В настоящее время принята и действует часть первая Гражданского Кодекса РФ (далее по тексту — ГК РФ) от 30 ноября 1994 года № 51‒ФЗ, в которой раскрываются современные особенности института исковой давности. Глава 12 «Исковая давность» содержит 14 статей (ст.ст. 195‒208).

Несмотря на то, что институт исковой давности в системе гражданского законодательства Российской Федерации (далее по тексту — РФ) интегрирован с момента изначального принятия ГК РФ, даже на сегодняшний день в практике правоприменения и доктрине гражданского права не утихают споры относительно однозначности правового регулирования гражданских правоотношений, возникающих в связи с применением норм данного гражданско-правового института.

Прежде чем раскрыть проблемные аспекты относительно института исковой давности в гражданском праве, следует первоначально раскрыть общую правовую сущность и характеристику данного правового института. Так, профессор В. Г. Голубцов и учёные А. К. Шульга, А. М. Соловьев и Л. В. Щенникова, рассматривают исковую давность применительно к гражданско-правовому полю в двух смыслах: объективном и субъективном.

В объективном смысле исковая давность — это система однородных норм гражданского законодательства, регулирующих правоотношения, вытекающие из установления сроков, возникновения момента течения и прекращения сроков, а также возникновения самого субъективного права по защите гражданских прав в установленные законодательством РФ сроки.

В субъективном смысле под исковой давностью упомянутые учёные понимают субъективное, гражданское право лица, чьи законные права, свободы и интересы были нарушены в системе гражданских правоотношений, обеспечить их защиту посредством использования действующего срока исковой давности, предоставленного для этой защиты [8].

Как утверждает Д. Н. Кархалев, исковая давность — это срок, в течение которого право на иск может быть осуществлено в принудительном порядке. В добровольном порядке защита нарушенного права не ограничивается какими-либо сроками. Право на защиту — более широкое понятие. Оно существует и за пределами срока исковой давности, пока нарушенное право фактически будет восстановлено (исполнение решения суда). То есть право на иск прекращается после вступления решения суда в законную силу, а право на защиту — с момента восстановления права [12].

Исследователь О. С. Полевая рассматривает исковую давность через призму законодательно предусмотренного, императивно закреплённого нормами соответствующего гражданско-правового института срока, которым предусмотрены для защиты нарушенного или нарушаемого в данный момент права и (или) охраняемого законом интереса [9].

Интересный подход отражен и в работе К. Г. Савина, отмечающего, что по своей сущностной природе гражданско-правовой институт исковой давности относится к гибридному, то есть смешанному, правовому институту, в связи с чем отношения, регулируемые по поводу защиты прав и свобод заинтересованного лица в установленные законом сроки, регулятивно предопределены действием не только норм материального права, но и также действием таких гражданско-процессуальных норм [10].

Однако, с нормативной точки зрения, согласно ст. 195 ГК РФ исковая давность — это срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено [1].

Институтом исковой давности, а именно ст.196–197 ГК РФ, устанавливаются общие и специальные сроки исковой давности.

По общим правилам — общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со ст. 200 ГК РФ, то есть, со дня, когда лицо, чьё право нарушено, узнало или должно было узнать о соответствующем нарушении (в частности о том, кто является надлежащим ответчиком), либо по гражданским обязательствам с определённым сроком действия — с момента окончания срока исполнения этих обязательств. При этом, по тем гражданским обязательствам, по которым срок исполнения обязательства не определён, течение общего срока исковой давности начинается с дня предъявления кредитором требования о необходимости исполнения обязательства должником [7]. Соответственно по регрессным обязательствам, как это следует из нормы ч.3 ст. 200 ГК РФ, начало действия срока исковой давности начинается с дня, когда должником было исполнено основное обязательство.

Нормой ч.2 ст. 196 ГК РФ также предусмотрено, что в исключительных случаях срок исковой давности может быть больше 3 лет, но во всяком случае не превышать 10 лет со дня фактического нарушения. Данное исключение применимо по требованиям, связанным с ничтожными сделками, по искам о самовольных постройках, а также по иным делам, когда законодательством не установлено специальное ограничение срока [4].

В остальных случаях, согласно ст. 197 ГК РФ для отдельных видов требований гражданским законодательством РФ допустимо установление сокращённых или наоборот длительных сроков, нежели это предусмотрено нормой ст. 196 ГК РФ. Так, согласно ч.3 ст. 250 ГК РФ иск о переводе прав и обязанностей покупателя на участника долевой собственности при нарушении преимущественного права покупки может быть подан в течение 3 месяцев. Ещё один пример — сокращённый срок для оспаривания решения собрания общества, который согласно ч.5 ст. 181.4 ГК РФ составляет 6 месяцев. Другой пример в части увеличения сроков — для исков о возмещении вреда, причинённого окружающей среде вследствие нарушений обязательных требований, который составляет 20 лет согласно специальной норме ч.3 ст. 78 Федерального закона от 10.01.2002 № 7-ФЗ «Об охране окружающей среды» [2].

В целом же, как неоднократно отмечал Конституционный Суд РФ, можно отметить, что институт исковой давности в системе гражданских правоотношения позволяет обеспечить упорядочивание гражданского оборота, в частности, дисциплинирует участников соответствующих правоотношений, тем самым внося некоторую долю определённости и устойчивости оборота [3]. Также, следует отметить, что в ином случае при отсутствии нормативных рамок временного ограничения защиты нарушенных прав и интересов заинтересованных субъектов повлекло бы за собой дестабилизацию гражданских правоотношений, что выражалось бы, в частности, в необоснованном затягивании сроков защиты, ущемлении интересов ответчиков, которые спустя длительное время не смогли бы собрать надлежащий объём доказательств для своей защиты в рамках рассматриваемого дела.

Следует отметить, что за закреплением в гражданском законодательстве конкретных сроков для защиты прав и интересов заявителя, стоит также идея охраны публично-правовых интересов. Речь идёт о том, что через институт исковой давности обеспечивается недопущение к рассмотрению в судах гражданских споров, доказательства и факты по которым либо были полностью, либо частично утрачены, а равно по которым доказательственная база объективно устарела, и которая не может быть использования для вынесения правильного, объективного и всестороннего решения суда.

Несмотря на то, что данный гражданско-правовой институт нацелен на гармонизацию гражданско-правовых отношений, в частности на создание стабилизационных основ, как показывают многочисленные научно-практические исследования, данная сфера правового регулирования и правоприменения не лишена недостатков. К примеру, наиболее проблемным аспектом в стезе действия института исковой давности остаётся однозначное регулирование момента возникновения права на иск, а значит и такого момента течения срока исковой давности для защиты.

В течение длительного времени российские суды по делам о неосновательном обогащении, вызванном умышленным или случайным перечислением денежных средств на банковский счёт другого лица, применяли подход, связанный с началом течения срока с момента формирования кредитором требования к должнику о возврате средств. Однако в 2022 году Верховный Суд РФ сформировал диаметрально противоположную позицию, отметив, что в рамках таких споров течение срока исковой давности начинается с момента перечисления этих средств, ведь в своей сущности субъективное обязательство должника возникает сразу [6].

Как справедливо отмечает С. М. Савина, соответствующая проблема определения момента начала течения сроков исковой давности в частности может быть обусловлена сложной структурой «момента начала течения сроков», которая определяется как субъективным (знание о нарушении), так и объективным критерием (наступление юридически значимого юридического факта, с которым связывается начала срока исковой давности). Как следствие, в одни и тех же спорах, которые, к примеру, касаются нарушения интересов потребителя при приобретении некачественного товара, работ или услуг, в одном случае суд может признать правомерным исчисление сроков с момента обнаружения недостатков, а в другом случае — с момента получения результатов экспертизы о качестве товара, работы или услуги [11].

Из споров, вытекающих из приобретения некачественного товара, работ или услуг, возникает и другая проблема, связанная с тем, что общего срока в три года может быть недостаточно для обнаружения скрытых дефектов и иных недостатков, которые были выявлены потребителем спустя продолжительное время, выходящее за пределы общих сроков исковой давности. Даже при наличии бесспорных доказательств ненадлежащего качества работы, услуги или товара, суды придерживаются формального подхода, отказывая в рассмотрении дела вследствие истечения сроков исковой давности.

В действующей практике правоприменения, несмотря на законодательный запрет, также существует и практика изменения сроков исковой давности. Как правило, речь идёт об умышленном изменении таких сроков посредством их уменьшения более сильной стороной по договору, которая навязывает условия гражданско-правового соглашения слабой стороне. В одном из дел, Верховный Суд РФ, отменяя решения нижестоящих судов, которые признали правомерным договорное регулирование сроков исковой давности защиты прав и интересов в рамках сложившихся договорных отношений, отметил, что условие договора о сохранении его действия до полного исполнения обязательств не влияет на исчисление срока исковой давности и не продлевает его течение, поскольку в своей сущности лишь определяет период, в течение которого к отношениям сторон применяются условия договора. При этом также дополнил, что изменение сроков исковой давности соглашением сторон недопустимо, а попытки включить такие условия в договор не имеют юридической силы, поскольку нарушают права и интересы слабой стороны по договору, ставя её в ещё большую зависимость [5].

Таким образом, подводя итоги исследованию, можно резюмировать, что с одной стороны, институт исковой давности в гражданском праве на сегодняшний день обеспечивает дисциплинирующую и стимулирующую функцию в рамках соблюдения положений гражданского законодательства. В то же время обзор литературы и практики правоприменения позволяет прийти к выводу о значительной регулятивной неопределённости, которая существует в рамках данного правового института. Очевидно, что неоднозначность, выявляемая в современной практике правоприменения по отношению к применению нормы института исковой давности, отражает также неоднородность, многообразие и содержательную сложность развивающихся гражданско-правовых отношений. В связи с этим необходимо осуществление дальнейших научных изысканий в направлении нормативного совершенствования основ исследуемого гражданско-правового института.

Литература:

1. Гражданский кодекс Российской Федерации (часть первая) от 30.11.1994 № 51-ФЗ (ред. от 25.11.2025) // Собрание законодательства Российской Федерации. — 05.12.1994. — № 32. — ст.3301.
2. Федеральный закон от 10.01.2002 № 7-ФЗ (ред. от 28.12.2025) «Об охране окружающей среды» // Собрание законодательства Российской Федерации. — 14.01.2002. — № 2. — ст.133.
3. Определение Конституционного Суда РФ от 03.11.2006 № 445-О «По жалобам граждан Бронникова Валерия Акимовича и Володина Николая Алексеевича на нарушение их конституционных прав положениями статьи 208 Гражданского кодекса Российской Федерации» // КонсультантПлюс. — Режим доступа: https://www.consultant.ru/document/cons_doc_LAW_65328/
4. Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 29.09.2015 № 43 (ред. от 22.06.2021) «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» // КонсультантПлюс. — Режим доступа: https://www.consultant.ru/document/cons_doc_LAW_186662/e56d839a0ad0e654a2e5e6f707ad68873afe9bb1/
5. Определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 26.05.2022 по делу 305-ЭС21–22289 // КАД Арбитр. — Режим доступа: https://kad.arbitr.ru/Document/Pdf/af28ff6e-3fb0–42fd-8003–8f9fbc2fa4c1/54ef00e9-d8fc-4e8d-b6df-12e6b288ae42/A40–199994–2020_20220526_Opredelenie.pdf?isAddStamp=True
6. Определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 01.02.2022 № 305-ЭС21–20994 по делу № А40–155242/2020 // Время бухгалтера. — Режим доступа: https://www.v2b.ru/documents/opredelenie-sudebnoy-kollegii-po-ekonomicheskim-sporam-verhovnogo-93/
7. Волобуев А. А. Исковая давность по гражданскому законодательству Российской Федерации / А. А. Волобуев // Синергия Наук. — 2022. — № 68. — С. 50–56.
8. Гражданское право. Общие положения: учебник / В. Г. Голубцов [и др.]; под общ. ред. В. П. Камышанского. — Краснодар: КубГАУ, 2022. — 263 с.
9. Полевая О. С. Исковая давность в российском гражданском праве: дисс. канд. юр. наук: 12.00.03 / О. С. Полева. — Москва, 2004. — 195 с.
10. Савин К. Г. Исковая давность в современном отечественном и зарубежном гражданском праве: дисс. канд. юр. наук: 12.00.03 / К. Г. Савин. — Москва, 2019. — 204 с.
11. Савина С. М. Актуальные проблемы исковой давности в гражданском праве и пути их решения / С. М. Савина // Молодой ученый. — 2025. — № 39 (590). — С. 221–224.
12. Кархалев Д. Н. Срок исковой давности в гражданском праве / Д. Н. Кархалев // Законы России: опыт, анализ, практика. — 2019. — № 2. — С. 79–83