Библиографическое описание:

Айрян З. Г. Поэтика Аветика Исаакяна в переводах Давида Самойлова [Текст] // Актуальные вопросы филологических наук: материалы междунар. науч. конф. (г. Чита, ноябрь 2011 г.). — Чита: Издательство Молодой ученый, 2011. — С. 35-37.

Имя Давида Самойлова известно, как одного из лучших поэтов России фронтового поколения. Его перу принадлежат такие книги, как ,,Поэты – современники” (1963), ,,Равноденствие” ( 1971), ,,Избранное: Стихотворения и поэмы” (1980), ,, Книга о русской рифме” (1982), ,,Памятные записки”(1995) и другие, прочно утвердившие имя поэта на литературном поприще. В поэтических сборниках Д. Самойлова можно встретить целый цикл миниатюрных стихотворных портретов, где он воскресил образы Ивана Грозного, Петра 1, Пугачева, Пушкина, Блока, Ахматовой и других.

В своих стихотворениях Д.Самойлов предстает как размышляющий, наблюдающий, описывающий поэт, который придавал также большое значение деталям. Поэт считал себя последователем классической русской поэзии, начиная от Пушкина до Ахматовой. Реальность бытия, человеческих судеб с их противоречиями переданы поэтом изящно и лирично, в которых выделяется богатство его поэтического стиля и языка.

Указывая на индивидуальность поэзии Д. Самойлова, литературовед И. Шайтанов писал: ,,Умение говорить, избегая прямого называния; умение видеть, не поворачивая головы; умение быть серьезным, не обнаруживая серьезности… Но в случае необходимости – умение выйти из этой роли, чтобы сказать со всей прямотой”. [4,с.19]

Глубоко человечная, гуманная поэзия Д. Самойлова неотделима от его переводческой деятельности. Сохраняя своеобразие своей творческой манеры, поэт тонко и проникновенно передавал национальные и индивидуальные особенности стиха поэтов разных народов. Переводческая деятельность Д. Самойлова позволяет судить о нем, как о талантливом переводчике широкого диапазона, который переводил европейскую, скандинавскую, восточную, арабскую поэзию, приобщая ее к русскоязычным читателям. Так, из польских поэтов Д. Самойлов перевел поэзию Юлиана Тувима, Константы –Ильдефонс Галчинской, Бруно Ясенского, Владислава Броневского, Мечислава Яструна, Тадеуша Ружевича. Из чешских поэтов перу Д. Самойлова принадлежат переводы стихотворений Иржи Волькера, Иозефа Гора, Витезслава Незвала, Иржи Тауфера, Иржи Шотола и других. Из венгерских поэтов – Атилла Йожеф, Дьюла Ийеш, Антал Гидаш и др.

Из скандинавских поэтов - Нурдаль Григ, Ингер Хагеруп, из африканских поэтов -Леопольд Седар Сенгор, стихотворения турецкого поэта - Назыма Хикмета. Лучшие переводы Д. Самойлова вошли в книгу ,,Поэты - современники”(1963), в которой проявился переводческий профессионализм поэта. Высоко оценивая достоинства этой книги, П. Антокольский писал: ,,Он показал себя здесь мастером перевоплощения, иначе говоря – ответил главному требованию, которое следует предъявлять к каждому переводчику. Поэт Самойлов, проникший в сложные и тонкие, противоречивые и страстные переживания чешского поэта Незвала, совершенно непохож на Самойлова, который смело передает язычески первозданную, наивную и мудрую патетику в реквиеме сенегальца Седара Сенгора. Эти два Самойлова – люди разных веков, разных геологических пластов человеческой культуры. И в этой же книге Самойлов перекликается с богатой ритмикой шевченковского хорея, когда перед ним новая задача: революционная, крестьянская быль двадцатых годов в поэме поляка Бруно Ясенского''. [3, с. 7]

К армянской поэзии Д. Самойлова приобщили И. Сельвинский, М. Петровых,В. Звягинцева, которые на литературных вечерах читали свои проникновенные переводы. Именно тогда армянская литература запала в душу молодому поэту, который, как и свои современники, навсегда связал свою творческую судьбу с самобытной и прекрасной поэзией.

Проявив большой интерес к поэзии Ав. Исаакяна, П. Севака, М. Маркарян, С. Капутикян, Г. Эмина и других, Д. Самойлов стал переводить их стихотворения, проявляя при этом незаурядные способности переводчика.

Большое внимание заслуживают переводы Д. Самойлова из лирики А. Исаакяна, которые переведены с большим проникновением, где отразилась поэтическая индивидуальность Варпета. Из поэзии Ав. Исаакяна русский переводчик перевел свыше десятка стихотворений, среди которых выделим такие, как ,,Песня, что позабывалась…”, ,,Буря мчится в сторону пустыни..”, ,,И поздней ночью тяжкая волна…”, ,, Я возвещаю вам: придет духовный голод…”, ,,Роскошное сияющее небо…”, ,,Как осенью в печали…”, ,,О голубка моя…”, ,,Я снова душу женщине принес…”, ,,Шелестит ветерок…”, ,,Чернокрылый орел, воспарив в вышине…”, ,,На изумрудном береги реки…”, ,,Весенние цветы…”, ,,Ночь вся намокла…”, ,,Как сосны родины твоей…”, ,,Там маленькая девушка…”, ,, В лесных чащебах я блуждаю вновь…”, ,,Была война…” и другие.

В переводах Д. Самойлова всецело воссозданы философские раздумья и чувства поэта, которые своим звучанием и лиричностью являются эквивалентами подлинников.

Так, перевод стихотворения ,,Песня, что позабывалась…”, как и подлинник, насыщен эмоционально-экспрессивными чувствами, которые выделяют тоску, взволнованность и грусть поэта. Перевод звучит естественно и лирично, в котором мастерски воссоздан поэтический стиль Исаакяна:

Песня, что позабывалась,

Вдруг послышалась ясней,

Снова сердце взволновалось

От напева лучших дней.


Выйти на берег безлюдный

Захотелось мне опять

И при этой песне чудной

Пасть у моря и рыдать. [2, с. 115]

Одесса, 1898

Взволнованность и психическое беспокойство поэта ощущаются и в переводе стихотворения ,,Буря мчится в сторону пустини…”, где мысли и чувства поэта сплетены воедино. Перевод близок к подлиннику и по смыслу, и по стилю, в котором ощущается дух и мировосприятие поэта, чутко реагирующего на окружающее:

Буря мчится в сторону пустыни

И смиряется, уйдя в простор.

В желтых камнях на моей могиле

Вырастает только дикий терн.


И душа, пустыней неизменной

Окруженная со всех сторон,

Слышит только колокол вселенной,

Обнимая нежно дикий терн. [ 2,с.139]

Лидо, 1901.

Теоретик поэтического перевода Е. Эткинд, в свое время указывая на особенности поэзии писал: ,,…все составляющие ее смысловые и формальные, внутренние и внешние элементы нерасчленимы, - они взаимосвязаны и зависят друг от друга: ритм и звук, смысл и порядок слов, строка и фраза, длина слова и метрическая стопа. Измените один из этих элементов – все, без исключения придется изменить. Таков железный закон искусства поэтического слова”. [6, с. 21]

В переводах Д. Самойлова железный закон поэтического слова представлен тщательно и глубоко продуманно, что свидетельствует о его блистательном поэтическом почерке, благодаря которому подлинник на русском языке обретает новое дыхание и жизнь. В переводах Д. Самойлова блестяще отразилась свободолюбивая и вечно ищущая личность поэта, его надежды и идеалы, которые передают внутреннюю мелодию его слов и мыслей.

Поэтическая индивидуальность А. Исаакяна, ярко выразилась и в переводе стихотворения ,, О голубка моя, словно мы не знакомы…”, в котором представлены мысли и чувства разочарованного любовью поэта, не верящего женским клятвам.

О голубка моя, словно мы не знакомы,

Ты прошла отчужденная мимо меня.

Неужели не помнишь ты прежней истомы

И рыданий, что жгли горячее огня.


Уходи, позабудь и не ведай тревоги,

Вей гнездо свое, с кем пожелаешь – с любимым,

Но не смей оборачиваться по дороге,

Улетай, чтоб мой дом был, как сердце, пустым.


Пусть очаг мой веселое пламя не греет,

Пусть на сердце студеный опустится снег,

Пусть лишь горестный ветер вокруг меня веет.

К женским клятвам утратил я веру навек. [2,с.185]

1905

Перевод Д. Самойлова является образцом реалистического искусства, который всецело соответствует смыслу и стилю подлинника. Рифмически перевод построен при помощи перекрестной рифмовки, которая придает ему естественную легкость и выразительность. Синтаксическая конструкция построена при помощи риторического обращения, анафоры, которые ярче выделяют мысли и чувства поэта. В лексическом плане перевод выделяется поэтическим языком переводчика, который использовал в нем обилие метафор, сравнений, как например: голубка моя, веселое пламя не греет, горестный ветер и другие, при помощи которых переводчик передал музыкальность подлинника. В переводе воссозданы грустные чувства поэта, которые звучат решительно и искренне, раскрывая отношение поэта к своей возлюбленной. Перевод настолько удался Д. Самойлову, что его по праву можно признать соавтором этого стихотворения.

На достоинства переводов Д. Самойлова указал литературовед Авик Исаакян, который писал: ,,Самойловский цикл переводов из Исаакяна также следует считать вполне удачным художественным опытом. Самойлову особо импонирует Исаакян – мыслитель, автор философских стихов” [2, с. 469].

Достоверная передача чувств и внутреннего мира Ав. Исаакяна наблюдается и в переводе стихотворения ,,Я снова душу женщине принес…”, где голос поэта и переводчика слиты воедино, образуя полифоническую целостность:

Я снова душу женщине принес,

Хотел я верить, плакать и томиться,

Но сердце снова кровью облилось,

Я одинок и должен удалиться.


Прошай, любовь, к тебе не постучусь,

Как легковерный ветер в эти двери,

Но вечно буду я в разливе чувств

Рыдать, мне хватит слез на все потери! [2,с. 189]

1905

Итак, вышерассмотренные переводы Д. Самойлова являются свидетельством того, что они эквивалентны подлинникам, где тончайшим образом воссоздан поэтический язык и стиль поэта. Переводы Д. Самойлова являются полноценными образцами поэзии, благодаря которым поэзия Ав. Исаакяна стала любима и дорога и русскоязычным читателям. Учитывая высшее переводческое мастерство Д. Самойлова, можно заключить, что в его работах сливаются воедино субъективное и объективное, интуитивное и разумное, художественное и научное начала, которые являются важнейшими составными частями стихотворного перевода.

Высоко оценивая поэтическое мастерство Д. Самойлова, литературовед В. Баевский писал: ,,Труды Самойлова принадлежат к классической школе русского поэтического перевода, основанной Жуковским. Самое главное здесь – чтобы перевод стал талантливым русским стихотворением, чтобы читатель увидел, почувствовал, осознал художественную силу оригинала сквозь художественную силу русского текста. Конечно, переводчик стремится как можно точнее воспроизвести и все темы, образы, особенности стиля, языка, стиха, и Самойлов благодаря виртуозному владению стихом и словом достигает значительной близости к подлиннику. Но сила общего художественного впечатления для него важнее, чем верность частных подробностей. В статьях и интервью он охотно говорит и о принципах своего труда, об организации переводческого дела в стране, рецензирует книги переводов”. [1,с.243]

Размышляя о своем литературном наследии, Д. Самойлов писал: ,,Лишь на пороге пятидесяти лет понял я, что занимался половину прожитой почти жизни стихотворством, иногда – поэзией, а о подлинном занятии литературой имел лишь общие абстрактные понятия.

Между тем, литература – это не стихотворство, даже не поэзия (это лишь ее части и формы выражения), даже не самовитое, пусть хоть точнейшее и тончайшее, раскрытие личности, а служение, жертва и постоянное обновление соборного духа, обновление его в форме личного опыта мысли и чувствования. Я понял, что усилия этого обновления радостны…”. [5, с. 428]

Радостные чувства поэтического обновления Д. Самойлов испытал и в процессе своей переводческой деятельности с армянской литературы, которой он отвел много любви, творческой энергии, верно и преданно служа ей своим общепризнанным талантом.


Литература:

  1. Баевский В. Давид Самойлов. Поэт и его поколение. Москва, 1986.
  2. Исаакян Ав. Избранное. Стихотворения. Легенды и баллады. Басни. Поэмы. Ереван, 2006.
  3. Любимов Н. Поэты - современники. Москва, 1963.
  4. Самойлов Д. Избранное. Москва, 1989.
  5. Самойлов Д. Памятные записки. Москва, 1995.
  6. Эткинд Е. Поэзия и перевод. Москва –Ленинград, 1963.

Обсуждение

Социальные комментарии Cackle