Библиографическое описание:

Югов А. А. Система разделения властей в Российской Федерации: единство и дифференциация публичной власти [Текст] // Право: история, теория, практика: материалы IV междунар. науч. конф. (г. Санкт-Петербург, июль 2016 г.). — СПб.: Свое издательство, 2016. — С. 29-37.



Статья посвящена вопросам научного осмысления современного состояния теории разделения властей. На основе изучения классических трудов по данной проблеме и анализа российского законодательства автор стремится доказать, что действующая Конституция Российской Федерации устанавливает и закрепляет целостную систему единства и дифференциации публичной власти.

Ключевые слова: публичная власть, государственная власть, генезис, система, единство и дифференциация.

The article is devoted to the scientific understanding of the current status of separation of powers theory. Based on the classical works on this question and the analysis of the Russian legislation the author is seeking to prove that the current Constitution of the Russian Federation sets forth the integral system of unity and differentiation of public authority.

Key words: public authority, state authority, genesis, system, unity and differentiation

Генезис идеи и теории разделения властей. Представления о необходимости разделения властей, как важном условии и эффективном средстве нормальной организации власти в социально структурированном обществе, известны с глубокой древности, так как ещё в античном мире существовали политические институты, которые не позволяли сосредоточивать властные полномочия в одних руках. Так, в Древней Греции в эпоху Солона и Перикла существовало особое народное собрание, которое следило за действиями Народного Собрания принимавшего законы и толковало законы, а также наблюдало за правильностью деятельности исполнительных органов власти — Советом пятисот и коллегиями стратегов и архонтов [1, с.624]. Аналогичные институты были и в Древнем Риме, где контрольными полномочиями в отношении друг к другу обладали Сенат, Народное Собрание и плебейские (народные) трибуны.

Исключительно важное значение для понимания сущности и содержания института разделения властей имеет то обстоятельство, что органы, следящие за «правильностью» действия властей, формировались на народных собраниях, то есть сами граждане стремились не допустить сосредоточения всей власти в одних руках. Ими двигало чувство самосохранения и природной ответственности за общую судьбу народа в целом. Именно поэтому они обычно формировали несколько публично-властных органов, которые функционировали одновременно в условиях сбалансированной по контрольным полномочиям системе власти.

В средние века в качестве противовесов в системе публичной власти выступали, с одной стороны, власть монарха, а с другой стороны, церковная власть. В эту эпоху в результате общественно-политической активности народных масс (подданных монарха), стремящихся к ограничению абсолютной власти правителя, появляются первые прообразы сословно-представительных учреждений — парламент в Англии, Генеральные Штаты во Франции.

В новое время полезность и важность использования принципа разделения властей теоретически достаточно точно и содержательно обосновывал Шарль де Монтескье, по мнению которого для того «чтобы не было возможности злоупотреблять властью, необходим такой порядок вещей, при котором различные власти могли бы взаимно сдерживать друг друга» [2, с.736]. Юридически этот принцип впервые был сформулирован и закреплён в Декларации независимости принятой единогласно тринадцатью соединёнными Штатами Америки 4 июля 1776 года, где сказано: «Мы исходим из той самоочевидной истины, что все люди созданы равными и наделены их Творцом определёнными неотчуждаемыми правами, к числу которых относятся жизнь, свобода и стремление к счастью». И хотя в полной мере практически идея разделения властей в современном её понимании была реализована только в восемнадцатом столетии в США на основе учредительных конституционных документов закрепивших создание Северных Штатов в статусе суверенного государства, истоки этой системы лежат не в правовых актах, которые только формально закрепили соответствующие представления о разумной организации публичной власти, нет, они в общественном сознании народа, в его природном ощущении справедливости. Истинный источник происхождения системы разделения властей и жизненная сила её утверждения в общественно-политической практике — это естественное право человека на жизнь, свободу и стремление к счастью; генезис этой системы в естественном праве народа на создание такой конструкции власти, которая обеспечивает достойное существование личности, охраняет человека от незаконных ограничений его прав и свобод, защищает от самоуправства и самодурства диктаторских режимов и абсолютистских форм правления. Именно поэтому все первые в истории человечества политические инструменты по контролю за правильностью деятельности выборных и иных публично-властных учреждений возникали по инициативе самих граждан.

В Российской Федерации теория разделения властей, которая безусловно является важнейшей составной частью общего учения о публичной власти, только после вступления в силу Конституции РФ 1993 года получила всеобщее признание и стала предметом пристального внимания многих видных российских учёных [3].

Несомненно, что солидный масштаб и глубина исследования этой актуальной темы способствовали совершенствованию и стабилизации системы публичной власти и заложили прочную теоретическую основу для поступательного развития всего общественно-политического и государственного строя в целом. Вместе с этим, несмотря на очевидные успехи в разработке идеи разделения властей, отдельные аспекты понимания сущности и содержания и процесса реализации принципа разделения властей нуждаются в дальнейшем исследовании. В частности, на наш взгляд, следует обратить особое внимание на то, что принцип разделения властей представляет собой не одномерное явление, а имеет системный характер, так как предполагает не только дифференциацию власти на отдельные составные части, но и включает в своё содержание изначальное единство публичной власти. Другими словами, принцип разделения властей следует рассматривать не как однородный феномен в виде только разделённой на части власти, а скорее, как систему единой и дифференцированной официальной публичной власти. Именно такой подход юридически закреплён в действующей Российской Конституции, где единство власти фиксируется вначале в части 1 статьи 3 этого Основного Закона применительно к источнику возникновения власти, который является единственным и соответственно единым для всей системы публичной власти; а затем уже в отношении государственной власти с целью особо подчеркнуть единство именно данной формы публичной власти в части 3 статьи 5 использована специальная юридическая формула — «единство системы государственной власти», в которой через призму государственной власти отражены всеобщие признаки официальной публичной власти, а именно: а) единство сущности публичной власти и б) отчётливо выраженный системный характер. И только после этого, следуя диалектике развития системы публичной власти в процессе её реализации, в статьях 10,11 Основного Закона РФ сформулировано правило о разделении государственной власти (как одной из форм публичной власти) на составные элементы, а в статье 12 Конституции РФ тенденция к дифференциации публичной власти получила дальнейшее продолжение в виде разграничения функций между государственной и муниципальной властью.

Таким образом, как видно из вышеизложенного, Конституция РФ закрепляет не просто принцип разделения властей, а устанавливает систему разделения публичной власти, которая объективирована через единство и дифференциацию её составных элементов.

Единство потенциального состояния и сущности публичной власти.

Единство и целостность публичной власти, прежде всего, имеют в качестве своей фундаментальной основы суверенитет российского народа, определяемый всеобщей, согласованной и интегрированной волей всех граждан Российской Федерации. Особенно отчётливо единство власти народа проявляется во время проведения свободных выборов в представительные органы публичной власти, создание которых становится возможным только в случае совпадения воли абсолютного или относительного большинства избирателей соответствующей территории. Составляющая сущность народного суверенитета единая и неотчуждаемая политическая воля российского народа определяет весь строй конституционных отношений, лежит в основе выбора формы государства, предопределяет единство экономического пространства и обеспечивает неуклонное соблюдение единой в стране законности.

Процесс формирования и непрерывного функционирования единой суверенной воли народа обеспечивается путём установления в Основном Законе целого ряда конституционных устоев. В их числе важнейшее значение имеют следующие:

Во-первых, равноправие граждан, их равные юридические возможности в процессе выявления воли при осуществлении публичной власти, как через институты прямой демократии, так и в случаях участия в деятельности органов представительной демократии. Универсальный принцип правового равенства граждан закреплён в статье 19 Конституции РФ, а правовые гарантии их участия в осуществлении публичной власти и осуществления социальных управленческих функций в статье 32 Основного Закона России.

Во-вторых, равноправие всех наций и народностей проживающих в Российской Федерации. В соответствии с действующим в России конституционным законодательством в нашей стране признаётся в равной мере право всех народов на свободное национальное развитие независимо от их социального статуса, религиозных убеждений и происхождения. В основе Концепции государственной национальной политики Российской Федерации лежит идея солидарности всех народов-этносов через утверждение идеалов добра и справедливости, на путях общественного прогресса и гуманизма, приверженности к ненасильственным средствам разрешения конфликтов и противоречий [4]. В процессе реализации принципа равноправия всех народов и народностей в конкретных организационно-правовых формах осуществляется право этносов на самоопределение и самостоятельное политическое, экономическое и культурное развитие; утверждается духовное единение народов и толерантные формы взаимного общения; торжествуют идеи взаимной братской помощи и взаимопомощи. Текущее законодательство, защищая конституционные основы национального равноправия, устанавливает уголовную и административную ответственность за деяния, направленные на оскорбление национальных чувств или ущемление национальных интересов.

В-третьих, равное правовое положение и равные возможности функционирования институтов гражданского общества. В соответствии с частью 4 статьи 13 Конституции РФ «общественные объединения равны перед законом». Это означает, что они в одинаковом измерении защищаются действующим российским законодательством и в равной мере ограничиваются в правах в целях охраны особо значимых конституционных ценностей. Гражданское общество Российской Федерации, как основанная на политической воле, экономической самостоятельности и духовной свободе граждан система негосударственных структур и организаций, через которые реализуется свободное всестороннее и правомерное развитие личности во всех сферах общественной жизни, в процессе реализации своих функций создаёт все необходимые и достаточные условия для равноправного развития самодеятельных формирований населения. Необратимость поступательного развития гражданского общества, как фундаментальной основы равноправия разнообразных форм общественной самодеятельности, обеспечивается такими конституционными гарантиями как связанность правового государства законом; использование прав и свобод человека и гражданина по принципу «не навреди»; соблюдение законности; временный и законодательный характер ограничений конституционных прав и свобод; запрещение монополизма и поддержка конкуренции; равенство всех перед законом и судом.

В-четвёртых, надёжными устоями единства и целостности публичной власти являются конституционные принципы её функционирования, которые являются общими для всех форм публичной власти. Наиболее существенными из них являются следующие:

А) принцип гуманизма, который в качестве основополагающего во всей системе общественно-политического строя закреплён в статье 2 Конституции РФ: «Человек, его права и свободы являются высшей ценностью». Признание человека эпицентром общественного мироздания нашло своё отражение в статье 32 Конституции РФ закрепившей принципиально важное положение о признании гражданина в личном качестве субъектом публичной власти. Человеколюбие, то есть признание личности, её интересов и прав доминирующими над правами и интересами других участников общественной жизни служит основой организации и деятельности всех институтов и органов публичной власти. Всё это подтверждает аксиому о том, что «система власти в нормальном обществе начинается с человека» [5]. Главная цель публичной власти, которая сама есть порождение человеческого разума, в силу её гуманистической природы заключается в том, чтобы создать для человека благоприятные условия жизни.

Б) цивилизованный характер власти, поскольку её нравственный фундамент составляют идеалы добра и справедливости. Закреплённый уже в Преамбуле Конституции РФ этот принцип получает многообразное развитие в конкретной социальной практике. В сфере внутренней политики эти идеи реализуются путём достижения гражданского мира, социального и национального согласия. В сфере внешнеполитических отношений политика российского государства определяется доброй волей народов к миру и сотрудничеству, исходит из признания равенства и суверенности всех народов, предполагает равноправие и взаимовыгодное общение с другими странами.

В) демократический характер власти, который, прежде всего, означает, что в Российской Федерации вся власть принадлежит народу. Согласно части 1 статьи 3 Конституции РФ «Носителем суверенитета и единственным источником власти в Российской Федерации является её многонациональный народ». Народ осуществляет принадлежащую ему власть, как через институты прямой демократии, так и через систему представительной демократии, включающей в себя все органы власти, избираемые народом на основе всеобщих, равных и прямых выборов при тайном голосовании. Важнейшими составляющими демократического характера народовластия являются свобода политического развития, свобода экономического развития, свобода духовно-нравственного развития, свобода самоопределения и самоуправления народов, учёт общественного мнения в политической практике. Исключительно полно и эффективно демократическая сущность власти народа проявляется при проведении свободных выборов и референдумов.

Г) плюрализм публичной власти, обеспечивающий её открытость и динамизм. Конституция Российской Федерации, объективно отражая разнообразие интересов и духовных запросов различных групп населения, провозглашает и закрепляет политический, идейный и религиозный плюрализм. Формула части 1 статьи 13 Основного Закона, в соответствии с которой: «В Российской Федерации признаётся идеологическое многообразие» означает, что народовластие в нашей стране осуществляется в условиях политического многообразия и многопартийности, свободного развития разнообразных идеологических учений и теорий, терпимости инакомыслия.

Д) идея разделения властей, впервые в отечественной практике конституционного регулирования закреплённая в действующей Конституции РФ 1993 года, представляет собой оформленную в конституционных нормах многоэлементную и сложно структурированную композицию. По своему содержанию она есть качественная дифференциация процесса публично-властной деятельности, приводящая к разграничению, относительному обособлению и сосуществованию отдельных форм, видов и состояний власти при сохранении её единой сущности, определяемой совокупной волей суверенного многонационального российского народа.

Признание и практическое использование идеи разделения властей в политико-правовой доктрине и в общественно-политической жизни России ознаменовало новый этап движения страны по пути демократии и прогресса. В отличие от ранее существовавшей политической и юридической практики воплощённая в тексте Конституции РФ 1993 года система разделения властей не ограничена распространением идеи разграничения на отдельные виды только сферы государственной власти, а охватывает всю систему официальной публичной власти; в этом проявляется её существенная новизна. Более того, в отличие от ранее господствующего представления, когда теория разделения властей фокусировала своё основное внимание на различиях функций законодательной, исполнительной и судебной государственной власти, а понимание государственной власти как единого целого отрицалось, конституционная доктрина разделения властей Основного Закона 1993 года изначально закрепляет единую сущность публичной власти в целом, которая затем сохраняется в отдельных формах публичной власти в виде ядра соответствующей формы. Такой подход к пониманию разделения власти на составляющие её части видоизменяет идею самой концепции этой теории, так как при фактическом осуществлении властных функций в этом случае имеет место единство и разделение публично-властной энергии. С учётом федеративной формы государственного устройства России Конституция РФ установила разделение публичной власти на организационно обособленные формы и виды как по горизонтали, так и по вертикали. Теоретическая новизна российской концепции разделения властей и самобытный характер её нормативно-правового оформления позволили сформировать институт сильной президентской власти, способной обеспечивать сбалансированное и поступательное развитие страны.

Е) идея конституционализма и законности публичной власти в системе российского народовластия означает, что власть осуществляется только управомоченными субъектами и на основании и в порядке, определённых действующим законодательством. В соответствии с частью 2 статьи 15 Конституции РФ «Органы государственной власти, органы местного самоуправления, должностные лица, граждане и их объединения обязаны соблюдать Конституцию Российской Федерации и законы». При этом согласно части 3 статьи 15 Основного Закона неопубликованные законы не применяются. Укреплению законности и правопорядка служит и часть 3 статьи 17 Конституции РФ, запрещающая при использовании прав и свобод человека и гражданина нарушать права и свободы других лиц.

В-пятых, гарантом единства публичной власти служит Президент Российской Федерации. Основной Закон страны в статье 80 непосредственно на главу государства возлагает обязанность принимать меры по охране суверенитета России, её независимости и государственной целостности, обеспечению согласованного функционирования и взаимодействия органов государственной власти. В силу своей особой политической природы и особого места в политической системе Президент РФ, будучи главой государства, в тоже время является верховным координатором всей системы публичной власти.

Единая по своей сущности публичная власть сохраняет свои свойства нераздельного и целостного образования ещё и потому, что все её организационно-правовые формы объединены общностью тех задач, которые составляют фундаментальные цели развития общества и государства в целом. Такими общими коренными и непреходящими задачами всех форм и видов официальной публичной власти являются:

а) стратегическая задача построения в стране в соответствии с принципами Конституции РФ социально справедливого и правового государства, государства демократии и свободных равноправных членов общества;

б) объективно существующая необходимость учреждения и налаживания слаженного функционирования общегосударственной системы органов и организаций, образующих механизм государства; как отмечал Конституционный Суд РФ в своём постановлении № 10-п от 31 июля 1995 года: «Государственная целостность — важное условие равного правового статуса всех граждан независимо от места их проживания, одна из гарантий их конституционных прав и свобод» [6].

в) безусловное утверждение и соблюдение единой в стране законности и устойчивого правопорядка;

г) формирование логически завершённой и целостной, внутренне не противоречивой и единой правовой системы;

д) создание и поддержание оптимально структурированного и гармонично развивающегося народно-хозяйственного комплекса на базе общих конституционных основ рыночной экономики;

е) обеспечение обороны страны от нападений извне и защита от иных угроз направленных на насильственное изменение конституционного строя и нарушение целостности Российской Федерации.

Дифференциация динамичного состояния публичной власти.

Динамизм публичной власти проявляется в том, что в процессе воздействия на общественные отношения она дифференцируется на разнообразные функционально обособленные составные части. Количество таких составных частей, их содержание и структура обусловлены и предопределены диалектикой развития и развёртывания потенциальных возможностей преобразующей силы публичной власти. Опираясь на опыт осуществления публичной власти в Российской Федерации и на анализ российского законодательства, регулирующего публично-властную деятельность, можно утверждать, что этот процесс состоит из 4 этапов:

Первый этап — размежевание (преобразование) публичной власти на базовые (основные) категории демократии;

Второй этап — разграничение («расстволение») публичной власти на формы («стволы»);

Третий этап — разделение («разветвление») форм публичной власти на виды («ветви»);

Четвёртый этап — расслоение («мутирование») видов публичной власти на подвидовые состояния («мутовки»).

На первом этапе формирования внешне объективированных «образов» официальной публичной власти, когда она переходит из своего потенциального состояния в состояние преобразовательного воздействия на реально существующую социальную среду, общая масса её созидательной энергии трансформируется в организационно обособленные на уровне сущности особо крупные составные части. Эти первичные основные структурно обособленные состояния публичной власти представляют собой отчётливо отграниченные друг от друга «категории» демократии. Системно-комплексный анализ существующей практики реализации публичной власти даёт основания утверждать, что здесь имеют место три такие «категории»: 1) прямая демократия, 2) представительная демократия и 3) партисипаторная демократия (демократия соучастия). Они различаются между собой как по субъектам, которые осуществляют власть, так и по методам функционирования.

Прямая демократия — это такой организационно-правовой способ осуществления публичной власти, когда граждане, составляющие политическую общность — российский народ, сами и окончательно решают свои совместные (социальные, государственные, местные) дела через институты непосредственной демократии: свободные выборы, референдумы, отзыв выборных должностных лиц, сходы граждан и так далее. Исключительными особенностями институтов прямого народовластия является такой способ осуществления власти, когда она реализуется по принципу «каждый гражданин — сам законодатель», а также и то, что институты народовластия — это всегда коллективная форма участия граждан в управлении общими делами посредством индивидуального проявления политической воли избирателей и других участников политического процесса, конечным результатом которой является принятие юридически обязательного решения.

Представительная демократия — это осуществление публичной власти через систему выборных органов власти, состоящих из лиц прошедших специальную процедуру отбора и в нормативно установленном порядке получивших доверие избирателей (избиратель в широком смысле — это всякий правомерно голосующий за своего представителя в выборном публично-властном органе) на представительство их интересов в органе власти. Представительная демократия в отличие от прямой демократии, которая осуществляется через институты власти, реализуется только через органы публичной власти (органы народовластия). Орган народовластия — это предусмотренный нормами права способ осуществления опосредованного народного волеизъявления на основе принципа представительства. В отличии от прямой демократии представительная демократия имеет специальный аппарат осуществляющий власть; процесс её осуществления является непрерывным во времени; органы власти используют законодательно определённые средства принуждения; публично-властные структуры могут формировать соответствующие бюджеты и устанавливать налоги и сборы.

Партисипаторная демократия — демократия соучастия. В научной литературе её содержание определяется с разных позиций. Так, по мнению Тихомирова Ю. А. с учётом специфики субъектов публичных властеотношений следует выделять «…три формы участия населения в осуществлении власти: 1) непосредственную, когда всё население или его часть решает вопросы государственной жизни; 2) представительную, при которой такие вопросы решают выборные представители; 3) профессиональную, означающую выделение особого слоя людей для выполнения текущих и специальных функций управления» [7, с. 54]. Объективный характер существования этого способа реализации публичной власти обусловлен тем, что любое обязательное юридическое решение, как итог властной деятельности, представляет собой результат сложного нормотворческого процесса, в котором в разных формах и в дифференцированных законом долях принимают участие не только субъекты прямой и представительной демократии, но и лица обеспечивающие разработку и принятие властных решений. Это, в частности, государственные и муниципальные служащие, платные сотрудники общественных объединений, привлекаемые на контрактной основе к работе властных структур эксперты, консультанты, советники и другие специалисты; они составляют особый слой управленческих работников, образующий «аппарат публичной власти». Имеющие здесь место непредставительские формы осуществления публичной власти существенно отличаются от прямой и представительной демократии. Их особая правовая природа заключается в том, что они, во-первых, имеют специфическое юридическое основание возникновения; во-вторых, используют особый способ осуществления публичной власти; в-третьих, обладают самостоятельным содержанием субъективного права на осуществление публичной власти; в-четвёртых, им присуща собственная организационно-правовая форма «демократии участия»; в-пятых, особый круг участников; и в — шестых, специфическая нормативная основа властеотношений.

Второй этап дифференциации публичной власти представляет собой разграничение («расстволение») каждой категории демократии на отдельные формы или «стволы». Так, партисипаторной демократии известные такие формы, как соучастная деятельность государственных служащих, соучастная деятельность муниципальных служащих, деятельность сотрудников аппарата общественных объединений и так далее. Прямая демократия реализуется через целую систему институтов — это выборы различных уровней и видов, референдумы, общие собрания и сходы граждан, конференции избирателей и так далее. Но особенно полно и обстоятельно в действующей Конституции РФ представлены формы представительной демократии: это государственная власть, муниципальная власть, общественная (корпоративная) власть и надгосударственная (международно-правовая) власть.

Первая форма представительной публичной власти — публичная государственная власть, она осуществляется через органы государственной власти и государственные органы. Образование, деятельность и взаимодействие органов государственной власти регулируются в статьях 3, 5, 10, 11 и других статьях Конституции Российской Федерации. Всего вопросам создания и функционирования органов российского государства в федеральной конституции посвящено 125 статей.

Вторая форма представительной публичной власти — общественная или корпоративная публичная власть, то есть власть институтов гражданского общества, таких как политические партии, профсоюзы, другие общественные объединения. Конституционную основу этой формы власти составляют статьи 2, 6, 13, 28, 29,30 и другие статьи Конституции Российской Федерации.

Третья форма представительной публичной власти — публичная муниципальная власть то есть местная самоуправленческая власть осуществляемая населением отдельных территорий под свою ответственность. Она образуется и развивается на основе статей 3, 12, 130–134 Конституции РФ.

Четвёртая форма представительной публичной власти — надгосударственная или международно-правовая публичная власть, то есть власть, осуществляемая на территории российского государства, как органами государственной власти Российской Федерации, так и представительствами международных организаций на основе и во исполнение норм международного права и в пределах, не нарушающих Конституцию Российской Федерации. Конституционная основа этой формы публичной власти — часть 4 статьи 15 и статья 79 Конституции РФ.

На третьем этапе дифференциации публичной власти идёт процесс разделения («разветвления») форм («стволов») публичной власти на виды или «ветви». Особенно показательна в этом отношении государственная власть. Согласно действующей Конституции РФ она разделена на три ветви: законодательную, исполнительную и судебную, что закрепляется в статье 10 Конституции Российской Федерации [8, с.354–357]. Все ветви государственной власти органично взаимосвязаны и системно взаимодействуют друг с другом, образуя единый государственный механизм. В тоже время они наделены собственными полномочиями и самостоятельны в их реализации. Специализированные компетенции органов разных видов государственной власти объективированы в их специфических признаках, которыми они отличаются друг от друга. Допустим, исполнительные органы государственной власти в отличие от законодательных и судебных органов власти характеризуются такими признаками, как 1) особый порядок формирования органов (на основе подзаконных актов), 2) максимальный объём ресурсов и средств страны, которыми управляет, 3) относительно ограниченный характер власти, так как ограничена: а/правами других ветвей государственной власти; б/свободой институтов гражданского общества; в/свободой личности; 4) собственные организационно-правовые формы деятельности, 5) Самостоятельные формы соучастия в законопроектной деятельности, 6) Подзаконный характер деятельности, 7) Является объектом парламентского контроля, 8) Оперативность и мобильность в принятии решений, 9) Высокоскоростное реагирование на изменения в социальной, экономической и политической жизни.

На четвёртом этапе дифференциации публичной власти происходит расслоение («мутирование») видов («ветвей») власти на подвидовые состояния («мутовки»). Здесь мы можем наблюдать как судебная государственная власть разделяется на: а) общеюрисдикционную судебную власть, б) конституционный судебный контроль и в) амнистию и помилование; исполнительная государственная власть трансформируется на: а) президентскую, б) правительственную и в) министерскую; законодательная государственная власть на: а) парламентскую, б) делегированную (указную) и в) конституционно-судебную. Каждое подвидовое состояние государственной власти в указанных выше вариантах наполнено собственным содержанием. Это хорошо прослеживается на примере подвидовых состояний («мутовок», модусов) законодательной государственной власти.

Парламентская законодательная власть — это осуществляемая в нормативно определённом порядке деятельность представительных коллегиальных органов государственной власти по разработке и принятию нормативных правовых актов обладающих высшей юридической силой.

Делегированная (указная) законодательная власть — деятельность Президента РФ (главы государства) по созданию и изданию Указов обладающих юридической силой закона. Право главы государства на издание подобных актов появляется в таких случаях, когда ясно, что данный вопрос законом не урегулирован, а общественные отношения составляют предмет закона. Однако, по мнению Конституционного Суда РФ (Постановление Конституционного Суда РФ № 11-п от 30 апреля 1996 года) это допустимо только при соблюдении ряда условий: 1) отсутствие федерального закона по этому вопросу, 2) указ не должен противоречить Конституции РФ, 3) принятый и обладающий силой закона указ носит временный характер и действует только до принятия федерального закона по этому вопросу.

Конституционно-судебная государственная власть осуществляется в неодинаковых формах. Прежде всего нужно отметить, что право законодательствования Конституционный Суд РФ реализует посредством официального толкования Основного Закона в соответствии с частью 5 статьи 125 Конституции РФ. Кроме того, при рассмотрении конкретных дел о конституционности правовых актов также «По существу создаются имеющие фактическую нормативную силу прецеденты толкования отдельных положений Конституции и законов (иных актов), если последние признаются соответствующими Конституции» [9, с. 146]. Поэтому, на наш взгляд, следует согласиться с мнением тех авторов, которые полагают, что «Функция толкования конституционного (уставного) текста, особенно в условиях установления жёстких механизмов изменения его содержания в целях обеспечения стабильности Конституции, приобретает новое качество — конституционного законодательствования» [10, с.14].

Многие авторы исследующие содержание теории разделения властей констатируют, что дифференциация власти имеет место не только по горизонтали, но и по вертикали [11, 12, 13, 14, 15, 16]. Проведённые в этом направлении исследования дают основания говорить о том, что действующая Конституция РФ (системный блок статей: 3, 5, 10, 11, 13, 15, 71, 72, 73,76, 77 и другие статьи) и действующее российское законодательство дифференцируют публичную власть по вертикали на 5 уровней: 1/ международно-правовой (надгосударственный); 2/ федеральный; 3/ региональный; 4/ муниципальный и 5/ локальный.

Международно-правовой (мировой) уровень проявляется в том, что надгосударственная публичная власть в России осуществляется в соответствии с Конституцией Российской Федерации официальными международными межгосударственными органами и организациями, неправительственными международными структурами, органами государственной власти Российской Федерации в процессе выполнения международных обязательств, а также авторитетными и влиятельными общественными деятелями, которые выступают в роли посредников и арбитров при разрешении конфликтных ситуаций.

Федеральная публичная власть реализуется российским народом через институты непосредственной демократии, такие как всероссийский референдум, всероссийские выборы; через федеральные органы государственной власти, то есть Президентом РФ, Федеральным Собранием РФ, Правительством РФ, Центральной избирательной комиссией РФ, федеральными судами; а также общероссийскими общественными объединениями и другими институтами гражданского общества на федеральном уровне.

Региональная публичная власть функционирует в форме республиканских, краевых, областных, городских (городов федерального значения) и окружных выборов и референдумов; она осуществляется высшими должностными лицами субъектов Российской Федерации, региональными (субъектовыми) парламентами и правительствами, другими органами государственной власти субъектов РФ; а также региональными отделениями общероссийских общественных объединений и институтов гражданского общества, межрегиональными и региональными институтами гражданского общества.

Муниципальная (местная) публичная власть реализуется посредством проведения муниципальных выборов и местных референдумов, общих собраний и сходов граждан и через другие формы непосредственного осуществления населением местного самоуправления; через представительные и исполнительные органы местного самоуправления; а также местными отделениями общероссийских, межрегиональных и региональных институтов гражданского общества, равно как и местными общественными объединениями.

Локальная (внутримуниципальная) публичная власть осуществляется территориальными органами общественного самоуправления, органами общественной самодеятельности (уличные комитеты, советы пенсионеров, родительские комитеты и так далее), территориальными ячейками разнообразных общественных объединений, в том числе политических партий.

Таким образом, как это вытекает из вышеизложенного, публичная власть по своей сущности и в потенциальном своём состоянии является единой и целостной, а в динамичном состоянии, когда она воздействует на реальные общественные отношения в конкретной социальной среде, функционирует как многоэлементный и дифференцированный на составные части политический феномен.

Литература:

  1. История государства и права зарубежных стран. Учебник для вузов в 2 частях. Часть 1. Под общей редакцией О. А. Жидкова, Н. А. Крашенинниковой. — М.: Норма, 2004.
  2. История политических и правовых учений. Под общей редакцией В. С. Нерсесянц. — М.: 2007.
  3. Энтин Л. М. Разделение властей: опыт современных государств. М.: 1995; Чеботарёв Г. Н. Принцип разделения властей в государственном устройстве Российской Федерации. Тюмень.1997; Барнашов А. М. Теория разделения властей: становление, развитие, применение. Томск, 1998; Демидов А. Н. Власть в единстве и многообразии её измерений // Государство и право. 1995. № 3; Крылов Б. С. Разделение власти: система сдержек и противовесов // Журнал российского права.1998. № 6; Ишеков К. А. Принцип разделения властей в системе основ конституционного строя // Современное право. 2010. № 3.
  4. Указ Президента Российской Федерации № 1666 от 19 декабря 2012 года «О стратегии государственной национальной политики Российской Федерации на период до 2025 года». URL:http://base.garant.ru/70284810/].
  5. Халипов В. Ф. Власть. Основы кратологии. — М.: 1995.
  6. URL: http://sudbiblioteka.ru/ks/docdelo_ks/konstitut_big_191.htm].
  7. Тихомиров Ю. А. Власть и управление в социалистическом обществе. -М.: 1968.
  8. Разделение государственной власти на виды признавалось важнейшей гарантией должной реализации основной функции власти — защиты прав и свобод человека и гражданина и соответственно закреплялось уже в первых писаных конституциях мира: Конституции США 1787 года и Франции 1789 года. В современной научной литературе по вопросу о количестве видов государственной власти нет единого понимания и разные авторы высказывают не совпадающие мнения. С. А. Авакьян, например, в порядке постановки проблемы считает возможным предположить, что в политической практике существуют кроме законодательной, исполнительной и судебной такие виды государственной власти, как учредительная, президентская, контрольная, прокурорская и даже банковская. См.: С. А. Авакьян Конституционное право России. М.: Юристъ, 2005. Т.1.
  9. С. Э. Несмеянова Конституционный судебный контроль в Российской Федерации. Екатеринбург, Издательство УрГЮА, 2004.
  10. Конституционное право Российской Федерации. Сборник судебных решений. Составитель, автор введения и комментариев М. С. Саликов. Екатеринбург, издательство УрГЮА, 1997.
  11. Бардаков А. И. Вертикаль власти в Российской Федерации: современное состояние и перспективы развития //Философия права. 2002.№ 1;
  12. Глигич-Золотарёва М. В. Разграничение предметов ведения и полномочий между уровнями публичной власти: зарубежный опыт // Журнал рос. права. 2003.№ 4;
  13. Шевцов В. С. Разделение властей в Российской Федерации. Часть вторая. Разделение властей по «вертикали». М., 2004;
  14. Васильев В. И. «Вертикаль» и «горизонталь». Правовые вопросы организации власти. Сб статей. М.: Юристъ, 2006. –363с.;
  15. Казанцев В. Г. Новая вертикаль власти — гарант стабильности общественного развития // Государственное и муниципальное управление. 2001.№ 2;
  16. Смирнов Я. Ю. Правовые проблемы вертикального разделения властей в Российской Федерации //Вестник института права Самарской экономической академии.2002.№ 3.

Обсуждение

Социальные комментарии Cackle