«Одним из ключевых механизмов уголовного права является институт освобождения от уголовной ответственности, который играет важнейшую роль в системе мер государственной реакции на преступные деяния» [5, с. 29].

Согласно ст. 2 Конституции РФ: «Человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина — обязанность государства» [1].

Проблема понимания природы освобождения от уголовной ответственности обладает весомым как теоретическим, так и практическим значением. Её глубокое и аргументированное осмысление открывает перед учёными широкий спектр возможностей: анализировать труды других исследователей в данной области, определять эффективность правового регулирования в нормах уголовного и уголовно-процессуального законодательства, оценивать корректность тех или иных формулировок, встречающихся в правоприменительной деятельности, а также вырабатывать предложения по улучшению действующей нормативной базы, механизмов её применения и правовой культуры граждан.

Анализ вопросов, связанных с освобождением от уголовной ответственности, не представляется возможным без чёткого понимания того, что собой представляет данный вид ответственности. Уголовная ответственность является широко распространённым явлением, с которым люди нередко сталкиваются в обычной жизни, что вполне закономерно объясняет её неоднократное упоминание в действующем законодательстве (ч. 1 ст. 1, ч. 2 ст. 2, ст. 4, ч. ч. 1 и 2 ст. 5, ч. 2 ст. 6, ст. 8, ч. ч. 1, 3 и 4 ст. 11, ч. ч. 1, 2 и 3 ст. 12 УК РФ и др.) [2].

Освобождение от уголовной ответственности представляет собой закреплённое в соответствующем юридическом документе решение компетентного органа власти о том, что гражданин, виновный в совершении противоправного деяния, не подлежит привлечению к судебной ответственности и не будет подвергнут принудительным мерам со стороны государства.

Ключевым условием для применения подобного решения в отношении преступника служит признание нецелесообразности его уголовного преследования ввиду определённых обстоятельств. Данное решение находит своё отражение в соответствующем процессуальном документе (постановлении), который вправе вынести следователь, дознаватель либо судья.

Так, лицо может быть освобождено от уголовной ответственности в связи:

— с деятельным раскаянием (статья 75 УК РФ) — возможно при наличии следующих условий: раскаяние, которое устраняет общественную опасность лица; преступление совершено впервые; преступление небольшой или средней тяжести; виновный возместил потерпевшему ущерб или иным образом загладил причиненный преступлением вред [2];

— с примирением с потерпевшим (статья 76 УК РФ) — возможно при наличии следующих условий: преступление совершено впервые; преступление небольшой или средней тяжести; обвиняемый, подозреваемый загладил вред, причиненный преступлением, и примирился с потерпевшим;

— с возмещением в полном объеме ущерба, причиненного бюджетной системе Российской Федерации, по делам о преступлениях в сфере экономической деятельности (часть 1 статьи 76.1 УК РФ) — возможно при наличии следующих условий: преступление совершено впервые; совершение преступления, предусмотренного статьями 198–199.1, 199.3, 199.4 УК РФ [2];

— с назначением судебного штрафа (статья 76.2 УК РФ) — «возможно при наличии следующих условий: преступление совершено впервые; преступление небольшой или средней тяжести; виновный возместил потерпевшему ущерб или иным образом загладил причиненный преступлением вред» [6, с. 246];

— с истечением сроков давности (статья 78 УК РФ), то есть истечением установленных законом сроков со дня совершения преступления, которые делают нецелесообразным привлечение лица к уголовной ответственности. Отсчёт срока давности начинается с момента совершения противоправного деяния и заканчивается в тот день, когда судебный приговор обретает юридическую силу. Применительно к длящимся преступлениям данный срок начинает течь с того момента, когда преступная деятельность была прекращена — независимо от того, произошло ли это по собственному желанию виновного или помимо его воли. Что касается продолжаемых преступлений, точкой отсчёта служит совершение финального противоправного акта в цепочке преступных действий. Если же преступление складывается из двух самостоятельных действий, исчисление срока давности ведётся начиная с последнего из них. Прекращение уголовного преследования по основанию истечения давностного срока возможно исключительно при соблюдении одного ключевого условия: на протяжении всего установленного периода лицо, причастное к совершению преступления, не предпринимало попыток скрыться от органов следствия, суда или уклониться от исполнения обязанности по уплате судебного штрафа. В случае нарушения данного условия течение срока давности останавливается, что прямо предусмотрено положениями части 3 статьи 78 УК РФ. Простое изменение адреса проживания или трудоустройство в новом месте само по себе не может расцениваться как намеренное уклонение от уголовного преследования, если при этом отсутствуют какие-либо целенаправленные действия, свидетельствующие о стремлении лица избежать привлечения к ответственности;

— в связи с призывом на военную службу в период мобилизации или в военное время либо заключением в период мобилизации, в период военного положения или в военное время контракта о прохождении военной службы, а равно в связи с прохождением военной службы в указанные периоды или время (ст. 78.1 УК РФ) [2].

Прекращение возбужденного уголовного дела по основаниям, предусмотренным статьей 78 УК РФ, не допускается, если против этого возражает обвиняемый. Производство по делу в этом случае продолжается в обычном порядке. Если оно завершается вынесением обвинительного приговора, суд с учетом истечения срока давности прекращает уголовное дело [4, с. 60].

В науке уголовного права нет единого мнения о правовой природе освобождения от уголовной ответственности. Существует дискуссия о том, является ли это отказом от осуждения виновного или отказом от применения наказания. Некоторые авторы считают, что освобождение означает прекращение всех правовых последствий, связанных с преступлением, включая прекращение уголовно-правовых отношений. Другие подчёркивают, что государство отказывается не только от осуждения, но и от возложения на виновного обязанности претерпеть неблагоприятные последствия.

Ряд проблем института освобождения от уголовной ответственности связан со ст. 76 УК РФ, согласно которой «лицо, впервые совершившее преступление небольшой или средней тяжести, может быть освобождено от уголовной ответственности, если оно примирилось с потерпевшим и компенсировало причиненный вред» [2]. Возможность урегулирования конфликта между участниками уголовного процесса и последующего закрытия дела во многом определяется индивидуальными особенностями каждой ситуации, которую рассматривает суд. Потерпевший вправе выразить о своем нежелании привлекать виновного к уголовной ответственности, снять все имеющиеся претензии и ходатайствовать о закрытии производства по делу. При этом ключевым условием является взаимное волеизъявление обеих сторон, позволяющее удостовериться в том, что достигнутое соглашение носит добровольный характер. Однако существенной проблемой остаётся отсутствие в действующем российском уголовном законодательстве чётко выработанных процессуальных инструментов, которые давали бы реальную возможность проверить, является ли примирение сторон искренним и свободным от какого-либо давления извне [3, с. 224].

Рассматривая данную проблематику, следует обратиться к механизму медиации как альтернативному способу разрешения споров. Внедрение подобного инструмента способно существенно укрепить авторитет судебной системы в глазах общества, сгладить конфликтные настроения среди населения, а также сделать уголовный процесс более эффективным и сократить тюремное население страны. Нейтральные посредники, вовлечённые в урегулирование разногласий между сторонами, могут гарантировать, что принятые решения будут основаны исключительно на свободном волеизъявлении участников без какого-либо давления извне. Представляется крайне необходимым, чтобы законодатель всерьёз занялся вопросом включения медиативных процедур в систему уголовного правосудия. Подобный шаг, по нашему убеждению, мог бы кардинально изменить отношение граждан к правоохранительным институтам в лучшую сторону, способствовать стабилизации общественного климата, повысить качество и скорость уголовного судопроизводства, а также существенно разгрузить пенитенциарные учреждения.

Помимо этого, практика применения судебных штрафов сопряжена с рядом существенных затруднений, обусловленных теоретическими пробелами данного правового механизма. Величина денежного взыскания устанавливается в каждом конкретном случае отдельно, принимая во внимание характер и условия совершённого противоправного деяния, особенности личности правонарушителя, а также степень его общественной опасности. Тем не менее, законодательство не предусматривает нижней границы подобного взыскания, что порождает правовую неопределённость. В связи с этим представляется целесообразным реформирование действующего уголовного законодательства путём законодательного закрепления минимально допустимого порога денежного взыскания применительно к преступлениям, относящимся к категориям небольшой и средней степени тяжести.

Отдельную сложность представляет то обстоятельство, что действующее законодательство допускает применение судебного штрафа исключительно в зависимости от степени тяжести совершённого деяния, ограничиваясь лишь преступлениями небольшой и средней тяжести. Анализ судебной практики свидетельствует о том, что по целому ряду уголовных дел прекращение уголовного преследования является недопустимым. В связи с этим представляется необходимым на законодательном уровне закрепить конкретный перечень деяний небольшой и средней тяжести, в отношении которых назначение судебного штрафа исключается.

Подводя итог, следует отметить, что на современном этапе всё большую значимость приобретает тенденция к урегулированию правовых споров без применения мер уголовного наказания, в частности, посредством механизма освобождения лица от уголовной ответственности.

Вместе с тем необходимо признать, что существующие правовые инструменты, позволяющие лицу избежать уголовного преследования, в их текущем состоянии зачастую не отвечают актуальным задачам уголовно-правовой политики и реальным запросам правоприменительной деятельности. В целях повышения результативности и обоснованности проводимой уголовной политики, а также придания законодательству более гуманного характера представляется необходимым продолжить работу по модернизации данного правового института, преодолению имеющихся в нём пробелов и противоречий, а также формированию надлежащей системы правового регулирования в указанной сфере.

Литература:

1. Конституция Российской Федерации: принята всенародным голосованием 12 декабря 1993 г. (принята всенародным голосованием 12.12.1993 с изменениями, одобренными в ходе общероссийского голосования 01.07.2020) // Собрание законодательства РФ. — 2014. — № 31. — Ст. 4398.
2. Уголовный кодекс Российской Федерации от 13.06.1996 № 63-ФЗ (ред. от 09.04.2026) // Собрание законодательства РФ. — 1996. — № 25. — Ст. 2954.
3. Гринберг У. А. Проблемы освобождения от уголовной ответственности // Россия — моя история. Материалы XХV научно-практических чтений, посвященных памяти философа и общественного деятеля А. Н. Радищева, приуроченных к Году защитника Отечества. Малоярославец, 2026. С. 223–228.
4. Караева Л. Х., Икаев Б. Р. Особенности освобождения от уголовной ответственности и освобождение от наказания // Вестник магистратуры. 2024. № 6–4 (153). С. 60–62.
5. Нухдуев Р. О. Место института освобождения от уголовной ответственности в системе оснований освобождения от уголовной ответственности // Human Progress. 2024. Т. 10. № 9. С. 29.
6. Петухова В. Б. Освобождение от уголовной ответственности с назначением судебного штрафа: место в системе оснований освобождения от уголовной ответственности // Вестник науки. 2025. Т. 2. № 10 (91). С. 244–250.