Право на судебную защиту, гарантированное статьей 46 Конституции Российской Федерации [1], распространяется на всех граждан без исключения. Согласно статье 6 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее — ГПК РФ) [2], правосудие по гражданским делам осуществляется на началах равенства перед законом и судом всех граждан. В соответствии с частью 1 статьи 3 ГПК РФ заинтересованное лицо вправе в порядке, установленном законодательством о гражданском судопроизводстве, обратиться в суд за защитой нарушенных либо оспариваемых прав, свобод или законных интересов.

Между тем, реализация гражданами, ограниченными в дееспособности, а также несовершеннолетними лицами права на обращение в суд сопряжена с некоторыми процессуальными ограничениями. Правовой статус субъектов гражданского судопроизводства определяется наличием у них гражданской процессуальной правоспособности (статья 36 ГПК РФ) и дееспособности (статья 37 ГПК РФ). В нормах ГПК РФ закреплена легальная дефиниция понятия «гражданская процессуальная дееспособность». Законодатель понимает под ней способность своими действиями осуществлять процессуальные права, выполнять процессуальные обязанности и поручать ведение дела в суда представителю. Она принадлежит в полном объёме гражданам, достигшим совершеннолетия, а также организациям.

Из содержания статьи 37 ГПК РФ следует, что процессуальное право на предъявление иска детерминировано наличием у заявителя полной процессуальной дееспособности. Её отсутствие приводит к тому, что от лица участника спорных правоотношений в суде выступает его законный представитель (опекун, попечитель и пр.), либо его интересы в суде защищаются прокурором (статья 45 ГПК РФ), либо представителями иных органов государственной власти или органов местного самоуправления, в пределах их компетенции (статья 46 ГПК РФ). Исключение из данного правила сделано лишь для несовершеннолетних лиц и лишь в тех случаях, когда конкретной нормой материальной отрасли права предусмотрена возможность самостоятельно обращаться в суд за защитой своих прав (пункт 2 статьи 21, статья 27, статья 1074 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее — ГК РФ), статья 56, часть 3 статьи 62 Семейного кодекса Российской Федерации (далее — СК РФ) и т. п.).

Субъекты гражданского процессуального права наделяются процессуальными правоспособностью и дееспособностью в связи с необходимостью защиты принадлежащих им прав, свобод и законных интересов как участников материальных правоотношений, поскольку не должна возникнуть ситуация, когда субъект материального права не имеет возможности участвовать в гражданском процессе. Между тем, субъекты гражданского судопроизводства наделяются процессуальной дееспособностью не на одинаковых условиях (говоря о гражданах, следует выделить несколько категорий процессуальной дееспособности: полная, частичная, ограниченная, а также полная процессуальная недееспособность). Применимо к гражданам, ограниченным в дееспособности, либо признанным недееспособными на основании решения суда, ГПК РФ устанавливает императивное правило о том, что их права, свободы и законные интересы защищают в процессе их законные представители (однако суд обязан привлекать к участию в таких делах самих ограниченных в дееспособности граждан). Таким образом, лица, не обладающие полной гражданской процессуальной дееспособностью, де-юре лишены возможности самостоятельно инициировать судебное разбирательство — подписать исковое заявление, предъявить его в суд и совершить иные процессуальные действия, непосредственно направленные на возбуждение гражданского дела.

Описанная правовая реальность порождает комплекс теоретических и прикладных проблем, требующих системного научного осмысления. Существующая модель процессуального регулирования, исключающая возможность самостоятельного обращения в суд несовершеннолетних и ограниченно дееспособных лиц, требует модернизации в части наделения судов процессуальными полномочиями в отношении поступающих от подобных граждан исковых заявлений.

Как известно, в основу правового регулирования отношений между судом и участниками гражданского судопроизводства положен смешанный императивно-диспозитивный метод, в котором властные полномочия суда (императивность) сочетаются с возможностью сторон свободно распоряжаться своими правами (диспозитивность), обеспечивая баланс инициативы сторон и законности. Между тем, законодательный запрет эффективен только при наличии чётко установленных последствий его нарушения. Запрет, содержащийся в процессуальных нормах, может считаться лишь рекомендацией, если нарушающему его поведению участников судопроизводства не корреспондируют конкретные властные полномочия суда, рассматривающего дело.

Отсутствие у граждан, признанных недееспособными, права на предъявление иска, предопределяет содержание полномочий суда в отношении поступающих от подобных заявителей исковых заявлений. Так, согласно пункту 3 части 1 статьи 135 ГПК РФ, судья возвращает исковое заявление в случае, если оно подано недееспособным лицом. В случае, когда отсутствие полной процессуальной дееспособности у заявителя было обнаружено уже при рассмотрении дела по существу, судья на основании абзаца 3 статьи 222 ГПК РФ обязан оставить заявление без рассмотрения.

На наш взгляд, содержание пункта 3 части 1 статьи 135 ГПК РФ имеет ряд недостатков, а именно:

1. данная норма не устанавливает процессуальных последствий подачи искового заявления ограниченно дееспособным гражданином, а также несовершеннолетним лицом (в случаях, когда право на обращение в суд не предусмотрено конкретной нормой материальной отрасли права);
2. в указанной норме отсутствует исключение для той ситуации, когда гражданин, признанный недееспособным по решению суда, на основании статьи 286 ГПК РФ обращается в суд с заявлением о признании его полностью дееспособным.

Изложенные недостатки приводят к тому, что суды ввиду отсутствия чётко регламентированных процессуальных последствий, вынуждены применять положения пункта 3 части 1 статьи 135 ГПК РФ по аналогии (часть 4 статьи 1 ГПК РФ) к тем ситуациям, когда исковое заявление подано лицом, хотя и не признанным недееспособным, но не обладающим полной гражданской процессуальной дееспособностью ввиду иных причин.

На наш взгляд, обозначенная проблема требует внесения соответствующих изменений в процессуальное законодательство. Видится уместным изложить пункт 3 части 1 статьи 135 ГПК РФ в следующей редакции:

«1. Судья возвращает исковое заявление в случае, если:

…

3) исковое заявление подано лицом, не обладающим полной гражданской процессуальной дееспособностью, за исключением случаев, установленных настоящим Кодексом и иными федеральными законами».

Представляется, что внесение предлагаемых изменений в содержание анализируемой статьи устранит существующий на настоящий момент времени правовой пробел и станет основой для формирования единообразной судебной практики.

Литература:

1. Конституция Российской Федерации [принята всенародным голосованием 12.12.1993 г.] // Рос. газ. — 1993. — 25 дек.
2. Гражданский процессуальный кодекс Российской Федерации [от 14.1.2002 г. № 138-ФЗ] // Собр. законодательства Рос. Федерации. — 2002. — № 46. — Ст. 4532.