Отправьте статью сегодня! Журнал выйдет ..., печатный экземпляр отправим ...
Опубликовать статью

Молодой учёный

Процессуальные особенности медиации в гражданском, арбитражном и административном процессе

11.11.2026
4
Поделиться
Библиографическое описание
Митюшева, О. С. Процессуальные особенности медиации в гражданском, арбитражном и административном процессе / О. С. Митюшева. — Текст : непосредственный // Молодой ученый. — 2026. — № 46 (649). — С. 591-598. — URL: https://moluch.ru/archive/649/142073.


Институт медиации, будучи межотраслевым правовым образованием, функционирует в различных видах судопроизводства, каждый из которых обладает собственной процессуальной формой, спецификой субъектного состава и характером рассматриваемых споров. Как справедливо отмечается в научной литературе, развитие альтернативных институтов разрешения споров в целом, и института медиации в частности, является одним из направлений судебной политики [1, с. 243].

Возможность альтернативного разрешения споров предусмотрена частью 2 статьи 45 Конституции Российской Федерации, которая устанавливает, что каждый вправе защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом. При рассмотрении споров, как суды общей юрисдикции, так и арбитражные суды принимают меры для примирения сторон, что предусмотрено в пунктом 5 части 1 статьи 150, статьей 172 ГПК РФ, а также в статье 138 и пункте 9 части 2 статьи 153 АПК РФ.

Анализ правоприменительной практики свидетельствует о преимуществах обращения сторон как гражданского, так и арбитражного процесса к процедуре медиации, к которым, по мнению Л. Р. Борецкой, относятся: 1) самостоятельный выбор спорящими сторонами медиатора и определение процесса ведения переговоров; 2) комфортная психологическая обстановка, так как отсутствует стрессовое состояние; 3) факт обращения к медиатору, содержание процедуры является конфиденциальным; 4) оперативность данной процедуры; 5) при заключении сторонами медиативного соглашения возвращается 50 процентов государственной пошлины; 6) более высокий процент исполняемости договоренностей, выработанных с помощью процедуры медиации, нежели чем исполнения судебных решений; 7)спорящие стороны могут решить не только имеющийся спор, но и сохранить деловые связи и деловые отношения; 8) развитие и применение института медиации позволяет разгрузить суды, снизить нагрузку на судей [1, с. 244–245].

Вместе с тем, несмотря на наличие преимуществ медиативных процедур, в гражданском и арбитражном процессе возможны злоупотребления процессуальными правами недобросовестной стороной с целью затягивания процесса. Также необходимо указать, что не единичными являются случаи, когда сторона ходатайствует об отложении рассмотрения спора с целью его урегулирования в рамках процедуры медиации, но к компромиссному соглашению стороны так и не приходят. В итоге такая процессуальная пассивность приводит к затягиванию разрешения спора и после длительного отложения дела стороны начинают выдвигать свои возражения, что влечет продолжение судебного разбирательства по делу. С целью пресечения практики затягивания рассмотрения споров суды применяют положения части 2 статьи 111 АПК РФ, которая позволяет отнести все судебные расходы по делу на сторону, которая отказывается или уклоняется от участия в примирительной процедуре, которую сама же и инициировала. Если причины таких отказов или уклонения суд признает неуважительными, направленными исключительно на затягивание судебного разбирательства либо свидетельствующими об ином злоупотреблении процессуальными правами, недобросовестному участнику спора придется взять на себя все расходы [1, с. 245].

На основе доказанного положения можно сделать вывод о том, что законодатель предусмотрел механизм противодействия недобросовестному поведению спорящих сторон и закрепил меру ответственности за проявление действий, затягивающих и, тем самым, удорожающих процесс судебного разбирательства.

Гражданский процесс представляет собой сферу, в которой медиация получила наиболее широкое нормативное закрепление, однако практика ее применения остается ограниченной. Для более глубокого анализа практики применения примирительных процедур в России необходимо обратиться к статистике, опубликованной Судебным департаментом при Верховном суде РФ за 2022 г., 2023 г., 2024 г. и 2025 г.. Так, производство по делу было прекращено в связи с заключением мирового соглашения по делам, рассматриваемых в первой инстанции представлено в таблице 1.

Таблица 1

Динамика прекращения производства по делу в связи с заключением мирового соглашения

Год

Районные суды (% от общего количества поступивших дел)

Мировые судьи (% от общего количества поступивших дел)

2022 [2]

20,4 %

6,6 %

2023 [3]

20,6 %

5,6 %

2024 [4]

22,8 %

5,1 %

2025 [5]

28,2 %

6,1 %

Проанализировав статистические значения применения примирительных процедур, можем сделать вывод, что они до настоящего времени не пользуются популярностью среди населения и примерно одинаковый процент дел, рассматриваемых в суде, оканчиваются заключением мирового соглашения. Общее количество дел, рассматриваемых в судах, не сильно уменьшается, в некоторые годы имеет динамику к росту, а вот востребованность примирительных процедур находится приблизительно на том же уровне в течение рассмотренных четырех последних лет.

Приняв во внимание показатели статистики, следует озадачиться вопросом популяризации рассматриваемого института среди населения, а также уделить внимание положительным последствиям применения примирительных процедур. Как отмечает А. Ф. Юсупова, «процедура медиации играет важную роль в гражданском процессе, поскольку у сторон появляется реальная возможность разрешить спор на взаимовыгодных условиях» [6].

Процессуальные особенности медиации в гражданском процессе определяются, прежде всего, характером гражданских процессуальных правоотношений, которые возникают между судом и участниками процесса при рассмотрении и разрешении гражданских дел. Медиация в гражданском процессе может применяться как в досудебном порядке, так и после возбуждения гражданского дела в суде. Согласно статье 4 Федерального закона № 193-ФЗ, если спор передан на рассмотрение суда, стороны могут применить процедуру медиации в любой момент до принятия решения по спору соответствующим судом. В таких случаях суд откладывает рассмотрение дела до окончания процедуры медиации. Данная норма создает процессуальную основу для интеграции медиации в гражданское судопроизводство.

Особого внимания заслуживает применение медиации по отдельным категориям гражданских дел. Как отмечается в научной литературе, существующий механизм разрешения ряда семейных споров располагает лишь репрессивным инструментарием. В результате рассмотрения судом дел по определению места проживания ребенка и осуществлении права ребенка на общение с родителями, другими родственниками и взыскания алиментных платежей, по сути, нет выигравшей стороны. Первая и вторая категория дел лежит за рамками правового поля и все чаще сводится к длительному выяснению отношений между бывшими супругами и, главное, родителями, которые бывшими по отношению к ребенку не бывают. В итоге, семья — это та территория, на которой медиация проявила бы себя наиболее эффективным образом, как тонкий и деликатный инструмент решения наболевшей проблемы. Тем не менее, граждане в большинстве случаев не прибегают к услугам медиатора в виду отсутствия достаточных знаний, что отражается и на формировании недоверия к данному институту [7].

По мнению большинства ученых и практиков, судебная медиация должна проявить себя наиболее эффективно также при разрешении трудовых споров. Однако, как показывает практика разрешения трудовых споров, процедура медиация в данной сфере практически не применяется. Как отмечается в аналитических материалах, обзорах и справках к судебной практике по медиации Президиумом Верховного Суда РФ, выпускаемыми ежегодно за 2013–2014, 2015, 2016 годы этому способствуют следующие факторы:

— недоверие к медиатору и к процедуре медиации в целом;

— стремление потерпевшего лица всеми способами привлечь к ответственности нарушителя трудовых прав;

— неучастие в медиативной процедуре работодателей или руководителей, наделенных полномочиями принимать решения по итогам рассмотрения трудового спора;

— отношение к решению суда общей юрисдикции как к более «ценному» и обязательному для исполнения судебному акту по сравнению с решением, принятым по результатам проведения процедуры медиации;

— низкий уровень информированности субъектов трудовых отношений о возможности разрешения трудовых споров посредством процедуры медиации [7].

Следует отметить, что процессуальные особенности медиации в гражданском процессе связаны с действием принципа диспозитивности, который предоставляет сторонам свободу в распоряжении своими процессуальными правами. Как отмечает Н. Н. Макаренко, «присущий всему гражданскому процессу диспозитивный метод правового регулирования бесспорно достигает в рамках процедур альтернативного урегулирования споров в целом, и судебного примирения в частности, своего апогея». Данное обстоятельство проявляется в том, что в рамках медиации права и обязанности сторон процесса расширены, а роль суда, коррелятивно, ограничена. Иначе говоря, в рамках данных процессуальных механизмов стороны процесса обладают наибольшей свободой в отношении предмета спора и способов его разрешения, тогда как суд, в соответствии с формулировкой Постановления Верховного суда Российской Федерации № 1 от 18 января 2018 г., лишь «содействует им в урегулировании спора» [8].

Процессуальные особенности медиации в арбитражном процессе определяются, прежде всего, характером арбитражных процессуальных правоотношений, которые возникают между арбитражным судом и участниками процесса при рассмотрении и разрешении экономических споров и иных дел, отнесенных к компетенции арбитражных судов.

Согласно статье 138 АПК РФ, арбитражный суд принимает меры для примирения сторон, содействует им в урегулировании спора. Стороны могут урегулировать спор, заключив мировое соглашение или применяя другие примирительные процедуры, в том числе процедуру медиации, если это не противоречит федеральному закону.

Как отмечает В. В. Бигарова и Е. А. Малтабар, «процедура медиации — способ урегулирования споров при участии медиатора на основе добровольного согласия сторон в целях достижения ими взаимоприемлемого решения. Медиативная оговорка является одним из способов включения в договор положения о проведении процедуры медиации в случае наличия спора между сторонами. Статья 8 Федерального закона № 193-ФЗ дает сторонам возможность заключить соглашение о проведении процедуры медиации, что может быть достигнуто не только путем инкорпорации в договор положений о медиации, но и посредством составления отдельного документа, содержащего волеизъявление сторон» [9].

Медиативный подход к разрешению споров в арбитражном процессе предполагает участие одного или нескольких медиаторов, задача которых состоит в выявлении интересов сторон и содействии сторонам в поиске общих потребностей. При этом медиатор выступает в качестве нейтрального и беспристрастного третьего лица, выступающего в качестве посредника между сторонами спора, содействующего возобновлению конструктивного диалога между ними. Медиатор не вправе быть представителем какой-либо из сторон, оказывать юридическую помощь, а также участвовать в процессе медиации, если имеет личный интерес в результатах урегулирования спора. Если при помощи медиации урегулировать спор не удалось, стороны могут передать дело на рассмотрение суда. Процедура медиации и судебное разбирательство могут сосуществовать, даже в случае, если спор уже передан в суд. Тем не менее, стороны могут договориться не обращаться в суд в течение прописанного в медиативной оговорке времени, а суд в полной мере признает такое обязательство [9].

Поскольку медиативное соглашение является гражданско-правовой сделкой, стороны наделяются гражданско-правовыми способами защиты в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения такого соглашения, а оспаривание такого соглашения ничем не отличается от оспаривания обычной гражданско-правовой сделки. Законодатель наделяет медиативное соглашение свойством исполнительного документа лишь в случае его нотариального удостоверения.

Сравнивая медиацию и арбитраж, следует отметить, что арбитраж несет в себе бо́льшую определенность, чем процедура медиации. Это проявляется, в частности, в том, что арбитражное решение в отличие от медиативного соглашения обладает признаками обязательности и исполнимости, что прямо следует из законодательства. Признак окончательности позволяет избежать долгих судебных тяжб, тем самым позволяя создать правовую определенность в более короткий промежуток времени, чем в случае обращения в государственный суд, где судебные тяжбы могут длиться годами, а также сокращает расходы сторон спора, уплачиваемые представителям. У механизма медиации, тем не менее, есть и преимущества. Например, у сторон есть реальная возможность сохранить деловые отношения после урегулирования конфликта, конфиденциальность процедуры не допускает разглашения нежелательной для сторон информации, отсутствие необходимости привлечения в процесс адвокатов и других представителей — оплаты их услуг [9].

Как справедливо утверждает Е. Н. Иванова, в настоящее время медиация не пользуется значительной популярностью при разрешении коммерческих споров, которые скорее переходят в плоскость судебного и третейского разбирательства. Однако, по ее мнению, медиация дает бизнесу новые возможности. Партнеры могут провести коммерческие переговоры с помощью беспристрастного специалиста вместо участия в формальном процессе и получения абстрактного решения [10].

Вопрос о применении медиации в административном процессе является одним из наиболее дискуссионных в отечественной правовой доктрине. Как отмечает П. П. Шевчук, «узость сферы применения Федерального закона № 193-ФЗ предопределила интерес к изучению вопроса об альтернативных способах урегулирования споров по административным делам» [11].

Изучив факторы, обусловившие развитие альтернативных способов урегулирования административных споров, можно выделить следующие главные преимущества альтернативных способов урегулирования административных споров:

— приближение администрации к общественности путем исключения антагонизма между сторонами спора и тем самым обеспечение более целесообразного решения по некоторым видам споров;

— скорость достижения решения;

— минимальная формальность, снижающая процедурную гибкость;

— корректный и дружественный характер процедуры;

— обращение к экспертам;

— возможность урегулирования спора на основе принципов справедливости, а не только в соответствии со строгими правовыми нормами;

— процедурная экономия.

Однако указанные преимущества имеют, можно отметить, общий характер, который многими учеными резюмируются в качестве положительной значимости процедур медиации.

Вместе с тем, вопрос о применимости медиации к административным спорам остается дискуссионным. В процессуальной науке России сложилось два противоположных мнения: отрицающее возможность использования примирительных процедур по административным делам (Р. Е. Гукасян, М. А. Рожкова, Н. В. Сердюкова, В. М. Шерстюк) и пропагандирующее их применение в административной юрисдикции (А. В. Абсалямов, В. С. Анохин, В. Ф. Яковлев, В. В. Ярков) [11].

Сторонники первой точки зрения придерживаются того мнения, что соглашения с государственными органами невозможны в силу специфики административных отношений. В качестве одного из доводов приводится невозможность заключения мирового соглашения по делам об административных правонарушениях, свидетельствующего об исчерпании конфликта, устранении его причин и последствий. Однако, как отмечает А. Б. Зеленцов, данный довод является малоубедительным. Так, по мнению М. А. Рожковой, невозможность мирового соглашения по этим делам связана с тем, что вина и иные подлежащие установлению обстоятельства должны быть исследованы и оценены в судебном заседании, тогда как заключение мирового соглашения предусматривает прекращение спора, отпадение необходимости в судебном разбирательстве. Вместе с тем, по мнению В. С. Анохина, мировое соглашение по этим делам вполне возможно, когда нарушитель признает свою вину, готов немедленно уплатить часть надлежащей суммы, а государственный орган согласен на такую уступку [11].

Наряду с этим, действующий АПК РФ предусматривает в статье 190 возможность урегулирования сторонами экономических споров, возникающих из административных и иных публичных правоотношений, по правилам, установленным в главе 15 АПК РФ, путем заключения соглашения или с использованием других примирительных процедур, если иное не установлено федеральным законом. Следовательно, АПК РФ не устанавливает каких-либо иных требований к урегулированию этих споров, чем те, которые определены для гражданских споров в главе 15 «Примирительные процедуры. Мировое соглашение», а возможные ограничения относительно урегулирования административного спора могут содержаться только в федеральном законе, но такие отсутствуют в законодательстве.

В качестве критериев допустимости мировых соглашений по административным спорам Шевчук выделяет следующие:

— отсутствие в законе прямого запрета на совершение действий, предусмотренных мировым соглашением;

— непротиворечие (соответствие) содержания мирового соглашения законам, охраняющим общественную безопасность, порядок управления, общественную нравственность, права и свободы граждан;

— отсутствие порока воли сторон;

— наличие у стороны права распоряжаться предметом (объектом) мирового соглашения;

— соответствие (непричинение вреда) публичным интересам и соблюдение (ненарушение) прав и законных интересов других лиц;

— недопустимость мировых соглашений по спорам о законности нормативных актов в силу наличия полномочия на признание таких актов несоответствующими закону только у суда;

— полномочие должностного лица на заключение мирового соглашения должно входить в его компетенцию, определяться нормативно-правовым образом и реализовываться в соответствии с предписаниями норм, определяющих компетенцию;

— при заключении мирового соглашения должностное лицо должно действовать в соответствии с теми целями, ради достижения которых ему предоставлены полномочия, и не выходить за пределы своей компетенции (предметной, субъектной, территориальной и временной);

— при заключении мирового соглашения административный орган не должен брать на себя обязательство по выплате какой-либо денежной суммы, которой он не задолжал, за исключением случаев, специально установленных в законе и связанных с компенсацией за причиненный вред [11].

На основании анализа критериев допустимости мировых соглашений по административным спорам, выделенных П. П. Шевчуком, можно сформулировать следующие выводы относительно использования процедуры медиации в административном процессе.

Во-первых, сама возможность постановки вопроса о применении медиации в административном процессе свидетельствует о признании доктриной потенциальной медиабельности отдельных категорий публично-правовых споров. Иными словами, наука уже выработала инструментарий, позволяющий отграничить медиабельные административные споры от немедиабельных, что создает теоретическую основу для реформирования законодательства.

Во-вторых, анализ критериев показывает, что медиация в административном процессе принципиально возможна, но имеет существенно более узкую сферу применения по сравнению с гражданским и арбитражным процессом. Это обусловлено самой природой административно-правовых отношений, основанных на властном подчинении и императивном методе регулирования. В отличие от частноправовых споров, где стороны изначально равны и свободны в распоряжении своими правами, в административном споре одна из сторон — орган публичной власти — действует в пределах компетенции, установленной законом. Следовательно, свобода усмотрения должностного лица при заключении медиативного соглашения объективно ограничена.

В-третьих, критерии Шевчука образуют двухуровневую систему ограничений. Первый уровень касается содержания соглашения, которое не должно противоречить законам, охраняющим общественную безопасность, порядок управления, общественную нравственность, права и свободы граждан; не должно нарушать публичные интересы и права третьих лиц; не должно предполагать выплату административным органом сумм, которые он не задолжал. Второй уровень касается компетенции должностного лица, в которую должно входить право на заключение соглашения, такое полномочие должно определяться нормативно и реализовываться в соответствии с целями, ради которых оно предоставлено. Это означает, что медиативное соглашение в административном процессе не может выходить за рамки законных полномочий органа власти — в противном случае оно будет ничтожным.

В-четвертых, особого внимания заслуживает критерий недопустимости мировых соглашений по спорам о законности нормативных актов, так как вопрос о соответствии нормативного правового акта закону может разрешаться исключительно судом, поскольку затрагивает интересы неопределенного круга лиц и основы правопорядка. Следовательно, медиация в административном процессе допустима, прежде всего, по спорам, связанным с индивидуальными правовыми актами, имущественными отношениями (налоговые, лицензионные, регистрационные споры), а также по спорам, возникающим из дискреционных полномочий администрации.

В-пятых, выделенные критерии в совокупности свидетельствуют о том, что медиация в административном процессе должна носить ограниченный, контролируемый характер. В отличие от гражданского и арбитражного процесса, где медиация основана на максимальной диспозитивности сторон, в административном процессе на первый план выходят принципы законности и защиты публичного интереса. Это предопределяет особую роль суда, который должен осуществлять контроль законности медиативного соглашения при его утверждении.

В-шестых, отсутствие в действующем законодательстве механизма утверждения медиативных соглашений по административным спорам (за исключением статьи 190 АПК РФ для экономических споров из публичных правоотношений) является существенным пробелом. Критерии Шевчука, разработанные применительно к мировым соглашениям, могут быть экстраполированы и на медиативные соглашения, поскольку и те, и другие направлены на урегулирование спора и требуют судебного утверждения. Это создает теоретическую базу для внесения изменений в КАС РФ и Федеральный закон № 193-ФЗ.

В-седьмых, критерии допустимости мировых соглашений по административным спорам, сформулированные Шевчуком, в значительной степени коррелируют с подходами, выработанными в международной практике. В частности, Рекомендация Rec (2001) 9 Комитета министров Совета Европы об альтернативных судебному разбирательству средствах разрешения споров между административными органами и частными сторонами также исходит из необходимости разграничения споров, затрагивающих законность нормативных актов (не подлежащих альтернативному урегулированию), и споров, связанных с индивидуальными актами и имущественными отношениями (допускающих примирение). Это подтверждает обоснованность предложенных критериев и их соответствие международным стандартам [12].

В-восьмых, практическая реализация медиации в административном процессе требует решения вопроса о требованиях к медиатору. В отличие от гражданского и арбитражного процесса, где медиатором может быть лицо без юридического образования, в административном процессе медиатор должен обладать специальными познаниями в сфере публичного права, поскольку ему предстоит оценивать допустимость тех или иных условий соглашения с точки зрения их соответствия закону и публичным интересам. Это согласуется с предложением Л. Р. Борецкой о закреплении в Федеральном законе № 193-ФЗ требования о наличии у медиатора высшего юридического образования [1, с. 243–248].

В-девятых, анализ критериев Шевчука позволяет сделать вывод о том, что медиация в административном процессе не должна рассматриваться как альтернатива судебному контролю за законностью действий органов публичной власти. Скорее, она должна выступать как дополнительный инструмент урегулирования конфликтов в тех сферах, где административный орган обладает определенной свободой усмотрения (дискреционными полномочиями) и где стороны могут достичь взаимоприемлемого решения без ущерба для публичных интересов. Речь идет, прежде всего, о налоговых, лицензионных, регистрационных спорах, спорах о предоставлении государственных услуг, а также о спорах, связанных с возмещением вреда, причиненного незаконными действиями органов власти.

В-десятых, критерии допустимости мировых соглашений по административным спорам, предложенные Шевчуком, имеют не только теоретическое, но и практическое значение. Они могут быть использованы судами при решении вопроса об утверждении медиативных соглашений, а также законодателем при разработке соответствующих изменений в КАС РФ и Федеральный закон № 193-ФЗ. Кроме того, они создают основу для формирования единообразной судебной практики по вопросам применения примирительных процедур в административном процессе.

Таким образом, анализ критериев допустимости мировых соглашений по административным спорам, выделенных П. П. Шевчуком, позволяет сделать вывод о том, что медиация в административном процессе принципиально возможна, но требует существенного ограничения сферы применения и установления дополнительных гарантий защиты публичных интересов. Однако расширение сферы применения медиации на административные споры должно сопровождаться разработкой системы критериев медиабельности, аналогичной той, что предложена Шевчуком для мировых соглашений, а также установлением специальных требований к медиаторам и механизма судебного контроля за законностью медиативных соглашений. Только при соблюдении этих условий медиация сможет стать эффективным инструментом урегулирования административных споров, не создавая угрозы для публичных интересов и основ правопорядка.

Б. Г. Рысай также отмечает, что институционализация медиации послужила поводом для развития восстановительного подхода к данной примирительной процедуре. Важно, что медиацию предлагается рассматривать в качестве обязательного способа досудебного разрешения по категориям административных споров, возникающих в рамках административных и административно-процессуальных отношений, связанных, в частности, с лицензированием отдельных видов деятельности, выдачей иных специальных разрешений, государственной регистрацией объектов и прав на них, взиманием обязательных платежей (налогов, сборов, пошлин), споров между соответствующими органами публичного управления и физическими лицами (организациями), обусловленные наличием разногласий по техническим, финансовым и иным специальным вопросам, например, по вопросам оценки стоимости имущества, подлежащего передаче (изъятию), соблюдения лицом специальных технических и иных обязательных требований при эксплуатации различных объектов и оборудования, соответствия подготовленной им специальной документации (проектной, технической) установленным нормативным требованиям, правильности исчисления налога, сбора или пошлины, наличия имущественного или иного ущерба, причиненного государству, муниципальному образованию, физическому или юридическому лицу [13].

Вместе с тем, существуют препятствия экономического характера. Так, согласно части 1 статьи 10 Федерального закон № 193-ФЗ деятельность по проведению процедуры медиации осуществляется медиатором, медиаторами как на платной, так и на бесплатной основе, деятельность организаций, осуществляющих деятельность по обеспечению проведения процедуры медиации, — на платной основе. Соответственно, медиаторские услуги оказываются преимущественно на платной основе, представители конфликтующих сторон, как правило, избегают дополнительных расходов.

Подводя итог, можно высказать предложение о необходимости закрепления в Федеральном законе № 193-ФЗ порядка назначения медиатора и введения дополнительной ответственности в отношении деятельности медиатора именно судом. Стороны спора всегда смогут подать жалобу на посредника за неисполнение им обязанностей или нарушение правил проведения процедуры медиации напрямую в суд, и тот будет нести гражданскую или административную ответственность в зависимости от размера причиненного вреда.

Следует также отметить, что медиация может применяться и в сфере государственной гражданской службы. Как отмечают С. В. Соловьева и Н. Л. Назарова, «медиативные компетенции уместно использовать как в правоотношениях государственных служащих с гражданами при реализации их полномочий, так и для урегулирования споров внутри государственных структур, а именно служебно-трудовых споров в досудебном и судебном порядке, что позволит предотвратить потери в их работе, наладить эффективный диалог с членами гражданского общества и получателями государственных услуг, а также повысит легитимность органов власти и доверие к ним» [14]. При этом важно, что в соответствии с пунктом 5 статьи 15 Федерального закона № 193-ФЗ медиаторами не могут быть лица, замещающие государственные должности Российской Федерации, государственные должности субъектов Российской Федерации, должности государственной гражданской службы, должности муниципальной службы, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Проведенное исследование процессуальных особенностей медиации в гражданском, арбитражном и административном процессе позволяет сформулировать несколько общих выводов.

Медиация в гражданском процессе характеризуется наибольшей степенью нормативной урегулированности и процессуальной интеграции. Она может применяться как в досудебном порядке, так и после возбуждения гражданского дела в суде, вплоть до принятия решения. Процессуальные особенности медиации в гражданском процессе определяются действием принципа диспозитивности, предоставляющего сторонам свободу в распоряжении своими процессуальными правами. Вместе с тем, практика применения медиации в гражданском процессе остается крайне ограниченной, что обусловлено комплексом причин начиная от недоверия к медиатору и процедуре медиации в целом, до низкого уровня информированности населения, отсутствия необходимой инфраструктуры и ментальными особенностями российского общества.

Медиация в арбитражном процессе обладает значительным потенциалом применения, обусловленным спецификой рассматриваемых споров, прежде всего связанных с предпринимательской и иной экономической деятельностью. Процессуальные особенности медиации в арбитражном процессе определяются возможностью заключения медиативного соглашения, которое может быть утверждено судом в качестве мирового соглашения, а также возможностью принудительного исполнения медиативного соглашения в случае его нотариального удостоверения. Вместе с тем, медиация в арбитражном процессе, как и в гражданском, не получила широкого распространения, что требует дальнейшего совершенствования законодательства и правоприменительной практики.

Медиация в административном процессе является наиболее дискуссионной сферой применения данного института. Действующее законодательство о медиации не предусматривает возможности применения данной процедуры к спорам, возникающим из административных и иных публичных правоотношений. Вместе с тем, при разрешении отдельных категорий административных споров, прежде всего связанных с имущественными отношениями между органами публичной власти и частными лицами, при соблюдении ряда условий такой способ вполне имеет право на реализацию. В научной литературе высказываются предложения о расширении сферы применения медиации на административные споры, что требует внесения соответствующих изменений в законодательство.

Литература:

  1. Борецкая Л. Р. Институт медиации: современное состояние и практика применения сторонами в цивилистическом процессе // Ученые записки Крымского федерального университета имени В. И. Вернадского. Юридические науки. 2019. Т. 5 (71). № 3. С. 243
  2. Официальный сайт Судебного департамента при Верховном Суде Российской Федерации. Обзор судебной статистики о деятельности федеральных судов общей юрисдикции и мировых судей в 2022 году. URL: https://cdep.ru/userimages/Obzor_sudebnoy_statistiki_SOYU_2022_na_sayt_SD.pdf (дата обращения: 28.09.2026)
  3. Официальный сайт Судебного департамента при Верховном Суде Российской Федерации. Обзор судебной статистики о деятельности федеральных судов общей юрисдикции и мировых судей в 2023 году. URL: https://cdep.ru/userimages/Obzor__sudebnoy_statistiki_SOYU___2023_na_sayte.pdf (дата обращения: 28.09.2026)
  4. Официальный сайт Судебного департамента при Верховном Суде Российской Федерации. Обзор судебной статистики о деятельности федеральных судов общей юрисдикции и мировых судей в 2024 году. URL: https://cdep.ru/userimages/Obzor_sudebnoy_statistiki_po_SOYU_2024.pdf (дата обращения: 28.09.2026)
  5. Официальный сайт Судебного департамента при Верховном Суде Российской Федерации. Обзор судебной статистики о деятельности федеральных судов общей юрисдикции и мировых судей в 2025 году. URL: https://cdep.ru/userimages/Obzor_sudebnoy_statistiki_po_SOYU_2025.pdf (дата обращения: 28.09.2026)
  6. Юсупова А. Ф. Медиация как альтернативный способ разрешения споров в гражданском процессе // Вопросы российской юстиции. 2020. №7. URL: https://cyberleninka.ru/article/n/mediatsiya-kak-alternativnyy-sposob-razresheniya-sporov-v-grazhdanskom-protsesse
  7. Крайнова А. И., Гинзбург И. В. Применение медиации в гражданском процессе // Мир науки и образования. 2018. №1 (13). URL: https://cyberleninka.ru/article/n/primenenie-mediatsii-v-grazhdanskom-protsesse
  8. Макаренко Н. Н. Судебное примирение как один из видов альтернативного урегулирования споров // Юридические исследования. 2019. № 9. С. 4.
  9. Бигарова В. В., Малтабар Е. А. Медиация и арбитраж: история сосуществования и перспективы развития // Юридическая наука. 2020. № 4. URL: https://cyberleninka.ru/article/n/mediatsiya-i-arbitrazh-istoriya-sosuschestvovaniya-i-perspektivy-razvitiya
  10. Иванова Е. Н. Российская медиация // Arbitration Journal. 31 июля 2019 г. URL: https://journal.arbitration.ru/analytics/rossiyskaya-mediatsiya
  11. Шевчук П. П. Медиация в административных спорах // Актуальные проблемы гуманитарных и естественных наук. 2011. № 4. URL: https://cyberleninka.ru/article/n/mediatsiya-v-administrativnyh-sporah
  12. Рекомендация Комитета министров Совета Европы Rec (2001) 9 об альтернативных судебному разбирательству средствах разрешения споров между административными органами и частными сторонами.
  13. Рысай Б. Г. Медиация как форма разрешения административного спора // NOMOTHETIKA: Философия. Социология. Право. 2018. №2. URL: https://cyberleninka.ru/article/n/mediatsiya-kak-forma-razresheniya-administrativnogo-spora (дата обращения: 10.11.2026).
  14. Соловьева С. В., Назарова Н. Л. Медиация как инновационная форма разрешения споров на государственной гражданской службе // Вестник Нижегородского университета им. Н. И. Лобачевского. 2014. № 3 (2). С. 158
Можно быстро и просто опубликовать свою научную статью в журнале «Молодой Ученый». Сразу предоставляем препринт и справку о публикации.
Опубликовать статью
Молодой учёный №46 (649) ноябрь 2026 г.
Скачать часть журнала с этой статьей(стр. 591-598):
Часть 9 (стр. 587-655)
Расположение в файле:
стр. 587стр. 591-598стр. 655

Молодой учёный