Изучая данную проблему установлено, что за 2023–2026 гг. число преступлений, совершённых через сеть «Интернет», увеличилось почти на 100 %. Исходя из этого, автор считает расследование таких деяний приоритетным направлением деятельности правоохранительных органов
Следует обратить внимание на форму взаимодействия преступника с потерпевшим. Оно осуществляется дистанционно через социальные сети (ВКонтакте, «Одноклассники», Instagram[*]), электронную почту и сервисы мгновенных сообщений (Telegram, WhatsApp, Skype, Discord) [1]. Следовая картина, возникающая при работе с распространенным программным обеспечением, требует особых технических и тактических приемов обнаружения, фиксации и изъятия. Эти приемы автор связывает со строгим соблюдением уголовно-процессуальных требований, поскольку от этого зависят законность и эффективность расследования.
Тезис А. А. Балашовой указывает на второй уровень проблемы. Значительный массив доказательственной электронно-цифровой информации находится на внешних информационных ресурсах, доступ к которым обеспечивает сеть Интернет [2]. Следователь имеет дело не только с материальным устройством, но и с информацией, размещенной вне его.
Технологические особенности сети «Интернет» усложняют задачу. Согласно характеристике, которую Б. А. Салимов заимствует у У. А. Меликова, Интернет представляет собой всемирную совокупность компьютерных сетей, использующих специальные протоколы обмена данными. У него нет единого центра обработки и хранения информации. Электронные данные размещаются на разных серверах, каждому из которых присвоен уникальный сетевой адрес, а передача по каналам связи не ограничена по объёму и происходит с высокой скоростью. Технология динамично развивается и со временем приобретает новые свойства.
Указанные свойства объясняют, почему сетевая информация не «привязана» к месту работы следователя. Местонахождение носителей такой информации нередко неизвестно либо они находятся за пределами страны. Между тем технология дистанционного доступа позволяет получить сведения без физического контакта с носителем, и для доказывания этот контакт утрачивает значение [3].
Интересна позиция А. О. Соколовой и Д. А. Мохорова которые исходят из того, что электронный носитель и хранящаяся на нём информация не тождественны. Мобильный телефон является материальным объектом, а фотографии, переписка, документы и сведения об использовании приложений — это уже цифровая информация [4]. В последствии чего автор напоминает, что вещественными доказательствами по ст. 81 УПК РФ признаются предметы, служившие орудиями преступления или сохранившие его следы. Носители, изъятые в ходе досудебного производства, но не признанные вещественными доказательствами, подлежат возврату лицам, у которых они были изъяты. Отсюда следует, что процессуальная судьба устройства и судьба содержащихся в нём данных определяются по разным основаниям, и способ получения доказательственной информации зависит от этого различия.
Кроме того, информация не всегда локализована в изъятом устройстве. Мобильный телефон может лишь обеспечивать доступ к учетной записи, а основной объем данных хранится на удаленном сервере. Таким образом, изъятие устройства не гарантирует получение всего массива сведений, связанных с его владельцем.
Далее рассмотрим электронные носители как материальные объекты. Осмотр (ст. 176, 177 УПК РФ) направлен на исследование местности, жилища, здания, помещения, сооружения и иных объектов для обнаружения следов преступления и выяснения обстоятельств, имеющих значение для дела. Его можно проводить и до возбуждения дела. При осмотре изымаются только предметы, связанные с обстоятельствами преступления в рамках ст. 144 УПК РФ или с уголовным делом. Жилище осматривается с согласия проживающих в нем лиц или по решению суда, помещение организации (в присутствии представителя администрации). Если обеспечить его участие невозможно, в протоколе делается соответствующая запись.
Основанием для проведения обыска по ст. 182 УПК РФ служат достаточные данные о том, что в каком-либо месте или у какого-либо лица находятся орудия, оборудование или иные средства совершения преступления, а также предметы, документы и ценности, имеющие значение для дела. Следует подчеркнуть, что обыск ограничивает право на личную свободу, неприкосновенность частной жизни и жилища, и рекомендуется поручать его проведение следователю, в производстве которого находится дело, независимо от места проведения. Выемка производится, когда необходимо изъять определенные предметы и документы и точно известно, где и у кого они находятся (ст. 183 УПК РФ). Ученые рассматривают принудительную выемку как разновидность обыска, ограниченную изъятием заведомо известных следователю объектов. В ходе обыска изымаются все обнаруженные предметы и документы, имеющие отношение к расследуемому преступлению.
Исследование цифровой информации может проводиться следователем, специалистом либо в рамках судебной экспертизы, а выбор формы зависит от сложности задачи. Если установление обстоятельств требует специальных знаний в области компьютерной техники, программного обеспечения или информационных систем, экспертиза даёт обоснованный результат с применением специальных методов.
Ученые криминалисты подчёркивают также ориентир Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15 декабря 2022 г. № 37 [6]. Документ требует устанавливать обстоятельства, связанные с использованием электронных и информационно-телекоммуникационных сетей при совершении преступлений, и допускает привлечение специалистов для решения технических вопросов.
Для перехода к сетевым ресурсам важно ещё одно замечание. Информация нередко находится в облачных хранилищах, на удалённых серверах и в распределённых системах, и физическое изъятие устройства не обеспечивает получения всего объёма сведений. Поэтому необходимо развивать механизмы работы с информацией, расположенной за пределами изъятого устройства.
Говоря про фиксацию хода и его результатов то следует оговорить про требования к протоколу, который при сопоставлении образуют единый набор. Д. В. Бахтеев формулирует три положения.
В протоколе обязательно описываются содержимое и реквизиты электронно-цифровой информации, а при копировании к протоколу прилагается носитель. В протоколе отражаются все действия по обнаружению и фиксации, а также использованные технические устройства и программные продукты. Необходимо правильно установить связь между информацией, расследуемым событием и конкретным участником судопроизводства [5]. Следует также указывать в протоколе техническое средство и способ размещения данных в сети.
Резюмируя вышеизложенное, производство осмотра, выемки и обыска в цифровой среде должно строиться на разграничении трех категорий: материального электронного носителя, цифровой информации и технического средства доступа., ввиду этого следователь при работе с электронными носителями ограничен ст. 164.1 УПК РФ, определяющей случаи и условия изъятия носителей, участие специалиста и возможность копирования
Так же отмечено, что цифровая информация обладает свойствами (хрупкость, копируемость, зависимость от контекста), которые требуют особых мер обеспечения целостности: работа на копии, использование хеш-функций, фиксация контекста. Наличие информации на устройстве не доказывает авторства конкретного лица, поэтому вывод проверяется совокупностью доказательств.
Литература:
- Паутов С. С. Основные тактические особенности и приемы изъятия средств вычислительной техники и электронных носителей информации при проведении следственных действий // Вестник Воронежского института МВД России. 2024. № 1. С. 295.
- Балашова А. А. Электронные носители информации и их использование в уголовно-процессуальном доказывании: дис. … канд. юрид. наук. М., 2020. С. 105.
- Салимов Б. А. Особенности обнаружения и фиксации электронно-цифровых следов, содержащихся на ресурсах сети Интернет // Труды Академии МВД Республики Таджикистан. 2022. № 4 (56). С. 162–171.
- Соколова А. О., Мохоров Д. А. Изъятие и исследование цифровой информации при производстве следственных действий // Вестник науки. № 9 (102). Т. 3. С. 276.Антонов О. Ю. Принципы получения информации о соединениях между абонентами и (или) абонентскими устройствами // Вестник Воронежского государственного университета. Серия: Право. 2021. № 1.
- Бахтеев Д. В. О связи криминалистики и технологии искусственного интеллекта // Сибирские уголовно-процессуальные и криминалистические чтения. 2022. № 3. С. 34.
- О некоторых вопросах судебной практики по уголовным делам о преступлениях в сфере компьютерной информации, а также иных преступлениях, совершенных с использованием электронных или информационно-телекоммуникационных сетей, включая сеть «Интернет»: Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 15 декабря 2022 № 37 // СПС «КонсультантПлюс». — URL: https://www.consultant.ru/document/cons_doc_LAW_434573/.
[*] Продукция компании Meta, признанной экстремистской организацией и запрещенной в РФ.

