безопасности . Конституция Российской Федерации не содержит прямого упоминания продовольственной безопасности, однако её гарантии имеют прочную конституционную основу. Статья 7 Конституции РФ провозглашает Российскую Федерацию социальным государством, политика которого направлена на создание условий, обеспечивающих достойную жизнь и свободное развитие человека [1]. Достойная жизнь в содержательном смысле предполагает физическую безопасность, достойный прожиточный минимум, доступ к социальным и материальным благам, медицинскому обслуживанию, социальному обеспечению. Полноценное питание выступает необходимой предпосылкой каждого из перечисленных элементов, а следовательно — и самой идеи социального государства.
Статьи 17 и 18 Конституции РФ гарантируют права и свободы человека согласно общепризнанным принципам и нормам международного права. Это положение имеет непосредственное значение для рассматриваемой темы: статья 25 Всеобщей декларации прав человека 1948 года относит право на такой жизненный уровень, включая пищу, к числу неотъемлемых прав человека [2], а статья 11 Международного пакта об экономических, социальных и культурных правах 1966 года признаёт основополагающее право каждого на свободу от голода [3]. Таким образом, право на питание имеет международно-правовое признание и подлежит реализации в национальной правовой системе.
В национальном законодательстве право на полноценное питание непосредственно не сформулировано, однако оно является условием реализации целого ряда закреплённых в Конституции РФ прав: права на жизнь (статья 20), поскольку без питания невозможна физиологическая жизнь человека; права на охрану здоровья и медицинскую помощь (статья 41), так как охрана здоровья немыслима без разнообразного и полезного питания в достаточном количестве; права на защиту материнства и детства (статья 38), предполагающую обеспечение питанием беременных женщин и детей как наиболее уязвимых категорий населения; права на социальное обеспечение (статья 39), которое по своему смыслу означает достаточность средств для нормальной жизнедеятельности, а значит — и для полноценного питания. Продукты питания рассматриваются также в контексте права на благоприятную окружающую среду (статья 42) [1].
Приведённые положения позволяют сделать вывод: обеспечение продовольственной безопасности является не только отраслевым (аграрно-правовым) вопросом, но и задачей конституционно-правового уровня, а право на полноценное питание следует рассматривать как гарантируемое Конституцией РФ условие реализации основных прав человека. Государство в силу статьи 7 Конституции РФ несёт общесоциальную функцию создания условий для достойной жизни, и продовольственная безопасность выступает одной из её базовых составляющих.
Действующее определение продовольственной безопасности закреплено в Доктрине продовольственной безопасности Российской Федерации, утверждённой Указом Президента РФ от 21 января 2020 г. № 21 (далее — Доктрина) [4]. Продовольственная безопасность понимается как состояние экономики страны, при котором обеспечена продовольственная независимость и гарантируется физическая и экономическая доступность для населения качественных, безопасных и полезных пищевых продуктов в объёмах и ассортименте в соответствии с рациональными нормами потребления. Доктрина устанавливает количественные индикаторы продовольственной безопасности, в том числе значения самообеспеченности по зерну (не менее 95 %), сахару, растительному маслу (не менее 90 %), мясу (не менее 85 %), молоку (не менее 90 %). Вместе с тем Доктрина содержит преимущественно нормы-дефиниции, нормы-принципы и целеполагающие предписания: в отличие от закона она не содержит классических обязываний, запретов и правовых последствий их нарушения.
Система действующего правового регулирования продовольственной безопасности . Правовые основы государственного регулирования в рассматриваемой сфере образуют систему актов трёх уровней — федерального, регионального и муниципального.
Общие вопросы обеспечения национальной, экономической и продовольственной безопасности урегулированы Федеральным законом от 28.12.2010 № 390-ФЗ «О безопасности»: в соответствии со статьёй 4 государственная политика в области обеспечения безопасности является частью внутренней и внешней политики Российской Федерации [5]. Параметры стратегического планирования установлены Федеральным законом от 28.06.2014 № 172-ФЗ «О стратегическом планировании в Российской Федерации» [6] и Стратегией национальной безопасности Российской Федерации, утверждённой Указом Президента РФ от 02.07.2021 № 400 [7], прямо относящей продовольственную безопасность к числу стратегических национальных приоритетов.
Отраслевое регулирование представлено, в частности: Федеральным законом от 02.01.2000 № 29-ФЗ «О качестве и безопасности пищевых продуктов» [8], закрепляющим основные понятия (пищевые продукты, продовольственное сырьё, пищевая ценность и др.) и полномочия по государственному регулированию; Законом РФ от 07.02.1992 № 2300–1 «О защите прав потребителей» [9], защищающим интересы граждан как покупателей продовольствия; Федеральным законом от 30.03.1999 № 52-ФЗ «О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения» [10]; Федеральным законом от 03.12.2012 № 227-ФЗ «О потребительской корзине в целом по Российской Федерации» [11], определяющим состав продуктов питания основных социально-демографических групп населения.
Ключевое значение имеет Федеральный закон от 29.12.2006 № 264-ФЗ «О развитии сельского хозяйства» [12], устанавливающий цели государственной аграрной политики: устойчивое развитие сельских территорий и повышение уровня жизни сельского населения; формирование благоприятного инвестиционного климата; поддержание ценового паритета между сельским хозяйством и промышленностью; сохранение и воспроизводство природных ресурсов, используемых в сельском хозяйстве. Однако закон не раскрывает понятие продовольственной безопасности и связывает меры государственной поддержки лишь с узким кругом мероприятий, что не позволяет рассматривать его в качестве специального акта в данной сфере.
Отдельные вопросы урегулированы Федеральными законами «О сельскохозяйственной кооперации», «Об обороте земель сельскохозяйственного назначения», «О закупках и поставках сельскохозяйственной продукции, сырья и продовольствия для государственных нужд», «О финансовом оздоровлении сельскохозяйственных товаропроизводителей», «О Всероссийской сельскохозяйственной переписи», «О рыболовстве и сохранении водных биологических ресурсов» (в котором обеспечение продовольственной безопасности и импортозамещение прямо названы среди целей), а также Федеральным конституционным законом «О чрезвычайном положении» и Федеральным законом «О гражданской обороне» применительно к чрезвычайным ситуациям.
На региональном уровне действуют, например, Закон «Об обеспечении продовольственной безопасности в Нижегородской области», Закон «О продовольственной безопасности Костромской области», Закон Санкт-Петербурга от 25.12.2015 № 841–168 «Об обеспечении продовольственной безопасности и поддержки сельскохозяйственного производства в Санкт-Петербурге» [13]. Сопоставление региональных актов показывает, что их структура в целом сходна (понятия, цели и задачи, полномочия органов власти, механизм обеспечения), однако содержание различается: в законе Костромской области выделены статьи о прогнозных продовольственных балансах и общественном контроле, в Нижегородской области — статья о критериях и показателях продовольственной безопасности. Такая асимметрия означает, что объём гарантий граждан зависит от региона проживания, что в условиях единого конституционно-правового статуса граждан представляется не вполне последовательным.
Наконец, ядром регулирования остаётся Доктрина продовольственной безопасности. Именно на её основе строится правотворческая и правоприменительная практика в данной сфере, однако юридическая сила Доктрины и её программный характер не восполняют отсутствия закона.
Проблема отсутствия специального федерального закона . Вопрос о специальном законодательном акте ставился ещё в 1990-е годы. 10 декабря 1997 г. Государственная Дума приняла первый Федеральный закон «О продовольственной безопасности Российской Федерации», одобренный Советом Федерации, однако Президент РФ вернул закон без рассмотрения. Основанием послужило нарушение части 3 статьи 104 Конституции РФ: законопроекты, предусматривающие расходы, покрываемые за счёт федерального бюджета, могут вноситься только при наличии заключения Правительства РФ. Гарантия физической и экономической доступности жизненно важных продуктов была квалифицирована как требующая дополнительных расходов, в то время как требуемое заключение Правительства отсутствовало.
11 февраля 1999 г. в Государственную Думу был внесён новый законопроект, прошедший обсуждения и одобренный в первом чтении, однако летом 2005 г. без какого-либо мотивирования снятый с рассмотрения. С тех пор вопрос о принятии закона в системном виде на законодательном уровне не решался.
Отсутствие специального федерального закона порождает ряд последствий. Во-первых, центральный нормативный акт сферы — Доктрина — является указом Президента с преобладанием декларативных и целеполагающих норм, не содержащим механизмов реализации и ответственности. Во-вторых, понятийный аппарат и индикаторы продовольственной безопасности не имеют законодательного закрепления, что затрудняет их использование в правоприменении и правотворчестве субъектов РФ. В-третьих, разрозненность федеральных и региональных актов приводит к неравенству гарантий в зависимости от региона. В-четвёртых, за пределами правового поля остаются вопросы ответственности за необеспечение продовольственной безопасности и порядка взаимодействия публичных институтов в данной сфере.
Предложения по совершенствованию законодательства Российской Федерации . На основании проведённого анализа представляется возможным сформулировать следующие предложения.
Первое — разработать и принять Федеральный закон «О продовольственной безопасности в Российской Федерации». Предлагаемая структура закона: раздел об общих положениях и понятиях (продовольственная безопасность, продовольственная независимость, физическая и экономическая доступность продовольствия, качество и безопасность пищевых продуктов); раздел о целях, принципах и критериях обеспечения продовольственной безопасности; раздел о разграничении полномочий федеральных органов государственной власти, органов государственной власти субъектов РФ и органов местного самоуправления; раздел о мерах государственной поддержки сельскохозяйственных товаропроизводителей и государственного контроля; раздел о мониторинге состояния продовольственной безопасности и ежегодном докладе Правительства РФ палатам Федерального Собрания; раздел о заключительных положениях и ответственности. В закон подлежат переводу ключевые положения Доктрины 2020 года [4], прежде всего количественные индикаторы самообеспеченности, что придаст им качество юридически обязательных целевых показателей, на которые смогут опираться программы и бюджетные решения.
Второе — дополнить Федеральный закон от 29.12.2006 № 264-ФЗ «О развитии сельского хозяйства»: закрепить в нём определение продовольственной безопасности, указать на обеспечение продовольственной независимости как самостоятельную цель государственной аграрной политики и возложить на органы государственной власти обязанность учитывать индикаторы продовольственной безопасности при формировании и реализации государственных программ развития сельского хозяйства.
Третье — дополнить Федеральный закон от 02.01.2000 № 29-ФЗ «О качестве и безопасности пищевых продуктов» положением о том, что государственный контроль качества и безопасности пищевых продуктов является составной частью обеспечения продовольственной безопасности, а также развить нормы о прослеживаемости пищевой продукции на всех этапах её производства и оборота, согласовав их с техническим регулированием в рамках Евразийского экономического союза.
Четвёртое — обеспечить унификацию регионального законодательства. Федеральный закон о продовольственной безопасности должен стать нормативной базой для приведения региональных актов к единой модели; целесообразно также принятие модельного закона субъекта РФ «Об обеспечении продовольственной безопасности», устанавливающего обязательные элементы регионального регулирования (понятийный аппарат, критерии и показатели, порядок мониторинга, полномочия органов государственной власти и местного самоуправления). Это устранит зависимость объёма гарантий от региона проживания граждан.
Пятое — совершенствовать Федеральный закон от 03.12.2012 № 227-ФЗ «О потребительской корзине в целом по Российской Федерации» [11]: предусмотреть пересмотр состава потребительской корзины на основе актуальных научно обоснованных норм питания с сокращением интервалов пересмотра и учётом региональных особенностей структуры питания, поскольку потребительская корзина является юридическим выражением минимального уровня физической доступности продовольствия.
Шестое — развить социальную составляющую продовольственной безопасности: закрепить на федеральном уровне гарантии полноценного питания для отдельных категорий граждан, расширив сложившийся механизм обеспечения горячим питанием школьников (Федеральный закон от 01.03.2020 № 47-ФЗ [14]) на иные уязвимые группы — детей из малоимущих семей, беременных женщин — через дополнение Федеральных законов от 17.07.1999 № 178-ФЗ «О государственной социальной помощи» [15] и от 28.12.2013 № 442-ФЗ «Об основах социального обслуживания граждан в Российской Федерации» [16] соответствующими нормами о дополнительном питании.
Проведённый анализ позволяет сделать следующие выводы. Продовольственная безопасность имеет прочную конституционную основу: несмотря на отсутствие в Конституции РФ прямого упоминания права на питание, оно является необходимым условием реализации прав на жизнь, охрану здоровья, социальное обеспечение и защиту материнства и детства, а также вытекает из международных обязательств Российской Федерации.
Действующая система регулирования представлена разрозненными актами федерального и регионального уровня при центральном значении Доктрины продовольственной безопасности, имеющей преимущественно программный характер. Попытки принятия специального федерального закона в 1997–2005 годах успеха не имели, в результате чего в правовой системе сохраняется пробел, порождающий разрозненность и декларативность регулирования. Устранение указанного пробела возможно посредством принятия федерального закона «О продовольственной безопасности в Российской Федерации», дополнения отраслевых законов, унификации регионального законодательства и развития социальных гарантий полноценного питания. Реализация предложенных мер будет способствовать переходу от фрагментарного к системному конституционно-правовому обеспечению продовольственной безопасности Российской Федерации.
Литература:
- Конституция Российской Федерации (принята всенародным голосованием 12.12.1993 с изменениями, одобренными в ходе общероссийского голосования 01.07.2020) // Собрание законодательства РФ. 2020. № 11. Ст. 1416.
- Всеобщая декларация прав человека (принята Генеральной Ассамблеей ООН 10.12.1948) // Российская газета. 1995. 5 апр.
- Международный пакт об экономических, социальных и культурных правах (принят Резолюцией 2200 А (XXI) Генеральной Ассамблеи ООН от 16.12.1966) // Ведомости Верховного Совета СССР. 1976. № 17 (1831). Ст. 291.
- Указ Президента РФ от 21.01.2020 № 21 «Об утверждении Доктрины продовольственной безопасности Российской Федерации» // Собрание законодательства РФ. 2020. № 4. Ст. 383.
- Федеральный закон от 28.12.2010 № 390-ФЗ «О безопасности» // Собрание законодательства РФ. 2011. № 1. Ст. 49.
- Федеральный закон от 28.06.2014 № 172-ФЗ «О стратегическом планировании в Российской Федерации» // Собрание законодательства РФ. 2014. № 26 (ч. I). Ст. 3378.
- Указ Президента РФ от 02.07.2021 № 400 «О Стратегии национальной безопасности Российской Федерации» // Собрание законодательства РФ. 2021. № 28. Ст. 5151.
- Федеральный закон от 02.01.2000 № 29-ФЗ «О качестве и безопасности пищевых продуктов» // Собрание законодательства РФ. 2000. № 2. Ст. 150.
- Закон РФ от 07.02.1992 № 2300–1 «О защите прав потребителей» // Ведомости СНД и ВС РФ. 1992. № 15. Ст. 766.
- Федеральный закон от 30.03.1999 № 52-ФЗ «О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения» // Собрание законодательства РФ. 1999. № 14. Ст. 1650.
- Федеральный закон от 03.12.2012 № 227-ФЗ «О потребительской корзине в целом по Российской Федерации» // Собрание законодательства РФ. 2012. № 50 (ч. 5). Ст. 6950.
- Федеральный закон от 29.12.2006 № 264-ФЗ «О развитии сельского хозяйства» // Собрание законодательства РФ. 2007. № 1 (ч. 1). Ст. 27.
- Закон Санкт-Петербурга от 25.12.2015 № 841–168 «Об обеспечении продовольственной безопасности и поддержки сельскохозяйственного производства в Санкт-Петербурге» // Санкт-Петербургские ведомости. 2015. 28 дек.
- Федеральный закон от 01.03.2020 № 47-ФЗ «О внесении изменений в статью 14 Федерального закона „Об образовании в Российской Федерации“» // Собрание законодательства РФ. 2020. № 9. Ст. 1142.
- Федеральный закон от 17.07.1999 № 178-ФЗ «О государственной социальной помощи» // Собрание законодательства РФ. 1999. № 29. Ст. 3699.
- Федеральный закон от 28.12.2013 № 442-ФЗ «Об основах социального обслуживания граждан в Российской Федерации» // Собрание законодательства РФ. 2013. № 52 (ч. 1). Ст. 7002.

