Отправьте статью сегодня! Журнал выйдет ..., печатный экземпляр отправим ...
Опубликовать статью

Молодой учёный

Преступления против половой свободы и половой неприкосновенности несовершеннолетних: актуальные проблемы квалификации

Научный руководитель
12.11.2026
1
Поделиться
Аннотация
В статье рассматриваются дискуссионные вопросы квалификации преступлений против половой свободы и половой неприкосновенности несовершеннолетних. Исследуются особенности установления беспомощного состояния потерпевшего и доказывания осведомлённости виновного о таком состоянии, правовая оценка развратных действий, совершаемых с применением информационно-коммуникационных технологий, а также разграничение составов, предусмотренных статьями 135 и 242 УК РФ. Отдельное внимание уделено последствиям законодательного приравнивания сексуальных действий с лицами, не достигшими двенадцатилетнего возраста, к насильственным посягательствам. По итогам анализа обозначены направления совершенствования уголовного законодательства и правоприменительной практики.
Библиографическое описание
Волкова, А. С. Преступления против половой свободы и половой неприкосновенности несовершеннолетних: актуальные проблемы квалификации / А. С. Волкова. — Текст : непосредственный // Молодой ученый. — 2026. — № 46 (649). — URL: https://moluch.ru/archive/649/142134.


Преступления, предусмотренные статьями 131–135 Уголовного кодекса Российской Федерации (далее — УК РФ), посягают на половую свободу и половую неприкосновенность личности. Если потерпевшим является несовершеннолетний, возраст приобретает особое значение для определения уголовно-правовой оценки содеянного. Законодатель устанавливает дифференцированные основания ответственности с учётом возраста потерпевшего, в том числе выделяет лиц, не достигших четырнадцати лет, и лиц в возрасте от четырнадцати до восемнадцати лет.

Повышенная общественная опасность рассматриваемых деяний обусловлена не только непосредственным нарушением половой неприкосновенности ребёнка, но и возможным отрицательным воздействием на его физическое, психическое и нравственное развитие. По опубликованным данным, число зарегистрированных в России преступлений сексуального характера в отношении детей за период с 2010 по 2024 год увеличилось на 44 процента [1]. Кроме того, в публичных сообщениях со ссылкой на органы прокуратуры отмечался рост преступлений соответствующей направленности, совершаемых с использованием информационных технологий: за 2023–2024 годы было зарегистрировано более тысячи таких случаев [2]. Приведённые показатели свидетельствуют о необходимости учитывать при квалификации не только традиционные способы совершения преступлений, но и новые формы противоправного поведения в цифровой среде.

Несмотря на наличие разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации, изложенных в Постановлении от 4 декабря 2014 г. № 16, отдельные вопросы применения статей 131–135 УК РФ продолжают вызывать затруднения у правоприменителей [3]. Одним из наиболее сложных остаётся установление беспомощного состояния несовершеннолетнего и определение того, осознавал ли виновный наличие такого состояния.

1. Беспомощное состояние несовершеннолетнего: объективные и субъективные критерии

В соответствии с разъяснениями Верховного Суда РФ беспомощным признаётся такое состояние потерпевшего, при котором вследствие физического или психического состояния, возраста либо иных обстоятельств он не способен понимать характер и значение совершаемых с ним действий или оказывать сопротивление виновному [3]. Следовательно, оценка данного признака не должна сводиться к формальному установлению возраста либо наличия медицинского диагноза. Необходимо исследовать совокупность обстоятельств, включая уровень интеллектуального и психического развития несовершеннолетнего, его индивидуальные особенности и фактическую способность осознавать происходящее.

Вместе с тем примечание к статье 131 УК РФ устанавливает специальное правило в отношении потерпевших, не достигших двенадцатилетнего возраста: они признаются находящимися в беспомощном состоянии в силу закона. Тем самым законодатель закрепил юридическую презумпцию, которая не опровергается ссылками на фактическое понимание ребёнком характера происходящего или его согласие на соответствующие действия. Для уголовно-правовой оценки определяющим становится установленный законом возрастной критерий.

Иная ситуация складывается при расследовании дел, в которых потерпевшему от двенадцати до восемнадцати лет и у него отсутствуют очевидные физические либо психические нарушения. В подобных случаях вопрос о беспомощности требует индивидуального исследования. Существенное значение могут иметь заключения судебных экспертиз, в том числе комплексных психолого-психиатрических исследований, позволяющих установить особенности развития подростка и его способность понимать характер и значение совершённых действий [4; 8; 14].

Однако экспертное заключение о неспособности потерпевшего осознавать происходящее само по себе не разрешает вопрос о наличии всех признаков состава преступления. В частности, необходимо отдельно установить субъективную сторону состава преступления, а именно — осознание виновным факта нахождения потерпевшего в беспомощном состоянии. Иными словами, вывод о состоянии потерпевшего не может автоматически подменять доказывание того, что обвиняемый осознавал соответствующие особенности и использовал их при совершении деяния. Такой вывод должен подтверждаться совокупностью доказательств: характером общения сторон, длительностью и обстоятельствами знакомства, поведением виновного до и после события, а также иными фактическими данными, имеющими значение для дела.

Смешение объективных характеристик состояния потерпевшего и субъективного отношения к ним со стороны виновного создаёт риск неполного исследования обстоятельств преступления. Поэтому при оценке доказательств важно не ограничиваться экспертным заключением, а устанавливать, какие именно сведения о состоянии несовершеннолетнего были известны обвиняемому и позволяли ли они осознавать его неспособность понимать характер происходящего либо оказывать сопротивление. На необходимость внимательного подхода к определению беспомощности и доказыванию умысла обращается внимание и в научной литературе [4; 8; 14].

Представляется целесообразным конкретизировать в уголовном законодательстве содержание понятия «беспомощное состояние» либо обеспечить единообразное нормативное и судебное толкование его основных признаков. При этом необходимо сохранить разграничение между установлением фактического состояния потерпевшего и доказыванием осведомлённости о нём виновного. Такой подход позволит избежать необдуманных выводов и повысить уровень качества квалификации.

2. Развратные действия в цифровой среде и проблема разграничения смежных составов

Расширение цифровых технологий существенно изменило способы совершения преступлений против половой неприкосновенности несовершеннолетних. Противоправное воздействие может осуществляться дистанционно, без непосредственного физического контакта с потерпевшим. В постановлении Пленума Верховного Суда РФ № 16 разъяснено, что развратные действия могут выражаться и в бесконтактных формах поведения, в том числе совершаемых посредством сети Интернет [3]. Подобный подход позволяет учитывать фактическое содержание действий, а не только способ их совершения.

На практике спорным остаётся вопрос о соотношении развратных действий, предусмотренных статьёй 135 УК РФ, и незаконного оборота порнографических материалов, ответственность за который установлена статьёй 242 УК РФ. Проблема возникает, например, когда виновный направляет несовершеннолетнему изображения или видеозаписи порнографического характера в рамках общения, имеющего сексуальную направленность. В таких обстоятельствах требуется определить, охватывается ли изготовление и распространение порнографических материалов составом развратных действий либо образует дополнительное самостоятельное преступление, предусмотренное ст. 242 УК РФ.

В судебной практике встречаются различные подходы к разрешению этого вопроса. Так, в одном из дел суд исключил дополнительную квалификацию по статье 242 УК РФ, посчитав, что направление порнографических изображений несовершеннолетним в конкретных обстоятельствах полностью охватывалось составом развратных действий, предусмотренным частью 3 статьи 135 УК РФ [5]. Иной подход был применён по делу, в котором виновный направлял двум несовершеннолетним видеозапись сексуального характера: суд усмотрел в содеянном совокупность преступлений, предусмотренных частью 3 статьи 135 и пунктом «б» части 3 статьи 242 УК РФ [6].

Наличие различий в судебных решениях показывает, что для квалификации недостаточно установить сам факт передачи порнографического материала. Следует выяснить содержание и направленность действий, адресата, цель поведения виновного, а также наличие самостоятельных признаков состава преступления, предусмотренного статьёй 242 УК РФ. Для статьи 135 УК РФ существенна направленность поведения на конкретного несовершеннолетнего, в частности стремление удовлетворить сексуальный интерес виновного либо вызвать или сформировать сексуальный интерес у потерпевшего. В свою очередь, незаконный оборот порнографических материалов предполагает самостоятельное посягательство на общественную нравственность. При наличии всех признаков обоих составов преступления вопрос о совокупности должен решаться с учётом фактических обстоятельств дела и правил квалификации.

В научных публикациях также подчёркивается необходимость разграничивать развратные действия и преступления, связанные с оборотом порнографических материалов, исходя из содержания объективной стороны и направленности умысла [7; 9; 10]. Вместе с тем единообразие практики могло бы быть повышено посредством дополнительных разъяснений Верховного Суда РФ о критериях разграничения указанных составов применительно к цифровым способам совершения преступлений.

В качестве одного из вариантов законодательного совершенствования можно рассмотреть уточнение статьи 135 УК РФ в части описания развратных действий, совершаемых с использованием информационно-телекоммуникационных сетей, включая сеть Интернет. Отдельного обсуждения заслуживает вопрос о закреплении квалифицирующего признака, связанного с использованием порнографических материалов. При этом соответствующие изменения должны быть сформулированы таким образом, чтобы не допускать необоснованной дополнительной квалификации по статье 242 УК РФ.

3. Возраст потерпевшего и разграничение насильственных и ненасильственных посягательств

Самостоятельную дискуссию вызывает соотношение статьи 135 УК РФ с положениями примечания к статье 131 УК РФ. Так, после введения специального примечания к ст. 131 УК РФ, которое предписывает квалифицировать любые сексуальные контакты с лицами младше 12 лет как насильственные преступления, изменилась и сфера применения ст. 135 УК РФ. В результате поправок ее действие теперь ограничено возрастной категорией от 12 до 16 лет. Проблемы разграничения этих составов, возникшие из-за данной законодательной поправки, породили споры в юридическом сообществе.

Основная проблема вышеуказанного подхода заключается в уравнивании принципиально разных по степени общественной опасности деяний. Объективная сторона изнасилования (ст. 131 УК РФ) и насильственных действий сексуального характера (ст. 132 УК РФ) предполагает применение насилия. Ставить знак равенства между такими действиями и, например, бесконтактными развратными действиями, не сопряженными с физическим принуждением, методологически неверно и ведет к чрезмерно карательной практике.

В литературе обращается внимание на проблемы, возникающие при применении примечания к статье 131 УК РФ к бесконтактным развратным действиям [11]. С учётом изложенного, представляется обоснованным исключение примечания к ст. 131 УК РФ. Взамен для корректной квалификации и соблюдения принципа соразмерности наказания, статья 135 УК РФ должна быть дополнена особым квалифицирующим составом, предусматривающим повышенную ответственность за совершение указанного деяния в отношении лица, не достигшего двенадцатилетнего возраста. Это позволит соблюсти баланс между необходимостью усиленной защиты малолетних потерпевших, правами обвиняемых и требованиями юридической техники.

Безусловно, любые развратные действия в отношении несовершеннолетних заслуживают общественного порицания и уголовного преследования. Однако их объективные последствия для психики и развития ребенка не тождественны травме от сексуального насилия. Действующая редакция примечания к ст. 131 УК РФ, устанавливающая фикцию насилия, приводит к чрезмерно суровой оценке ненасильственных действий, что противоречит базовым началам уголовного права.

Заключение

Проведённый анализ позволяет выделить несколько взаимосвязанных проблем квалификации преступлений против половой свободы и половой неприкосновенности несовершеннолетних.

Во-первых, сохраняются сложности при установлении беспомощного состояния потерпевшего, особенно если речь идёт о подростках старше двенадцати лет. Экспертное заключение имеет важное доказательственное значение, однако не освобождает органы расследования от обязанности установить осведомлённость виновного о соответствующих особенностях потерпевшего. Требуется более последовательное разграничение объективных и субъективных признаков.

Во-вторых, развитие цифровой среды обусловило распространение бесконтактных способов совершения развратных действий. Это требует дальнейшего уточнения уголовно-правовых норм и формирования единообразных критериев оценки поведения, осуществляемого посредством сети Интернет.

В-третьих, неоднородность судебной практики по вопросу о совокупности статей 135 и 242 УК РФ указывает на необходимость более чётких ориентиров для разграничения соответствующих составов. При решении вопроса о совокупности преступлений следует устанавливать самостоятельность каждого посягательства и наличие всех признаков предусмотренных законом преступлений.

В-четвёртых, требует дальнейшего научного и законодательного обсуждения соотношение возрастных презумпций, закреплённых в уголовном законе, с фактическим характером деяния. Законодательная защита малолетних должна сочетаться с дифференциацией ответственности в зависимости от объективной стороны преступления и соблюдением принципа справедливости.

Таким образом, совершенствование регулирования в рассматриваемой сфере должно осуществляться комплексно: посредством конкретизации законодательных конструкций, развития судебных разъяснений и повышения качества доказывания по уголовным делам. Это позволит обеспечить эффективную охрану несовершеннолетних и одновременно снизить риск ошибочной либо чрезмерно широкой квалификации.

Литература:

  1. Число случаев сексуального насилия в отношении детей в России выросло на 44 % с 2010 года. — Текст: электронный — ТАСС. URL: https://tass.ru/proisshestviya/16661015 (дата обращения: 01.11.2026).
  2. Генпрокуратура рассказала об IT-преступлениях против половой свободы детей. — Текст: электронный — РИА Новости. URL: https://ria.ru/20241010/prestuplenie-1977435112.html (дата обращения: 01.11.2026).
  3. Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 04.12.2014 № 16 «О судебной практике по делам о преступлениях против половой неприкосновенности и половой свободы личности» — Российская газета. 2014. № 284. 12 декабря.
  4. Ефимова В. Г. О некоторых особенностях квалификации при определении беспомощного состояния несовершеннолетних лиц при совершении насильственных половых преступлений — Молодой ученый. 2024. № 19 (518). С. 140–143.
  5. Приговор Октябрьского районного суда г. Иваново от 23 октября 2020 г. по делу № 1–208/2023 — Архив прокуратуры Ленинского района г. Иваново.
  6. Приговор Онежского городского суда Архангельской области от 13 июля 2022 г. по делу № 1–71/2022; апелляционное определение Архангельского областного суда от 19 сентября 2022 г. по делу № 22–318/2022 — Архив прокуратуры Ленинского района г. Иваново.
  7. Зазирная М. М. Разграничение уголовной ответственности за совершение развратных действий и преступлений, связанных с оборотом порнографических материалов или предметов — Пробелы в российском законодательстве. 2014. № 3. С. 155–158.
  8. Путинцева В. В. Возраст как критерий беспомощного состояния при изнасиловании — Молодой ученый. 2022. № 40 (435). С. 135–137.
  9. Скворцова О. В., Макаренко Д. Д. Развратные действия с использованием сети Интернет — Ученые записки Крымского федерального университета имени В. И. Вернадского. Юридические науки. 2021. Т. 7 (73). № 1. С. 146–153.
  10. Скобина Е. А., Забелина О. А. Преступления против половой свободы и половой неприкосновенности в отношении несовершеннолетних с использованием интернет-пространства — Юридические науки: проблемы и перспективы: материалы VIII Междунар. науч. конф. (Казань, апрель 2019 г.). Казань: Молодой ученый, 2019. С. 48–53.
  11. Овсянкин П. А., Пестерева Ю. С. Проблемные вопросы квалификации бесконтактных развратных действий в разрезе примечания к ст. 131 УК РФ — Вестник науки. 2024. № 4 (73).
  12. Барышева К. А. Коллизии определения наличия признака беспомощности потерпевшего в некоторых составах преступлений — Право. Журнал Высшей школы экономики. 2016. № 4.
  13. Определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 09.04.2014 № 5-АПУ14–15 — Бюллетень Верховного Суда Российской Федерации. 2015. № 1.
  14. Трубинская А. С. Проблемы квалификации насильственных половых преступлений против несовершеннолетних — Право: история, теория, практика: материалы V Междунар. науч. конф. (Санкт-Петербург, июль 2017 г.). Санкт-Петербург: Свое издательство, 2017. С. 114–117.
  15. Уголовный кодекс Российской Федерации от 13.06.1996 № 63-ФЗ — Собрание законодательства РФ. 1996. № 25. Ст. 2954.
  16. Шабанов Н. В. Проблемы квалификации преступлений против половой неприкосновенности, совершенных в отношении несовершеннолетних — Журнал прикладных исследований. 2023. № 9.
  17. Яшков С. А. К вопросу о доказывании умысла на совершение насильственных действий сексуального характера с использованием беспомощного состояния подростков — Вестник науки. 2024. № 2 (71).
Можно быстро и просто опубликовать свою научную статью в журнале «Молодой Ученый». Сразу предоставляем препринт и справку о публикации.
Опубликовать статью
Похожие статьи
Вопросы при квалификации преступлений против половой неприкосновенности несовершеннолетнего лица
Проблемы квалификации и разграничения преступлений против половой неприкосновенности несовершеннолетних
Правовые проблемы отграничения изнасилования от других преступлений против половой неприкосновенности несовершеннолетних
Проблемы квалификации насильственных половых преступлений против несовершеннолетних
Проблемы квалификации ненасильственных половых преступлений против несовершеннолетних
Объективные признаки половых преступлений против несовершеннолетних
Проблемы квалификации преступления, предусматривающего ответственность за развратные действия (статья 135 УК РФ)
Вопросы правоприменительной практики по уголовным делам о преступлениях, посягающих на половую неприкосновенность несовершеннолетних
Уголовно-правовое противодействие половым преступлениям против несовершеннолетних через совершенствование примечания к ст. 131 УК РФ
Дискуссионные проблемы квалификации групп преступлений по ст. 134–135 УК РФ

Молодой учёный