Микропластик (МП) представляет собой неоднородную смесь частиц, которые формируются в процессе деградации пластмасс под влиянием физического износа, химических превращений, воздействия ультрафиолетового света и активности биологических организмов [1]. Размерный диапазон этих частиц составляет от 1 микрона до 5 миллиметров. С морфологической точки зрения их подразделяют на фрагменты (неправильной конфигурации), фибриллы (волокна), сферы (шарообразные элементы) и нити (нитевидные формы), которые могут иметь различную окраску и полимерный состав [2]. Существует две ключевые категории микропластика. Первичный МП — это специально изготовленные микрочастицы, используемые в продукции для личной гигиены, например, в косметических средствах и зубных пастах, а также синтетические микроволокна, выделяемые тканями. В свою очередь, вторичный микропластик возникает при фрагментации в природной среде крупных пластиковых объектов, таких как упаковка, полиэтиленовые пакеты и бутылки из полиэтилентерефталата (ПЭТ) [3]. Многочисленные научные работы последних лет подтверждают, что МП является повсеместным загрязнителем, обнаруживаемым практически в каждой экосистеме: в почве, ледниковых массах, пустынях, морях, реках и атмосферном воздухе. В последнее время также получены данные о контаминации микропластиком всей пищевой цепочки — от сырья до готовых продуктов питания. Это свидетельствует о вероятности попадания МП в организм человека алиментарным путём [4].

Первое исследование, выполненное Da Costa Filho и коллегами [5] в Швейцарии, включило анализ двух проб необработанного молока. Концентрация микропластических частиц (МП) в данных образцах находилась в интервале от 2040 до 6250 частиц на килограмм. Было дифференцировано шесть разновидностей полимеров, и полиэтилен (PE) оказался наиболее часто встречающимся среди идентифицированных МП.

Обширное обследование охватило 588 проб сырого молока, полученного от коров, буйволов, овец и коз в 11 населенных пунктах региона Мраморного моря в Турции. Данная работа отличается значительным объёмом исследуемого материала, особенно в сопоставлении с аналогичными работами, включая упомянутую выше работу Da Costa Filho и др. [5]. В ходе этого исследования МП были выявлены приблизительно в 90 % изученных молочных проб. Уровни содержания МП колебались от 84 до 128 частиц на килограмм. Найденные полимерные частицы отличались по окраске, конфигурации и величине; однако волокнистая форма являлась преобладающей, составляя 52 % от общего количества. Из семи обнаруженных типов полимеров сополимер этилена с пропиленом был наиболее распространённым, достигая 77 % от всех МП [6].

Последнее из рассматриваемых исследований осуществлено в Румынии на четырёх образцах сырого молока. В изученных пробах частицы были обнаружены в диапазоне 7–23 МП на килограмм. МП, идентифицированные в этом исследовании, где также доминировала волокнистая форма, проявляли пять различных цветов и два разных полимерных свойства. Данная работа акцентирует внимание на её ограниченных характеристиках в сравнении с другими исследованиями [7].

Значительные расхождения в концентрациях МП, наблюдаемые между исследованиями, проведёнными в Швейцарии [5], Турции [6] и Румынии [7], могут быть обусловлены несколькими факторами. Различия в аналитических методиках, охватывающие стратегии взятия проб, методы фильтрации и спектроскопической идентификации, непосредственно влияют на количество обнаруживаемых частиц. Кроме того, различия в объёме и репрезентативности выборки, а также региональные и экологические условия, такие как состояние атмосферного воздуха, обработка кормовых ресурсов и масштабы применения пластика в сельскохозяйственных практиках, могут способствовать выявлению указанных различий. Эти выводы подчёркивают необходимость разработки стандартизированных протоколов для обеспечения более высокой степени сопоставимости результатов в рамках кросс-исследований.

Пробы сырого молока представляют собой необработанные молочные продукты, являющиеся начальным этапом прямой цепи поставок. Следовательно, с учётом факторов окружающей среды, условия на ферме, доильное оборудование, корма для животных и транспортные контейнеры должны рассматриваться как первоочередные источники обнаруженных МП. Наиболее часто встречаемой формой в исследованиях являлось волокно, что указывает на то, что материалы, особенно из доильных шлангов (рис. 1), труб молокосборных систем (рис. 2) и внутренних поверхностей резервуаров, могут быть существенными источниками данного загрязнения.

Широкий спектр окраски, наблюдаемый у частиц МП, предполагает, что внешние источники, такие как пыль, взвешенные в воздухе микропластики и промышленные загрязнители, а также пластиковые поверхности в помещениях для животных, могут вносить свой вклад в загрязнение сырого молока микропластиком. Наиболее значимым выводом относительно химического состава является обнаружение промышленных полимеров, таких как полиэтилакрилат (PEA), гидрогенизированный нитрилбутадиеновый каучук (HNBR) и политетрафторэтилен (PTFE), которые имеют более специфическое применение, вместо обычных полимеров, о которых часто сообщается в литературе. Это свидетельствует о том, что загрязнение может происходить не только из фермерской окружающей среды, но также из технического оборудования, используемого во время сборов молока и процессов его хранения. Полученные данные указывают на то, что контаминация МП начинается на ранних стадиях производства молока, и продукт подвергается воздействию МП ещё до достижения этапа промышленной обработки. Таким образом, методы обеспечения безопасности пищевых продуктов должны учитывать риск воздействия МП на каждом этапе цепи поставок от фермы до потребителя, а не только на стадии переработки продукта.

Литература:

1. Исригова, Т. А. Контаминация продуктов питания и сельскохозяйственной продукции микропластиком: обзор литературы / Т. А. Исригова, А. А. Лукин. — Текст: непосредственный // Известия Дагестанского ГАУ. — 2023. — № 1(17). — С. 173–178.
2. Исригова, Т. А. Основные источники микропластика в продуктах питания и напитках / Т. А. Исригова, А. А. Лукин. — Текст: непосредственный // Проблемы развития АПК региона. — 2024. — № 3(59). — С. 164–171.
3. Лукин, А. А. К вопросу миграции микропластиков в молоко и молочные продукты из упаковочных материалов / А. А. Лукин. — Текст: непосредственный // Переработка молока. — 2024. — № 12(302). — С. 62–65.
4. Лукин, А. А. Полимеры в мясе, молоке и яйце / А. А. Лукин. — Текст: непосредственный // Животноводство России. — 2025. — № 11. — С. 57–59.
5. Detection and Characterization of Small-Sized Microplastics (≥ 5 Mm) in Milk Products / C. F. Da, A. P, Andrey [и др.]. — Текст: непосредственный // Sci. Rep. — 2021. — № 11. — С. 24046.
6. Microplastics in Raw Milk Samples from the Marmara Region in Turkey / Zipak Rbaibi, S., Muratoglu [и др.]. — Текст: непосредственный // J. Fur Verbraucherschutz Und Leb. — 2024. — № 19. — С. 175–186.
7. Microplastics, Polycyclic Aromatic Hydrocarbons, and Heavy Metals in Milk: Analyses and Induced Health Risk Assessment / A. L. Banica, C. Radulescu, I. D. Dulama [и др.]. — Текст: непосредственный // Foods. — 2024. — № 13. — С. 3069.