Отправьте статью сегодня! Журнал выйдет ..., печатный экземпляр отправим ...
Опубликовать статью

Молодой учёный

Пределы применения статей 10 и 168 Гражданского кодекса РФ при оспаривании сделок должника в деле о банкротстве

09.11.2026
6
Поделиться
Аннотация
В статье рассматривается соотношение специального основания оспаривания сделок должника по п. 2 ст. 61.2 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» и общегражданского основания по ст. 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации. Анализируется сформированный судебной практикой критерий разграничения этих оснований и делается вывод о том, что его содержание не раскрыто, а граница между основаниями определяется судебным усмотрением.
Библиографическое описание
Соломатин, В. О. Пределы применения статей 10 и 168 Гражданского кодекса РФ при оспаривании сделок должника в деле о банкротстве / В. О. Соломатин. — Текст : непосредственный // Молодой ученый. — 2026. — № 46 (649). — С. 696-700. — URL: https://moluch.ru/archive/649/142004.


В статье рассматривается соотношение специального основания оспаривания сделок должника по п. 2 ст. 61.2 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» и общегражданского основания по ст. 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации. Анализируется сформированный судебной практикой критерий разграничения этих оснований и делается вывод о том, что его содержание не раскрыто, а граница между основаниями определяется судебным усмотрением.

Ключевые слова: банкротство, оспаривание сделок должника, подозрительная сделка, злоупотребление правом, ничтожная сделка, период подозрительности.

Оспаривание сделок должника в делах о банкротстве является одним из основных правовых механизмов восстановления конкурсной массы и обеспечения соразмерного удовлетворения требований кредиторов. Согласно данным отчетов арбитражных управляющих, обобщенных на сайте Единого федерального реестра сведений о банкротстве, в 2025 году было рассмотрено 21 722 заявления о признании сделок недействительными, из которых удовлетворено 8 860 [11]. Исходя из этого, доля удовлетворенных заявлений составила 40,8 %. Данный факт позволяет сделать вывод о том, что выбор основания недействительности и оценка перспектив оспаривания имеют большое значение в практической деятельности арбитражных управляющих.

На практике при оспаривании сделок арбитражный управляющий сталкивается с выбором надлежащего правового основания. Законодательство допускает оспаривание сделок по специальным основаниям, предусмотренным главой III.1 Федерального закона от 26 октября 2002 г. № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее — Закон о банкротстве) [2], а также по общим основаниям по совокупности статей 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее — ГК РФ) [1]. Сделка, совершенная во вред кредиторам, может быть квалифицирована и как подозрительная по п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, и как ничтожная вследствие злоупотребления правом по вышеуказанным статьям ГК РФ. При этом указанные основания имеют схожие признаки, но различаются по срокам оспаривания и предмету доказывания. Правоприменительная практика допускает применение ст. 10 и 168 ГК РФ лишь при наличии у сделки пороков, выходящих за пределы подозрительной сделки, однако содержание этого критерия не раскрыто ни в законодательстве, ни в разъяснениях высших судебных инстанций.

В связи с этим в рамках настоящей статьи предлагается проанализировать, как в судебной практике и научной доктрине разграничиваются специальные и общегражданские основания оспаривания сделок должника, и предложить способ устранения выявленной неопределенности.

Как отмечалось ранее, в соответствии с п. 1 ст. 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве. Данное положение также конкретизировано в разъяснениях Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ. Согласно п. 4 Постановления Пленума ВАС РФ от 23 декабря 2010 г. № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»» (далее — Постановление № 63), наличие специальных оснований само по себе не препятствует квалификации сделки, совершенной со злоупотреблением правом, как ничтожной по ст. 10 и 168 ГК РФ [6].

Закон о банкротстве предусматривает специальные основания для оспаривания трех видов сделок должника:

— подозрительная сделка при неравноценном встречном исполнении (п. 1 ст. 61.2);

— подозрительная сделка, совершенная в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (п. 2 ст. 61.2);

— сделка, влекущая оказание предпочтения одному из кредиторов (ст. 61.3).

При рассмотрении вопроса о соотношении общегражданских и специальных оснований значение имеет именно второе из вышеперечисленных. Только подозрительная сделка, совершенная в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, связана с недобросовестным поведением участников, что соответствует и злоупотреблению правом.

Основание, предусмотренное п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, применяется к сделкам, совершенным в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после его принятия. Для признания сделки недействительной необходимо установить цель причинения вреда имущественным правам кредиторов, фактическое причинение такого вреда и осведомленность другой стороны сделки об указанной цели (п. 5 Постановления № 63). При этом задачу заявителя при доказывании облегчает наличие опровержимых презумпций. Например, цель причинения вреда предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества, и при этом сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица. Аналогичным образом предполагается осведомленность другой стороны сделки, если такое лицо является, в частности, родственником должника или иным заинтересованным лицом. Такая сделка является оспоримой, и в соответствии с п. 2 ст. 181 ГК РФ срок исковой давности составляет один год и исчисляется с момента, когда арбитражный управляющий узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания (п. 1 ст. 61.9 Закона о банкротстве).

Общегражданское основание складывается из совокупности двух норм ГК РФ. Статья 10 ГК РФ устанавливает запрет на заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав, при этом сама по себе она не дает оснований для признания сделки недействительной. Недействительность сделки следует из ст. 168 ГК РФ, поскольку в соответствии с п. 7 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23 июня 2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» сделка, нарушающая запрет злоупотребления правом, может быть признана недействительной по п. 1 или п. 2 ст. 168 ГК РФ [3]. Если она посягает на права третьих лиц, в том числе кредиторов, она является ничтожной. Периода подозрительности для данного основания закон не устанавливает. Срок исковой давности по данной категории сделок составляет три года с момента, когда лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения, но не более десяти лет со дня начала исполнения. Таким образом, данное основание позволяет оспорить более давние сделки, чем это возможно по специальному основанию. При этом процесс доказывания для заявителя в данном случае значительно сложнее. На основании п. 5 ст. 10 ГК РФ априори предполагается добросовестность участников гражданских правоотношений, а все бремя доказывания лежит на заявителе. Основные различия вышеуказанных правовых механизмов представлены в таблице 1.

Таблица 1

Условия оспаривания сделки, совершенной во вред кредиторам

Условие

п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве

ст. 10 и 168 Гражданского кодекса РФ

Период совершения сделки

не ранее трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом

не ограничен

Срок исковой давности

один год

три года, но не более десяти лет со дня начала исполнения

Вид недействительности

оспоримая сделка

ничтожная сделка

Доказывание

облегчено для заявителя опровержимыми презумпциями

в полном объеме

Исходя из вышеизложенного, одна и та же сделка, совершенная во вред кредиторам, может подпадать под оба основания. При этом общегражданское основание позволяет обойти ограничения, установленные специальным основанием, а именно оспорить сделку, совершенную за пределами трехлетнего периода, и преодолеть пропуск годичного срока исковой давности. Тем самым в правоприменительной практике возникает вопрос, насколько допустимо обращаться к общегражданским нормам для оспаривания сделки.

Такая ситуация, когда к одним и тем же обстоятельствам могут быть применены и общая, и специальная норма, представляет собой конкуренцию этих норм [9, с. 56]. Закон о банкротстве не содержит указаний, каким образом сферы применения данных норм следует разграничивать. В связи с этим критерии разграничения вырабатывались постепенно в ходе судебной практики Высшим Арбитражным Судом РФ и Верховным Судом РФ.

Как уже ранее указано, отправной точкой для выработки критериев стало вышеупомянутое Постановление № 63, согласно которому наличие специальных оснований само по себе не препятствует квалификации сделки как ничтожной по ст. 10 и 168 ГК РФ. В 2014 году сфера применения общих норм была ограничена Постановлением Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ от 17 июня 2014 года № 10044/11 [7]. При рассмотрении спора было указано, что применение общих норм возможно, если «речь идет о сделках с пороками, выходящими за пределы дефектов сделок с предпочтением или подозрительных сделок». В данном деле конкурсный управляющий пропустил годичный срок исковой давности по сделке с предпочтением и пытался обойти его, ссылаясь на ничтожность сделки. Президиум расценил эти действия как обход правил о сроке исковой давности по оспоримым сделкам и признал их недопустимыми. Далее этот подход также стал применяться и Судебной коллегией по экономическим спорам ВС РФ. В определении СК по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 29 апреля 2016 года № 304-ЭС15–20061 коллегия признала применение ст. 10 и 168 ГК РФ ошибочным. Должник незадолго до возбуждения дела о банкротстве продал аффилированному обществу недвижимость, оборудование и технику по заниженной цене, находясь в состоянии неплатежеспособности. Суды трех инстанций признали сделки недействительными одновременно и по п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, и по ст. 10 и 168 ГК РФ. Коллегия указала, что конкурсный управляющий ссылался лишь на обстоятельства, образующие состав п. 2 ст. 61.2, «не приводя при этом доводов о наличии у спорных сделок пороков, выходящих за пределы дефектов сделок с предпочтением или подозрительных сделок», в связи с чем основания для применения статей ГК РФ отсутствуют [4]. В определении от 29 января 2020 года № 308-ЭС19–18779(1,2) данная позиция была более конкретизирована. Согласно определению, должник совершил отчуждение недвижимости родственникам по заниженной цене за пределами трехлетнего периода подозрительности. Кредитор требовал взыскать с финансового управляющего убытки за то, что тот не оспорил эти сделки по ст. 10 и 168 ГК РФ. Коллегия указала, что в данных сделках отсутствуют нарушения, выходящие за пределы диспозиции п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, а значит данные обстоятельства не выходят за рамки специального состава [5]. Следовательно, общегражданское основание не позволяет продлить период подозрительности. Таким образом, попытки разграничения общегражданских и специальных оснований были предприняты в ходе судебной практики, а не в процессе законотворчества. Однако в судебных актах не раскрывается, какие именно обстоятельства совершения сделок следует считать выходящими за рамки специальных оснований.

В научной доктрине предпринимались попытки найти ответ на данный вопрос. Большая часть ученых-цивилистов придерживается принципа приоритета специальной нормы перед общей (lex specialis derogat generali). Так, по мнению А. Г. Карапетова, применение ст. 10 и 168 ГК РФ должно носить «резервный и субсидиарный характер», а оспаривание сделки в деле о банкротстве по этим нормам по тем же основаниям причинения вреда кредиторам, которые предусмотрены ст. 61.2 Закона о банкротстве, согласно судебной практике не допускается [10, с. 513, 520]. Также в научной среде имеются сомнения по вопросу возможности такого разграничения. В частности, В. Е. Бирклей полагает, что «каких-либо четких критериев их разграничения выделить нельзя», поскольку норма о недопустимости злоупотребления правом, являясь общей клаузулой, «заведомо включает в себя содержание специальной нормы о подозрительных сделках» [8, с. 231]. Он предлагает судам на практике оценивать каждый случай в отдельности и ориентироваться на «вопиющее несоответствие сделки нормам морали и справедливости». Таким образом, приоритет специального основания был выработан в ходе судебной практики, что приводит к тому, что каждый отдельный случай определяется по усмотрению суда. Как показывают рассмотренные дела, нижестоящие суды и Верховный Суд РФ при сходных обстоятельствах приходят к противоположным выводам, что свидетельствует о неоднородности правоприменительной практики и требует законодательного решения.

С точки зрения теории законодатель может решить данный вопрос двумя путями. Первый состоит в том, чтобы закрепить в законе перечень критериев или обстоятельств, которые дадут четкое понимание того, что является выходящим за пределы подозрительных сделок. Однако такой перечень неизбежно окажется неполным или будет требовать расширительного толкования, что в конечном итоге опять приведет к результату, зависящему от судебного усмотрения. Второй путь предполагает устранение самой причины, по которой заявители обращаются к общегражданским нормам. Основной причиной этого является невозможность оспорить по специальным основаниям сделку, совершенную за пределами трехлетнего периода подозрительности или с пропуском годичного срока исковой давности. Данный путь кажется наиболее предпочтительным, хотя также имеет свои слабые стороны.

Его реализация на практике может выглядеть следующим образом. В первую очередь, следует в п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве увеличить период подозрительности до пяти лет для сделок с заинтересованными лицами. Пятилетний срок позволит охватить типичные случаи сделок с заинтересованными лицами. Например, из вышеуказанного определения от 29 января 2020 года следует, что все сделки были совершены в период от трех лет восьми месяцев до пяти лет трех месяцев до возбуждения дела о банкротстве. В случае введения пятилетнего срока подозрительности большая часть этих сделок была бы оспорена управляющим по специальным основаниям. При этом данный срок вдвое меньше десятилетнего предельного срока, установленного п. 1 ст. 181 ГК РФ, что не нарушает стабильность гражданского оборота. Также следует дополнить ст. 61.1 Закона о банкротстве пунктом: «Сделка должника не может быть признана недействительной в деле о банкротстве на основании статей 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации по мотиву причинения вреда имущественным правам кредиторов. Такая сделка может быть оспорена только по основаниям, предусмотренным настоящим Федеральным законом. Иные основания недействительности сделок, предусмотренные Гражданским кодексом Российской Федерации, включая статью 170, применяются в общем порядке». Данный пункт избавит судей от необходимости проводить разграничение между общегражданскими и специальными нормами, поскольку основным фактором будет цель оспаривания сделки. Если она оспаривается в деле о банкротстве по причине причинения вреда кредиторам, то в таком случае применяются специальные основания. Такое положение также устранит неопределенность в отношении управляющего, с которого могут быть взысканы убытки как при оспаривании, так и при отказе от оспаривания сделки [9, с. 63]. При этом оба вышеуказанных изменения следует рассматривать в связке, поскольку продление периода подозрительности без исключения ст. 10 и 168 ГК РФ сохраняет возможность обхода специальных оснований. Обратная взаимосвязь работает так, что исключение общегражданских норм без продления периода подозрительности лишило бы кредиторов защиты от заблаговременного вывода имущества заинтересованным лицам.

Как уже было отмечено, данное предложение также не лишено слабых сторон. Во-первых, сделка, причинившая вред кредиторам, но не подпадающая под ст. 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве, останется неоспоримой. Однако для таких случаев сохраняются ст. 170 и п. 2 ст. 174 ГК РФ, а также внеконкурсное оспаривание до возбуждения дела о банкротстве, и кредитор, не воспользовавшийся ими своевременно, несет риск собственного промедления [7]. Во-вторых, изменения ухудшают положение контрагентов должника, поэтому они должны применяться только к сделкам и заявлениям, совершенным и поданным после вступления в силу.

Проведенное исследование показывает, что существующая в настоящее время неопределенность в вопросе пределов применения статей 10 и 168 ГК РФ при оспаривании сделок должника в деле о банкротстве затрагивает всех участников процесса. Представляется, что вопрос давно назрел для законодательного решения. Предложенный в статье вариант может стать одним из возможных путей его решения.

Литература:

  1. Гражданский кодекс Российской Федерации (часть первая) от 30 ноября 1994 г. № 51-ФЗ (ред. от 10 июня 2026 г.) // Российская газета. 1994. № 238–239.
  2. Федеральный закон от 26 октября 2002 г. № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (ред. от 4 августа 2026 г.) // Российская газета. 2002. № 209–210.
  3. Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 23 июня 2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» // Российская газета. 2015. № 140.
  4. Определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 29 апреля 2016 г. № 304-ЭС15–20061 по делу № А46–12910/2013 // СПС «КонсультантПлюс».
  5. Определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 29 января 2020 г. № 308-ЭС19–18779(1,2) по делу № А53–38570/2018 // СПС «КонсультантПлюс».
  6. Постановление Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 23 декабря 2010 г. № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»» (ред. от 17 декабря 2024 г.) // Вестник ВАС РФ. 2011. № 3.
  7. Постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ от 17 июня 2014 г. № 10044/11 по делу № А32–26991/2009 // СПС «КонсультантПлюс».
  8. Бирклей В. Е. Граница между специальными и общими основаниями оспаривания сделок в банкротстве: вопросы теории // Вопросы российской юстиции. 2022. № 17. С. 223–234.
  9. Васильева А. Соотношение общегражданских и банкротных оснований недействительности сделок: суды в поисках баланса // Юридическая работа в кредитной организации. 2020. № 2 (64). С. 54–64.
  10. Сделки, представительство, исковая давность: постатейный комментарий к статьям 153–208 Гражданского кодекса Российской Федерации / отв. ред. А. Г. Карапетов. М.: М-Логос, 2018. 1264 с.
  11. Банкротство в России: статистический бюллетень Федресурса. Итоги 2025 года // Единый федеральный реестр сведений о банкротстве: [сайт]. URL: https://bankrot.fedresurs.ru/ (дата обращения: 09.09.2026).
Можно быстро и просто опубликовать свою научную статью в журнале «Молодой Ученый». Сразу предоставляем препринт и справку о публикации.
Опубликовать статью
Молодой учёный №46 (649) ноябрь 2026 г.
Скачать часть журнала с этой статьей(стр. 696-700):
Часть 10 (стр. 657-725)
Расположение в файле:
стр. 657стр. 696-700стр. 725
Похожие статьи
Оспаривание сделок должника при процедуре банкротства
Проблемные аспекты оспаривания сделок при банкротстве юридических лиц в Российской Федерации
Соотношение общих гражданско-правовых и специальных оснований оспаривания сделок должника в процессе несостоятельности (банкротства)
Особенности оспаривания сделок должника в процедурах банкротства в специальном порядке
Автономия банкротного оспаривания: анализ научных дискуссий о публично-правовой природе механизма возврата активов в конкурсную массу
Специальные и общие основания оспаривания сделок должника при несостоятельности (банкротстве)
Основания и порядок оспаривания сделок должника в рамках дела о несостоятельности (банкротстве)
Проблемы правового закрепления и правоприменительной практики в сфере оспаривания сделок должника в деле о банкротстве
Оспаривание сделок в банкротстве физического лица
Оспаривание подозрительных сделок должника при банкротстве юридических лиц

Молодой учёный