Лица, не достигшие совершеннолетия (имеющие статус малолетних и подростков), на сегодняшний день не представляют своей повседневной жизни без различных гаджетов. Не вызывает сомнений тот факт, что материалы и информация, демонстрируемые в интернет-пространстве, существенным образом влияет на процесс становления подростковой личности, ее нравственно-моральных установок. На сегодняшний день чуть более семидесяти процентов лиц, не достигших совершеннолетия, каждый день находятся в интернет-пространстве, треть из которых тратят на это более восьми часов в сутки. Реалии таковы, что в настоящее время для подростков в приоритете общение в интернет-пространстве, а не в процессе личных контактов с окружающими.

Однако такая виртуальная активность детерминирует различные девиации в поведении подростков и способствует их виктимизации. В интернет-пространстве подростки подвергаются кибербуллингу, кибермошенничеству, популяризуются идеи экстремизма, запрещенные контенты для взрослых, опасные для психики и жизни игрушки и др.

Подростки в интернет-пространстве могут зазываться к вступлению в различные молодежные объединения антисоциальной и антиобщественной направленности, пропагандирующие аморальный образ жизни. Вступая в такие объединения, психика подростков подвергается серьезному влиянию, с тем чтобы внушить им аморальные и антисоциальные нравственные установки.

Сохраняет свою актуальность проблемы охраны детей и подростков от сведений, могущих нанести серьезный вред их психическому развитию, телесной неприкосновенности, склонить подростков к совершению разных действий антисоциальной направленности (бродяжничество, проституция, алкоголизация, наркотизация и др.). Также нередки случаи, когда через сообщества в социальных сетях подростков склоняли к совершению самоубийств, и преступный замысел злоумышленников успешно реализовывался.

Основными направлениями борьбы с преступными посягательствами, установленными статьями 110–110.2 действующего уголовного закона, выступает налаживание максимально близкого контакта между подростками и их родителями (представителями в силу закона). Если родителю интересно, что происходит в жизни его ребенка, он с ним поддерживает тесную связь, ребенок будет более активно идти на контакт, сообщать о своих трудностях и переживаниях, что снизит вероятность оказания на него негативного психологического или физического влияния извне [4, с. 85].

В воспитательный и учебный процессы необходимо включать популяризацию здорового и активного уклада жизни, помощь в избавлении от пагубных пристрастий, пропаганду правильных морально-нравственных установок, данные процессы должны сопровождаться доступом к сведениям о возможных рисках, действиях антисоциальной направленности, в том числе самоубийствах, их провоцирующих факторах и негативных последствиях. Это позволит передать подросткам правильные жизненные установки и защитить их от включения в преступную и иную деятельность антисоциальной направленности. Кроме того, нужно проводить с подростками разъяснительные беседы и просвещать их, как не стать жертвой интернет-злоумышленники. Подростки должны знать основы защиты персональных данных, сведений, имеющих статус конфиденциальных, от доступа к ним сторонних субъектов. Также необходимо поддерживать на высоком уровень цифровую грамотность взрослых, педагогов и подростков [3, с. 73].

Следует учитывать, что преступные посягательства, установленные статьями 110–110.2 действующего уголовного закона, характеризуются высокой степенью латентностью, что осложняет выработку мер по борьбе с такой преступностью. Для эффективности борьбы с указанными преступными посягательствами представляется целесообразным ввести административную ответственность за совершение таких административных правонарушений, как осуществляемая в публичной форме популяризация самоубийств с использованием информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», а также через СМИ.

Для определения целевых установок и детерминант суицидов в каждом конкретном случае требуется принятие процессуального решения о начале уголовного преследования и осуществлении необходимых действий процессуального и оперативно-розыскного характера. Это позволит в полном объеме получить информацию о случившемся, возможных преступниках, обнаружить преступные посягательства, состоящие в принуждении совершить акт самоубийства, представлении умышленного лишения человеческой жизни как суицида [1, с. 34]

Неплохую эффективность имеют различные спецкурсы и тренинги, на которых подростки получают в доступной форме информацию о формах гендерного взаимодействия, процессе создания ячейки общества, воспитательном процессе, защите от манипулятивного поведения, коррекции психики. Такие курсы и тренинги должны проводиться высокопрофессиональными кадрами, имеющими психологическое, педагогическое образование, способных обнаружить подростков, находящихся в зоне риска.

Интернет-провайдерам необходимо обеспечивать сохранность информации о виртуальной активности их клиентов в течение определенного временного промежутка, с тем чтобы органы правоохранительной направленности смогли на основании судебного акта запросить указанную информацию. Также интернет-провайдеры должны препятствовать распространению и удалять сведения, расцениваемые как популяризация экстремизма и суицидального поведения. Необходимо технически обеспечить возможность оперативного блокирования сведений, запрещенных к демонстрации, на основе полученного сигнала от органов правоохранительной направленности.

Также в целях борьбы с преступными посягательствами, установленными статьями 110–110.2 действующего уголовного закона, нужно усилить охрану от незаконного доступа к сведениям, имеющим статус персональных данных; усовершенствовать отечественное законодательство в сфере борьбы с преступными деяниями, установленными главой 28 действующего уголовного закона; усилить надзор за работой интернет-провайдеров и поставщиков услуг в виртуальном пространстве; усовершенствовать кадровую политику в области выпуска кадров, компетентных в области борьбы с противоправными явлениями в интернет-пространстве [2, с. 288].

Необходимо усилить меры помощи родителям, педагогическим работникам, сотрудникам дошкольных образовательных учреждений; повышать уровень жизни граждан; пропагандировать занятие спортом, научной, спортивной деятельностью; создавать интерес к получению той или иной профессии. Необходимо усовершенствовать работу по борьбе с такими негативными явлениями в социуме, как алкоголизация, наркотизация, бродяжничество, лудомания, бродяжничество и др.

Таким образом, система борьбы с подростковым суицидом включает в себя перечень мер, имеющих своей целью обнаружить подростков, находящихся в зоне риска, посредством проведения психологических тестов. Борьба с преступными посягательствами, установленными статьями 110–110.2 действующего уголовного закона, предусматривает проведение на комплексной основе мероприятий медицинского, просветительского, организационного, педагогического, социально-правового, образовательного, психологического, санитарно-эпидемиологического характера. Необходимо увеличить уровень защищенности среды для несовершеннолетних, как реальной, так и виртуальной. Нужно бороться с семейно-бытовой, подростковой преступностью, создавать все необходимые условия для полноценного личностного развития подростка и формирования у подростков правильных морально-нравственных установок.

Литература:

1. Волконская Е. К. Предупреждение доведения до самоубийства: уголовно-правовой и криминологические аспекты: дис.... канд. юрид. наук / Е. К. Волконская. — Рязань, 2011. — 193 с.
2. Овчинский В. С. Криминология цифрового мира: учебник для магистратуры / В. С. Овчинский. — М.: Норма: ИНФРА-М, 2026. — 352 с.
3. Теунаев, А. С. У. К вопросу о совершенствовании норм об уголовной ответственности за понуждение к суицидальному поведению / А. С. У. Теунаев // Вестник Казанского юридического института МВД России. — 2017. — № 3(29). — С. 72–77.
4. Шалагин, А. Е. Криминологическая характеристика и предупреждение преступлений, связанных с побуждением к суициду, совершаемых с использованием информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» / А. Е. Шалагин, А. Д. Идиятулов // Ученые записки Казанского юридического института МВД России. — 2018. — Т. 3, № 6. — С. 82–87.