Авторы: Масленникова Людмила Владимировна, Телешева Юлия Андреевна

Рубрика: Государство и право

Опубликовано в Молодой учёный №13 (147) март 2017 г.

Дата публикации: 30.03.2017

Статья просмотрена: 548 раз

Библиографическое описание:

Масленникова Л. В., Телешева Ю. А. Институт медиации в РФ: проблемы и перспективы // Молодой ученый. — 2017. — №13. — С. 462-464. — URL https://moluch.ru/archive/147/41247/ (дата обращения: 15.12.2017).



С 1 января 2011 года вступил в силу ФЗ «Об альтернативной процедуре урегулирования споров с участием посредника (процедуре медиации) (Далее Закон о медиации)» [1]. И закон, и терминология — все достаточно ново для нашего общества, в связи с чем, по нашему мнению, актуальным является исследование правовой природы медиации и особенностей законодательного регулирования правоотношений при процедуре медиации.

Вопрос о том, нужна ли медиация российскому обществу, ставится все реже, так как все больше специалистов признают положительные функции данной процедуры для общества в целом. Медиация становится институциональным компонентом законодательства Российской Федерации и закрепляется законодательно. Представляется, что «правовая» природа применения процедуры медиации является двойственной, поскольку использование медиации осуществляется как по инициативе обеих сторон так и по предложению суда после разъяснения ее сущности, преимуществ, порядка и условий ее проведения, так и по инициативе обеих сторон.

Кроме того, следует отметить, что в настоящее время процедура медиации находит свое применение не только в делах, вытекающих из гражданских правоотношений, но и, например, в рамках уголовного разбирательства если законодательством допускается примирение сторон.

Так, Октябрьским районным суд г. Липецка было принято Постановление от 29 февраля 2016 г. N 1–135/2016 по делу № 1–135/2016 о прекращении уголовного дела и уголовного преследования в отношении Жарновникова Е. А. [4], обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ, по ст. 76 УК РФ, ст. 25 Уголовно-процессуального Кодекса Российской Федерации [2], в связи с примирением сторон.

Потерпевшая заявила ходатайство о прекращении уголовного дела в отношении Жарновникова Е. А., указав, что она примирилась с обвиняемым, между ними заключено медиативное соглашение, причиненный преступлением ущерб полностью возмещен.

В соответствии со ст. 25 УПК РФ суд вправе на основании заявления потерпевшего прекратить уголовное дело в отношении лица, обвиняемого в совершении преступления небольшой или средней тяжести, в случаях, предусмотренных ст. 76 УК РФ, если это лицо примирилось с потерпевшим и загладило причиненный ему вред.

Суд посчитал возможным прекратить производство по уголовному делу в отношении Жарновникова Е. А., поскольку он впервые совершил преступление средней тяжести, примирился с потерпевшей, загладил причиненный ущерб, между ними заключено медиативное соглашение, вину в совершенном преступлении признал полностью, поэтому он может быть освобожден от уголовной ответственности в соответствии со ст. 76 УК РФ.

Однако следует помнить, что суд не утверждает мировое соглашение, если оно противоречит закону или нарушает права и законные интересы других лиц (ч. 2 ст. 39 ГПК РФ и ч. 6 ст. 141 АПК РФ) [7].

Указанные выше обстоятельства из практики применения института медиации в Российской Федерации позволяют нам с уверенностью утверждать, что процедура медиации пусть и недостаточно быстрыми темпами, но все же занимает свою определенную нишу в качестве неотъемлемого механизма внесудебного урегулирования правовых споров. Однако, с сожалением следует констатировать, что востребованность процедуры медиации и, следовательно, число урегулированных споров все еще остаются достаточно низкими.

Рассмотрев правовую позицию судов Российской Федерации по вопросам развития института медиации в нашем государстве, мы абсолютно солидарны с ними и считаем, что основные процессуальные препятствия для более частого и эффективного использования института примирения в гражданском и арбитражном процессах можно разделить на три основные группы.

Первая группа — организационные препятствия, к которым следует отнести: относительную новизну процедуры медиации для российской правовой практики; отсутствие должного уровня рекламной кампании на рынке профессиональных медиаторов; отсутствие общераспространенной практики использования медиации; достаточно низкий уровень просветительской работы на уровне органов государственного управления и органов местного самоуправления, средств массовой информации; отсутствие признака обязательности применения процедуры медиации до обращения в суд.

Вторая группа — экономические препятствия, к которым следует отнести: высокую стоимость услуг профессиональных медиаторов; процессуально-правовой абсентеизм сторон при разрешении различных правовых споров, к которым применима процедура медиации, заключающийся в абсолютном нежелании нести дополнительные финансовые затраты; отсутствии заинтересованности судебных представителей в примирении сторон в рамках процедуры медиации, поскольку это напрямую и существенным образом оказывает влияние на их вознаграждение за оказанные ими услуги [5].

Третья группа — субъективные, или психологические, к которым следует отнести: достаточно высокую степень конфликтности общественных отношений; незнание сторонами о существовании в российской правовой практике возможности применения процедуры медиации; непризнание авторитета медиатора, то есть его профессиональных и репутационных компетенций; низкий уровень правовой культуры и другие.

Резюмируя вышеизложенное, мы приходим к выводу, что за семилетний период своего существования с момента вступления в законную силу Закона о медиации все таки институт медиации закрепился в российской правовой практике. При этом следует отметить, что процедура медиации в настоящее время не получила всеобщего распространения и не стала непререкаемой альтернативой судебному разбирательству вышеописанных причин. Однако представляется, что подобные препятствия нельзя считать абсолютно неустранимыми, поскольку институт медиации в Российской Федерации имеет значительный потенциал оптимизации, успешная реализация которого в практической плоскости зависит от общей заинтересованности в данном процессе не только органов государственного управления и местного самоуправления, представителей судейского сообщества и общества в целом, но и закрепления в законодательстве Российской Федерации обязательств ее применения.

По итогам использования примирительной процедуры стороны могут заключить мировое соглашение в отношении всех или части заявленных требований, которое утверждается судом в порядке, предусмотренном ст. 141 Арбитражно-процессуального Кодекса Российской Федерации [3].

Для развития практической медиации в Российской Федерации важным является вопрос о необходимости проработки конструкции, регулирующей механизм регулирования примирительной процедурой (медиацией) и судебным процессом. Согласно ч. 3 ст. 12 Закона о медиации медиативное соглашение, достигнутое сторонами в результате процедуры медиации, проведенной после передачи спора на рассмотрение суда или третейского суда, может быть утверждено судом или третейским судом в качестве мирового соглашения в соответствии с процессуальным законодательством или законодательством о третейских судах, законодательством о международном коммерческом арбитраже.

Как показывает опыт практической медиации, медиативное соглашение в большинстве случаев не охватывается процессуальной конструкцией мирового соглашения, поскольку такое соглашение выходит за рамки предмета и основания иска, а зачастую и за рамки подведомственности спора [6]. Неслучайно в зарубежных гражданских процессуальных кодексах [8] наряду с мировым соглашением и отказом от иска предусматривается самостоятельное основание прекращения производства по делу — заключение медиативного соглашения. Данный подход представляется правильным, так как каждая из этих конструкций имеет свою специфику, направлена на решение определенных задач, в связи с чем их не следует смешивать.

В то же время правовых требований (императивных) к законному обоснованию содержания (текста) медиативного соглашения, которое направляется в суд для утверждения уже в форме мирового соглашения, в законе о медиации не содержится, что, на наш взгляд, может являться предметом обсуждения и, возможно, с последующим внесением соответствующих изменений в закон о медиации [10].

При исследовании сущности медиации необходимо выяснить достаточно существенный вопрос о том, следует ли включать в него нормы об обязательном соблюдении требований законодательства Российской Федерации, если сторонами ставится цель утверждения в последующем достигнутых соглашений в суде, придав им форму мирового соглашения. Многие авторы, считают, что в медиации можно не учитывать требования закона. Например, М. В. Стаканов придерживается мнения, что в сравнении с судебным процессом медиация отличается упрощенностью и основывается не на нормативно-правовых документах, а на анализе конфликта интересов сторон; также он полагает, что медиатор самостоятельно выбирает тот объем знаний из области юриспруденции, социологии, психологии, технических достижений и т. д., которые помогают сторонам самостоятельно прийти к согласию по предмету спора [9]. По мнению Л. В. Масленниковой, такой подход к медиации допустим только в случаях, когда нет необходимости и желания сторон, заключенное в медиации «мировое соглашение», утверждать судебным актом. Но при желании сторон утвердить заключенное по результатам медиации «мировое соглашение» в суде, им необходимо учитывать, что суд лишен возможности утвердить такое мировое соглашение, содержание которого нарушает требования законодательства РФ [7].

Мнения вышеупомянутых авторов, отразившие, на наш взгляд, некоторые недоработки в Законе о медиации, считаем необходимым развивать следующие направления в медиации:

‒ совершенствование правовой базы, регулирующей процедуру медиации, в том числе корректировка ФЗ «Об альтернативной процедуре урегулирования споров с участием посредника (процедуре медиации)»;

‒ создание и реализация усовершенствования программ подготовки медиаторов, повышения их квалификации;

‒ введение процедуры медиации в гражданское и отчасти в уголовное судопроизводство, а именно обязательное соблюдение досудебного способа регулирования споров медиативным соглашением;

‒ выделение специализации медиаторов в зависимости от видов юридических споров; создание большого числа объединений медиаторов (саморегулируемых организаций); принятие кодекса профессиональной этики медиаторов.

Развитие и дальнейшее распространение медиации в России будет способствовать разгрузке судебной системы, повысит её качество, доступность и ускорит правосудие. Более того, медиация является неотъемлемой чертой гражданского общества, одним из показателей его состояния. Поэтому необходимо совершенствование данной процедуры, учитывающее достоинства, преимущества и возможные недостатки.

Литература:

  1. Федеральный закон от 27 июля 2010 г. N 193-ФЗ «Об альтернативной процедуре урегулирования споров с участием посредника (процедуре медиации)» // СПС «КонсультантПлюс».
  2. Уголовно-процессуальный кодекс РФ от 18 декабря 2001 года N 174-ФЗ (ред. от 18.03.2017)// СПС «КонсультантПлюс».
  3. Арбитражный процессуальный кодекс Российской Федерации от 24.07.2002 N 95-ФЗ (ред. от 01.01.2017) // СПС «КонсультантПлюс».
  4. Постановление Октябрьского районного суда г. Липецк от 29 февраля 2016 г. N 1–135/2016 по делу N 1–135/2016 // Октябрьский районный суд г. Липецка URL: www.sudact.ru/regular/doc/ zBvue cx4j81 c/?regular-txt.
  5. Лисицын В. В. К вопросу о склонении сторон к миру в гражданском процессе современной России // Третейский суд. 2014. N 1. С. 137.
  6. Лисицын В. В. Судебное примирение: важное направление развития современного гражданско-процессуального законодательства // Мировой судья. 2015. N 2.
  7. Масленникова Людмила Владимировна. Утверждение мирового соглашения арбитражным судом с учетом заключенного сторонами медиативного соглашения. Научный журнал КубГАУ, № 97(03), 2014.
  8. Самохвалов Н. А. Концептуальные идеи и модель института медиации в современной России // Юрист. 2015. N 2. С. 39.
  9. Стаканов М. В. Взаимоотношения налоговых органов и налогоплательщиков: переход от административных методов к медиативным / М. В. Стаканов //Международный бухгалтерский учет. 2013. № 35.
  10. Шабалина Е. А. Альтернативное разрешение споров в форме медиации: опыт США. Конкурентное право. 2016. N 4.
Основные термины (генерируются автоматически): Российской Федерации, процедуры медиации, применения процедуры медиации, процедура медиации, процедуре урегулирования споров, УК РФ, мирового соглашения, альтернативной процедуре урегулирования, «Об альтернативной процедуре, медиативное соглашение, института медиации, законодательства Российской Федерации, Кодекса Российской Федерации, процедуре медиации, мировое соглашение, медиации «мировое соглашение», практической медиации, медиативного соглашения, ФЗ «Об альтернативной, востребованность процедуры медиации.

Обсуждение

Социальные комментарии Cackle
Задать вопрос