В условиях перехода к цифровой экономике интеллектуальная собственность (ИС) становится одним из ключевых активов государства и бизнеса. Защита авторских прав — это не только вопрос соблюдения законности, но и инструмент обеспечения экономической безопасности. Незаконное использование результатов интеллектуальной деятельности наносит ущерб правообладателям, снижает инвестиционную привлекательность таких отраслей, как киноиндустрия, книгоиздание, программное обеспечение (ПО), что приводит к сокращению налоговых отчислений в бюджет. Таможенные органы выступают в роли стратегического барьера, пресекающего незаконный трансграничный оборот контрафактной продукции.

С появлением Интернет-торговли и упрощенной процедуры пересылки товаров физическим лицам (посылки, экспресс-доставка) традиционные методы таможенного контроля оказались недостаточно эффективными. Если ранее основной поток контрафакта шел крупными коммерческими партиями, то сейчас значительная часть нарушений связана с мелкими посылками, которые содержат пиратские диски, поддельные аксессуары, нелицензионное программное обеспечение. Это приводит к появлению новых вызовов для правового регулирования. Поднимаются вопросы о том, как идентифицировать нарушения авторских прав в малом объеме груза, а также какие правовые механизмы применять к физическим лицам-покупателям.

В 2024 году сотрудники Федеральной таможенной службы (ФТС) выявили 5,8 млн. единиц контрафактной продукции, что почти на 20 % больше, чем в 2023 году, когда было изъято 4,9 млн. товаров. Потенциальный ущерб для правообладателей в 2024 году оценивается в 3,4 млрд. рублей, тогда как годом ранее эта сумма составляла 3,7 млрд. рублей [1].

Раньше среди поддельных товаров на российском рынке лидировали сигареты, запчасти для машин и другая техника, но после ухода зарубежных брендов наиболее востребованной стала текстильная продукция. Противодействие нелегальным производителям усложняется, поскольку они непрерывно повышают качество имитации товарных знаков [2].

Правовая основа деятельности таможенных структур в сфере защиты интеллектуальной собственности определяется Таможенным кодексом ЕАЭС, Федеральным законом № 289-ФЗ «О таможенном регулировании в Российской Федерации», а также частью четвёртой Гражданского кодекса [3]. На первый взгляд, нормативно-правовая база представляется вполне достаточной. Тем не менее, в реальной правоприменительной деятельности возникают многочисленные противоречия, которые значительно снижают результативность защиты прав.

Ключевая проблема — отсутствие единообразия в квалификации контрафакта. Один и тот же товар в разных таможенных постах может быть либо задержан, либо пропущен в зависимости от компетенции конкретного инспектора и наличия объекта в таможенном реестре [4].

Центральным инструментом таможенной защиты авторских прав является таможенный реестр объектов интеллектуальной собственности. Правообладатель, включивший свой объект в реестр, получает право на приостановление выпуска товаров, содержащих признаки контрафакта [5].

Внесение объекта авторского права в реестр требует от правообладателя предоставления детальной информации:

– точного описания охраняемого произведения;

– сведений о правообладателе и документов, подтверждающих права;

– образцов оригинальной и контрафактной продукции;

– признаков, позволяющих идентифицировать подделку.

Авторские права, в отличие от патентов и товарных знаков, не требуют государственной регистрации. Возникают они с момента создания произведения. Однако таможенные органы фактически требуют документального подтверждения авторства — договоры об отчуждении исключительного права, лицензионные соглашения, свидетельства о депонировании [6].

Срок действия записи в реестре ограничен — как правило, три года с возможностью продления. Правообладатель обязан уплачивать пошлину при внесении объекта и его продлении. Для крупных компаний это не проблема. А вот для индивидуальных авторов, небольших издательств или разработчиков программного обеспечения этот барьер может оказаться непреодолимым.

Включение объекта в реестр не гарантирует автоматической защиты. Таможенный инспектор обязан лишь приостановить выпуск товара при обнаружении признаков нарушения — и уведомить правообладателя. Дальнейшие действия целиком зависят от активности самого правообладателя: он должен в течение 10 рабочих дней представить доказательства нарушения, инициировать экспертизу, обеспечить изъятие товара [7].

На практике это означает: правообладатель должен располагать ресурсами для оперативного реагирования. Если товар задержан в Благовещенске, а правообладатель находится в Москве, логистика экспертизы и юридического сопровождения может занять больше времени, чем отведено регламентом.

Выявление контрафактной продукции, нарушающей авторские права, — задача, требующая специальных знаний. В отличие от товарных знаков, которые визуально заметны на упаковке, объекты авторского права часто скрыты внутри товара.

Контрафактные аудиовизуальные произведения на дисках, программное обеспечение, электронные книги — всё это требует содержательного анализа. Таможенный инспектор не всегда обладает компетенцией для такой оценки.

Практика показывает: наибольшие сложности возникают при идентификации программного обеспечения. Отличить лицензионную копию от пиратской можно лишь путём проверки подлинности лицензионного ключа или сертификата. Таможенные органы такой возможности, как правило, не имеют. Требуется привлечение эксперта правообладателя либо независимой экспертной организации.

В случае с печатными изданиями ситуация внешне проще — можно сравнить качество печати, наличие ISBN, данные издательства. Однако если речь идёт о перепечатке произведения, права на которое принадлежат разным издательствам в разных странах, возникает вопрос территориальности прав. Правообладатель, зарегистрировавший объект в таможенном реестре России, может не иметь прав на глобальный рынок.

Ещё одна системная проблема — это несогласованность таможенного законодательства с международными стандартами защиты авторских прав. Бернская конвенция предполагает автоматическое признание авторских прав без регистрации. Таможенное же законодательство фактически возвращает к регистрационной модели — объект должен быть внесён в реестр, иначе защита не действует [8].

Отдельный вопрос — контрафакт, распространяемый в цифровой форме. Таможенный контроль традиционно ориентирован на материальные носители. Однако значительная часть пиратского контента сегодня передаётся через облачные хранилища, файлообменники, мессенджеры. Таможенные органы здесь бессильны — их компетенция не распространяется на информационные потоки. Это компетенция Роскомнадзора и правоохранительных органов, но их взаимодействие недостаточно эффективно [9].

После приостановления выпуска товара правообладателю отводится 10 рабочих дней для подтверждения факта нарушения. Это крайне сжатый срок, особенно если требуется независимая экспертиза.

Правообладатель вправе потребовать от таможенных органов предоставления образцов задержанного товара. Однако процедура получения образцов чётко не регламентирована. В одних таможенных постах образцы передаются оперативно, в других — требуется письменное заявление, согласование с декларантом, оформление акта изъятия. Всё это занимает время, которого и так мало.

Если правообладатель не уложился в отведённый срок, товар подлежит выпуску. При этом декларант вправе потребовать от правообладателя возмещения убытков, связанных с задержкой груза. Данная норма, с одной стороны, обеспечивает защиту добросовестных участников внешнеэкономической деятельности от злоупотреблений, а с другой — создаёт риски для правообладателей, в особенности для малых компаний, не обладающих достаточными ресурсами для оперативного проведения экспертиз.

Анализ практики применения таможенного законодательства в сфере защиты авторских прав выявляет несколько системных проблем, требующих законодательного вмешательства.

Первая — отсутствие чётких критериев идентификации контрафакта для объектов авторского права. Если для товарных знаков разработаны детальные методики визуального сравнения, то для произведений литературы, музыки, программного обеспечения такие методики либо отсутствуют, либо не формализованы. Необходима разработка ведомственных методических рекомендаций, утверждённых совместно ФТС и Роспатентом, с описанием алгоритмов проверки подлинности для различных категорий объектов авторского права.

Вторая проблема — недостаточная координация таможенных органов с правообладателями и отраслевыми ассоциациями. Опыт стран Европейского Союза (ЕС) показывает: эффективная защита прав возможна лишь при создании постоянно действующих каналов информационного обмена. В России такие каналы существуют фрагментарно, преимущественно по инициативе крупных правообладателей.

Третья — несовершенство процедуры приостановления выпуска товаров. Десятидневный срок для подтверждения нарушения явно недостаточен, особенно в случаях, когда требуется техническая экспертиза программного обеспечения или аудиовизуальной продукции. Представляется целесообразным увеличить этот срок до 20 рабочих дней с возможностью продления по обоснованному ходатайству правообладателя.

Четвёртая проблема — отсутствие механизма оперативного реагирования на массовый ввоз мелких партий контрафакта через почтовые и курьерские отправления. Сегодня такие отправления, если они не превышают установленный стоимостной и весовой лимит, проходят упрощённую процедуру декларирования. Таможенный контроль здесь минимален. Между тем именно этот канал используется для массовых поставок пиратских дисков, флеш-накопителей с нелицензионным программным обеспечением, контрафактных книг.

Пятая — отсутствие регулирования в вопросах признания прав на объекты интеллектуальной собственности за рубежом. В условиях интеграции в рамках Евразийского экономического союза (ЕАЭС) необходима унификация таможенных реестров интеллектуальной собственности. Объект, внесённый в реестр одной страны-участницы, должен признаваться на всей таможенной территории Союза. Пока этого нет — правообладатель вынужден регистрировать один и тот же объект в нескольких национальных реестрах.

Шестая — отсутствие специализированных подразделений в структуре таможенных органов, занимающихся исключительно защитой интеллектуальной собственности. В большинстве таможенных постов эти функции выполняют сотрудники общего профиля, не обладающие достаточной квалификацией для идентификации сложных объектов авторского права.

Таможенная защита объектов авторского права в России находится на стадии формирования эффективной правоприменительной практики. Законодательная база в целом создана, однако многочисленные процедурные и организационные пробелы снижают её результативность.

Ключевые направления совершенствования — упрощение процедуры внесения объектов в таможенный реестр, увеличение сроков для подтверждения нарушений, создание специализированных подразделений в таможенных органах, внедрение цифровых технологий идентификации контрафакта. Необходима более тесная координация ФТС с Роспатентом, правоохранительными органами и отраслевыми ассоциациями правообладателей.

Отдельного внимания требует адаптация таможенного контроля к условиям цифровой торговли. Традиционные методы, ориентированные на крупные партии товаров, неэффективны в отношении мелких трансграничных отправлений, которые сегодня становятся основным каналом ввоза контрафакта.

Заимствование элементов зарубежного опыта — централизованных реестров, автоматизированных систем риск-менеджмента, технологий цифровой маркировки — может существенно повысить эффективность таможенной защиты авторских прав при условии их адаптации к российской специфике.

Литература:

1. ФТС отметила рост ввоза контрафактной продукции в 2024 г. — Текст: электронный // alta.ru: [сайт]. — URL: https://www.alta.ru/external_news/118169/?ysclid=mo03e4h2o1156707666 (дата обращения: 13.04.2026).
2. Матвеева, А. Поддельная масса: в Россию стали чаще ввозить контрафактную одежду и обувь / А. Матвеева. — Текст: электронный // Известия: [сайт]. — URL: https://iz.ru/1863645/antonina-matveeva-ana-sturma/poddelnaa-massa-v-rossiu-stali-case-vvozit-kontrafaktnuu-odezdu-i-obuv (дата обращения: 13.04.2026).
3. Гражданский кодекс Российской Федерации часть 4 (ГК РФ ч.4). — Текст: электронный // КонсультантПлюс: [сайт]. — URL: https://www.consultant.ru/document/cons_doc_LAW_64629/ (дата обращения: 13.04.2026).
4. Петрова М. А., Паулов П. А. Проблемы выявления контрафактной продукции таможенными органами РФ // Вестник науки № 2 (35) том 3. С. 95–100. 2021 г. ISSN 2712–8849 // URL: https://www.вестник-науки.рф/article/4216 (дата обращения: 14.04.2026 г.)
5. ФТС отвечает на вопросы: защита таможенными органами прав на объекты интеллектуальной собственности. — Текст: электронный // alta.ru: [сайт]. — URL: https://www.alta.ru/expert_opinion/76127/?ysclid=mo04h2jdo1783595393 (дата обращения: 15.04.2026).
6. Борисова, Е. М. Актуальные вопросы таможенного администрирования Интернет-торговли по обеспечению соблюдения прав на объекты интеллектуальной собственности в Российской Федерации / Е. М. Борисова, Л. А. Коптева // Вестник евразийской науки. — 2023. — Т. 15. — № 3. — URL: https://esj.today/PDF/41ECVN323.pdf (дата обращения: 15.04.2026 г.)
7. Статья 331. Приостановление выпуска товаров, содержащих объекты интеллектуальной собственности. — Текст: электронный // Гарант: [сайт]. — URL: https://base.garant.ru/12171455/327e20a561e4495a1b0e6e710c9ec39c/ (дата обращения: 15.04.2026).
8. Каитова, Д. Х. Регулирование права интеллектуальной собственности в современном международном частном праве с учетом территориальности / Д. Х. Каитова, Л. З. Ахмедова. — Текст: непосредственный // Молодой ученый. — 2020. — № 1 (291). — С. 167–170. — URL: https://moluch.ru/archive/291/66008 (дата обращения: 15.04.2026).
9. Дмитриева, О. А. Цифровая таможня: современные тренды и перспективы развития / О. А. Дмитриева, Д. Е. Морковкин, К. А. Умарова, Ч. В. Керимова, К. А. Артамонова, Г. И. Алеева // Вестник евразийской науки. — 2024. — Т. 16. — № 4. — URL: https://esj.today/PDF/78ECVN424.pdf (дата обращения: 15.04.2026).