История русской кавалерии и её участия в Первой мировой войне неразрывно связана с фигурой великого князя Николая Николаевича Младшего — одного из самых противоречивых и влиятельных военачальников Российской империи начала XX века [12, с. 78]. Он стал первым в истории России Верховным Главнокомандующим, однако его деятельность на этом посту до сих пор вызывает ожесточённые споры среди историков. С одной стороны, современники отмечали его энергию, волю и преданность союзническому долгу; с другой — критики указывают на стратегические ошибки, приведшие к обескровливанию русской армии. Данная статья ставит целью комплексный анализ жизненного и боевого пути великого князя Николая Николаевича, его роли в военных и политических событиях конца XIX — начала XX века.

Великий князь Николай Николаевич родился 6 ноября 1856 года в семье третьего сына императора Николая I — великого князя Николая Николаевича Старшего. Как и полагалось в семье Романовых, он с рождения был награждён всеми высшими орденами Российской империи, за исключением военных: орденами Св. Андрея Первозванного, Св. Александра Невского, Белого Орла, Св. Анны 1-й степени, Св. Станислава 1-й степени. Детство великого князя было омрачено постоянными ссорами родителей — его отца и германской принцессы Александры Петровны Ольденбургской. Отношения с отцом у Николая Николаевича Младшего также не сложились, что, по мнению историков, сформировало его своеобразный характер. Генерал Ю. Н. Данилов писал: «Производя впечатление твёрдого и волевого человека, он был на самом деле крайне впечатлительной и чувствительной натурой — неизбежное последствие бурных семейных скандалов, в которых прошло его детство… и находился под огромным влиянием своего окружения» [1, с. 27].

В 1871 году великий князь поступил юнкером в Николаевское инженерное училище, откуда 5 июля 1872 года был выпущен в чине подпоручика. В следующем году он производится в поручики, служит на низших командных должностях в учебном пехотном батальоне, а затем в кавалерийском эскадроне. После этого последовало обучение в Николаевской академии Генерального штаба, которую великий князь закончил в 1876 году по 1-му разряду с малой серебряной медалью. Таким образом он стал единственным членом дома Романовых, окончившим Академию Генерального штаба с отличием [9, с. 134].

Боевым крещением для молодого великого князя стала русско-турецкая война 1877–1878 годов. В действующей армии он занял пост офицера по особым поручениям при своём отце, великом князе Николае Николаевиче Старшем, который был назначен главнокомандующим русской Дунайской армией. Воспользовавшись своим статусом, Николай Николаевич Младший участвовал в рекогносцировках местности на Дунае для поиска наилучшего места переправы. Затем его прикомандировали к 14-й пехотной дивизии, сосредоточенной в районе местечка Зимница. Дивизии предстояло первой форсировать Дунай.

Великому князю повезло с наставниками. Командовал дивизией генерал М. И. Драгомиров — выдающийся русский военный теоретик и педагог, а его добровольным ординарцем и помощником был генерал М. Д. Скобелев, которому было суждено обрести славу в этой войне [9, с. 211]. В ночь на 15 июня 1877 года великий князь форсировал Дунай, а затем участвовал в штурме Систовских высот и захвате города Систово. За участие в переправе и бою под Систово Николай Николаевич был награждён орденом Св. Георгия 4-й степени.

В составе Габровского отряда генерала Н. И. Святополк-Мирского великий князь участвовал в штурме перевала Шипка. Взятие Шипки означало, что три турецкие армии оказались разобщены. За этот бой он был награждён Золотым оружием. Июльское сражение за Шипкинский перевал стало последним боевым делом, в котором великий князь участвовал вплоть до Первой мировой войны [10, с. 87].

Таким образом, он имел определённый боевой опыт, но в дальнейшем он находился при штабе главнокомандующего, что не способствовало развитию полководческого таланта. По окончании русско-турецкой войны великий князь Николай Николаевич служит в кавалерии, пройдя командные посты от командира эскадрона до командира лейб-гвардии гусарского полка [11, с. 45].

В 1885 году он был произведён в генерал-майоры, а ещё через пять лет назначен командиром 2-й гвардейской кавалерийской дивизии. В 1884 году награждён орденом Св. Владимира 3-й степени, в 1890 — орденом Св. Владимира 2-й степени. В 1893 году производится в генерал-лейтенанты, а через два года назначается генерал-инспектором кавалерии.

6 мая 1895 года великий князь был назначен генерал-инспектором кавалерии, в этой должности он оставался в течение десяти лет, до 1905 года. Как справедливо отмечается, «это назначение не являлось следствием особых заслуг или высокого профессионального роста великого князя. Должность перешла ему в наследство от отца, руководившего российской кавалерией в течение многих лет». В период пребывания во главе русской кавалерии у великого князя отчётливо проявились два фамильных качества личности — вспыльчивость и справедливость.

Современник вспоминал: «Когда Николай Николаевич был генерал-инспектором кавалерии, он часто производил инспекторские смотры кавалерийским полкам. Особенно педантично, с секундомером в руке, проверял он скорость движения каждого всадника на измеренном расстоянии определённым аллюром. Если всадник не проходил это расстояние в определённое время, то великий князь выходил из себя. Если же этот недочёт повторялся несколькими кавалеристами одного эскадрона, особенно офицерами, то он часто в припадке раздражения разражался площадной руганью, обращаясь иногда непосредственно к офицерам. Бывали случаи, что более или менее обеспеченные офицеры, услышав подобное, немедленно уходили с военной службы» [2, с. 304]. Более того, он мог на маневрах самым грубым образом накричать на любого офицера, но мог и извиниться за грубость или публично признать свою несправедливость [3, с. 157].

В 1900 году великий князь стал генералом от кавалерии — полным генералом, выше был лишь чин фельдмаршала. В 1911 году он получил последнюю предвоенную награду — портрет императора Николая II для ношения на груди, украшенный бриллиантами. В это время Николай Николаевич постепенно начинает продвигаться ближе к влиянию на молодого императора Николая II.

После русско-японской войны 1904–1905 годов военно-политическое руководство Российской империи признало необходимость создания особого органа управления Вооружёнными силами. 8 июня 1905 года был учреждён Совет государственной обороны — коллегиальный орган, в состав которого вошли военный и морской министры, начальник Генерального штаба, начальники Главного штаба и Главного Морского штаба, генерал-инспекторы всех родов оружия. Председателем был назначен великий князь Николай Николаевич. Учёные пишут: «В функции нового учреждения входили: выбор общих мероприятий, направленных на укрепление военной мощи государства… обсуждение главнейших предположений военного и морского ведомств о применении всех средств государства на случай войны» [4, с. 112].

Одним из актов деятельности Совета стало выделение Генерального штаба из-под контроля военного министерства. Великий князь желал сосредоточить исключительно в своих руках вопросы обороноспособности государства. Однако, как считает историк А. Л. Кокошин, «этот акт, фактически разрушивший в критическое время систему стратегического управления, явился без преувеличения одним из факторов, определивших поражение России в Первой мировой войне и возникновение революционной ситуации в стране в 1917 году» [4, с. 118]. Лишь в 1909 году Генштаб вернулся в военное министерство.

Совет государственной обороны просуществовал недолго. Вмешательство этой надструктуры в дела военного и морского ведомств, неумение добиться надлежащего финансирования, конфликты с Государственной Думой, наряду с разнобоем в действиях, привели к упразднению нежизнеспособного органа. В июле 1908 года великий князь был освобождён от обязанностей председателя, а 12 августа 1909 года Совет был упразднён. Тем не менее, он выполнил свою первостепенную работу — чистку офицерского корпуса русской армии [5, с. 201].

Помимо военных проблем, великий князь Николай Николаевич сыграл немалую роль в укреплении престола в период Первой русской революции. Император Николай II был вынужден отказаться от Бьеркского договора с Германией под напором председателя Комитета министров С. Ю. Витте, министра иностранных дел В. Н. Ламздорфа и великого князя Николая Николаевича. Авторитет великого князя при царе достиг апогея к 1905 году, когда внутреннее положение страны ухудшилось настолько, что порядок мог быть сдерживаем только войсками.

Манифест 17 октября был подписан императором при давлении всё того же С. Ю. Витте, министра внутренних дел Д. Ф. Трепова и великого князя Николая Николаевича [5, с. 215]. При этом командующий Гвардией не оправдал надежд Николая II: «Царь вызвал в столицу своего двоюродного дядю с тайной мыслью вручить ему диктаторские полномочия. Однако великий князь, с великими трудностями проехавший по забастовавшей железной дороге из своего подмосковного имения в Петергоф, был потрясён всем увиденным по пути». Великий князь умолял императора подписать Манифест, угрожая в случае отказа застрелиться у него в кабинете [13, с. 89].

В послереволюционный период великий князь начал сближаться с либерально-буржуазной оппозицией. Эмигрантский историк Г. М. Катков писал: «Великий князь пользовался репутацией беспощадного и по-солдатски прямого военного человека, который строго относился к генералам и помнил о нуждах и трудностях личного состава армии. Хорошо известные германофобские чувства делали его приемлемым для «ура-патриотов», а история о том, что он убеждал своего племянника подписать Манифест 17 октября, служила почвой для его взаимопонимания с либеральной оппозицией» [5, с. 223].

Отношения между императорской семьёй и великим князем постепенно портились. Императрица Александра Фёдоровна при поддержке Г. Е. Распутина настраивала императора против дяди. К 1914 году великий князь оказался заперт в своей должности главнокомандующего войск Гвардии и Петербургского военного округа. Тем не менее, 20 июля 1914 года, на следующий день после объявления Германией войны России, Николай Николаевич был назначен Верховным Главнокомандующим.

Известно, что новый Главковерх имел опыт управления войсками на маневрах, умел читать карту, но требовал исключительно устных докладов. Сменивший в 1915 году военного министра ген. А. А. Поливанов вспоминал: «Великий князь, обладая верными стратегическими и тактическими взглядами, способностью быстро распознавать обстановку на маневрах по карте и по движениям войск, был из числа строевых начальников того времени весьма незаурядным. И если бы не отвращение к книге и более уравновешенный характер, то из него мог бы к тому времени выработаться вполне авторитетный руководитель для разрешения крупных военных вопросов» [6, с. 408].

В ходе кампании 1914 года русская стратегия принципиально зависела от действий во Франции. Великий князь заверил союзников, что Россия выполнит свои обещания и русские войска перейдут в наступление до окончания сосредоточения. Ближайший сотрудник великого князя ген. Ю. Н. Данилов свидетельствовал: «Военные интересы Франции и вообще союзников России он трактовал столь же горячо, как и интересы вверенной ему Русской армии» [1, с. 156]. Выдающийся военный учёный ген. А. А. Свечин дал следующую характеристику: «Русское верховное командование, пропитанное духом военной конвенции, во всех случаях выдвигало на первый план интересы коалиции, а не интересы России и русской армии. Этим оно позволило в окончательном счёте англо-французам разгромить Германию, но вызвало крушение русской армии…» [7, с. 302].

1-я и 2-я русские армии, бросившись в Восточную Пруссию, шли навстречу своему разгрому, однако был остановлен германский блицкриг. В августе 1914 года великий князь отменил наступление на Познань и направил все силы для завершения Галицийской битвы [11, с. 112]. Победа в битве подняла боевой дух русских армий, но в Восточной Пруссии была разгромлена армия генерала Самсонова. Полководческий дар Николая Николаевича проявился в решительном контрманевре в районе Лодзи в ноябре 1914 года против «манёвра Гинденбурга и Людендорфа». Французский маршал Фердинанд Фош и многие исследователи оценили действия Николая Николаевича как «самое замечательное проявление новейшего военного искусства» [12, с. 152].

К весне 1915 года русские армии всё более испытывали острую нужду в боеприпасах, ощущалась нехватка винтовок, снарядов, пулемётов. Ставка руководствовалась «Положением о полевом управлении войск в военное время», не предусматривающим её связи с военным министерством, что породило двоевластие. Отсутствовало взаимодействие Ставки и с Советом министров, следствием чего стал мощный кризис снабжения. Недовольство Николая II своим Верховным Главнокомандующим постоянно нарастало. 19 августа 1915 года на заседании правительства стало известно о решении царя лично вступить в командование армией. 23 августа (5 сентября) 1915 года великий князь был смещён с поста Верховного Главнокомандующего и назначен наместником на Кавказе и главнокомандующим Кавказским фронтом.

В 1915–1916 годах Кавказская армия под номинальным командованием великого князя (фактически — генерала Н. Н. Юденича) провела ряд успешных операций против турок [10, с. 215]. Однако в ноябре 1916 года в Москве состоялось тайное совещание заговорщиков, на котором обсуждалось возведение Николая Николаевича на российский престол после возможного свержения Николая II. Великий князь отказался от этого предложения, заявив, что «мужик» и «солдат» не поймут насильственного переворота [13, с. 156].

21 марта 1917 года великий князь был лишён звания генерал-адъютанта, а 31 марта уволен от службы по прошению. Он оставил военную деятельность и уехал в Крым. С угрозой вступления красных войск в конце марта 1919 года он навсегда покинул Россию на английском дредноуте «Мальборо», став эмигрантом. Первоначально проживал в Италии, с 1922 года — во Франции.

В среде белой эмиграции великий князь считался одним из претендентов на российский престол. 5 января 1929 года (по новому стилю) великий князь Николай Николаевич скончался в городке Антиб и был похоронен в русской церкви города Канны. Никаких мемуаров после себя он не оставил [1, с. 218].

Личность великого князя Николая Николаевича Младшего оценивается крайне противоречиво. Историк А. А. Керсновский писал: «Нелюбимый сын великого князя Николая Николаевича Старшего, он держался особняком в императорской фамилии. Человек необыкновенно грубый и чуждый благородства, он совершенно не считался с воинской этикой и позволял себе самые дикие выходки в отношении подчинённых ему офицеров» [8, с. 432]. С другой стороны, многие современники отмечали его справедливость, энергию и преданность делу. Ключевые ошибки Николая Николаевича на посту Верховного Главнокомандующего включают: образование третьего операционного направления (на Берлин) в дебюте войны, ослабившее войска в Восточной Пруссии; самоустранение Ставки от руководства в Варшавско-Ивангородской и Лодзинской операциях; самоубийственное наступление в Карпатах зимой 1914/15 года, уничтожившее остатки боеприпасов; принцип «ни шагу назад» весной-летом 1915 года; развязывание кампании шпиономании [11, с. 178]. В феврале 1917 года он, как и другие высшие военачальники, высказался за отречение Николая II [5, с. 289].

Таким образом, великий князь Николай Николаевич был ярким, но неоднозначным деятелем. Его заслуги — создание боеспособной кавалерии, участие в реформах после русско-японской войны, энергичное руководство армией в начальный период Первой мировой [12, с. 205]. Его просчёты — стратегические ошибки, подчинение русских интересов союзническим, неспособность создать эффективную систему управления и снабжения — стали одними из причин катастрофы 1915 года и в конечном счёте революции. Он остался в истории как первый русский Верховный Главнокомандующий, чей путь от блистательного начала до трагического финала символизирует всю противоречивость русской военной элиты начала XX века.

Литература:

1. Данилов Ю. Н. Великий князь Николай Николаевич. — Париж, 1930.
2. Епанчин Н. А. На службе трёх Императоров. Воспоминания. — М., 1996.
3. Воронович Н. В. Записки гвардейца. — М., 2000.
4. Кокошин А. Л. Армия и политика. — М., 1995.
5. Катков Г. М. Россия, 1917. Февральская революция. — Лондон, 1967.
6. Сухомлинов В. А. Воспоминания. Мемуары. — М., 2005.
7. Свечин А. А. Стратегия. — М., 1926.
8. Керсновский А. Л. История русской армии. — М., 1994.
9. Костин Б. А. Скобелев. — М., 1990.
10. Никольский Е. Л. Записки о прошлом. — М., 2007.
11. Оськин М. В. Крах конного блицкрига. — М., 2009.
12. Португальский Р. М., Рунов В. А. Верховные главнокомандующие Отечества. — М., 2001.
13. Юсупов Ф. Ф. Мемуары. — М., 1998.