Удержание является одним из методов обеспечения обязательств в договорных отношениях. Право на удержание установлено законом, в общем случае регулируется ст. 359, 360 ГК РФ, а при решении некоторых узких вопросов и другими нормативно-правовыми актами.

Является ли удержание средством самозащиты гражданских прав? Этот вопрос не имеет однозначного ответа. Как в научной литературе, так и в судебной практике можно встретить разное толкование законодательства РФ.

В современной доктрине большинство мнений всё же склоняется к тому, что удержание не относится к самозащите гражданских прав. При этом основной упор делается на то, что удержание не соответствует основным принципам института самозащиты гражданских прав. Сарбаш С. В. пишет, что институт самозащиты и удержание имеют много общего, в какой-то степени самозащита является «прародительницей» удержания, но при этом он всё же их разграничивает [1]. По мнению Сарбаша удержание применяется как самостоятельный правовой шаг, а самозащиту можно использовать только в том случае, когда другие способы защиты недоступны на тот момент; самозащита применяется в случае неправомерного посягательства на право, а при использовании удержания неправомерность действий отсутствует; самозащита может применяться в случае, когда вред ещё не нанесён, но есть вероятность нанесения вреда, а удержание осуществляется только при наличии обязательства. Мнение Сарбаша является спорным, так как, например, согласно законодательству РФ, самозащита является самостоятельной формой защиты гражданских прав и поэтому не обязательно применяется в том случае, когда другие формы защиты недоступны. Кроме того, выделенные отличия между удержанием и самозащитой возможны только в определённых случаях гражданских правоотношений, то есть их можно назвать исключением из правил. Если рассматривать мнения других авторов, которые занимались изучением соотношения правовых институтов самозащиты и удержания, то наблюдается похожая картина. Гумбатова Ю. Н. в своей работе пишет, что удержание не является самозащитой, так как: обращение взыскания на удерживаемое имущество осуществляется в судебном порядке, а самозащита является неюрисдикционной формой защиты гражданских прав; удержание нацелено на получение определённого результата, а самозащита не имеет своей целью получения правовых последствий, являясь лишь фактическим действием в сложившейся ситуации [2, с.29]. Указанные Гумбатовой разграничения правовых институтов можно наблюдать только в каких-то конкретных проявлениях гражданско-правовых отношений. Так, обращение взыскания на удерживаемое имущество происходит не так часто, но, с другой стороны, как верно пишет Гумбатова, в этом случае удержание и самозащита имеют различия.

Таким образом, в некоторых вопросах удержание имущества нельзя назвать одним из способов самозащиты гражданских прав, так как есть определённые пересечения понятий, о которых свидетельствуют научные мнения. Но в широком понимании этих правовых институтов удержание можно отнести к одной из разновидностей средств самозащиты гражданских прав.

В научной среде также существует множество других мнений по поводу того к какому институту права относится удержание. А. И. Пырх пишет, что удержание удовлетворяет всем характерным чертам мер оперативного воздействия [6, с.56]. Но при этом он считает меры оперативного воздействия отдельным видом самозащиты гражданских прав. То есть он считает, что удержание относится к самозащите гражданских прав, но при этом оно не является отдельным средством самозащиты, а включается в состав самозащиты гражданских прав как разновидность мер оперативного воздействия. Его мнение и другие точки зрения по данному вопросу небезосновательны и в целом дополняют картину правового поля РФ, хотя при этом вносят неясность в теорию права.

Предметом удержания является вещь, которая принадлежит должнику и должна на законных основаниях оказаться у ретентора в момент применения удержания. При этом право собственности удерживаемой вещи может перейти к третьим лицам в период удержания, право удержания при этом сохраняется. ГК РФ не конкретизирует какая именно вещь должна быть предметом удержания, в связи с чем имеется много дискуссий. Так, например, Сорбаш пишет, что удерживать родовые вещи можно только в том случае, если они каким-то образом индивидуализированы, то есть носят индивидуально-определённый характер [1]. Это он связывает с тем, что у кредитора должна находится именно вещь должника, а никакая другая. Но, с другой стороны, в законе нет таких ограничений, поэтому суд, принимая решение по своему внутреннему убеждению в соответствии с особенностями конкретного дела, может признать удержание родовых вещей законными, а может и не признавать. Так в судебном разбирательстве двух предпринимателей, один из которых применил удержание имущества в качестве меры обеспечения обязательств, удерживалась одежда разных видов и моделей [3]. В судебном акте эта одежда структурирована по половым признакам, назначению и т.п, но в целом всё же относится к родовым вещам, так как каждый вид одежды имеет только обобщённые признаки. В решении суда не исключается возможность удержания именно этих вещей, но, с другой стороны, при отсутствии законодательной точности в этом вопросе, не утверждается и обратное.

Надо сказать, что в той или иной мере, в зависимости от того какая именно вещь удерживается, в законодательстве есть определённые правила и ограничения. Это может быть ограничение в целях безопасности, например, согласно ст. 129 ГК РФ нельзя удерживать вещи, изъятые из оборота, так как они вообще не могут быть в общем случае в гражданском обороте. Также это могут быть нормы, регулирующие особенности удержания вещей в каком-либо небольшом круге правоотношений. Сюда относится ст. 712 ГК РФ, которая устанавливает правила удержания вещей в соответствии с условиями договора подряда, ст. 790 ГК РФ регулирующая право перевозчика-доставщика груза удерживать при несвоевременной оплате перевозимые им вещи. Соответственно существует достаточно большая судебная практика решения вопросов удержания этих вещей. Например, Аржанникова Н. в научной статье приводит анализ судебной практики по случаям удержания имущества подрядчика заказчиком в рамках договора подряда [26, с.2].

С другой стороны, ко многим вещам, которые могут удерживаться в качестве меры обеспечения обязательств и при этом имеют какие-то особенности, нет конкретных указаний в законе, что затрудняет использование удержания правоприменителями. В этом случае вещи и так обладают какими-то особенностями, и при этом само удержание имущества является неюрисдикционной формой защиты, требующей от применителя права отличного знания законодательства, необходимого для принятия решения без права на ошибку. К этой группе вещей можно отнести эластичные товары, ограниченные в обороте вещи и др. По поводу удержания эластичных товаров пишет Бевзенко Р. С., отмечая, что в отношении удержания таких товаров близким является залоговое право и поэтому предлагается использовать принцип аналогии закона [25, с.8]. Но при этом автор указывает, что в случаях экономической эластичности товаров применение аналогии закона окажется несправедливым по отношению к ретентору.

В связи со сказанным очень сложным является вопрос об удержании недвижимого имущества. Григорьева А. Г. в своей научной статье анализирует различные научные мнения по поводу удержания недвижимого имущества, в том числе мнения Сарбаша С. В., Гонгало Б.М, Витрянского В. В. и приходит к выводу, что удержание недвижимого имущества является сложным вопросом, что прежде всего связано с недоработкой законодательных норм в этой области [4, с.221]. Наибольшую сложность, по её мнению, в удержании недвижимости представляет собой требование обязательной государственной регистрации, что значительно тормозит гражданский оборот в целом и с отельной точки зрения вообще запрещает использовать удержание имущества, так как удержание не входит в состав возможных видов обременений недвижимости согласно ст.131 ГК РФ, которые также подлежат регистрации.

Таким образом, по общему правилу ГК РФ разрешает выполнить удержание практически всех видов вещей, за исключением денег, изъятых из оборота вещей и в других редких случаях, но фактически, при отсутствии достаточно чёткой позиции со стороны законодательства, возникают сложности применения этого вида права относительно некоторых вещей. Покровский И. А. писал по этому поводу, что правоприменители не знают каким образом суд будет оценивать по своему усмотрению и своему внутреннему убеждению те или иные их юридические действия и поэтому для надёжности, страхуясь, стараются ориентироваться на императивные нормы, то есть, когда в законе чётко прописано что им можно, а что нельзя [5, с.152–171]. Другими словами, участники гражданских правоотношений перед совершением тех или иных действий хотят точно знать какие правовые последствия их ждут, поэтому не выбирают сомнительный путь. Эти утверждения Покровского о психологии участников сделок актуальны и сегодня, так как природа человека не зависит от времени. Удержание имущества не является сомнительным путем только в тех областях, где законом установлены чёткие правила его применения.

Главным признаком правомерности применения удержания имущества является наличие обязательства. Кредитор имеет право удерживать вещь только при наличии неисполненного должником обязательства. Также важно, чтобы кредитор уведомил должника об удержании, обеспечил сохранность удерживаемого имущества, удерживаемое имущество должно быть соразмерно по стоимости долгу и может оказаться у кредитора только на законных основаниях, удержание является временной мерой. При несоблюдении перечисленных общих правил удержания имущества удержание признаётся самоуправством, уголовным деянием. Примером может быть уже рассмотренное в данной статье судебное разбирательство двух предпринимателей [3]. В судебном решении указано, что ИП Матросов С. А., удерживая имущество, совершил самовольный захват, так как завладел удерживаемым имуществом незаконно, но при этом суд не квалифицировал действия ИП уголовным преступлением, что остаётся вопросом, так как в судебном акте нет соответствующего пояснения.

Горбачёва А. А. в научной статье попыталась разграничить самоуправство, как уголовное деяние и законное удержание вещи [7]. По её мнению, самоуправство обладает составом преступления и не удовлетворяет хотя бы одному из условий законного удержания имущества. То есть для привлечения к уголовной ответственности за неправомерное удержание имущества необходимо наличие всех элементов состава преступления. Также стоит отметить, что самоуправство регулируется ст. 330 УПК РФ и в соответствии с ней правомерность действий должна оспариваться потерпевшим, то есть потерпевшая сторона должна заявить о нарушении своего права и бороться за него. Таким образом, нарушение порядка удержания имущества не обязательно будет квалифицироваться как уголовное преступление, так как для этого требуются определённые доказательства.

Удержание имущества, как одно из средств самозащиты гражданских прав имеет для правоприменителей как положительные, так и отрицательные стороны, что зависит от конкретной ситуации. При этом участникам гражданско-правовых отношений необходимо соблюдать все условия законного удержания имущества и учитывать какими нормативно-правовыми актами регулируется конкретный вид удержания.

Литература:

1. Сарбаш, С. В. Право удержания как способ обеспечения исполнения обязательств: монография / С. В. Сарбаш. — М.: Статут, 2003. — 251 с.
2. Гумбатова, Ю. Н. Субъективное право подрядчика на удержание результата строительных работ: диссертация на соискание учёной степени кандидата юридических наук / Ю. Н. Гумбатова; РГАИС. — Москва, 2018. — 140 с.
3. Решение арбитражного суда Свердловской области от 12 февраля 2025 года по делу № А60–49534/2024 // Справочно-правовая система АО «Кодекс» — URL: www.kodeks.ru (дата обращения 11.04.2026).
4. Григорьева А. Г. Проблемы правового регулирования удержания недвижимого имущества / А. Г. Григорьева // Теория и практика общественного развития. Право. — 2015. — № 24. — С.219–221.
5. Покровский, И. А. Основные проблемы гражданского права. / И. А. Покровский. — М.: Статут, 2013. — 219 с.
6. Пырх, А. И. Удержание как способ самозащиты прав предпринимателя / А. И. Пырх // Вестник СПбГУ. — 2012. — Сер.14, вып.2 — С.55–61.
7. Горбачёва А. А. Проблема соотношения удержания вещи и самоуправства в отношениях, возникающих из договора подряда / А. А. Горбачёва // Закон.ру. Гражданское право. Разрешение споров. — 2022. — URL: https://zakon.ru/ (дата обращения: 11.04.2026).
8. Страунинг, Э. Л. Теория самозащиты гражданских прав: монография / Э. Л. Страунинг. — М.: Типография ООО «Документ системы», 2007. — 146с.
9. Чепурнова, Н. М. Самозащита гражданских прав и свобод человека и гражданина. Конституционно-правовой аспект: монография / Н. М. Чепурнова, Е. И. Гончаров. — М.: ЮНИТИ-ДАНА: Закон и право, 2017. — 159 с.
10. Барышников, М. Ю. Самозащита гражданских прав в условиях санкций: монография / М. Ю. Барышников. — М.: РУСАЙНС, 2026. — 94с.
11. Брагинский, М.И., Витрянский, В. В. Договорное право: книга 1. Общие положения. / М. И. Брагинский, В. В. Витрянский — 3-е издание, стереотипное — М.: Статут, 2001. — 476 с.
12. Бычков, А. Самозащита гражданских прав. Разумный баланс интересов / А. Бычков // Финансовая газета. — 2015. — № 1. — URL: https://www.consultant.ru/.
13. Никитина, Е. Имущество арендатора в счёт погашения долга / Е.Никитина // Практический бухгалтерский учёт. — 2017.- № 8. — URL: https://www.consultant.ru/.
14. Стрыгина, М. Самозащита интересов работников и работодателей. М. Стрыгина // Кадровик. Трудовое право для кадровика. — 2012. — № 8. — URL: https://www.consultant.ru/.
15. Вахаев, М. Х. Защита прав на землю. / М. Х. Вахаев// Право и экономика. — 2011. — № 1. — URL: https://www.consultant.ru/.
16. Южанин, Н. В. Односторонние правоохранительные меры. / Н. В. Южанин// Налоги. — 2009. — № 27. — URL: https://www.consultant.ru/.
17. Борисова, А. Неисполнение договора: самозащита или правонарушение? / А.Борисова // Финансовая газета. — 2009. -№ 23. — URL: https://www.consultant.ru/.
18. Кузнецова, В. А. Музыка в заведении общественного питания. Не забываем об авторском праве. / В. А. Кузнецова // Предприятия общественного питания: бухгалтерский учет и налогообложение. — 2013. — № 3. — URL: https://www.consultant.ru/.
19. Аксюк, И. В. Самозащита гражданских прав. / И. В. Аксюк // Вестник юридического факультета ЮФУ. — 2020. — Т. 7, № 4. С. 41–43. — URL: https://cyberleninka.ru/.
20. Беляйкина, Л. В. Самозащита гражданских прав. / Л. В. Беляйкина // Вестник магистратуры Современной Гуманитарной Академии. — 2017. — № 12–4(75). — URL: https://cyberleninka.ru/.
21. Тюрбеев Б. А. Самозащита гражданских прав. / Б. А. Тюрбеев // Вестник науки и образования КГУ им. Б. Б. Городовикова. — 2020. — № 21(99). Часть 2. — URL: https://cyberleninka.ru/.
22. Шутилин, Д. В. Удержание как вещное обеспечение / Д. В. Шутилин // Образование и право. — 2024. — № 11 — С.269–274.
23. Куздеубек А. С. Удержание как способ обеспечения исполнения обязательства / А. С. Куздеубек // Вестник науки и образования. — 2020. — № 10(88). Часть 1. — С.59–62.
24. Бойко А. А. Особенности удержания денег и ценных бумаг. / А. А. Бойко // Евразийский научный журнал. Право. — 2017. — С.15–18.
25. Бевзенко Р. С. Отдельные проблемы права удержания. / Р. С. Безвенко // Книга «Проблемы гражданского права в судебной практике и законодательстве: сборник статей, посвященный юбилею профессора Василия Владимировича Витрянского (отв. ред. Е. А. Суханов)». — 2021.
26. Аржанникова Н. Имеет ли право заказчик удерживать имущество подрядчика в счет уплаты штрафных санкций? Правовой анализ и мнение судов / Н.Аржанникова // Жилищное право. — 2025. — № 4. — С.5–14.